Согласен, - хрипло и едва уловимо прозвучал голос возле уха. Но я уже ничего не слышала, это как помутнение, лишение здравого смысла. Словно...схожу с ума? Обстановка чертовски накалялась и все пределы просто рушились, превращая все вокруг в крах, в ненужный пыл. И только бешеное желание и дико возбуждающая хрипотца имели значение. Он резко вошел в меня и я впервые за длительное время опять почувствовала полноценность. Хотя, это невозможно. Слишком...не для "нас" что ли. Но это безумство, однозначно безумство. Может поэтому он так необходим мне? Что бы чувствовать этот экстрим, желание, трепет...внизу живота? Скорее всего просто из-за инстинктов и не более того. С каждым толчком эйфория все отчетливей проносилась по всему телу и сдерживать себя - наверное, самое тяжелое испытание. И я еще не настолько лишилась разума, что бы выдать себя, особенно в таком месте, публичном. Мои ногти яростно блуждали по его спине, оставляя красные следы и, увы, но это был единственный способ что бы хоть как-то сдерживать себя. К тому же, Басс заслужил на это. Я сладостно прикрыла глаза, чувствуя пик наслаждения.
Софи Гримальди Хоть я и королева, но меня охватило жёсткая нужда послать эту девицу прямо на х*й, не по королевски-согласна, но есть другие варианты? Перила в помощь? Вот, раздаю автографы. Очень важное дело, прошу не отвлекать. Сказал какой-то придурок в образе моего сына, после чего взял из рук этой дешёвки маркер. -Погодите, милочка, за мной в очереди!!!!Это амёба что-то гаркнула мне? Это финиш, господа. -Ну как это где? В больнице конечно же,а вы такой шутник,хахахах. Я пару раз хлопнула в ладоши и за моей спиной появилась моя свита. -Мальчики, чтобы этого, - я кивнула в сторону девицы с лифом наружу, - не было здесь через...секунды 3, - жёстко сказала я и её схватили за руки и выволокли за дверь. Я подошла к перилам и посмотрела вниз, надо же увидеть, как эту девицу выкинут на улицу. -А теперь объясни мне, какого...кхе...небесного хрена это было, - гневно выдавила я, поворачиваясь к нему.
Ее ноготки впивались в мою кожу, отдаваясь болью по всему телу и какой-то дрожью внизу живота. А я в ответ оставлял мимолетные засосы на ее прекрасной шеи.Эти следы еще долго будут хранить в памяти минуты великого блаженства. Эйфория накрыла с головой, предвещая что? Правильно, конец. На этом ведь всё кончено-продолжения не будет. И не ждите. Как я читал в какой-то книге по психологии( и такое бывает, правда редко очень):" Лучше талантливый секс, чем бездарная любовь". А наше сплетение тел было великолепным, нет смысла отрицать даже . А вот любить не могу я, и пробовать даже не буду. Это бессмыслие. И те бабочки, которые начинают пищать в животе...это обман.Все в жизни обман, и все люди лгут. Мы так любим врать. Почти никогда не думаем над вопросом «как дела», отвечая «Лучше всех». Возможно, кто-то смог бы прочитать в этом ответе четкое «паршивое», но кому это надо? Мы уверены, что грусть можно утопить в дешевой водке, а тоску спрятать в дыме сигарет. Мы смеемся, когда хочется плакать. Молчим, когда хочется кричать. Мы стараемся стать лучше, понимая, что это фальшь… Но мы так устроены и от этого, к сожалению, не убежать. Хотя... Я резко притянул к себе Уолдорф и впился в ее губы, поцелуй смерти какой-то. Как трагично, господа... Ты великолепна,-нежно прошептал я ей на ухо и слегка прикусил мочку. Но мне уже пора,- я подмигнул ей и выпрямился, натягивая на себя свои вещи.
