| Candle | Дата: Суббота, 14.04.2012, 18:27 | Сообщение # 16 |
 Elite
Группа: Проверенные
Сообщений: 942
Награды: 17
Статус: Offline
| Признание десятое.
… и она решилась признаться ему в своих чувствах.
Порой случается так, что ты внезапно понимаешь, что есть истина. Всю жизнь ты совершаешь продуманные поступки, принимаешь взвешенные решения и говоришь правильными фразами, но однажды ты понимаешь, что все это только отговорки. Пустые, никому не нужные, ложные. А есть он и есть ты. И неважно, что о нем говорят, или даже, что ты сама о нем думала до этого момента. Есть только здесь и сейчас, а прошлое растворяется в дымке и о будущем ты совсем не думаешь.
Именно так чувствовала себя Блэр, наслаждаясь невиданными доселе ощущениями. Руки Чака скользили по ее бедрам, то ли не решаясь подниматься дальше, то ли дразня ее. Он старался не торопиться, давая ей привыкнуть к своим прикосновениям и в то же время предоставляя ей возможность передумать. Однако Блэр явно этого не хочет. Она стягивает рубашку с его плеч, стремясь добраться до кожи, и начинает целовать его подбородок.
Его горячие пальцы, они тянут вниз молнию и у Блэр от волнения сжимается желудок. Несмотря на недавнюю браваду она вдруг вспоминает, что всю жизнь считала себя неидеальной. Но Чак, кажется, так не считает, он помогает ей снять платье и начинает целовать ее грудь, и Блэр так хочется, чтобы он снял бюстгальтер. Эта деталь туалета определенно лишняя. Сердце стучит словно бешеное, желудок ухает вниз, когда он наконец расстегивает застежку.
Блэр задохнулась, эти требовательные и в то же время ласковые прикосновения так не похожи на вялые касания Нейта. Все мысли о Нейте тут же вылетают из ее головы, когда губы Чака оказываются на левом соске, и Блэр жмурится до боли в глазах. Кажется, сейчас в комнате стало просто невыносимо жарко, а может, все дело в юноше, который дарит просто незабываемые ощущения?
Девушка с силой нажимает на его плечи, ей хочется, чтобы Чак лег на спину. Он уступает ее молчаливому требованию, с неудовольствием отмечая, что она слишком торопится. Чак и сам не знает, откуда к нему пришло это озарение, раньше он предпочитал девственниц избегать. В первый раз все должно быть куда медленнее, но Блэр уже возится с застежкой на ремне, явно не желая ждать. Чак позволяет ей расстегнуть ремень, но мягко отстраняет ее руки от молнии на брюках. Спокойно, дорогая, у нас впереди остаток ночи.
Блэр едва сдержала раздраженный стон. Нейт никогда не навязывал своей инициативы, но с Чаком такой номер не пройдет. Ему явно нравится ее дразнить, чувствовать над ней свою власть, хоть и находится он сейчас не в доминирующей позиции. А Чак вовсе не стремился ее раздразнить, он просто любовался каштановыми кудрями, падающими на ее лицо, карими глазами, подернутыми дымкой желания, разрумянившимися щеками… Всего один раз он чувствовал подобное восхищение и это закончилось очень плохо, но сейчас Чаку не хотелось об этом думать. Честно говоря, ему вообще не хотелось ни о чем думать, ведь рука Блэр снова оказалась на его талии. На этот раз он позволил ей расстегнуть молнию и даже стянуть брюки. Кажется, если ее сейчас остановить, она его расцарапает.
Блэр была зачарована и испугана одновременно. Честно признаться, она еще ни разу не видела эту часть мужского тела и она показалась ей какой-то уж слишком большой. Неужели ей совсем-совсем не будет больно, как когда-то рассказывала Серена?
Чак прекрасно понимал ее страх и неуверенность, он притянул ее к себе, мягко переворачивая на спину, благо, размеры дивана позволяли. Ей незачем волноваться, он не сможет причинить ей боль. Каким бы подонком и циником он ни был, понимание того, что значит для девушки ее первый раз, у него присутствовало. Если слова о том, что девушка всю жизнь помнит своего первого мужчину, правда, ему совсем не хотелось, чтобы у Блэр остались о нем какие-то неприятные воспоминания.
Блэр закрыла глаза, полностью передав инициативу ему. Она никогда еще не доверяла Чаку настолько, даже когда он помогал ей стать Королевой и уничтожить Серену, она держала дистанцию. Дистанция сократилась до сантиметров, даже до миллиметров, и продолжала неумолимо уменьшаться.
Несколько секунд смущения, когда его руки сняли последний практически невесомый кусочек ткани, они быстро прошли, когда Блэр почувствовала в себе ласково-настойчивые пальцы. В такие моменты перестаешь думать о том, как ты выглядишь со стороны, правильно ли ты поступаешь и что будет потом. Блэр просто хотелось почувствовать его еще ближе, хотя ближе, казалось, уже некуда.
