Воскресенье, 21.10.2018, 12:22
Приветствую Вас Гость

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Модератор форума: mio-mio, художник№1  
Форум сайта gossipgirlonline.ru » Фанфики » Библиотека » Мини от Minimina (Chair)
Мини от Minimina
MiniminaДата: Пятница, 06.05.2011, 15:13 | Сообщение # 1
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
Для начала маленький словарик:

ВОДЕВИЛЬ — вид комедии положении с песнями-куплетами и танцами.
ДРАМА — один из ведущих жанров драматургии, в котором изображается мир реального человека в его остроконфликтных, но не безысходных отношениях с обществом или собой.
КОМЕДИЯ — вид драмы, в котором действие и характеры трактованы в формах комического. По принципу организации действия различают комедию характеров, положений, идей.
МЕЛОДРАМА — пьеса с острой интригой, преувеличенной эмоциональностью, резким противопоставлением добра и зла.
МОНОДРАМА — драматическое произведение, исполняемое одним актером
ТРАГЕДИЯ — вид драмы, проникнутый пафосом трагического. Основу трагедии составляют острые общественные конфликты, коренные проблемы бытия, столкновения личности с судьбой и обществом. Трагическая коллизия обычно разрешается гибелью героя.
ТРАГИКОМЕДИЯ — драматическое произведение, обладающее признаками как комедии, так и трагедии. В основе ее лежит ощущение относительности существующих критериев жизни - одно и то же явление драматург показывает и в комическом, и в трагическом освещении.
ФАРС — комедия-водевиль легкого содержания с чисто внешними комическими приемами.

ну а теперь соббсно biggrin

Название: Незаконченные пьесы.
Автор: Minimina.
Бета: Blue Fairy
Пейринг: Чак/Блэр.
Жанр: романтика (NB! Местами сопливая smile )
Рейтинг: G
Размер: мини.
Таймлайн: 01х13 A thin line between Chuck and Nate.

Огонь вывески.

Бликующая прозрачность двери.

Высокий стул.

Бывшая сценаристка своей жизни села за стойку и попыталась незаметно сделать глубокий вдох.
Потом подняла глаза.

- Я пришла поздравить тебя.

Очень хотелось усмехнуться нереальности слов, но Блэр понимала, как жалко это будет выглядеть.
В этой постановке Чак неожиданно оказался режиссером и переписал ее сценарий. Жаль, что узнала она об этом только на премьере.
Она выдавила из себя слабую улыбку.

- Браво…

Чак – сильный игрок. Проиграть ему не стыдно.
Где-то в глубине темных глаз даже мелькнуло на миг что-то вроде восхищения.

Ну что ж режиссер. Давай.

Низвергнутая прима, что всегда писала для себя лишь главные роли, сама пришла в твой трейлер за новым сценарием.

Твоим сценарием.

- Все как ты хотел…

Она была готова к тому, что он даст ей унизительно-мелкую роль своей девушки. Или просто потребует остаться на ночь и отпраздновать его триумф. Или…

В любом случае, это будет временно.
Она быстро отыграет эти минуты по навязанному контракту и снова напишет для себя заглавную роль. Блеск возвращения будет таким ослепляющим, что про ее почти случайное падение даже не вспомнят.

Но…

Блэр смотрела в знакомые глаза и не верила.
Не верила ему. Его словам. Себе.

- Хватит!

Но Чак не остановился.

Лаконично, по-деловому, он объявил, что в новом спектакле нет для нее роли. Вообще.

Короткий разговор.
Прозрачные метафоры.
Окончательность решения.

Твердость равнодушия оставила болезненные синяки на остатках самолюбия.

Бывшая прима театра не сводила глаз с главного режиссера.
А он даже не смотрел сейчас в ее сторону.

Блэр медленно развернулась и вышла из бара.

Гордость и многолетняя выучка позволили не уронить ни слезинки, не опустить голову, не устроить сцену.
Только дрогнула ладонь, толкающая тяжелую дверь.

Блэр зашла за угол и остановилась.
Прижавшись спиной к каменной стене, она запрокинула голову и посмотрела в темное небо. Над ней горели фонари, били в глаза неоновые иголки реклам.
Солнце зашло много выдохов назад, еще когда Блэр бесконечно ходила по медленно темнеющим улицам, стараясь не представлять, что именно так, наверное, гаснут рампы над пустотой ее разбитой жизни. Она сворачивала на перекрестках, переступала через бордюры и думала, думала, думала.
Ей надо найти выход, просчитать ходы, пробить каменные стены чужих мнений и вернуться на свое законное место.
На вершину.
На Олимп.
В центр сцены.

Блэр усмехнулась и раскрытой ладонью стерла со щеки слезинку.

А что если сейчас вернуться к Чаку?

Раз уж он разорвал ЕЕ сценарий и не предложил ничего взамен – разве она не имеет права импровизировать?

Почему бы не устроить из этой почти завершившейся пьесы эротическую драму?

Броситься Чаку на шею, страстно прильнуть к нему всем таким любимым им телом, жарко дышать в раскрытые губы, запутаться пальцами в коротких волосах… О, нет, он не устоит. Слишком хорошо Блэр помнила, как он судорожно выгибался под ее поцелуями, слишком хорошо знала его желания.
И то, что началось, как комедия положений, вполне может закончиться сценкой рейтинга ХХХ.

Или вернуть своей жизни задорность водевиля?

Предложить ему возобновить все их тайные встречи, многозначительные взгляды, головокружительный секс.
Легко.
Весело.
Внешний лоск.
Иллюзия праздника.

А может мелодрама?

Стать жертвой.
Написать Сплетнице слезный пост про жестокость искусителя, про свою наивность, про предательство любимых.
Раскрасить мир в два цвета, взорвать души зрителей, на куски разрезать занавес, вывернуть наизнанку правду и разметать по ветру сценарий. Вернуться в школу, пряча лживые глаза и флакончик искусственных слез.
Быть самой несчастной под снегопадом из обрывков своей пьесы и лоскутов тяжелого бархата, быть жалкой, быть смиренной, быть не собой...

Или нет!
Устроить фарс!
Вернуться к Чаку, громко хлопнув дверью, закатить сцену, кричать, требовать объяснений, размазывая по лицу тушь и горечь обиды. Попасть в полицию и блог Сплетницы. Кокетничать с журналистами, позировать папарацци.
Потом заказать двух девиц и заявиться в номер Чака втроем, захватить камеру, фотографировать и фотографироваться, ставя печать клиники Острофф на остатках своей репутации.

Блэр выдохнула.
Хватит.

Чак все сказал.

Финал этой истории уже отыгран.
И ее имени больше нет в списке актеров.

Дальше она играет монодраму.

Трагедию своей жизни, где нужность главной героини хоть кому-нибудь - просто не предусмотрена сценарием.

Блэр снова стерла слезы со щек, размазав липкие дорожки.
Посмотрела в последний раз в черную прозрачность неба.

Все кончено.

***

- Повторить, - Чак коротко кивнул бармену.

Гордость и многолетняя выдержка позволили не дрогнуть, когда за Блэр закрылась тяжелая дверь.
Блэр ушла.
Потому что он оттолкнул ее.

Все к лучшему.

Эта пьеса и так слишком затянулась.

Началось все как сценка из комедии положений.
Потом пошел водевиль, детективная история с их почти-вместе-отношениями, потом мелодрама с пронзительными сценами, разрывающими на куски его сердце, и заставляющими Блэр лишь улыбаться.

А потом все это стало фарсом.
И его личной трагедией.

Ему пришлось уйти на задний план сцены ее жизни.

Но сейчас…
Сейчас он снова в центре.
Он снова пишет главы ее сценария.

Чак сделал глоток.
Стакан почему-то оказался пустым.