Теперь я отлично понимаю, что на кону. Я облокотилась головой о холодную стену, тщетно пытаясь восстановить сбитое дыхание и бессильно оправляя подол платья. Судорожно облизнув искусанные в кровь губы, я из-под полуопущенных ресниц пристально посмотрела на Картера. Надеюсь, Бэйзен. Кто не успел, тот опоздал, помнишь?..- я игриво усмехнулась, оправляя резинку чулок,- Ты не один желающий. Как бы невзначай вывести его из равновесия - моя слабость. Чуть взлохмаченный, в немного мятой одежде, с бисеринкой пота на лбу и с горящими от желания и удовлетворения глазами - он - мой идеал, потрясающий, красивый, сексуальный, а, главное, мой мужчина, которому прелести может добавить лишь щепотка ревности. Суровый, но умопомрачительно сладкий для меня коктейль. Медленно стянув с себя нитку испорченных им трусиков, я переступила через них, и взяла в руки кусочек шелковой ткани. На память,- тихий. на грани тишины, шепот с придыханием и легким касанием губами уха, и ладошка разжимается, оставляя трофей в кармане брюк самого потрясающего мужчины на долбаной планете. И, знаете, если он все-таки не придет, я найду и убью его, но не отдам.
К пику мы пришли одновременно и в этом вся прелесть быстрого секса. Всего лишь секса и не более. У нас нет хоть даже намека на совместное будущее ибо я знаю его лживую натуру, которую я так ненавижу. И за что презираю себя, что опять и опять поддаюсь на это, с какими-то надеждами, которые точно так же являются лживыми. Ненавижу его и свою слабость за то, что когда делаю вздох и пытаюсь жить свободно, он появляется вот так...и я опять попадаюсь на это и забываю совсем обо всем, черт подери. Да, рядом с Бассом, Блэр Уолдорф сложно назвать леди. Но к черту все правила и морали, нет возможности все исправить, остается только научиться забыть его. И я забуду, обязательно забуду. Это было в последний раз. Не хочу боли, слез, проклятых бабочек...хочу прежнюю жизнь, когда все не было так запутано. Хочу просто уйти прочь и никогда не возвращаться, убежать из этой порочной тьмы, как бы притягательна она ни была. Но, пора уклониться от размышления о великом и просто признать, что игра с огнем - очень опасна, как не крути. А именно с огнем играю я, такой притягательный и такой опасный. И по закону, можно сгореть дотла? И это уже пугает, но, к сожалению, не успокаивает желание. По-этому, вопреки всему, нужно с этим покончить, как можно быстрее ибо это случится и со мной. Из размышлений меня вывел резкий и неожиданный поцелуй, от которого, знаете, ноги подкосились и все мысли...опять покинули разум?! Убейте меня. Глупо и ничтожно. В придачу и, как всегда, иронично. Как упоминалось выше, в общем, вот вам подтверждение. Ты великолепна, Но мне уже пора, - прошептал он с..нежностью? Или же я становлюсь параноиком. Но во втором варианте есть что-то более реалистичное. Легкое подмигивание, и Басс, что тоже относится к категории "как всегда", уже как ни в чем натягивал вещи, а я...а что я, я просто стояла в недоумении и все еще в полном шоке от происходящего, от себя. Но я ведь не одна из его девиц, я - Королева. Я гордой походкой подошла к своему платью и молча натянула его (белье уже искать было совершенно бесполезно), вот только одна загвоздка вышла, молния была слишком длинной и непостижимой для моих рук. Несколько неудачных попыток, и я молча подошла к Чаку, поворачивая спиной и убирая волосы в сторону. - Надеюсь, ты понимаешь что это все ошибка и об этом никто не должен знать? - ровным и совершенно безразличным голосом произнесла я, все еще ожидая помощи с молнией. А внутри пустота, пугающая и гнетущая пустота.