- Чак, пожалуйста, - прошептала она, кусая губы.
Он был не в силах повлиять на природу, сделавшую первый раз для женщин болезненным, но он мог облегчить эту боль. Чак озабоченно посмотрел на Блэр, приподнявшись на руках, девушка зажмурилась, закусив губу.
- Прости, - прошептал он, касаясь губами ее щеки.
Блэр через силу улыбнулась, открывая глаза. Его забота и беспокойство были приятны, значит, она для него не просто приключение на одну ночь. Как часто женщины обманываются в мужчинах, уверенные, что они думают точно так же, как и представительницы слабого пола.
Осторожно двигаясь и пытаясь не замечать инстинкт, призывающий вести себя куда более страстно, Чак старался не причинить еще больше боли. Это было… невероятно, такого он не испытывал никогда, что вовсе неудивительно. Все те, с которыми он был ранее, давным-давно уже распрощались с девственностью, и сложно назвать то количество мужчин, что побывало в их объятиях. А сейчас он был первым, и это ощущение было просто потрясающим и в физическом, и в эмоциональном плане.
Чак задевал такие точки, о которых Блэр и не подозревала, внутри поднималась волна, разливавшаяся теплом. По телу пробежал электрический разряд, Блэр впилась пальцами в спину Чака. Позднее она пришла к выводу, что это был не самый сильный оргазм, что вполне объяснимо (удивительно, что она вообще его испытала, все-таки Чак профессионал). Но сейчас, переживая послевкусие ощущений, она была уверена, что в жизни не испытывала более яркого удовольствия.
Все рассказы Серены, Кати и Изабель обрывались именно на этом моменте, они только что испытали оргазм (а бывало такое, что и нет) и он получил свое законное наслаждение, после чего обе стороны расходятся. Блэр была уверена, что так будет и сейчас, поэтому дальнейшее стало для нее полнейшей неожиданностью. Чак снова начал двигаться, целуя ее шею (потом она узнает, что эта часть женского тела его фетиш), и снова боль, но гораздо слабее. Кажется, Блэр царапнула его по плечу, чем спровоцировала Чака на более быстрый ритм. Легкий дискомфорт сменился теплом, она задохнулась, когда юноша провел пальцем по клитору. Господи, знала бы, что это будет так приятно, уже давно бы пришла к Чаку.
На этот раз ощущения были острее, вырвав вскрик. Блэр выгнулась, задыхаясь, и обмякла на подушках, решая про себя, что Чак ей совершенно точно нравится. Теперь она понимала и слезы тех бедняжек, которых он безжалостно выставлял из своего номера по утрам, и его славу искусного профессионала в постели. Если все они испытывали такую гамму ощущений, в этом нет ничего удивительного.
А Чак скрипел зубами, сдерживаясь изо всех сил. Он сможет, должен сдержаться! Как же годы тренировок, изучение искусства индийских мастеров? Да, тяжело, когда девушка такая восхитительно-тугая, но он должен!
Теперь движения резче, но боли почти нет. Блэр, уже не смущаясь, застонала, царапая спину Чака. Задыхаясь, Чак сжал в кулаке диванную подушку, лежащую возле подлокотника. Ее ноготки на его спине, ее стоны, в которых слышится его имя, ее закрытые от наслаждения глаза, а самое главное, жар, манящий снова и снова… все это слишком. Он снова опустил руку вниз, Блэр, охнув, подалась бедрами к нему. Нет, даже сейчас он должен… терпеть!
Движения Чака внутри ее тела и его ласковые прикосновения к клитору слились, и Блэр заметалась, краем сознания отмечая, что раз за разом повторяет его имя. Теперь Чак остановился, напрягшись всем телом.
Блэр лежала на диване, сил не было даже на то, чтобы открыть глаза. И откуда они взялись у Чака, который умудрился лечь рядом и даже ее обнять?
- С тобой все хорошо? – прошептал он, целуя ее в висок.
- “Хорошо” – это не то слово, - Блэр слабо улыбнулась. – Я думала, что три оргазма подряд – это фантастика.
- Дай угадаю, Серена еще ни разу такого не испытывала, - Чак усмехнулся. Откуда еще Блэр почерпнула эти печальные знания, как не от Серены?
- Не хочу обсуждать ее личную жизнь, - Блэр отмахнулась, приходя в себя. – Но это было потрясающе.
Чак не ответил, улыбаясь. О, он прекрасно знает, что это было потрясающе, он тоже так себя чувствовал. Ведь он только что открыл Блэр новый мир, причем ему удалось сделать ее первый раз незабываемым. Нейту, опыт которого состоял из Серены и пары-тройки девушек, которых с ним познакомил Чак (только тихо, чтобы Блэр не узнала), этого бы ни за что не удалось. Ну как тут не почувствовать себя самым лучшим любовником в мире?
