Мой муженек, коварный мужчина, пытается снять компромат, чтобы всю жизнь меня этим шантажировать. Так ведь, мистер Бэйзен? Я улыбнулся, когда она показала в камеру язык и вышел из душевой кабинки, снимая всё её тело. М-м, а ей идёт быть только в пене. А лучше вообще без ничего. Чтобы лежала клубочком рядом со мной, а я бы зарывал пальцы в её волосы. О-о, какая вы догадливая. У вас есть жалобы?
О-о, какая вы догадливая. У вас есть жалобы? Я уперлась руками в бока, нагло усмехаясь и обращаясь в камеру: Оо, это о наболевшем. Закатив глаза, я приблизилась к Картеру, все так же общаясь с черненькой точечкой на моем айпаде. Я наклонилась к ней, переход я на шепот: Скажу вам по секрету: мой муж настоящий зануда! Наверно, все дело в возрасте. Улыбнувшись Картеру, я насмешливо посмотрела на него, ощущая, как загораются озорные огоньки в глазах.
Оо, это о наболевшем. Скажу вам по секрету: мой муж настоящий зануда! Наверно, все дело в возрасте. - заговорщически прошептала Агнес в точку объектива на айпаде, и я возмущённо вскинул брови на её насмешливый взгляд. Что ж, а вы не учитывали то, что вашему достопочтенному мужу очень тяжело уживаться с такой хулиганкой и глупышкой?
Что ж, а вы не учитывали то, что вашему достопочтенному мужу очень тяжело уживаться с такой хулиганкой и глупышкой? Я зло прищурилась, складывая руки на груди. Глупышкой, значит? Это я, значит, глупая?! Потрясающе!
Глупышкой, значит? - я нацелился на её разъярённое лицо и самодовольно произнёс, взъерошивая свободно рукой мокрые волосы. О, вы так горячи, когда злитесь, миссис Эндрюс. Вы неимоверная глупышка. Развратница. И упрямица. - Я насмешливо послал её воздушный поцелуй.
О, вы так горячи, когда злитесь, миссис Эндрюс. Вы неимоверная глупышка. Развратница. И упрямица. Я скорчила рожицу и надула губки. Вернув свой взгляд камере, я снова перешла на заговорческий шепот: Оо, да на фоне этого мужчины, я просто невинный ангел. Он грубый,- я начала загибать пальчики, кидая злобные взгляды на Бэйзена,- жестокий, ненасытный, нежный, ревнивый, дикий и самый любимый! Представляете, как мне тяжело?
Оо, да на фоне этого мужчины, я просто невинный ангел. Он грубый, жестокий, ненасытный, нежный, ревнивый, дикий и самый любимый! Представляете, как мне тяжело? Я самодовольно следил за Агнес через её отражение в экране айпада. Красивая. Но не глянцевая, а по-настоящему. Красивые едва видимые паутинки неуловимых морщинок у глаз, когда она смеётся. А ещё так красиво, когда она, будто бы стесняясь чего-то, мягкими шагами меряет длину нашей квартиры по ночам, или когда она пьёт кофе - у неё так красиво дрожат ресницы, или когда она ест - она так чертовски красиво ест, не то. что я. Красивая Агнес. Вам, несомненно, попался тяжелый случай. Но почему же ваш муж жестокий? Насколько я осведомлён, он свтейшей души человек. А вот жёнушка у него... сварливая бабень.
Вам, несомненно, попался тяжелый случай. Но почему же ваш муж жестокий? Насколько я осведомлён, он свтейшей души человек. А вот жёнушка у него... сварливая бабень. Бабень?! Он и правда сказал бабень?! Я возмущенно вскинула брови. Жестокий муж постоянно обижает свою непутевую женушку. Хотя, насколько я осведомлена, она невероятно добрая, милая, воспитанная, нежная, заботливая...и вообще, идеальная женщина. Самодовольно ухмыльнувшись, я бросила вызывающий взгляд на Картера. Но, если кому-то не нравится...
Жестокий муж постоянно обижает свою непутевую женушку. Хотя, насколько я осведомлена, она невероятно добрая, милая, воспитанная, нежная, заботливая...и вообще, идеальная женщина.Но, если кому-то не нравится... Она дерзко и с блеском в глазах посмотрела на меня, и я, облизнув губы, нажал "Стоп" и отложил айпад на раковину. Думаю, последующее не для чужих глаз. Или ты хочешь записать хоум-видео в стиле ХХХ? - я плотоядно осмотрел Агнес, приближаясь к ней. Да, мне попалась идеальная в своей неидельности женщина. И я её очень люблю. Даже когда не должен любить. Даже когда ты должна, по всеобщему, выглядеть отвартительно - я всё равно тебя люблю. Иди ко мне.
Думаю, последующее не для чужих глаз. Или ты хочешь записать хоум-видео в стиле ХХХ? Я лукаво улыбнулась, одними губами говоря: Почему бы и нет? Да, мне попалась идеальная в своей неидельности женщина. И я её очень люблю. Даже когда не должен любить. Даже когда ты должна, по всеобщему, выглядеть отвартительно - я всё равно тебя люблю. Иди ко мне. Ну почему ему всегда удается сказать именно то, что сразу растапливает мое сердце? Я, с легкой улыбкой, закатила глаза и подошла к Картеру. И будешь любить, даже если подхвачу простуду, и у меня будет опухший красный нос и слезящиеся глаза? Я недоверчиво вскинула бровь, останавливаясь в пол метре от него.