Я, устало и тяжело дыша, смотрел на Агнес. Черт побери. Черт побери, Бэйзен, что с тобой? Гребаный распиздяй. Признай уже наконец, что ты - бунтарь, нигилист, мизантроп и прочая психологическая хуйня, ты - плюющий на правила и законы, отъявленный волк-одиночка - ты готов изодрать свою глотку в клочья Хенесси вперемешку с бензином, а после затнуться самокруткой, если эта женщина не будет твоей. Хотя, вашу мать, когда я сдавался? Она будет моей. Я умею заставлять, я шедеврален в этом. И да, кто бы мог подумать, что я буду зависеть от этой женщины, от её соблазнительных, чуть угловатых изгибов тела, от этих идеально уложенных, и тем не менее небрежно растрепанных волос, от тонких ног, от созвездия родинок на спине, от того, как она пахнет после секса и от ощущения её совершенства. О нет, она не идеальна. И я не идеален. И мы прекрасны в своей неидеальности. Надеюсь, Бэйзен. Кто не успел, тот опоздал, помнишь?.. Ты не один желающий. Я как можно холоднее усмехнулся. вскидывая бровь и наблюдая за её движения. Чертова дикая кошка. Малышка, не думаю, что тебе будет так же хорошо с кем-то, как со мной. Признай, я отлично трахаюсь. - Я взъерошил волосы, пряча угрюмый взгляд. Черт побери. Сука. Ненавижу. И да, если к ней кто-то притронется и она позволит это - я прикончу сначала этого придурка, потом её, ну а после застрелюсь из двустволки. Ах, как поэтично. Достав Честер, я подкурил. Чертовски много курю. По тридцать сигарет в день с десяти лет. А вам слабо? ха. На память. О боги. Что она только что сделала? Чертовка. Манипуляторша. Интриганка. Да как она смеет? Ну да, да. Я буду засыпать с этими трусиками в обнимку, к чему обманывать себя. Я инстинктивно сунул свободную руку в карман и сжал в кулаке мягкую ткань. И она слишком, опасно близко. Думаю, мои боксеры не слишком романтичны для такой же роли, - просипел я, опьяненный её запахом. Поднеся сигарету к губам, я затянулся. Ухмыльнувшись, я палвно приблизил свое лицо к её собственному и нежно коснулся губами её лба. - Так что оставлю только это. Я с трудом отстранился. Итак. Значит, расстаемся. - Я посмотрел в сторону. - Через... две недели на этом же месте. Правила: жить для себя. Давай, Агнес. Ты же стала лицом гребаного фэшн-хауса. Поманишь пальцем - и к твоим лодыжкам будуть жаться тысячи идиотов. - Я вдохнул в себя отравляющий дым. - А я вернусь в прошлое. Мне кажется, или мы будем играть в то, кто первым забудет другого? - я хмыкнул и протянул ей ладонь. - Никаких воспоминаний. Никакой помощи. По рукам?
Я с легкостью нацепил на себя брюки, а затем рубашку, стараясь не бросать мимолетных взглядов на идеальную персону с именем Блэр. И это давалась крайне тяжело. Особенно, когда она наклонилась за своим платьем, и ее идеальные изгибы предстали во всей красоте. Это просто девушка. С которой был просто секс. Правда, ведь?! Она попробовала застегнуть свое платье, но затем молча подошла ко мне,и развернулась спиной. на моих губах заиграла усмешка, и я стал медленно застегивать ее платье, иногда касаясь пальцами ее обнаженного тела. - Надеюсь, ты понимаешь что это все ошибка и об этом никто не должен знать?-безразлично пропела она, а я слабо закатил глаза, борясь с желанием припасть губами к ее шеи и оставить на нее кучу засосов, а потом просто прижать к себе и никогда не отпускать. Бред. Это невозможно. Я не допущу этого. По крайней мере, это не нужно ей. Старался я найти объяснение всему происходящему, но, увы, не получалось. Ошибка. В голове снова всплыли ее слова, и я нервно сглотнул, наконец, застегнув ее платье. Я-Чак Басс, мать вашу. Я черт испепеляющий грешные души, а не грязный раб. Я резко развернул к себе Уолдорф и посмотрел в последний раз в ее глаза цвета шоколада. Слишком идеальна...слишком идеальна для меня. Да, нам необходимо самим забыть об этой ошибке-тогда и не узнают другие,-спокойно произнес я, а затем отпустил ее и поднял пиджак с пола.