- И ты потрясающий, - продолжила Блэр. Впоследствии она бы многое отдала, чтобы остановить себя, не сказать то, что сказала. Но увы, не подумав десять раз, она это выпалила. – И ты мне очень нравишься.
Юноша напрягся. Он, конечно, джентльмен, но под отношения не подписывался. А именно этим здесь пахло.
Единственный опыт отношений он старался не вспоминать. Но сейчас из дальнего уголка памяти выплыл образ бледной девушки с темными волосами, отливающими рыжиной, и холодными голубыми глазами. Образ, который он старался не вспоминать, самый любимый в тринадцать лет и страстно ненавидимый сейчас. Она была его первой девушкой во всех смыслах, разве что первый поцелуй был не с ней. Ради нее Чак даже забыл о гордости, думаете, он не знал, что он у Джорджины не один? Надо же, ирония судьбы, в их отношениях он был, так сказать, на месте девушки, строил планы, мечтал, как однажды скажет “люблю” и наденет кольцо с бриллиантом на ее левую руку. Как же он презирал себя сейчас за эти мечтания! И как ненавидел ее за то, что заставила поверить в любовь, которой не существует.
Чак до сих пор помнил всю горечь и боль, которые почувствовал, услышав в трубке, что она уехала, и звонкий смех, который ему так нравился. Джорджине надоело в Нью-Йорке и она уехала в Амстердам, напрочь забыв о Чаке. Который, как идиот, носился по всему городу, разыскивая ее, и обрывал ей телефон.
В тот зимний вечер его ждало еще одно потрясение, которое и привело к тому постыдному решению, которое он принял, фактически расписавшись в собственной слабости. Отъезд Джорджины Спаркс, его первой любви, был сопутствующим фактором. И по сей день он ненавидел себя за эту попытку, он должен был быть сильнее, он же мужчина, в конце концов.
А от Уолдорф надо бежать сломя голову. Дело в том, что она ему… нравилась. Пока он не был в нее влюблен, но если это, не дай Бог, случится, все будет куда хуже, чем с Джорджиной. Блэр и Джорджина были очень похожи, разве что Блэр была все-таки мягче и женственнее, но это Чаку импонировало. Его чувство к Блэр будет куда сильнее, во-первых, потому, что он повзрослел и способен теперь думать головой, а значит, чувство будет осознаннее. А во-вторых, все, чем она отличалась от Джорджины, Чаку безумно нравилось, и эта влюбленность будет намного сильнее.
Но наступит день, когда они расстанутся, он неизбежно настанет, Чак не верил, что любовь может продлиться вечно. И вот тогда снова будут боль и горечь, в тысячу раз острее. И что он сделает тогда? Чак боялся даже думать об этом.
И потом… если даже на секундочку предположить, что они когда-нибудь поженятся и она забеременеет. Она ведь может при родах умереть, как… его мать. Чак станет копией своего отца, легко ли знать, что любимой женщины больше никогда не будет рядом, а виноват в этом только ты? А превратиться в копию своего отца он боялся как огня.
Нет, лучше даже ничего не начинать. Блэр переживет, она ведь сильная. Может, она вернется к Натаниелю, может, найдет другого, но это точно будет не Чак. Он ведь не сможет сделать ее счастливой, он разучился любить.
- Уолдорф, все было, конечно, замечательно, но…
Блэр почувствовала себя последней идиоткой. Какого черта она не промолчала? Ясно же, что Чак к ней того же не чувствует. А она… дура, дура, напридумывала себе Бог знает что. Кинулась ему на шею, отдала то, что должен был забрать любимый мужчина, а потом еще и выдала свои чувства. Вырвавшись из его объятий, она резко села.
- Блэр, я… - начал было Басс.
- Ты Чак Басс, - с горечью сказала Блэр, натягивая трусики и стараясь не обращать внимания на засыхающие потеки крови на бедрах. – Я помню.
Она быстро одевалась, спеша скорее убраться отсюда. На Чака девушка старалась не смотреть. На смену эйфории пришло отвращение к самой себе, ее чувства швырнули ей в лицо, значит, она ненужная, никчемная. Хотелось плакать, но уж нет, такого удовольствия она ему не доставит.
Так может и лучше, что все закончилось сейчас? Что было бы потом, когда она влюбилась бы в него, он-то ведь любить не умеет. Сколько боли ей пришлось бы испытать, страшно представить.
Чак смотрел как Блэр рывками натягивает на себя одежду, не оборачиваясь к нему. Он чувствовал себя мерзко, гадко, но молчал. Отчасти потому, что не знал, что еще сказать, ведь суть она уловила, отчасти потому, что боялся сделать еще хуже. Блэр будет ему еще благодарна, вот увидите.
