Это приглашение? Как мило с твоей стороны, дорогая. Я уж было вознамерилась повернуться и вытолкать этого наглеца из своей ванной, его горячее и возмутительно-возбуждающее тело прильнуло к моему, повторяя все его изгибы и заставляя заснуть стон негодования куда подальше. Я рефлекторно (!) прижалась ближе и повела бедрами. Предательский инстинкт. Ты же знаешь, что ты прекрасная. Ты же все отлично знаешь. Знаешь, как действуешь на меня и на других мужчин. Знаешь, что один лишь твой иронично-высокомерный взгляд - и все жмутся к твоим ногам, и я в числе этих "всех". Знаешь, что ты чертовски идеальна, если это понятие существует. Знаешь, что у тебя завораживающие огромные глаза матового серого цвета с приглушенным изумрудным оттенком, и знаешь, что от них невозможно оторвать взгляд. Ты же прекрасна, и ты осознаешь это, а я всего лишь Чудовище, а ты Красавийа. Долбаный Дисней застрял в сознании с детства, но это правда. Ты - шедевр. Пикассо обязательно бы изобразил тебя на своих картинах. О Боги. Я вся намокла от этого пронизывающего шепота и совсем не робких ласк и поддалась желанию словно малолетка. Возьми меня.- тихо застонала я, запрокинув голову и закинув руку на его шею, и чувственно повела бедрами, трясь о него.
Возьми меня. Я выдохнул, мгновенно откликаясь на возмутительно сексуальные движения Агнес. Переместив ладонь на её бедра, а свободной рукой ещё сильнее наклонив её, я прижался торсом к её изогнутой спине, целуя её за ухом. Чуть раздвинув её ноги, я резко вошел в неё, шипя от удовольствия и ощущения, что я в ней. Её тепло обхватило меня, и я начал двигаться внутри Агнес - стремительно, а потом дразняще неспешно, а после уже совсем не контролируя глубине проникновения. Никогда не умел сдерживаться рядом с ней. Никогда не умел не подчиняться ей.
Кончив, я вышел из Агнес, устало опираясь спиной о душевую кабинку. Притянув к себе Агнес, я прикрыл глаза и уткнулся лбом в её висок, выравнивая дыхание. Хорошо. Даже слишком. Лениво улыбнувшись, я прошептал: - Спасибо. - Я раскрыл глаза. - Пора бы и позавтракать, малышка? Такими темпами, мы скорее умрем с голоду, нежели до конца насладимся друг другом. Я вышел из кабинки и обмотал Агнес махровым полотенцем. Взяв её за руку, я провел её на кухню и усадил за стол, становясь позади и перекидывая её влажные волосы на спину. Потянувшись за расческой, я аккуратно провел её по волосам Агнес, попеременно целуя её в висок, шею, ключицу... Отложив расческу, я подошёл к плите и поставил вариться кофе. Потерев шею, я задумчиво протянул: - Тебе, наверное, нужно какое-то особое меню. Ну, ты понимаешь. У тебя был лечащий врач? Надо обязательно с ним созвониться. Хм, я даже могу купить ему квартиру рядом с домом. Завтра идем в больницу. И к психологу. В общем, нужно что-то делать с этим. Я прочитал в интернете, - я смущенно поджал губы, - ну, короче, что надо бы завести дневник. Все свои эмоции и прочую чушь записывать. А когда будут приступы, все это соотносить. Мм, так и сделаем. Согласна? - Я поставил хлеб в тостерницу и повязал на себя фартучек.