Чак медленно застегивал молнию, иногда касаясь пальцами моей спины, от чего по телу проходили электрические разряды, которые заставляли вздрагивать при каждом мгновение. А я молча стояла, с закрытыми глазами и ждала, когда же эта злосчастная молния дойдет до конца ибо это опять станет летательным исходом. Все это...мучительно невыносимо, горечь просто захлестывала с головой и, пожалуй, мне сейчас не хватает Серены и макарун, она всегда знала, как меня привести в нормальное состояние после Чака. Даже уже не помню, в который раз буду вновь восстанавливаться. Как карточный домик, как только последняя карта поставлена, все рушится, превращается в хлам, в кучу ненужных деталей...а потом все возвращается на свои места, затем снова рушится. Он резко развернул меня лицом к себе и мой взгляд встретился с темными глазами. И знаете, это именно тот момент, когда возникает совсем маленькая и едва уловимая надежда, за которую ты так сильно цепляешься и время идет слишком длинно, мучительно невыносимо. Да, нам необходимо самим забыть об этой ошибке-тогда и не узнают другие, - так же спокойно произнес он и поднял свой пиджак. И все. Конец. Трагически паршивый и дешевый конец. Надежды больше нет, она умерла, как говорится, на веки. Вдох. Выдох. Вдох. И больше не хочется дышать. Я до боли прикусила нижнюю губу, сдерживая то ли слезы, то ли крик. И, кажется, бабочки...их больше нет. Умерли. - Да, рада, что ты все понял. Всего лишь секс по глупости и ничего больше. Просто забудем. Ничего не было. - с легким шепотом вымолвила я эти проклятые слова, в последний раз смотря на него...так. И, черт возьми, пора отсюда уходить, пока я все еще держусь на ногах, которые уже предательски подкашивались. Я молча развернулась и, стараясь как можно уверенной походкой, вышла через черный выход.
Малышка, не думаю, что тебе будет так же хорошо с кем-то, как со мной. Признай, я отлично трахаюсь. Я грациозно, потягиваясь, подошла к нему вплотную и оставила смачный поцелуй на его шее. Хочешь потешить самолюбие, малыш?..- поднявшись поцелуями от его шеи к губам, я провела по ним языком и усмехнулась.- Да, ты трахаешься отлично.. Но не забывай, что может найтись кто-то, у кого яйца покрепче. Я закусила губу, чтобы не рассмеяться от его реакции на эти слова. Знаете, мой мальчик все делает шедеврально, особенно злится. Вы бы видели, как мило он морщит носик.. Красота. Думаю, мои боксеры не слишком романтичны для такой же роли, Так что оставлю только это. И я, кажется, совсем растаяла, думая лишь о том, что этого мне хватит за глаза - его безграничной нежности, замаскированной под ироничную суровость. Глупенький, я же знаю, какой он на самом деле. Итак. Значит, расстаемся. Через... две недели на этом же месте. Правила: жить для себя. Давай, Агнес. Ты же стала лицом гребаного фэшн-хауса. Поманишь пальцем - и к твоим лодыжкам будут жаться тысячи идиотов. А я вернусь в прошлое. Мне кажется, или мы будем играть в то, кто первым забудет другого? Никаких воспоминаний. Никакой помощи. По рукам? Я перевела взгляд на его протянутую ладонь и, взволнованно выдохнув, опустила глаза на свои туфли. Красивые. Черт побери, о чем я? Не хочу, очень не хочу отпускать его от себя ни на минуту. И почему расстаться на словах намного проще чем на деле?.. Закусив губу, я сделала шаг вперед, взяла его ладонь в свои руки и поднесла ее к своему лицу. Теплый, мой теплый мальчик. А у меня всегда холодные ладони, знаете. По рукам.
Сообщение отредактировал Luntya - Воскресенье, 20.11.2011, 02:24
Хочешь потешить самолюбие, малыш?.. Да, ты трахаешься отлично.. Но не забывай, что может найтись кто-то, у кого яйца покрепче. Я, не выдержав, снова обхватил рукой её талию, прижимая к себе и покровительственно смотря сверху-вниз. Я слишком её разбаловал, черт побери, и она многое себе позволяет. Склонившись, я поцеловал её мягкие губы, прикрывая глаза, а после отстраняясь и прищуривая их, сцепляя челюсть. Вмяв её в себя - мы ведь одно, - я, деланно усмехнувшись, произнес: Не смей. Слышишь, твою мать? Не смей ни к кому прикасаться. - Я сглотнул, затягиваясь и выпуская дым в сторону. - Пожалуйста, малыш. Только мой запах и прикосновения на тебе. Хорошо? Я отвернулся, разозленный на себя за свою слабость. А потом это гребаное рукопожатие и я лишь чувствую необъяснимую нежность, въедающуюся под кожу. Проведя ладонью по её щеке, я прошептал: Я правда люблю тебя, Агни. Закусив щеку изнутри, я глупо уставился на неё. Мы заигрались.