- Забудь, что я сказала, - потребовала Блэр, хватая сумочку.
Чак прикрыл глаза, почему-то было больно смотреть, как она уходит. Может, сейчас с ней уходил его последний шанс на нормальную жизнь, которым он не воспользовался? Нет, его жизнь более чем нормальна, она ему очень нравится. Он ведь уже научился не обращать внимания на сосущее одиночество.
Хлопнула дверь, и Чак открыл глаза. Можете называть это как угодно, голосом разума, трусостью, но суть оставалась неизменна. Он отверг чувства девушки, которую мог по-настоящему полюбить.
- Будь ты проклята, Джорджина Спаркс, - прошептал Чак, глядя в потолок. – Если бы ты только знала, как я тебя ненавижу.
Но она не знает да и ей наверняка все равно. Чак ведь не один такой, кто желает ей всяческих несчастий.
Он сел и потянулся за брюками, выбросив использованный презерватив в мусорную корзину. Хоть эту просьбу Блэр он исполнит, забудет то, что она сказала.
А Блэр уходила в ночную темноту, натянув беззаботную улыбку. Девчонки пересказывали ей подробности битвы с Амандой и приезда Серены, которая забрала Эрика, и Блэр постаралась выкинуть из головы то, что произошло ранее. Хотя бы на время, но она перестанет об этом думать, ведь забыть о своей несусветной глупости вряд ли получится. Она еще не знала, что только что навсегда привязала к себе Чака Басса, который тоже не сможет забыть то, что произошло, хоть и будет очень стараться.
Сообщение отредактировал mio-mio - Понедельник, 23.09.2013, 20:33 |
| |
| |
| Candle | Дата: Суббота, 14.04.2012, 18:28 | Сообщение # 17 |
|
Elite
Группа: Проверенные
Сообщений: 942
Награды: 17
Статус: Offline
| Глава третья.
Намерение.
Танцуй! Сегодня ты Королева...
"Мельница", "Ведьма"
Виктрола - вид фонографа, выпускавшийся в первой половине XX века фирмой “Victor”. Но ныне, в 2000х это слово уже не связывали с фонографом. Это слово ассоциировалось с запретной свободой, пороком и грехом. Так назывался один из самых модных клубов Нью-Йорка. А если еще точнее, один из самых модных бурлеск-клубов.
Правда, вначале история “Виктролы” вовсе не была такой радужной. Бывший владелец клуба проиграл его в карты Чаку Бассу, который и превратил его в рассадник грехов. Несмотря на юный возраст Басс-младший отличался хваткой, сообразительностью и смелостью. Ныне клуб процветал, и новоиспеченный бизнесмен решил открыть клуб с таким же названием сначала в Париже, а потом и в Лондоне.
Блэр, разумеется, и не подозревала о его далеко идущих планах, для нее все это было лишь забавным приключением. Нет, она прекрасно знала, куда идет, ну кто на Верхнем Ист-Сайде не слышал о “Виктроле”? И о ее владельце тоже. Самолюбию Блэр льстил тот факт, что она будет рядом с владельцем клуба, пусть и всего на один вечер. А если она сейчас раскинет карты правильно, может, и не на один.
Блэр вышла из отеля ровно в семь, как они и договорились. У припаркованного возле дверей черного лимузина стоял мужчина в строгом костюме, он гостеприимно распахнул дверь. Блэр забралась в лимузин, чувствуя себя так, словно лезет в нору за белым кроликом.
Всю дорогу она гадала про себя, откуда этот мужчина узнал ее и узнал ли. Вдруг это какой-нибудь маньяк, который похитил честную девушку? Он завезет ее куда-нибудь в подворотню и… Надо же, она даже не знает телефона полиции.
Пытаясь вспомнить необходимую комбинацию цифр, Блэр так задумалась, что не заметила, как лимузин остановился. Она вздрогнула, когда дверца машины открылась, но тут же собралась. Еще не хватало предстать перед Бассом с перекошенным от удивления лицом.
Басс протянул ей руку, которую она приняла как само собой разумеещеся. Блэр вылезла из лимузина и с любопытством огляделась. Перед клубом собралась огромная толпа, то тут, то там мелькали вспышки фотокамер, а над входом переливалась свеженькая вывеска. Девушка внезапно поежилась от плохого предчувствия, кажется, от родителей будет сложновато все это утаить.
- Неплохо выглядишь, - Басс окинул ее критическим взглядом.
- Я знаю, - Блэр самодовольно на него посмотрела. – Ты тоже достоин стоять сейчас рядом со мной.
В его глазах замелькали лукавые огоньки. Блэр поздравила себя с первым успехом, это уже не насмешка и не равнодушие. Кажется, она на верном пути.
- Мы должны попозировать журналистам или что-то вроде того? – осведомилась Блэр, бросив взгляд в сторону камер.