О, Санта, это был самый шедевральный секс в душевой кабине за всю мою жизнь! Что бы я там не говорила, Бэйзен в постели действительно Бог. Так чувственный, дразнящий, грубый и нежный, такой упругий и большой...Ох. Я надавила пальчиками на его шею, прижимаясь до невозможности близко. Спасибо. Пора бы и позавтракать, малышка? Такими темпами, мы скорее умрем с голоду, нежели до конца насладимся друг другом. Усмехнувшись, я мысленно согласилась с ним. Люблю. Мы переместились на кухню, где Картер, бережно усадив меня на стул, принялся ласково и осторожно расчесывать мои волосы. И, знаете, этот момент был очень интимным, намного интимнее того, что был в душе пару минут назад. Он меня любил. - Тебе, наверное, нужно какое-то особое меню. Ну, ты понимаешь. У тебя был лечащий врач? Надо обязательно с ним созвониться. Хм, я даже могу купить ему квартиру рядом с домом. Завтра идем в больницу. И к психологу. В общем, нужно что-то делать с этим. Я прочитал в интернете, ну, короче, что надо бы завести дневник. Все свои эмоции и прочую чушь записывать. А когда будут приступы, все это соотносить. Мм, так и сделаем. Согласна? Я улыбнулась ноткам беспокойства в его голосе и положила локти на стол, опираясь лицом о кулачки. Согласна только на дневник,- я завороженно рассматривала потрясающую красоту своего мужчины.- Не переживай, малыш, я жила с этим несколько лет. И...это происходит в основном тогда, когда я очень волнуюсь или расстроена.
Согласна только на дневник. Не переживай, малыш, я жила с этим несколько лет. И...это происходит в основном тогда, когда я очень волнуюсь или расстроена. Я сглотнул, смотря на то, как вскипает кофе. Отключив конфорку, я разлил кофе по чашкам. Волнуюсь или расстроена. И снова я ощущаю себя полным ничтожеством. Ведь если она чувствует себя так, то только по моей вине. И теперь даже неловко смотреть в её глаза, потому что причиняю слишком много боли. Иногда осознанно, иногда по привычке, иногда - просто потому, что не умею по-другому. Никчемная отговорка. Никчемный я. Поставив чашки на стол, я сел рядом с Агнес, отстраненно смотря в окно. Прости. - Я чуть склонил голову, хмурясь. После вчерашнего я было уверен, что буду скрывать свои, скажем так, неблаговидные порывы. Самое страшщное - видеть в её глазах отвращение и разочарование. И да, ей совсем не обязательно знать, что мне иногда хочется сесть на подоконник, взять запылившуюся винтовку и перестрелять пару-тройку людей. В Острофф. срочно. Выпив кофе, я встал на ноги, разминая шею. Будем собираться на Бал?
Прости Хэй,- я поняла, что не стоило этого говорить, потому что самые красивые на долбаной плане глаза наполнились виною и сожалением.- Картер, любимый...- я нарушила его отрешенное разглядывание пейзажа, перекрестив наши пальцы.- Ты не виноват. Как он может винить себя в том, что сделал мою жизнь счастливой и стал ее смыслом? Как он может винить себя в том, что стал лучшим из того, что происходило со мной, в том, что я каждый день благодарю бога за Него. Ты не можешь винить себя, потому что именно благодаря тебе я избавилась от всего этого, и я очень благодарна тебе за это. Будем собираться на Бал? Конечно, я подобрала нам отличный комплект. Мы позавтракали в приятной, уютной тишине и, расправившись с завтраком и кофе, я взяла Картера за руку и повела в нашу спальню, а после в гардеробную. Я открыла шкаф и изъяла оттуда два чехла. Это твой костюм,- я протянула Картеру один,- От Roberto Cavalli. А вот мое платье - от Rami Al Ali. Приложив к себе расстегнутый чехол, я принялась кружиться по гардеробной, звонко смеясь. Ну как, нравится?