Не смей. Слышишь, твою мать? Не смей ни к кому прикасаться. Пожалуйста, малыш. Только мой запах и прикосновения на тебе. Хорошо? Волнующая дрожь пробежала по телу, ведь он знает, он, черт побери, прекрасно знает, что никого внутри больше нет. Картер..- люблю его имя, такое необъяснимо грубое, но вызывающее почему-то прилив нежности и желание повторять его снова и снова, непременно смотря в кристальные глаза. -Глупая шутка, извини..- я положила ручку на его плечо и уткнулась новом в его шею, ловя на кончики пальцев его тепло, согревающее сердце.- Ты же и сам все знаешь. Я правда люблю тебя, Агни. И больше ничего не нужно. Пять слов, всего пять слов, и бешеное желание жить только ради них. Я мягко прикоснулась губами к его руке, после прижавшись к его надежной крепкой груди. Я буду скучать, Картер.. Я буду очень, очень скучать.
Картер..Глупая шутка, извини..Ты же и сам все знаешь. Я сглотнул, поджимая губы. Я хотел обладать ею до конца и чтобы она думала только обо мне. Чтобы только наш маленький мир и глупые подростковые иллюзии. Тихий шепот на ухо и ретро-кино, Хэмингуэй и Набоков, наши страхи, комплексы и вера в друг друга. Только она, черт побери, в меня верит. А я люблю её. И так не хочется знать, что до меня её кто-то касался. Это так... неправильно. Чертов эгоизм. Я знаю, я ей верю. Или я все придумал? Хорошо. Потому что я... я теперь уже не смогу. - если б я был целкой, то покраснел бы до пят. Ну да, да. У меня не "встает" ни на кого кроме неё. Позор. Я буду скучать, Картер.. Я буду очень, очень скучать. Я слабо улыбнулся, целуя её в висок. Мне всегда кажется, что ты уйдешь, Агнес. Я ведь, что бы обо мне не говорили и каким бы плохим я ни был, преданный долбаный однолюб. Я отстранился от неё, шагая назад. Опять играем в шахматы. Абсурдная партия. Поднеся сигарету ко рту и сделав последнюю затяжку, я бросил окурок в сторону. Слишком много курю. Мне страшно, что без меня ты будешь значимее. То есть, я не это имею в виду. Ну, в смысле, что ты поймешь, что без меня ты независимее и у тебя больше возможностей. Эм, забудь. Я, в общем, пошел.
Я внимательно изучал ее лицо, будто стараясь запомнить каждый его изгиб, каждую клетку. Это ведь конец. Хотя по сути и не было начала...никогда. Это какой-то замкнутый круг. Каждый раз одно и тоже. - Да, рада, что ты все понял. Всего лишь секс по глупости и ничего больше. Просто забудем. Ничего не было-с легким шепотом вымолвила она, а я слабо усмехнулся и снова накинул на себя маску безразличия, которая так привычна. Она развернулась и молча ушла. А в душе будто пустота и гребаная апатия. Так и хотелось сползти по стене и прикрыть глаза, наслаждаясь тишиной, которая мучительно резала слух. Но я же мужчина, а тем более Чак Басс...по статусу не положено. Я стоял и просто смотрел куда-то в темноту туда, где совсем недавно испарился ее лик. А в мыслях словно ее облик и прекрасные черты лица. Это так непривычно...и до боли неприятно. Я ведь всегда прикасался к ней, как к фарфоровой кукле – нежно, ненавязчиво, но как-то по особенному, не как друг, но и никак любовник… Кто мы? Этот вопрос, который будет ставить меня в тупик, думаю, еще долго. Я накинул на свое разгоряченное тело, которое помнила еще ее прикосновения, пиджак и уже собрался покинуть место вечного добра, как на телефоне высветился неизвестный номер и я лениво поднял трубку. Мила...Я уже говорил, что она появляется в жизни точно так же неожиданно, собственно, как и исчезает. Не задумываясь я спустился вниз, и сел в свой лимузин. Участок