- Вообще-то они здесь неофициально, на самом деле им запрещено здесь появляться, - Басс повел ее к дверям, приобняв за талию. – Но они все равно сюда приехали, а я делаю вид, что не замечаю их с одним-единственным условием: никаких попыток снять меня. Но ты можешь повертеться перед камерами, если хочешь. Будешь потом впечатлять своих одноклассниц рассказами о том, что побывала на открытии клуба самого Чака Басса.
- Было бы чем впечатлять, на открытии твоего клуба в Нью-Йорке пришла половина школы, - фыркнула Блэр. – И, кстати, не скажу, что там было что-то особенное.
- Ты сама-то там была? – кажется, Басс оскорбился.
- Конечно, - Блэр легкомысленно пожала плечами, входя в клуб. – Пожиратель огня был просто жалок. Не говори, что пригласил его и сюда, - глядя на оскорбленно-растерянное лицо Басса, она, смеясь, закатила глаза. – О Боже, хочешь испортить еще одно открытие?
- Это профессионал высочайшего класса, - он даже остановился.
- Ну, у него это на лбу не написано, - Блэр вошла в полутемный зал.
Занавес поднялся, и перед ними предстала сцена, на которой стояли три девушки в нижнем белье. Те немногие, кому уже удалосьпройти внутрь, дружно зааплодировали. Басс провел ее к столику в самом центре зала, и Блэр опустилась на диван.
- Еще ни одна девушка меня не критиковала, - обиженно пробурчал он, садясь рядом и подзывая официанта. - Le whisky et le champagne, s'il vous plaît*.
- Правда? – Блэр подняла брови. – Неужели ни одна девушка не говорила тебе, что она на самом деле думает?
- Я предпочитаю, чтобы мои девушки молчали, - Басс ухмыльнулся.
- Затыкаешь им рот всеми доступными способами?
- Вроде того, - он протянул ей бокал шампанского.
- Merci** , - улыбнулась Блэр официанту.
- Говоришь по-французски? – в глазах Басса появился интерес.
- Достаточно бегло. А ты?
- Моя мать была наполовину француженкой, так что это у меня в крови, - самодовольно заявил он.
Его мать… Насколько Блэр знала, Басса воспитывал только отец. Басс сказал “была”, значит, она умерла? Блэр разбирало любопытство, но сейчас этим интересоваться будет нетактично.
- И как же вышло так, что девушка Натаниеля сейчас сидит рядом со мной в, страшно сказать, бурлеск-клубе? – Басс сменил тему.
- А как вышло так, что Чарльз Басс называет своей девушкой первую встречную? – задала встречный вопрос Блэр.
- Во-первых, не первую попавшуюся, а во-вторых, я задал вопрос первый.
- Ну, во-первых, бывшая девушка Натаниеля, а во-вторых, почему словосочетание “бурлеск-клуб” должно меня отпугивать?
- И кто кого бросил? – небрежно поинтересовался Басс, положив ногу на ногу и откидываясь на спинку дивана.
- Мы решили остаться друзьями, - отрезала Блэр, но, увидев его скептический взгляд, пояснила: - Вообще-то это я его бросила.
- Я так и думал. Натаниель до последнего бы сомневался, боясь сделать тебе больно. А что до бурлеск-клуба… Ты же – классическая хорошая девочка, делаешь все, что велят родители, ни в чем им не прекословя. Не боишься, что они оставят тебя без сладкого, если узнают, что ты здесь была
- Остаться без сладкого не так страшно, как остаться без денег, правда? – подмигнула ему Блэр. – А вообще, я бы на твоем месте не судила поверхностно. Вполне может оказаться, что человек совсем не такой, каким тебе кажется.
- Моя интуиция еще никогда меня не подводила, - Басс пожал плечами, по-видимому, незадетый ее словами.
Блэр не стала на это отвечать. Нужно срочно сделать что-то такое, чего он от нее не ожидает. Классическая хорошая девочка… Блэр даже не могла сказать, обидно ей было сейчас или нет. Она любила изображать из себя ангела, особенно в общении со старшим поколением, так было проще получить то, что тебе нужно. Но если не получалось достичь желаемого этим способом или же кто-то задевал интересы Блэр, она становилась расчетливой стервой, которой не было равных в интригах. Блэр и сама не могла сказать, какое из этих ее настоящее лицо, две сущности слились в одну. Сейчас она интуитивно чувствовала, что ангел здесь будет бессилен, даже больше того, Басс в ужасе от нее сбежит. Ему не нужны паиньки, ему с ними скучно, как самой Блэр было скучно с хорошими парнями. А значит, нужно сделать что-то такое, на что способна лишь оторва.
-Руководствуясь ею, ты выбирал танцовщиц?- фыркнула Блэр, глядя на сцену. – Очень интересный выбор, хочу тебе сказать. Особенно та, что слева.