Хэй, Картер, любимый... Ты не виноват. Я поморщился. Мы оба знаем, что это не так. И мои слова и мечты этого не изменят. Надо верно действовать, а не говорить. И пора бы, чертов ты Бэйзен, уяснить, что ты можешь калечить словами и поступками кого угодно, только не её. Только не её. Ты не можешь винить себя, потому что именно благодаря тебе я избавилась от всего этого, и я очень благодарна тебе за это. Я чуть сжал её ладонь, наконец-то перемещая взгляд на неё. Но именно благодаря мне все возобновилось. Замкнутый круг. - Я поджал губы. - Но я все исправлю. Мы закончили с завтраком и вышли из-за стола. С ней так хорошо. Словно не было тех дней, когда я в одиночестве загонялся коксом с утра пораньше. теперь это не нужно. Теперь, как бы пафосно это ни звучало, мир красочен и без восхитительно охуенной дряни. Конечно, я подобрала нам отличный комплект. Это твой костюм. От Roberto Cavalli. А вот мое платье - от Rami Al Ali. Я скептически осмотрел свой наряд. Роберто Кавалли... ужас. А вот, эм, Али что-то там мало о чем мне говорило. Но выглядело круто. Ну как, нравится? Красиво, - я улыбнулся, осматривая золотистое платье. - Ты как Клеопатра. Я рассмеялся её ребячеству и скинул с себя фартук, начиная одеваться. Надев боксеры, чистые носки (алилуя), натянув эти якобы шикарные брюки, застегнув рубашку и накинув пиджак, я воровато посмотрелся в зеркало. Не привык быть настолько экипированным. Ну... неплохо.
Но именно благодаря мне все возобновилось. Замкнутый круг. Но я все исправлю. И я верю. Верю и знаю, что исправит, потому что раз он сказал, то так и будет. Ведь только ему можно доверять.
Красиво, Ты как Клеопатра. Я улыбнулась, наблюдая как он одевается. Бэйзен, я знаю, что то, что скажу сейчас, окончательно раздует твое эго до мировых масштабов... Но ты невероятно красив. Проведя ладошкой по его груди, я скинула с себя полотенце и достала свой комплект Agent Provocateur, чтобы медленно и сексуально надеть его на свое тело на глазах Картера, делая особый акцент на чулках. Думаю, они заводят его. Подмигнув мужу, я села за трюмо и принялась накладывать макияж. Ну... неплохо. Я обернулась и окинула плотоядным взглядом его крепкую фигуру и облизнула губки. Весьма и весьма.
Бэйзен, я знаю, что то, что скажу сейчас, окончательно раздует твое эго до мировых масштабов... Но ты невероятно красив. Я едва ухмыльнулся. По правде говоря, мне было плевать, красив я или нет, шикарно ли мое тело или безобразно. Я был довольно равнодушен к внешнему виду как своему, так и всех остальных. Каждый волен делать с собой все, что захочет. Не смущай меня, бэби. Я польщен до безобразия. - Я театрально-стеснительно улыбнулся, следя взглядом за Агнес. Полотенце ненужным ошметком ткани упало к её тонким лодыжкам, обнажая тело. Я внимательно осматривал её - уже без вульгарных ухмылок и самодовольных взглядов. Просто... просто смотрел и запоминал наизусть. Хотелось прижаться к ней, а после оставить на кончиках пальцев дагеротипы её кожи, запаха, впитать в себя каждую её молекулу. Словно в последний раз, но будто бы в первый. Словно я видел её крошечную талию, худые изящные бедра, тонкие длинные ноги, русые волосы, небрежными волнами струящиеся по плечам - словно я видел это все впервые. Молча наблюдая за тем, как она натягивает на себя белье, я то и дело взъерошивал волосы. О боги, эти чулки... Чертовые чулки. Вечно они сбивают с рабочего настроения. Прекрасная. Моя. Агнес, это нечестно, - застонал я. Возмутительно. Она думает, что я паду перед ней ниц? Что я буду напиваться до беспамятства каждый раз, когда её не будет рядом? Что я принадлежу ей? черт возьми, она и не представляет, насколько права. Весьма и весьма. Я прищурился и ухмыльнулся. Думаю, я успею... м-м... дать тебе опробовать себя по пути на этот чертов Бал. Или мы не пойдем? - Я подмигнул ей.