А что если сейчас переписать финал этой истории?

Что если закончить трагедию романтической мелодрамой?

Броситься сейчас на улицу, снося дверь с петель, догнать Блэр, схватить в охапку, не обращая внимания на удивленный взмах бесконечных ресниц и упирающиеся в его грудь ладошки.
И целовать эту ненормальную, невозможную, непонявшую.
Целовать, целовать, целовать.
На виду у прохожих, под темным небом в брызгах звезд и огней города.
Все, как Блэр видела в своих наивно-романтичных снах.

Или сделать финал в духе трагикомедии?

Поехать сейчас к Нейту, отказаться от своих слов, написать Сплетнице, устроить фейерверк из лжи и шуток. Чтобы окружающие в очередной раз покрутили пальцем у виска, списав все на извращенное чувство юмора Чака Басса.
Потом силой привезти Нейта к Блэр и лгать им обоим, пока они не начнут строить новый фундамент для своих отношений. Пусть и из обломков его собственных чувств.
Отдать Блэр свое сердце.
Благородство Чака Басса.
Смешно.

Или организовать хоррор?
Установить за Блэр слежку, действовать ей на нервы короткими хлесткими СМС, пока она...

Чак усмехнулся.
Пока она - что?

Он уже уничтожил ее.

Как когда-то она уничтожила его.

Он вспомнил свои мысли, растерянность, почти испуг перед собственным сердцем, и легкое «Этих бабочек надо убить!» слетевшее с губ причины его страданий.
Блэр развлекалась с ним. Он был для нее просто очередным поклонником.

Нет.
Только униженная, разрушенная, с разбитой на осколки репутацией и брошенная всеми, кого любила, Блэр смогла прийти к нему.
Она его не хочет.

А значит, дальше он играет монодраму.

Где его чувства к ней - просто не предусмотрены сценарием.

Чак сделал знак бармену.

Все кончено.


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©

Сообщение отредактировал Minimina - Воскресенье, 08.05.2011, 21:09
 
MiniminaДата: Воскресенье, 08.05.2011, 00:09 | Сообщение # 2
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
Название: С новым годом, Блэр.
Автор: Minimina
Бета: нет, это мой бред, и нести его мне smile .
Пейринг: Чак/Блэр
Рейтинг: Детский. Хотя есть упоминания недетских вещей.
Размер: вроде уложилась в мини.
Жанр: флафф.
Каноничность: нет, AU жесточайший smile .
Таймлайн: После окончания третьего сезона (причем без последних его минут, никто ни в какую Прагу не ездил, по подворотням пьяный не гулял и бесценным кольцом с жизнью в комплекте (тоже, конечно, штука важная, но кольцо дороже biggrin ) не рисковал) прошло три месяца. Итак, неделя до начала сентября…
Предупреждение: Есть нарушения логики! Здравый смысл пожертвован в угоду романтизЪму. И вообще, весь фик написан ради последней фразы, все остальное – так.. вводная smile Любимого ООС попыталась избежать, но я не уверена, возможно он-таки меня нагнал smile

Здравствуйте, жители Верхнего Ист-Сайда!
Заканчивается жаркое лето, но не заканчивается поток горячих сплетен, что падают на мой почтовый ящик.
Надеюсь, все хорошо отдохнули. Потому что я вернулась и готова наблюдать за вами и вашими маленькими секретами, что вы с таким упорством пытаетесь скрыть.
Замечено!
Сирена Ван дер Вудсен вернулась из Парижа раньше своей подруги и готовит грандиозный бал, на который приглашены самые сливки нашего кремового общества и, внимание, пресса! Да-да, мои дорогие, королева Би созывает глашатых со всего королевства.
Значит ли это, что помимо жареных ребрышек нас ждет жареная новость? Что за гром грянет завтра над Верхним Ист-Сайдом? Лично я умираю от любопытства.

целую,
Сплетница
.

Чак закрыл ноутбук и отпил из низкого стакана. Виски привычно обожгло язык. Узнаваемость ощущения - иллюзия контроля.
Он подошел к окну. Под его ногами раскинулся Нью-Йорк, исхоженный, изъезженный, испробованный им тысячи и тысячи раз.
Чак горько усмехнулся. Возможно, появление на вечеринке в честь Блэр не такая уж и плохая идея, как говорит об этом Нейт. Это встряхнет его.
Сильно встряхнет.
Поможет, наконец-то, вынырнуть из той тоски пресыщения всем, что можно купить, и мучительной жажде по тому, что купить нельзя, в которых он поочередно барахтался последние три месяца.
Чак допил виски, продолжая смотреть на раскинувшиеся перед ним возможности.

Нейт вошел в пентхаус и удивленно остановился.
- Ты что, идешь на вечеринку?
- Да, - спокойно кивнул Чак, продолжая поправлять и так идеально завязанную бабочку.
- Но…
- Мне надо развеяться.
Нейт несколько секунд смотрел на друга. Тот делал вид, что все в порядке.
- Я знаю этот взгляд, - обронил он, наконец. – Говори.
- Не могу, - тут же откликнулся Нейт. – Я обещал, что не скажу тебе.
- Только мне? – удивленно обернулся Чак. - Хорошо. Расскажи швейцару, он передаст.
- Не могу.
- Значит что-то про Блэр…
- Да.
- Про вечеринку?
- Да. Про новость, которую она собирается объявить. Я думаю, тебе не стоит идти.
Чак прошел к бару, задумчиво налил себе виски.
Потом поднял глаза на Нейта, и несколько секунд рассматривал его. Потом подошел к окну, сделал глоток. Потом так же медленно обернулся и снова посмотрел на друга.
- Она представит своего нового парня? Так ведь?
- Да. Нет.
- Как это? А впрочем, неважно. Блэр в прошлом. Мое сердце закрыто для нее.
- Уверен? Просто...
Нейт замялся.
Переступил с ноги на ногу.
Поднял глаза на Чака.
- Просто Блэр вышла замуж.

Чак был готов.
Он идеально выглядел и был идеально собран.
Шум вечеринки от сотни голосов и шум в голове от крепкого алкоголя не отвлекали. Он ждал встречи. Он был готов. Каменная маска на лицо была отрепетирована. Ритмичные толчки пульса в виски будут скрыты, волны жаркого желания не выплеснутся в черные зрачки.
Чак был готов.
Он знал, что не сорвется, не устроит скандал и не испортит Блэр официальное представление своему миру счастливчика, что получил ее.
Он огляделся. Общество было подобрано с придирчивой тщательностью. Значит, избранник того стоит.
Чак поморщился.
Нейт рассказал об этой скоропалительной свадьбе всего за час до начала приема, детективы успели выяснить лишь то, что Блэр была замечена в Париже в компании принца и его шофера, но они оба сейчас на Мальте. Кроме того она несколько раз была в городе с отцом и парой его друзей, но никаких других данных гонцы пока не принесли. Поднять архивы посольства из-за разницы во времени тоже пока было проблематично.
Чак отпил из высокого бокала и сжал губы.
Кто же он? И как Блэр смогла скрыть его? И зачем?
Она не из тех, кто будет молчать об удачном замужестве. Может, оно было вынужденным? Чак поморщился. Нет, Блэр скорее убьет, чем выйдет замуж по необходимости.
Он оперся на глянцевый бок красной колонны, когда увидел их, спускающихся под руку по лестнице.
С тихим звоном разлетелся на осколки бокал, скользнувший из ослабевших пальцев. Звук утонул в аплодисментах, никто ничего не заметил. Каменная маска взорвалась, рассыпавшись в пыль, бешенный ритм пульса за несколько секунд заставил забыть обо всех продуманных стратегиях.
Чак думал, что был готов ко всему.
Но он явно не был готов, что мужу Блэр Уолдорф на вид будет под пятьдесят.