- Она умеет завязывать узелок из черенка вишенки, - пожал плечами Басс. – Целуется просто потрясающе, и не только.
- Я тоже умею его завязывать, - Блэр не впечатлилась, хотя он явно на это рассчитывал.
- Ну конечно, - Басс покачал головой.
Блэр вспыхнула. Сколько она себя помнила, она доказывала, что она лучшая. Сейчас, когда она добилась статуса королевы школы, сомневающихся в этом уже не было, последний раз она сталкивалась с таким откровенным недоверием года два назад. Тогда Элеонор решила, что она полновата. Блэр взялась за похудение с таким энтузиазмом, что заработала булимию, зато сбросила вес. Завязать узелок не в пример проще, чем сбросить десять килограмм за несколько дней.
- Apportez de cerise*** , - Блэр остановила проходящего мимо официанта.
Не прошло и нескольких минут, как перед ней появились небольшая тарелочка с вишнями, еще одна тарелочка рядом и чайная ложка. Угодить девушке владельца клуба стремились все, наивно полагая, что от ее настроения будет зависеть их дальнейшая работа здесь. Чем терять такое хлебное место, лучше выполнить все ее капризы.
Блэр взяла с тарелки одну ягоду и собралась уже было засунуть ее в рот, но ее руку обхватили чьи-то пальцы. Басс отобрал у нее вишенку и сам поднес ее к губам девушки. Сверкнув глазами, Блэр постаралась как можно изящнее взять ягоду в рот.
Она слегка поморщилась, когда рот наполнился кислым соком, и, аккуратно выплюнув косточку в ложку, привычным движением завязала узелок. Удостоверившись, что во рту не осталось ни мякоти, ни сока, Блэр высунула язык, на котором лежал аккуратный узелок. Басс, явно впечатленный, осторожно взял его в руки.
- Да ты талант, - он ухмыльнулся и потянулся к ее губам.
Блэр тут же откинулась на спинку дивана. Можно, так и быть, признаться в этом самой себе, ей хотелось его поцеловать. Его полноватые губы притягивали взгляд и очень хотелось проверить, правда ли то, что он великолепно целуется (да, Блэр сегодня не удержалась и почитала ветку о нем на форуме Сплетницы). Но еще слишком рано для поцелуя, он уничтожит весь прогресс, которого ей удалось достичь. Басс ведь по натуре своей охотник, как только он поймет, что Блэр начинает сдаваться, на ее плане можно ставить жирный крест. Его интерес нужно подогревать каждую секунду, не давая огню погаснуть.
К счастью, Басс, кажется, понял намек, он, как ни в чем не бывало, откинулся на спинку дивана рядом, не делая больше попыток ее поцеловать. Блэр почувствовала легкое разочарование, но быстро утешилась тем, что так и надо.
- Стесняюсь спросить, откуда такие навыки? – он посмотрел на сцену.
- Лучше тебе не знать, - Блэр слабо улыбнулась, не желая посвящать его в то, что этому ее научила Серена, которой, в свою очередь, передала необходимый опыт проститутка из Амстердама.
- Ты непохожа на девушку, которая общается с этой категорией населения.
- Я и не общаюсь, - Блэр внимательно следила за движениями танцовщиц. Кажется, она начала улавливать ритм. – А я умею двигаться.
- Как они? – Басс кивнул на сцену.
- И даже лучше, - заявила Блэр.
- Говорить, что двигаешься лучше танцовщиц с профессиональным образованием… Я мысленно тебе аплодирую.
Блэр взяла в руки бокал. Опять то же самое. Может, это, конечно, и было с ее стороны самоуверенно, но говорить с таким сарказмом ему никто не разрешал.
- Ты снова мне не веришь, - она внимательно посмотрела на него.
- Поднимись на сцену, продемонстрируй еще и это, - теперь в его голосе слышалась откровенная насмешка.
- Ты не веришь, что я поднимусь туда, - в крови Блэр забурлил адреналин.
- Надо же, я так надеялся, что ты этого не заметишь, - притворно-сокрушенно вздохнул Басс.
Вот она, та возможность, которую она так ждала. Блэр была уверена, что еще ни одна девушка не танцевала для него… Нет, не так, еще ни одна девушка не танцевала для него на людях. Стриптизерши не в счет, это их работа. Она и сама не могла сказать, откуда в ней взялась эта уверенность, она просто это знала. Блэр решительно поставила бокал на столик.
- Следи за шампанским, - велела она и решительно поднялась на ноги.
Если бы Блэр обернулась, она бы увидела полные изумления глаза юноши. Но она побежала к сцене, борясь с искушением вернуться. Это было… страшновато. Всю свою сознательную жизнь она поддерживала идеальную репутацию, стараясь не упасть в грязь лицом. Уолдорфы не танцуют на сцене в бурлеск-клубах, они и в заведениях-то таких не бывают. Но Блэр сейчас была здесь, более того, она поднималась по ступенькам, собираясь раздеться. В конце концов, Блэр решила, что она сейчас не Уолдорф, а просто Блэр.