Сообщение отредактировал LiluMoretti - Воскресенье, 16.10.2011, 21:37
Не смущай меня, бэби. Я польщен до безобразия. - Ну да, тот еще пример стеснительности. Эта его улыбочка, на первый взгляд смущенная, являет собой на самом деле ухмылку моего персонального Дьявола. Мой Один Большой Порок. Агнес, это нечестно, Я игриво улыбнулась, как бы невзначай проведя подушечками пальцев по приподнятой корсетом груди. Милый, я не понимаю о чем ты. Думаю, я успею... м-м... дать тебе опробовать себя по пути на этот чертов Бал. Или мы не пойдем? Я поднялась с пуфика, закончив с мэйк-апом, и достала из чехла платье. Конечно, пойдем, родной. Не отводя взгляд от Картера, я натянула на себя платье и повернулась к нему спиной, кидая через плечо: Поможешь?
....Чертов эгоист!- я зло отшвырнула от себя миллионное платье.- Я люблю тебя, Агнес! Я буду всегда с тобой, Агнес! Ну да, конечно! А как подождать всего часик, так мы немощны! Ну и ладно, козлина неблагодарная! Пылкая речь сопровождалась раскидыванием вещей по комнате, и вот, спустя час, здесь царил полный хаос. Ну и черт с ним, меня все устраивает, а если этому негодяю что-то не нравится, пусть убирается сам. Вот. А я... Я вот возьму и одень шикарное платье, сделаю умопомрачительный макияж и утру ему нос. Так-то.
Огни большого города мелькали за окном, приумножая в душе чувство какого-то болезненного-сладкого отчаяния. Я уже перестала сомневаться в своих мазохистских наклонностях - беззвучно умолять искалечить мою душу стало для меня приятным хобби на досуге. А главное - на эти мольбы отвечают незамедлительно. Переведя взгляд на дремлющего Картера, я отдала индусу-водителю деньги и вылезла из машины, мягко приводя в чувство мужа. Ну а потом до боли знакомый сюжет: его глаза распахиваются, скрывая в себе будто все и ничего, великие теории о вечном и бред сумасшедшего; ноги неуверенно ступаю наземь, пока он всем телом опирается на меня,- тяжело,- я обхватываю его двумя руками и дожидаюсь, пока хоть частичка разума и энергии вернутся к нему. Безумный хохот и уверенность в походке сигнализируют о наступлении сего момента, но даже тихое: - Мм, ты прекрасна. - уже не радует. Несколько блеклых кадров, сменяющих друг друга, и он скользит по мне голодным взглядом, который обычно разжигает что-то горячее внизу живота. Можно? Все равно уже принял сегодня. Нечего терять. Я поначалу растерялась от такого заявления, но после поддела языком таблетку и переманила ее в свой рот. Не смей. Не смей, ублюдок, слышишь?! Да как ты можешь?! Грубо схватив Картера за подбородок, я отпихнула его тело от себя, но не оторвала взгляда от глаз. Ты меня можешь потерять, неужели не понятно?!
Не смей. Не смей, ублюдок, слышишь?! Да как ты можешь?! Я отшатнулся, бездумно смотря на неё. Такая чертовски яркая. Кожа будто светится, а аромат волос путается меж моих пальцев, скользя по линиям жизни на ладони. Она короткая у меня. Эта гребаная линия жизни. Моя Агнес, мое забвение, мой личная аморальная сказка. И я не знаю, не хочу знать, я спишу это все на действие наркотиков и алкоголя, на воспитание и книги, на фильмы и голоса у меня в голове, я сделаю все, чтобы не понимать - да, мне нравится делать ей больно. Словно оправдание для себя. Или привычка, зависимость, долбаные причины и следствия. У неё просто такие охуительно красивые слезы, а я пьян, болен и безнадежен. Просто мы притворялись, словно меня можно спасти. Замкнутый порочный круг. Ты меня можешь потерять, неужели не понятно?! Я совершенно безумно расхохотался, хватаясь за волосы. Долбаный хохот до крови царапал гортань, опаленную бесконечным водоворотом дыма и беспочвенных идеалов. Ты не уйдешь, малышка. Я снова прижался к ней, хватая за запястья и смотря на неё сверху-вниз. Мой маленький котенок Агнес. Хочу её. До судороги внизу живота. Это просто слишком долкий пост. Без кокаина и прочих сладостей. Мы ведь любим друг друга. - Я усмехнулся и начал целовать ею шею, скользя губами вниз к ключице.