Привет, мои дорогие!
Пошла вторая неделя занятий. Школьники загружают в себя знания, а новички Колумбии – таблетки от похмелья. Да-да, утро после традиционной Вечеринки первокурсников не назовет добрым добрая половина из них.
Однако, кое-кто так и не появился на этом почти обязательном мероприятии и, может быть поэтому, а может и в силу хорошей наследственности, сегодняшним утром цветет и пахнет.
Как мне стало известно, наша королева Би, или как ее теперь принято называть в обществе, миссис Уилсон, имела сегодня короткий разговор с деканом Колумбии, после которого он вернулся к работе, а она так и не появилась на занятиях.
Опять.
Так же мне сообщили, что в кафе Сорбонны не так давно видели новобрачного мистера Би и декана факультета права, оживленно что-то обсуждающих.
Неужели королева Верхнего Ист-Сайда собирается покинуть не только свою резиденцию, но и королевство?
Поживем, увидим.

целую,
Сплетница
.

Привычный номер, привычная полутьма. Чак потянулся за часами на столике, взгляд сам собой упал на брошенную рядом газету. Заголовки прожигали бреши в равнодушии.
С почти мазохистским удовольствием он снова прочитал заметку о приеме в честь молодой миссис Уилсон, наполненную таким количеством восторгов и восхищения, что казалось, все это сейчас просто выльется со страниц ему на пальцы.
Чак отбросил газету, когда услышал показавшийся громом в пустой тишине звук остановившегося лифта. Он снова лег и запрокинул голову на подлокотник дивана. Наверняка Нейт вернулся раньше времени. Увидит его силуэт на диване, столик с бутылкой и пустым стаканом - на него как раз падает свет, все поймет и молча свалит в свою комнату.
Шорох раздвигающихся дверей лифта.
И удар женской шпильки по глянцу пола.
Чак распахнул глаза и резко сел.
- Привет, - сказала Блер так, словно выходила за круассанами к завтраку.
- Блэр?
- Как видишь, - она прошла в номер, включила свет, по-хозяйски бросила сумочку на диван, брезгливо сморщив носик, оценила содержимое столика.
- Что ты здесь делаешь? Пришла посмотреть, кто я без тебя?
- Одинокий алкоголик, - пожала она плечами, стягивая перчатки. - Я это знала. Для этого приходить было бы не обязательно.
- Тогда зачем?
- Позволишь присесть?
Чак усмехнулся вопросу, учитывая, что Блэр уже откинула носочком туфли валявшуюся на полу подушку, бросила привычным движением перчатки на столик, и вообще, вела себя как хозяйка, но послушно отодвинулся.
Несколько секунд они просто смотрели в когда-то любимые глаза. Стрелки на часах дрожали, перескакивая с цифры на цифру.
- А ты всегда умела удивлять.
- Спасибо учителю. Хорош был.
- Спасибо. Как муж поживает?
- Великолепно. Как Дженни?
- Без понятия.
Она вскинула брови, не ожидая первой паузы в их очередной привычной для обоих перепалке так быстро.
- Как тебя вообще угораздило выйти замуж?
- Ну ты же смог как-то не выброситься по пьяни из окна.
- Ты в курсе, что ты четвертая жена?
- По законам Америки. А вообще – седьмая.
- И тебе наплевать? Ты не из тех, кто потерпит соперничество.
- Они мне не соперницы. Но ты прав. Меня это несколько тревожит. Поэтому я здесь.
Чак усмехнулся. Потом повернулся всем телом к столику. Приподнял пустую бутылку. Встал и прошел к бару.
- Знаешь, - сказал он, доставая новый стакан, - а мне стоило догадаться, что ты пришла за чем-то, - он налил себе щедрую порцию, потом бросил короткий взгляд на макушку сидящей к нему спиной гостьи и добавил еще. – Единственное, что мне непонятно – что еще ты можешь у меня забрать?
Она обернулась, сложив руки на спинке дивана, как послушная школьница. Чаку этот жест показался очень развратным.
- Вообще-то, кое на что я никогда не претендовала.
- Хм? – он пару минут задумчиво рассматривал потолок. – Нет. Не могу вспомнить. Даже мой бизнес ты как-то предлагала переписать на себя.
- Ты слишком масштабен. Мне нужна мелочь.
- Это странно, - Чак оперся бедром на стол и посмотрел на Блэр. На вечеринке он ошибся. Тогда он не был готов. Но сейчас… Сейчас ей его уже не удивить.
- Сущий пустяк, - повторила Блэр.
- Интригуешь, - он усмехнулся, мысленно еще раз пробегаясь по ее вероятным ходам. Он готов. Ко всему.
- Пять минут твоего времени, - снова уточнила она и сказала, наконец, свою просьбу.
Бокал с толстым тяжелым дном разлетелся на осколки, выпав из ставших вдруг ватными пальцев. Чак понял, что снова ошибся.
- Ч-ч-что?
Блэр так привычно, так знакомо закатила глаза и вздохнула.
- Чак Басс, - повторила она едва ли не по буквам. – Я хочу, чтоб ты сделал мне ребенка.

Жители Нью-Йорка, я разочарована.
Вот уже месяц, как новоявленная миссис Уилсон, регулярно пропадает из моего поля зрения. Сегодня я не слышала о ней ничего, кроме того, что она точно не с С., не со своим мужем, не с матерью, не гуляет по магазинам и миллион прочих не. Мне не нравится, что в Ист-Сайде у кого-то есть от меня секреты.
Поэтому с сегодняшнего дня, с этой самой минуты я открываю охоту на Блэр Уилсон. Отныне любой, кто пришлет мне стОящую весточку, попадет в мой е-мейл-список Верных друзей, поверьте, это дорогого стоит.
Итак. Раз-два-три-четыре-пять. Я иду тебя искать, королева Би…

целую,
Сплетница.