Девушка вышла на середину сцены, свет прожектора ослепил ее, не дав четко разглядеть приоткрывшего рот Басса. Понимая, что для бурлеск-клуба на ней слишком много одежды, Блэр потянула молнию платья вниз, молясь, чтобы ее не заело, иначе образ будет безнадежно испорчен. К счастью, язычок плавно поехал вниз, и платье упало к ее ногам. Переступив через него, Блэр услышала завывание толпы и почувствовала себя более-менее уверенно.
Она повернулась к залу спиной, чтобы посмотреть на движения танцовщиц, и как можно изящнее подняла руки вверх. Теперь качнуть бедрами так, как делают они… Мужчины в зале восторженно взревели, и Блэр едва не засмеялась. Как, оказывается, просто ими управлять. Еще раз бедрами и можно провести рукой по плечам и волосам. Да она и без этих танцовщиц справится!
Блэр медленно обернулась к залу и обнаружила, что диван уже пустой. На секунду ей стало холодно, все это ведь для Басса и только для него, остальные ее не интересовали. А он вполне мог уйти с какой-нибудь официанткой, и теперь все ее старания напрасны. Но она тут же увидела его возле сцены, с полуоткрытым ртом и блестящими глазами. Наконец-то она заинтересовала его как женщина.
Ей в голову пришла безумная идея стащить и комбинацию тоже, но Блэр вовремя одумалась. Если она сейчас совсем разденется, у него не останется никакого простора для воображения.
Повернувшись, она улыбнулась ему той самой чарующей улыбкой, которая заставила Нейта потерять голову, а затем, присев, медленно провела рукой по ногам. Басс уже восторженно улыбался, салютуя ей стаканом с виски, кажется, он признал себя побежденным. Улыбка Блэр стала победной, она поднялась на ноги и продолжила танцевать, с радостью слушая крики толпы, поддерживающие ее. Какое счастье, что здесь нет новоиспеченных папарацци и журналистов, которые так и остались у входа. Так Блэр чувствует себя по-настоящему свободной.
Что было потом, Блэр помнила плохо. Кажется, они еще немного потанцевали и без конца пили шампанское. Блэр все время смеялась, Басс произносил какие-то глупые тосты и больше не делал попыток ее поцеловать. Смутные воспоминания Блэр оборвались на том моменте, когда он потянул ее к выходу.
Проснувшись, Блэр, к своему ужасу, поняла, что находится не в своей постели. Не было ее маски, которая так часто спасала ее от солнечного света по утрам, запах был непривычен да и вообще все вокруг было чужое. Блэр с ужасом села на огромной кровати и тут же прижала к груди светло-серое одеяло. Правда, она была в комбинации, пропахшей… бе-е, сигаретным дымом. Блэр поморщилась, в ужасе осознавая, что должна была вчера вернуться в отель, но, получается, провела ночь в совсем другом месте. Она в панике оглянулась, ища взглядом сумочку. Родители, наверно, поставили на ноги весь Париж.
- Проснулась, спящая красавица? – раздался за ее спиной веселый голос. Блэр прошибло холодным потом. Только этого не хватало!
- Басс, где моя сумочка? – Блэр обернулась, отчаянно надеясь, что выглядит более-менее презентабельно.
- Где-то на диване, - юноша в фиолетовом шелковом халате пожал плечами. – Я не помню, куда ты ее бросила.
- Мы..? – у Блэр перехватило горло. Ну почему она вчера так много выпила?
- Нет, - он сел рядом, протягивая ей чашку с кофе. – Ты уснула раньше, к моему неудовольствию.
- Спасибо, - Блэр сделала глоток и тут же спохватилась. – Мне нужно позвонить.
- Дай угадаю, - Басс вытянулся рядом. – Родителям?
Блэр отодвинулась от него, поставив чашку на тумбочку, и с ужасом осознала, что в номере нет ее платья. Не может быть и речи, чтобы она ехала по городу в нижнем белье!
- Надо же, вчера ты показалась мне такой оторвой, - он лениво потянулся. – Я даже готов был признать, что ошибся. Но сейчас я понимаю, что ты все-таки папенькина дочка.
- Я не хочу, чтобы они волновались, только и всего, - девушка вылезла из кровати и схватила сумочку. – По-моему, вполне естественное желание, странно, что оно тебя не посещает.
- В это время суток меня посещает только горничная. Кстати, ее зовут Жюстин, и она просто ас в постели. Если хочешь, мы вполне можем…
- Нет, ваши забавы меня не прельщают, - Блэр передернуло от отвращения.
- Да я, собственно, только предложил, не особо надеясь на положительный ответ. Кстати, твое платье.