Ты не уйдешь, малышка. И, черт возьми, он прав. Я могу говорить что угодно, угрожать и плакать, но то, что я скорее умру, чем уйду - факт. И вновь настойчивые руки касаются моей нежной кожи, оставляя после себя синяки, и вновь мягкие губы скользят по моей шее, заставляя податься навстречу теплу и возбуждению, но вместо трепетания, к сожалению, внутри просто свалка. Свалка, куда скидывают все вонючие отходы и прочую дрянь. Мы ведь любим друг друга. Этого не всегда достаточно, Картер.- я грустно усмехнулась и выскользнула из его таких крепких,- и, черт побери, любимых,- объятий. Ты просто зажрался, ты свыкся с мыслью, что я приму и согрею своим теплом тебя любого. Ты думаешь, что я вечна?- я покачала головой,- Нет, Бэйзен, я, может, и сильная девочка, но не настолько. - устало помассировав виски, я достала из клатча пачку сигарет.- Да, я не смогу жить без тебя, не спорю. Я не уйду, я могу просто перестать жить.- я равнодушно повела плечами и чиркнула зажигалкой.- Как тебе такой вариант?
Можно я, черт побери, утону в ней? Хочется слиться с ней кожей, переплести все вены и артерии в один тесный клубок. Просто действие кокаина и анаши, тысячи литров спиртного и врожденной душевной болезни. Я - падаль. Пора бы уже свыкнуться с этим, мать вашу. Я ведь никого не обманывал, натягивая на лицо маску лицемерного идиота-франта. Ха. У неё такая тонкая шея. Я могу сжать вокруг неё свои пальцы. Этого не всегда достаточно, Картер. Ты просто зажрался, ты свыкся с мыслью, что я приму и согрею своим теплом тебя любого. Ты думаешь, что я вечна? Нет, Бэйзен, я, может, и сильная девочка, но не настолько. Да, я не смогу жить без тебя, не спорю. Я не уйду, я могу просто перестать жить. Как тебе такой вариант? Я размазанно растянул губы в своей долбаной мерзкой улыбке, запуская руки в волосы. Какой-то болезненно бессмысленный дым сигарет Агнес витиевато заскользил по пласту воздуху, и мне казалось, что кто-то орет мне на ухо песни, а потом вдруг резко тихо. Это очень трогательно, малышка. - Протянул я, едва ли осознавая реальность. Просто дышать. - Но мне так блядь это надоело, - я застонал, смеясь и двигаясь к шкафу. Везде, везде у меня есть лекарства. Открыв дверцу, я достал шприц в упаковке и метадон. - Знаешь, чего мне хочется? - Я резко развернулся к ней. - Трахнуть тебя, а потом сброситься с крыши. Вот такая вот дольче вита, дорогая. Пол ускользал в темноту, и мне хотелось, чтобы Агнес прижималась ко мне, а я бы рассказывал ей о своих бесцветных снах. Приход - это так авангардно.
Это очень трогательно, малышка. Но мне так блядь это надоело, Знаешь, чего мне хочется? Трахнуть тебя, а потом сброситься с крыши. Вот такая вот дольче вита, дорогая. И, черт побери, опять гребаное безразличие, снова это *баное во все щели спокойствие! Бесит. Я говорю ему о том, что из-за него могу откинуться, а ему срать. Срать на всех и вся. Ничего нового. С силой сжав челюсти, я в последний раз затянулась и зло бросила сигарету себе под ноги - прямо на свой любимый ковер. Плевать. Трахни себя, ублюдок.- не удостоив его и взглядом, я подошла к бару и откупорила бутылку своего любимого МоЁт .- За крушение надежд! Я подняла вверх бутылку, стоя все так же спиной к нему, и влила в себя будоражащую жидкость. Убирайся, а? Убирайся отсюда. Пи*дуй на вокзал, в отель, к своим шлюхам, в притон - куда хочешь. Просто катись к черту.