Блэр закрыла ноутбук и выдохнула.
- Плохие новости? – спросил Чак, задирая подбородок, затылок уперся в ее все еще раздражающе плоский живот.
- Нет, - она оттолкнула его голову, вставая со смятой постели.
- Не такие уж и плохие?
- Не такие уж и новости.
Чак перекатился на живот и, обняв подушку, смотрел, как Блэр одевается, собирая одежду по всему номеру безымянной для него гостиницы.
Тем вечером, кажется, несколько тысячелетий назад, они договорились, что это будут короткие частые встречи, без эмоций и разговоров, без ревности и вопросов. Она замужем. Она не хочет попасться. Она продолжает жить и спать со своим мужем, ей просто нужна подстраховка, учитывая его возраст.
Просто почти деловые встречи в строго отбираемых местах.
Но почему-то с первого же раза Чак унес из пустующего дома какой-то ее подруги глубокие царапины на своей спине, а Блэр предстала тем вечером перед высшим светом с неприлично опухшими и едва не истерзанными в кровь губами. Тогда она тихо порадовалась своему умению пользоваться косметикой и скудной фантазии журналистов, и почти искренне смеялась за семейным завтраком над статьей о пластической операции на собственных губах.
Чак же той ночью напился.
Он не мог даже позвонить. Блэр не дала ему свой основной номер. Связь была через запасной одноразовый мобильник, что она включала пару раз в сутки.
- Почему я на все это согласился? – спросил Чак, следя глазами за Блэр.
- Потому что тебе нравится заниматься со мной сексом, - спокойно ответила она, не замерев ни на миг и, казалось, даже не удивившись его вопросу.
- Этот аргумент ты привела, когда предлагала мне… эту сделку.
- И ты согласился, - напомнила она.
- Мне просто стало любопытно, - Чак снова перекатился на кровати и взял с тумбочки пачку сигарет. Теперь уже Блэр проследила за ним взглядом. – Перестань, - отмахнулся он, как всегда услышав ее мысли. - У меня стресс. Кроме того, твой муж курит. Кстати, о муже…
- Кстати, о сделке, - перебила она. - Никаких вопросов.
Чак не сводил с нее глаз. Блэр застегнула потертые джинсы. Подошла, села на кровать и наклонилась, поднимая белую кроссовку.
- Я выйду из гостиницы сейчас. Ты – не раньше, чем через полчаса. С чего тебе вдруг захотелось поговорить?
- Мне всегда этого хотелось. Ты не думаешь, что он может сделать тест на отцовство?
- Он уже сделан. Лежит в моей банковской ячейке. Из-за охоты на меня следующий раз увидимся послезавтра. На вечере у Ван дер Вудсенов.
- Принеси мне копию твоего брачного договора.
- Не делай вид, что ее у тебя нет. Я пришлю СМС, где ты должен будешь меня ждать. У нас будет мало времени.
- Да, читал. Ребенок разрывает контракт. И ты можешь отсудить половину имущества.
- Мне больше нравится слово «империя». В этом месяце встретимся еще два или три раза. Потом я займусь переводом в Сорбонну и, скорее всего, уеду на пару недель в Париж.
- Он у тебя не осторожничает? Зная, чем рискует.
- Я работаю над этим. Кроме того, при разводе я попрошу всего лишь содержание. Он так удивится моей скромности, что запросто даст мне его, и так обрадуется моей девичьей глупости, что может просто забыть некоторые мелочи.
- Ты не из тех, кто вот так отпустит его деньги к восьмой жене.
- К пятой. Сюрприз будет, когда моя дочка подрастет. Не подпишу не листка, где будет упоминаться ее имя и слово «наследство» на одной странице. Нам надо быть осторожнее. Я, конечно, ждала, что рано или поздно за мной начнется слежка, но думала, что это будет Джеймс. Поминутный план встречи и я скину тебе завтра, - Блэр наклонилась и поцеловала Чака в щеку, он тут же обнял ее двумя руками и притянул к себе.
Она неохотно вырывалась, но он уже сгреб ее в охапку и повалил на ворох сбитых простыней, накрывая губами ее приоткрытые в возмущении губы. Через минуту Блэр уже довольно мурлыкала под его поцелуями, и на несколько секунд Чак забыл, в какой абсурдной ситуации они оба сейчас находятся.
- Слушай, - приподнялся он на локте, - А когда ты придумала все это?
- Включая тебя? – уточнила она. – То есть я имела в виду, не твое дело! Никаких вопросов. Мы же договаривались.
Блэр встала и пригладила волосы. Чак снова перевернулся на живот, наблюдая, как она, в джинсах и растянутой майке идет к выходу.
- Нет. Без меня. Саму идею.
Блэр несколько секунд молчала.
- Знаешь, - задумчиво протянула она, забирая с зеркала солнечные очки. - Джеймс кое-что сказал мне в день нашей свадьбы. И время, пока трое стилистов затягивали меня в расшитый жемчугом винтажный корсет, вместо мечтаний о медовом месяце я прикидывала, какие козыри мне понадобятся при разводе.

Здравствуйте, мои ньюйоркцы!
Не могу сказать больше ни одного слова про вас.
Никто не получил на Рождество новый фотоаппарат?
Или в городе исчезли все мобильные с камерами?
Неужели все до единого мои помощники внезапно ослепли от блеска новогодних вывесок?
Я все еще не довольна вами, мои дорогие.
Единственное, что мне рассказали о жизни лисицы на моей личной английской охоте, это то, что сейчас ее нынешний встречается с ее бывшим. О чем же говорят короли нашей королевы? А впрочем, мне это не интересно, учитывая, что их имена красуются в справочниках «Сто крупнейших корпораций» а значит, речь, скорее всего, идет о приобретении чего-то дорогого, но скучного...

целую,
докажите уже, что любите меня,
Сплетница
.

- Джеймс? – Блэр вошла в пентхаус Чака, старательно изображая смесь из смущения, удивления и брезгливости. – Зачем ты позвал меня... сюда? – она прошла в номер и удивленно остановилась.
Мужчины пожимали друг другу руки, явно довольные собой и друг другом.
- Привет, Блэр, - улыбнулся ей Чак.
- Здравствуй, - приветливо-учтиво кивнула она и снова посмотрела на мужа.
- Мы разводимся, милая, - вместо приветствия сказал тот.
- Что?!
Мистер Уилсон продолжил спокойно убирать бумаги в дорогую кожаную папку.
- Джеймс, что бы тебе не рассказали...
- Я принял это решение давно, - пожал он плечами. - Но мне было интересно посмотреть, как ТЫ будешь выпутываться из нашего брака.
- Что значит, выпутываться? Я вышла за тебя, потому что любила...
- ...только не меня, - закончил он ее предложение. - Нет, Блэр, ты не вышла за меня, ты сбежала от кого-то. Мне понадобилось четыре часа, чтобы все выяснить, и понадобится пять-семь дней, чтобы все утрясти.
- Что утрясти?
- Наш развод. Я даю тебе содержание на те две-три недели, что ты будешь не замужем, оставляю тебе мой дом в Париже и колье, в котором ты выходила за меня. Кольцо и серьги придется вернуть.
- Ч-что...
Блэр хотела задать столько вопросов, что даже не знала, с какого начать.
"Начни с начала", - подсказал здравый смысл.
- Что значит, неделя, чтобы утрясти развод? Мы женаты всего...
- Кстати, да, - подал голос Чак. - Ты что задумался о разрыве еще до приезда в Нью-Йорк?
Бывший мистер Блэр закрыл папку и повернулся к нему.
- Она кое-что сказала в день нашей свадьбы.
- Знакомая фраза! - усмехнулся Басс. - Вы двое реально не жалеете о разводе?
- Никакого развода не будет! - возмущенно вклинилась Блэр, все еще лихорадочно перебирая в уме варианты поведения.
- Некоторые браки заключаются на небесах, - продолжил Чак, словно не заметив ее. - Может тот, где невеста обдумывает развод, пока идет к алтарю, а жених прикидывает сумму отступных, пока надевает на ее палец кольцо - тот самый случай?
- С моей стороны это было чуть позже.
- На званном ужине? – предположил Чак.
- В нашу первую брачную ночь.
- Ну, это не так существенно меняет дело, - он посмотрел на Блэр. - Может, оставишь ее себе?
- Что?! – возмутилась та. - Знаешь что, Басс…!
- Она назвала меня "Чак"...
- О, - он самодовольно усмехнулся и, шагнув к Джеймсу, крепко пожал его руку. - Беру свои слова обратно.
- А я - нет! - Блэр в два шага преодолела расстояние между ними и встала напротив мужа. - Джеймс, никакого развода!
- Ты беременна.
- Что?!
- На вечеринке в Ван дер Вудсенов служанка не случайно царапнула тебя булавкой. Судя по анализу крови, ты добилась, чего хотела.
- О! - Блэр самодовольно гордо выпрямилась и открыла рот, мысленно радуясь упавшему в руки козырному королю.
- Я стерилизован.
- А? - так и осталась она с открытым ртом.
- Семь лет как.
- В твоей медкарте нет ничего про...
- До чего я люблю твою дотошность, - почти с сожалением протянул Уилсон, - ни одна из моих бывших не заходила так далеко. Обычно меня просто проверял хороший детектив, слежка была, один раз даже проверка крови на инфекции… но взломать сейф моего врача… Знаешь, Басс, - повернулся он к нему, - я уже даже не знаю, завидую я тебе или сочувствую.
- Скорее всего, и то и другое, - отозвался тот. – Как все.
- Я сделал операцию по страховке брата, - продолжил Уилсон. - О подмене не знал даже врач. Только Эрон и я. Теперь еще вы двое. Но, - он улыбнулся кончиками губ Чаку, тот понимающе кивнул. Блэр перехватила взгляд, и ей захотелось запустить в кого-нибудь из них табуреткой. - Но на это счет я спокоен. Итак. Мы разводимся.
- Нет, не... – начала она, но осеклась, вспомнив, что козырный король в ее руках только что обернулся гранатой с выдернутой чекой.
- Мои адвокаты встретятся с твоими, - понимающе кивнул Уилсон, - как только ты уведомишь меня, кому доверишь представлять свои интересы. Историю любви...
- Сайрус, - сказала Блэр, Уилсон кивнул и быстро набрал сообщение.
- Историю любви, достойную вас двоих, придумаешь сама, - продолжил он, не отвлекаясь от телефона, и Блэр нахмурилась.
- Что значит, "достойную нас двоих"? - она возмущенно развернулась к Чаку.
- Это значит, что я беру тебя замуж.