Блэр обернулась и вздохнула с облегчением. На спинке стула лежало платье, даже не очень мятое. Удивительно, что Блэр его сразу не заметила, хотя если учесть, что, проснувшись, она решила, что они с Бассом переспали, а она не помнит свой первый раз… Удивительно, что у нее не появилось седых волос.
Элеонор с Гарольдом, как оказалось, провели вечер со своими друзьями, у которых и остались ночевать. И, конечно, Нейт проводил Блэр, довел до дверей номера, потом Блэр посмотрела “Унесенные ветром” и легла спать, а сейчас только проснулась. Теперь нужно успеть вернуться раньше родителей.
- Я так понимаю, твои родители не обрадуются, если узнают, что ты вчера устроила?
- Допустим, - настороженно произнесла Блэр, хватая платье со спинки стула.
- Как печально, что об этом знаю я, - Басс поднялся на ноги. – И хотел бы забыть, но это было бы кощунством.
- Ничего, я не обижусь, - девушка попыталась пройти к ванной, но он преградил ей дорогу.
- Не-ет, так я поступить не могу, - он явно наслаждался ее растерянностью. – Мне просто интересно, что сделает твой папа, когда узнает о том, что ты вытворила.
А правда, что он сделает? Закричит, что Блэр опозорила его на оба континента, посадит ее под домашний арест, мгновенно отправит в Шотландию? Блэр не знала, какой из трех вариантов выбрать. Неожиданно вчерашнее уже не показалось ей таким веселым.
- Ты будешь меня шантажировать? – она подняла брови. – Зачем?
-Быть может, ты мне еще понадобишься, - он пожал плечами. – А уговаривать тебя не хочется.
Блэр хотела было съязвить, но замерла, когда он шагнул ближе. Обняв ее за талию, Басс притянул ее к себе и… поцеловал.
Она и хотела бы возмутиться, но это было… Будто разряд электрического тока прошел по телу, будто качели подняли Блэр и швырнули ее вниз, будто горячая волна поднялась откуда изнутри и накрыла ее с головой. В ее жизни, несмотря на изученное ею искусство обольщения, было не так много поцелуев, и уж точно ни один из них не был похож на этот.
- Я мечтал об этом весь вчерашний вечер, - едва слышно прошептал он, отстранившись. Басс сделал шаг назад, в глазах снова искрилась насмешка.– Ну что, теперь ударишь меня? Заявишь, что и знать меня теперь не хочешь?
- Это был своего рода эксперимент? По идее я уже за шантаж должна была бы влепить тебе пощечину. Ты не джентльмен, Басс.
- У тебя с этим проблемы?
- Я воспользуюсь твоей ванной, - Блэр оставила вопрос без внимания.
В ванной она на всякий случай заперла дверь (мало ли еще на какие эксперименты Басса потянет) и брызнула холодной водой на лицо. Кажется, сейчас она все испортила. Ну зачем, зачем она ответила на его поцелуй? Ведь в соответствии с придуманным ею планом Блэр должна была вырваться и вправду ударить его. Если она решила изображать недотрогу, так надо было идти до конца. Но как же сложно держать себя в руках, ведь с ним так… весело. Так легко ей не было еще ни с кем. Может, там, вчера, была настоящая Блэр, а здесь, сейчас, снова кукла? А после поцелуя ей тем более не хотелось с ним просто дружить.
Как любую девочку, которая считает себя паинькой, Блэр тянуло к плохим парням, что могли подарить, пусть даже ненадолго, пряный вкус запретных ощущений. И, конечно, она была уверена, что у нее-то все будет по-другому, ведь те неудачницы, что были до нее, просто не знали, как с ним обращаться. В этом был свой резон, ибо с Чаком пытались завязать отношения, и даже окрутить его, разными способами. В ход шли самые разные уловки, от банального секса с использованием всех навыков в искусстве любви до угроз покончить с собой. Пройдя через это не один раз, Чак знал их все наперечет и уже заранее мог предсказать поведение девушки. Но ему еще никто не давал так откровенно понять, что отношения с ним девушке не нужны. Кроме того, Блэр тонко чувствовала, что они с Чаком все-таки похожи, и это была еще одна причина почему ее тянуло к нему.
Однако, как бы ей этого не хотелось, Блэр все-таки не оставила ему свой номер телефона. Когда она уходила из номера, ей предстала умилительная картина: Басс крепко спал, вытянувшись на кровати. Девушка постояла минуту, глядя на него, черты его лица разгладились, он выглядел таким умиротворенным… Сейчас и не скажешь, что он демон во плоти.
Блэр тихонько закрыла дверь и быстро пошла по коридору. Оставалось теперь только надеяться, что ее намерение запомниться ему увенчалось успехом, и он позвонит.
* Виски и шампанское, пожалуйста (фр.).
** Спасибо (фр.)
*** Принесите вишню (фр.)
|
| |
| |