Хорошо. Потому что я... я теперь уже не смогу. Я еле сдержалась, чтобы не подпрыгнуть от ребяческой радости. Просто он теперь бесповоротно мой, понимаете? И даже если он захочет выкинуть меня из своей головы, для этого придется очень постараться. И не нужно, хочу, чтобы видел только меня, касался только меня, чтобы в голове - только я. Глупо, я знаю, но очень хочется.. Мне всегда кажется, что ты уйдешь, Агнес. Я ведь, что бы обо мне не говорили и каким бы плохим я ни был, преданный долбаный однолюб. Мне страшно, что без меня ты будешь значимее. То есть, я не это имею в виду. Ну, в смысле, что ты поймешь, что без меня ты независимее и у тебя больше возможностей. Эм, забудь. Я, в общем, пошел. Из-под ресниц. словно загнанный зверек, я бросила на него внимательный взгляд. Так просто? Он, черт побери, может так просто уйти?.. Хотя все верно. Долгие прощания - не наш конек. Да.. Пока. Судорожно сглотнув, я резко развернулась на каблуках и спешно пошла к выходу, ловя ладошками холодные слезинки.
И не нужно, хочу, чтобы видел только меня, касался только меня, чтобы в голове - только я. Глупо, я знаю, но очень хочется. Это не глупо, Агнес. Хотя бы потому, что так и есть. И я не хочу чувствовать никого, кроме тебя. Я же твой, малыш. - Я нежно посмотрел на неё. Она слишком плохо на меня влияет. Или хорошо. К черту самообман! Мне нравится, кто я с ней. Я тот, кто я есть. Только с ней, с моей Агнес. Жадно впитав взглядом её всю - от кончиков пальцев до длинных изогнутых ресниц, я облизнул губы. Черт возьми. Она же это я, и как мне быть без неё столько времени? Жестокие игры. правильно ли мы поступаем? Мы, вашу мать, одно, и я теперь буду словно покалеченный инвалид, гребаный одноглазый Джо и прочие известные оскорбленные судьбою идиоты. Черт, черт, черт, категорически опасно настолько растворяться в человеке. Да.. Пока. Эй, - я стремительно настиг её, оборачивая за плечи к себе и внимательно смотря в глаза. - Ну почему ты так любишь придумывать реальности недостатки? - Я наклонился к ней и мягко поцеловал её губы, а потом скользнул поцелуем к подбородку, шее, россыпь невесомых прикосновений губ по плечам... Остановите меня, черт возьми! С трудом оторвавшись от неё, я сказал: Агнес Бэйзен, когда ты будешь смотреть на какого-то смазливого ублюдка, помни - я хочу от тебя детей. - Усмехнувшись, я толкнул рукой дверь, ведущую на лестницу, и, стараясь не оборачиваться (иначе бы остался) спешно спустился в зал.
Так, значит, я типа волен делать все, что угодно, дабы верно расставить приоритеты? Сколько же вокруг соблазна, ах, я млею. Я растерянно осмотрелся по сторонам. Черт возьми, что за сборище благородных девственников? Надо запить это безобразие чем-нибудь покрепче. Я уверенно двинулся к бару, невозмутимо проталкиваясь через ворох шелковых платьев и прочей дерьмовой лабуды от кутюрье. Плюхнувшись на барный стул, я кинул бармену: Хенесси. - Изменять своим привычкам я не собираюсь. Да и нужно что-то покрепче, чтобы выкинуть образ Агнес из головы. Хотя не очень-то и хочется, но таковы правила. Схватив бутылку, я откупорил её и припал к горлышку губами. Чертов алкоголь настолько въелся в организм, что кажется минералкой. Оторвавшись от сего чуда, я чуть обернул голову, встречаясь взглядом с молодым парнем. О, это не вы ли посодействовали тому, что моя челюсть была окончательно и бесповоротно вывернута на том гребаном балу в честь... эм... весны? - Я поморщился.