Блэр несколько секунд стояла неподвижно, в очередной раз за последние полчаса пытаясь осознать ситуацию.
Звякнул лифт.
Блэр вздрогнула.
Оглядевшись, она поняла, что они с Чаком остались вдвоем, ее бывший муж ушел.
- Ха! – выдохнула наконец, она и скрестила руки на груди. - Да я скорее...
- Погубишь свою репутацию? - с до чертиков в глазах знакомой усмешкой перебил Чак. Блэр сжала кулаки и проглотила рвущееся наружу ругательство, пожалев, что в комнате нет-таки табуреток. Ох, как бы сейчас пригодились. - Не забывай, милая, что ты носишь моего ребенка, который к концу недели получит все шансы стать незаконнорожденным.
- Это ничего не значит! Современная медицина творит чудеса.
- Ты всерьез думаешь, что я позволю тебе убить Басса?
- Ты всерьез думаешь, что я спрошу у тебя разрешения?
- И даже фото тебя, входящей в клинику, что появятся во всех газетах мира под эффектным заголовком "Только что разведенная заметает следы?" тебя не остановят? - издевательски уточнил он. - Перестань, Блэр! Ну ты же не думаешь, что я не установлю за тобой слежку.
- Ты - скотина!
- С этим согласен, - кивнул он, обходя ее, звякнули тонкими стенками бокалы в баре, - но я защищаю свои приобретения.
Блэр сжала губы.
Ситуация ее злила.
Как в старой-старой поговорке, как только она наконец-то собрала на руках все козыри, жизнь неожиданно начала играть с ней в шахматы.
- Так, минуточку, - вскинула она голову и обернулась. - Что за документы вы подписывали?
- Я заключил с "Уилсон интерпрайзиз" контракт. Твоего имени там нет, не переживай.
Блэр недоверчиво смотрела на него. Чак вздохнул и, оставив бокалы на стойке, прошел к низкому столику перед диваном.
- Можешь убедиться, - протянул он ей пухлую пачку бумаги.
Блэр села и, положив ее на колени, начала быстро просматривать белеющие листы.
- Но... - начала она еще до того, как Чак вернулся к бару, - но это невыгодно для тебя.
- Увы.
- Совсем не выгодно!
- Еще раз увы.
- Это просто провально с точки зрения коммерции и здравого смысла!
- Мне еще раз повторить? У меня будет де жа вю.
- И это на 10 лет!
- Увы-увы-увы, - он вернулся к дивану, неся в руках два бокала. Один - с апельсиновым соком. Блэр вскочила, едва не сбив его с ног.
- Может хватит уже относится ко мне как к вещи! Сначала ты продал меня за отель...
- Считай, что я выкупил тебя обратно. И знаешь, милая, ты, черт возьми, серьезно подорожала!
- Я не выйду за тебя! – снова скрестила она руки на груди. - Буду страдающей отшельницей с ребенком на руках, сначала уеду путешествовать, потом похудею до полупрозрачности и устрою грандиозное возвращение, взирая на жестокий мир глазами с поволокой...
- …и обнаружишь, что имя ребенка Блэр Уолдорф вписано в черные книги всех колледжей, школ и детских садиков...
- Она не будет ходить в детский садик.
- ...еще до того, как их учредители будут знать его имя или даже пол. Продажи Элеонор Уолдорф кстати тоже, возможно, пострадают, ибо кто же захочет покупать элегантные вещи у матери такой беспутной дочери? - продолжил Чак, отпивая из высокого бокала шампанское. – И карьера Сайруса под угрозой. И Гарольда. И Романа… Не говоря уже о туманном будущем маленькой Блэр, которую тебе придется лично водить за ручку в государственную школу на окраине.
За окном все нарастал и нарастал шум. Блэр судорожно искала выход.
- В Париже…
- Там Уилсон. Не надейся.
- Что это значит?
- Он взял на себя Европу. Я отвечаю за создание для тебя личного ада на всей остальной территории Земли, включая водную. Единственное – мы не поделили Антарктиду, но что-то мне подсказывает, что…
- Чак, заткнись, - устало выдохнула Блэр и прижала руку ко лбу. - Меня от тебя тошнит.
- По утрам? Хм… Когда ты вчера заходила в аптеку, ты не спрашивала ничего такого у фармацевта.
- Ты что, следишь за мной?
- Конечно, - спокойно кивнул он. - Для тех, кто уезжает на каникулы, а возвращается с другой фамилией, это необходимо. Не хочу, чтоб ты снова вышла за кого-нибудь по пути в СПА-салон.
Блэр выдохнула и посмотрела в окно.
Как бы она не злилась, но организация поспешной свадьбы с Чаком и официальное признание их ребенка немного недоношенным - единственный выход из того угла, куда она сама себя загнала.
Она повернулась к Чаку и взяла из его рук свой бокал.
- Свадьба – только в Паласе. Бриллиант в кольце – не меньше трех карат.
- Хорошо.
- И я выбираю имя.
- Обсудим.
- Чак!
- Называй меня «милый», - он обнял ее за талию и притянул к себе.
Чернота неба за окном взорвалась праздничным фейерверком.
- С новым годом, Блэр! С новым мужем!


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©

Сообщение отредактировал Minimina - Пятница, 20.05.2011, 16:01
 
MiniminaДата: Среда, 01.06.2011, 16:23 | Сообщение # 3
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
Название: Крыши Бруклина.
Автор: Minimina
Бета и идейный вдохновитель: Blue Fairy
Пейринг: Чак/Блэр
Рейтинг: NC-17 Дети! Не читайте это!
Размер: мини.
Жанр: Флафф. AU.
Таймлайн: 02х07.
Саммари: Альтернатива разговору на крыше. Плюс последствия. Плюс холодный душ smile .

- Почему бы нам не сказать это одновременно?
- Потому что мы так не договаривались.
- Почему все должно быть по правилам этой глупой игры?
- Потому что... Блэр!
Она молчала, глядя на него. Он не ухмылялся. Губами. Но в глазах...
В его глазах плескалось торжество.
И предвкушение.
- Я люблю тебя, Чак Басс, - сказала она почти без эмоций. Он потянулся рукой к ее лицу. Едва коснувшись подушечкой большого пальца горячей слезы на щеке, Чак вскрикнул от боли - Блэр сильно ударила его по руке. - Но это не значит, что я твоя, - прошипела она сквозь зубы. - И никогда твоей не буду, Чак. Живи с этим.
Она развернулась и, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег, ушла.
Чак остался стоять на крыше в этом богом забытом районе, думая, где же он ошибся. Опять.