Почему бы и нет? - и опять эта её чёртова улыбка. Я внимательно смотрел на её губы - мягкие, податливые, чувственные, чуть длинноватые, с полупрозрачной родинкой в уголке расплывчатых контуров рта, и думал, что, наверное, это самые красивые губы, которые я видел. Никакой вульгарности, никакой пошлости и сухости, а нежная дерзость и чувственно земляничный цвет. Я лениво улыбнулся, вызывающе смотря на неё и шепча: Что ж. Я утверждаю тебя на главную роль, малышка. - Я игриво вскинул брови. - Только вот декорации стоит поменять. - Я осмотрел кафельные стены уборной. И будешь любить, даже если подхвачу простуду, и у меня будет опухший красный нос и слезящиеся глаза? - Агнес осталовилась на расстоянии вытянутой руки от меня, и я впитывал каждой порой её запах - пряный, терпкий, сладковато-горький и с привкусом сигарет Вог. Идеальный аромат. Я буду любить и хотеть тебя, даже когда ты совершишь вооружённый налёт на МакДональдс и станешь похожей на бочку - очаровательную бочку, должен признать. - Я, не сдержавшись, грубо притянул её к себе, подхватывая на руки и обвивая её тоненькие ноги вокруг своей талии и вынося в нашу спальню. Её мокрое тело касалось моего, и капли воды стекали по нам, и я взял в губы её прядь и испил с неё воды, а потом крепко поцеловал Агнес в её губы и резко, без лишних обиняков, одним судорожным движением смахнув всё содержимое бюро, усадил её на него и схватил её за волосы, приподнимая её голову и открывая доступ к её изящной шее.
Прикусив её бледную, полупрозрачную кожу у ключицы, я переместил руку на её грудь, мягко сжимая её и порывисто входя в Агнес, и чувствуя её тепло, а потом двигаясь в ней с ритмом джаз-рока, и словно желая вдавить в стену, и опять - только с ней так бывает, только с ней так хорошо, и она такая тёплая, и я шире раздвигаю её хрупкие ножки и устанавливаю свои ладони на внутренню часть её бёдер, всё так же продолжая погружаться в неё, толчками выбивая пульс своего сгнившего сердца, которое, казалось, скоро раскрошит мою грудную клетку.
Я буду любить и хотеть тебя, даже когда ты совершишь вооружённый налёт на МакДональдс и станешь похожей на бочку - очаровательную бочку, должен признать. - Я стонала, задыхаясь, в его губы и двигаясь навстречу его бедрам. Под ритм, известный только нам двоим. Толчок. Горячая наполненность обуревает меня, быстро сменяясь эйфорией. Толчок. Мы вместе. Целое. И все так, как должно быть. Просто обязано. И снова толчок. И еще. Один за другим. И вновь мы одни в этом мире. Я улыбаюсь в его плечо, ухватывая кожу зубами. Ненасытные. Словно подростки, только узнавшие на деле, что такое секс. Прав был Картер. Мы никогда не насытимся друг другом.
Холодно. Где мой любимый заменитель обогревателя? Я с трудом разлепила веки, заметив силуэт Картера, выходящего на балкон. Он говорил по телефону. Я привстала на локтях и прислушалась к разговору. Слушаю. Какой ты догадливый, Рене. Не с кем закусить Хенесси рассолом? Нет. Ну и? Поподробнее. Время и место. Рене...Рене..что-то знакомое. И пугающее. Не дай Бог это его "работодатель". Хотя. уверена, что так. Услышав поступь Бэйзена, я откинулась на подушки и сделала вид, что сплю. Прости,- легкий шепот полный сожаления. Я сухо усмехнулась. Ведь все не может быть просто хорошо, да? Только не у меня.
Я толкнул ногой дверь в нашу квартиру - старые привычки, чёрт побери, имеют свойство возвращаться, чему я рад, мать вашу, и я в экстазе от того, что чувствую власть, силу, и дрожь от победы на кончиках пальцев. Я снова чувствуя, что я - это я. И будто бы не было не было ничего - ни тюрьмы, ни смерти моего ребёнка. Ни кокона с Агнес. Ничего. Безупречная пустота и падение в бездну. Благодать. Просто нужно забыться. О да. Мать вашу, просто забыться. Я бездумно расхохотался. размахивая бутылкой Хенесси и сумбурно отпивая глоток. Арр. Как хорошо. Ядерная смесь - Хенесси и ЛСД. Мать вашу. Мать вашу. Сердца нет и пульса тоже. И цвета такие яркие, и слишком громко. Дышу слишком громко. Я снова рассмеялся, проходя к мини-бару и вольготно усаживаясь на барную стойку, а потом ложась на неё и смотря в потолок. Пусто. весело, но пусто.
Внизу послышался шум - вернулся. Нам предстоит серьезный разговор. Надев на себя короткий шелковый пеньюр (Бэйзен его обожает. Не понимаю, почему он до сих пор не изорвал его в клочья?) и пригладив волосы, я спустилась вниз. Горе-муженек лежал на барной стойке и пялился в потолок, словно вместо него там звездное небо. Хотя, может, для него это так. Кто знает, под чем он сейчас. Где ты был?- мягко спросила я.