- Убирайся, - Блэр даже не повернула головы, когда он вошел в ее комнату и оперся на косяк открытой двери. - Я не хочу тебя видеть. Никогда.
- Ты же понимаешь, что это невозможно.
- Ты же понимаешь, что мне плевать. Уходи.
Она встала, так и не взглянув на него. Отвернувшись к кровати, подняла руки и расстегнула пуговицу у воротника платья, несколько раз дернула за маленький черный язычок молнии, тот категорически не хотел поддаваться. Чак молча смотрел на нее. Потом подошел и поднял руку, чтобы помочь.
- Не смей ко мне прикасаться! - Блэр развернулась так резко, что он от неожиданности отпрянул. - Убирайся! - она толкнула его в сторону двери. - Пошел вон из моей комнаты, из моего дома, из моей жизни. - Чак крепко сжал ее запястья, отведя тонкие руки от своей груди, но Блэр казалось, даже не заметила этого, продолжая толкать его. - Я не хочу тебя видеть! Я не хочу про тебя знать, я не хочу про тебя... - он вывернул ладони, заставив ее прижаться к себе, - ... помнить, - прошептала она в его рубашку.
Они замерли. Ее волосы щекотали его шею и подбородок. Очень хотелось прижаться к темной макушке губами. Чак чувствовал, как она тихо дышит в его грудь. Он медленно, словно держал в ладони паутинку, разжал пальцы. Тонкие запястья безвольно упали, Блэр не пошевелилась. Чак поднял руку, его ладонь неуверенно остановилась в миллиметре от едва заметно подрагивающего плеча.
- Уходи, Чак, - услышал он. - Я устала.
"Да уж, день был тяжелый," - подумал он, прежде чем понял, что она, скорее всего имела в виду не это.
Все так же, не поднимая на него глаз, Блэр отстранилась и, спрятав лицо за занавесом спутанных волос, отвернулась.
Чак взялся за ручку открытой двери.
Блэр продолжила раздеваться, стоя лицом к кровати. Тихий хлопок белых створок заставил ее вздрогнуть. Она выдохнула и подняла голову, посмотрев в потолок. Не помогло. Слезы, что должны были остаться в глазах, потекли по вискам. Она всхлипнула от того, что ее собственные глаза и те против нее, и вытерла липкие дорожки раскрытой ладонью. Хотелось разбить вазу, выбросится из окна, расцарапать себя или забить кого-нибудь до крови, до стонов, до уничтожения. Хотелось разрушать и разрушаться. Хотелось умереть.
Она спустила наконец-то долбанное платье с плеч, оно упало на пол. Поднимать не хотелось. Все так же стоя в кремово-кружевном облаке, Блэр выгнулась, чтобы расстегнуть бра, когда почувствовала на коже шеи теплое дыхание.
Она замерла, инстинктивно распахнув глаза и затаив дыхание.
- Прочь, ублюдок! - закричала она, разворачиваясь и вкладывая в звонкую пощечину всю свою боль и злость.
Первый удар Чак пропустил. Второй сумел погасить, схватив девушку за талию и резко дернув на себя. Блэр шипела и извивалась, царапая его, пиная, разрывая ногтями оказавшуюся такой хрупкой под напором ее ненависти ткань галстука-бабочки.
- Вон, вон, я ненавижу тебя... - шептала она, отталкивая его плечи и спихивая с них его пальто. - Убирайся! - рычала она под треск разрываемой рубашки.
Чак крепко обнимал ее, пытаясь задушить ее удары, не позволить ей поранить саму себя. Как-то сами собой его губы прижались к изгибу ее шеи, Блэр подалась навстречу, закидывая голову и продолжая впиваться ногтями в его плечи.
- Чертов Басс, ненавижу тебя, - шептала она, пока его руки скользили по ее спине, плечам, спускались к бедрам и прижимали ее к напряженному, раздражающе одетому Чаку еще крепче.
Блэр запустила ладони в короткие темные волосы и впилась зубами в его нижнюю губу. Чак ответил не менее злым и жадным укусом-поцелуем.
- Ненавижу...
- Люблю тебя...
- Ненавижу...
Она резко толкнула его, заставив упасть на кровать, одним прыжком оседлала, сильно пихнув его протянутые к ней руки. Едва ее колени коснулись простыней, Блэр снова, размахнувшись, ударила его по щеке. Чак сильно сжал ее запястье, заставив вскрикнуть от боли и потерять равновесие. Он рывком швырнул ее на кровать, почти сразу же навалившись на нее всем телом и вжавшись губами в кожу ее губ. Блэр извивалась под ним, стаскивая с его плеч рубашку и пиная свободной ногой, пытаясь сделать как можно больнее, огненная волна ненависти кипела в ее глазах за зажмуренными веками. Чак коротко и зло тыкался поцелуями в ее стиснутые губы, скулы, глаза, щеки, лоб.
Он приподнялся, срывая с себя рубашку. Блэр тут же утянула его обратно, одной рукой крепко обнимая за шею, другой больно царапая его обнаженную грудь.
- Подонок, - простонала она, выгибаясь, чтобы он мог снять в нее бюстгальтер. - Люблю...
Губы Чака спустились к ее шее, потом, оставив след от укуса на ключице, спустились еще ниже. Блэр застонала и высвободив из-под его тела второе колено, обняла Чака ногами.
- Люблю тебя...
Ее пальцы глубоко утопали в его волосах, она прижималась е нему так плотно, что казалось еще чуть-чуть и их тела просто сольются, станут одним, смешаются кожи, ребра и сольются в одних венах потоки разной крови.
Резко дернув его за волосы вверх, Блэр заставила его выругаться и вскинуть голову.
- Чертова сучка, - Чак ударил ее по рукам, собираясь сжать ее запястья в одной ладони, но она извивалась как угорь, осыпая его проклятиями и потираясь раскрытой промежностью о его тело.
Спихнув его с себя, Блэр перевернулась и, отвесив ему очередную пощечину, перекинула через его тело ногу, потянувшись освобожденными руками к молнии на его брюках. Чак крепко сжал ее бедра, усадив на себя плотнее. Упал назад, выгнулся, опираясь на лопатки, потом просунул одну руку между ее прижатым коленом и заломами смятых их борьбой простыней и достал из кармана маленький шелестящий квадратик. Блэр, поглощенная расстегиванием упрямой молнии - сегодня все молнии против них? - едва заметила, как Чак зубами вскрыл упаковку.
Он снова столкнул ее с себя, одной рукой прижимая к постели, другой стаскивая с извивающейся в попытке освободиться девушки трусики. Прочные кромки оставляли красные полоски на нежной коже бедер, трещала разрываемая ткань, Блэр выгибалась, поднимая колено и стараясь достать кончиками пальцев свободной ноги до расстегнутых штанов Басса. Когда ей это удалось, она зацепила их и потянула вниз. Чак на секунду приподнялся, помогая ей раздеть себя окончательно, потом снова вжал ее в раскаленные простыни всем своим весом и резко, одним сильным движением вошел в ее ждущее, распластанное под ним тело.
Блэр дернулась, выгибаясь. Шумно выдохнула его имя, обняла ногами, не заботясь об оставленных и оставляемых на его коже синяках. Чак двигался размеренно и сильно, едва чувствуя, как в такт его резким долгим толчкам Блэр полосует ногтями его вздымающуюся спину. Она подняла колени выше, крепче сжав его поясницу.
- Ублюдок...
- Стерва...
Он приподнялся на локтях, позволяя ее ребрам немного двинуться, запуская в сдавленные тяжестью его тела легкие глоток воздуха. Блэр тут же ударила его кулаком по скуле. Чак зарычал и резко толкнулся еще глубже.
Потом отстранился, заставив ее застонать от неудовлетворенного желания и, встав на колени, поднял ее бедра, снова насадив на себя. Блэр выгнулась, упираясь лопатками в простыни, она попыталась царапнуть Чака, но ее ладонь прошла сквозь пустоту напряженного полного их ненависти и любви воздуха, лишь едва ощутимо задев его живот. Чак ухмыльнулся и продолжил толкаться в ее тело. Блэр извивалась от удовольствия и бессильной злобы.
- Я все равно тебя ненавижу.
- И ты все равно меня любишь.
Блэр закрыла глаза, словно прислушиваясь к себе.
Ее дыхание стало чаще. Она закусила нижнюю губу. Сжала кулаки. Жалобно заскрипели простыни. Чак нежно приподнял ее попку повыше, сдерживая себя, чтобы не начать двигаться быстрее - слишком хорошо он помнил эти признаки ее удовольствия.
Скоро ее дыхание окончательно сбилось. Она запрокинула голову, вжав макушку в упругость матраца. Ее ребра толкнулись вверх.
Чак провел ладонью по плоскому напрягшемуся животику, отмечая, что он уже покрылся крохотными капельками пота. Ее кожа была горячей. Она сжимала его как тиски из раскаленного бархата. Такая нежная, такая тесная. Он понял, что пора начать думать о миссис Дейв из школы и свадебных колоколах, иначе....
- Люблю тебя... - услышал он и плюнул на все.
Он опустился на нее, прижав губы к губам. Блэр страстно ответила на поцелуй, обвивая его, как лиана. Чак начал двигаться быстрее, закрывая глаза и растворяясь в таком новом, таком знакомом, таком понятном и неизведанном одновременно удовольствии.
- Люблю тебя...
- Люблю тебя...
- Люблю...
- Люблю...
Блэр выгнулась и вцепилась в его спину за доли секунды до того, как он сам зарычал в ее раскрытые губы.
- Блэр? Чак?!
Они оба резко распахнули глаза.
- Мама?
В двери комнаты стояла миссис Уолдорф и удивленно смотрела на сплетенные поблескивающие потом страсти тела своей дочери и...
Чак резко перевернулся, закрывая Блэр и натягивая на них обоих край простыни вместе с одеялом.
Элеонор Уолдорф лишь закатила глаза почти фамильным жестом.
- Так, молодые люди. Через две минуты - две минуты, Блэр! - я жду вас обоих внизу. Одетых!
Дверь едва не слетела с петель, когда миссис Уолдорф закрыла ее, Раздался громкий стук каблуков. И почему его было не слышно, когда она шла сюда?
- Мы влипли, - то ли сказал, то ли спросил Чак.
- Да, - то ли согласилась, то ли уточнила Блэр.
Он медленно приподнялся на локте и посмотрел на все еще лежащую в его объятиях девушку. Потом наклонился и коротко поцеловал.
- Эй, - возмутилась она.
- Привыкай, - невозмутимо сказал он, вставая с кровати, - если я смотрел правильные фильмы, то через две минуты нас в лучшем случае объявят официальной парой. В худшем для тебя - сообщат дату нашей свадьбы.
- А в худшем для тебя? - съязвила Блэр, обходя застегивающего брюки Чака и открывая шкаф. - Сообщат Барту Бассу?
- Да. И он сошлет меня в Монголию. Поедешь со мной в Монголию? Или сначала все-таки придется на тебе жениться?
Блэр лишь закатила глаза уже виденным им сегодня движением.
Потом достала из шкафа длинный непрозрачный халат, стараясь не думать, как ссаднит сейчас внизу ее живота, как горят, соприкасаясь, растерзанные его жадными движениями бедра. Слабыми от удовольствия руками она затянула тонкий пояс.
- Готов?
Он перекинул пальто и пиджак через руку. Глубоко вдохнув, Блэр открыла дверь и перешагнула порог, словно ступив на первую ступеньку эшафота. Чак улыбнулся и вышел следом.
Элеонор Уолдорф сидела на диване в холле, держа чашку с чаем. Сильно пахло какими-то травами. На столике перед ней лежал мобильный телефон со все еще непогасшим дисплеем.
Сердце Блэр, до этого бешено толкающееся в нее где-то в районе горла резко упало почти к коленям.
- Мама... - начала она.
- Значит так, - перебила та, - я еще не звонила вашему отцу, молодой человек...
- Он в Тайланде, - заметил Чак, - через секретаря быстрее дозвонитесь. И кстати, ему плевать.
- ...Но я намерена, - продолжила Уолдорф, словно не услышав.
"Фамильные черты", - успел подумать Чак.
- ... серьезно поговорить со своей дочерью и с тобой, прежде чем позволю вашим гормонам завести вас слишком далеко.
- Куда уж дальше, - хмыкнул Басс и ойкнул. Блэр пихнула его локтем.
- Мама...
- Миссис Уолдорф, - перебил ее Чак, находя в потоках ткани халата узкую девичью ладошку и крепко сжимая. Блэр так удивилась этому теплому родному жесту, что забыла вырваться. - В том, что случилось, нет вины Блэр. Это все я.
- Вот как? - приподняла одну бровь Элеонор.
- Да, - уверенно подтвердил Чак. - Это все я. Я совершил ужасную ошибку. Я обещаю вам, что больше этого не повториться. Никогда. - Блэр дернула руку, пытаясь освободиться, но Чак лишь крепче сжал ее пальцы. - Даю вам слово Бассов. Отныне я всегда буду проверять, закрыта ли дверь.
Блэр успела покраснеть до корней волос еще до того, как захотела провалиться сквозь все этажи дома до самого подвала.
- П-простите?
- Я люблю Вашу дочь. А она любит меня.
- Ч-что?
- Не удивляйтесь. Мы сами только сегодня узнали.
Элеонор несколько раз моргнула, потом перевела взгляд на дочь. Та уже успела сменить окраску с пурпурного на мертвенно-белый. Сейчас ее щеки медленно розовели. Она посмотрела на Чака.
- Ты любишь меня?
- Мне казалось, я тебе сказал. Не один раз, - напомнил он, с улыбкой наблюдая, как от воспоминаний его девушка снова начала краснеть.
- Но...
- Никаких Но, Блэр! - категорично заявила Элеонор.
- Вот видишь, - ухмыльнулся Чак. - Нас почти благословили.
- Не преувеличивай, Чак. Ты далеко не самая лучшая партия для Уолдорф.
- Я думаю, вы готовы смириться с этим. К тому же это выбор Блэр.
- К тому же мы не будем встречаться, - встряла та.
- К тому же еще посмотрим.
- Я буду твоей, Чак Басс.
- Ты УЖЕ моя.
- Ничего подобного!
- Хватит! - решительно остановила войну Элеонор. - Чак, тебе лучше уйти. Блэр, тебе лучше присесть. Дорота...
- Я принесу еще, - послушно засеменила на кухню та.
Чак посмотрел на Блэр и сжал ее пальцы, напоминая, что они все еще держаться за руки. Она попыталась вырваться, но он не позволил. Вместе они дошли до лифта.
- Я не изменю решения, Чак, - сказала она. - Я не буду твоей девушкой.
- Хорошо. Увидимся в школе.
- Нет.
- Могу заехать за тобой.
- Нет.
- Мы поднимемся по ступенькам, держась за руки и переступая через бездыханные тела остальных учеников. Я не думаю, что многие переживут мысль, что мы вместе. На верхней ступени, если тебе не понравится быть центром этого мира, так и быть, расстанемся.
- Пошел вон, Чак, - прервала его тираду Блэр и толкнула его в открывший двери лифт.
Он улыбнулся и нажал на кнопку. Секунду они смотрели друг на друга.
- О! - щелкнул он пальцами. - Чуть не забыл.
Он резко шагнул мимо уже закрывающихся дверей и прижался к губам Блэр коротким собственническим поцелуем.
Она успела лишь возмущенно вскрикнуть, прежде чем он так же резко отступил. Ее возглас ударился в уже закрытые двери.


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©
 
MiniminaДата: Среда, 06.07.2011, 12:19 | Сообщение # 4
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
Название: Что-то невозможное
Автор: Minimina
Пейринг: Уолдорф/Басс
Рейтинг: РG (до NC постараюсь не докатиться biggrin )
Размер: мини
Жанр: виньетка
Соответствие канону: есть парочка AU-моментов, но в целом - канон

Это было невозможно.
Это было почти нереально.
Это даже не было ненормальным, потому что лежало за пределами всех известных ей систем координат.
Это уничтожало. Это унижало. Это губило.
Эти сумасшедшие, недопустимые, непостижимые отношения уже лишили ее Нейта, разбили на осколки ее будущее, взорвали жизнь, разметав по смятым простыням лоскутки ее планов.
Это разъедало ее, как ржавчина, разрывало ее самоуважение и покрывало ее плечи липкой пленкой ненависти к самой себе. Она даже не могла поделиться ни с кем своей болью.
Никто не должен знать.
Никто.
Потому что это слишком.
Даже для них.
Она - Блэр Уолдорф. Она - королева школы. Ей семнадцать, и мир у ее ног.
Рассматривая расслабленное мужское лицо спящего рядом, Блэр в очередной раз попыталась понять, когда так получилось, что она готова откинуть все это носочком подаренных им туфель, чтобы мир не мешал ей броситься через весь школьный двор ему на шею?
Когда то, что было невозможно, вдруг стало реальностью? Когда она впервые подумала о Бассе, как о возможном... А впрочем, они до сих пор не знали, кто они друг другу.
Блэр приподнялась на локте и провела кончиком пальца по щеке спящего. Его ресницы дрогнули, он сонно поморщился.
Может это случилось после того сообщения Сплетницы, столкнувшего королеву с трона? Когда она сама пришла к нему. После ужасных сказанных ей слов, после того, как ее оттолкнули все, кто был ей дорог. После часов блуждания по пустым незнакомым улицам. После социального эшафота. Она пришла к нему сама. Они не сказали друг другу и десяти слов. Она была слишком расцарапана осколками собственной жизни. А он был слишком удивлен ее приходом. Тепло его руки вокруг кончиков ее пальцев. Мягкость его губ на ее липких от слез и дождя щеках.
Блэр тряхнула головой.
Нет, это явно было раньше.
Может тем рождественским утром? Когда она нашла под елкой подарок для себя. Когда поняла, что он думал о ней, слушал ее. Потому что мало кто знал, какую именно коллекцию фильмов она хотела бы пересмотреть в каникулы. Естественно, она позвонила поблагодарить. Как ни странно, она позвала его вечером посмотреть "Все об Ив" вместе. Естественно, он отказался. Как ни странно, он прилетел. Мама была занята Гарольдом и Романом, Дорота взяла выходной. Тем вечером они поцеловались.
Нет, началось все раньше.
Может на котильоне, когда искры от столкновения ее отношений с Нейтом, Картером, Чаком зажгли в ней огонь сумасшествия? Или в День благодарения, когда он позвонил ей поздравить и, запинаясь, словно восьмилетний мальчишка, признался, что собирался с духом весь день?
Или еще раньше?
На традиционном бранче, куда Сирена привела этого выскочку Хамфри? Они общались, говорили... Она была с Нейтом, Басс все понимал. Даже пытался помочь. Тогда, спустившись из номера, она в первый раз перехватила странный, прожигающий насквозь взгляд. Это было так... невозможно, что она даже не отвела глаза. Он смутился. Секунды. Нет, доли секунды. Потом он снова стал тем, кто он есть. Но больше не подходил к ней до конца вечера, старательно следил, чтоб рядом с ними всегда кто-то был. И прятал глаза.
Однажды она спросила, когда он впервые подумал о ней, как о девушке. Он сказал, что ответ ее удивит. Но не ответил.
Однажды он спросил, любит ли она кого-нибудь. Она сказала, что любит себя. Ответ его не удивил.
Она любила себя, но приезжала к нему сама.
Он придумывал себе миллион дел, но срывался к ней в любой час ночи.
Она тайком пробиралась по черной лестнице в его номер, понимая, что пройти по гостиничным коридорам было бы менее подозрительно.
Он находил подставных лиц и снимал квартиры в переулках за бутиками.
Она брала такси до непонятных перекрестков, где ее забирал его длинный черный лимузин.
Он с отчаянием приговоренного посещал собрания неинтересных ему благотворительных обществ.
Однажды она три часа просидела в офисе "Басс Индастрис" с экономистом, делая вид, что готовит доклад, Чак за соседним столом доделывал бизнесс-план по "Виктроле", безостановочно пищал факс, постоянно приходили какие-то люди.
Юрист и секретарша были единственными в комнате, кто не сошел той ночью с ума.
Они встречались за открытыми дверями кабинетов, в просматриваемых школьных коридорах, в толпе из сливок общества, и это было издевкой. Тайное, выставленное напоказ, становилось тайной в квадрате. Целуясь в его лимузине по пути в школу, они уже сами не понимали, кто над кем издевается - они над жизнью или жизнь над ними.
Блэр снова легла в его раскрытые объятия, они были теплыми и нежными. Это так не вязалось с тем, каким Басс был вне этого номера, вне ее рук, вне их отношений, что Блэр снова подумала, что до сих пор не уверена кто их этих двух таких разных людей - настоящий.
Иногда она едва не выдавала себя, забывая, что и кому говорила про свои дневные отлучки, про непонятные дела, занимающие вечера. Иногда ей хотелось все рассказать. Хоть кому-то. А лучше - всем.
Но это было невозможно.
Это было слишком.
Даже для них.
Они оба знали, что рискуют каждую секунду, знали, что расстаться было бы намного проще, знали, что это все равно закончится. В любой момент. Он - тот, кто он есть. Она - та, кто она есть.
Но здесь, в номере Паласа, в его спальне, идя по скинутым ими маскам к его губам, она чувствовала себя живой. И знала, что он чувствует то же самое.

- Блэр, ты опять? - недовольно проворчал мужчина, переворачиваясь на бок и сгребая лежащую на нем девушку в охапку.
- Что опять? - непонимающе захлопала она глазами, не в силах отказать себе в удовольствии провести раскрытой ладонью по его голой груди.
- Опять смотришь, как я сплю.
- Предпочитаешь, чтоб я делала уроки? - съязвила она, зная, как он относится к ее учебникам, разбросанным по его деловым бумагам.
- Предпочитаю, чтоб ты тоже спала, - не поддался на шпильку он. - Завтра в школу.
Она села на кровати, с неохотой позволив его рукам отпустить себя.
- Что? - приподнялся он на локтях. - Только не говори, что должна ехать.
- Прости.
Она ненавидела это. Ненавидела.
Ненавидела эти минуты, эти слова, этот город, эту жизнь, эту планету. Ненавидела уходить, когда так мучительно хотелось остаться.
- Блэр...
- Я знаю, - быстро ответила она, сворачиваясь калачиком на его груди. - Я тоже очень хочу остаться, но... Мама в городе. А я уже два раза не ночевала дома, - Блэр подняла голову и посмотрела в его глаза, ее спутанные волосы упали на едва накрашенное лицо. Басс подумал, что не видел ничего прекраснее в жизни.
Отпустить ее показалось преступлением. За это стоит казнить. А впрочем, ночь убьет его. Опять. Как всегда.
- Но в пятницу...?
Он ненавидел это.
Ненавидел просить ее, придумывать схемы, чтобы тайком пересечься в школе, прикрыть ее "ночевки" у безымянных подруг, урвать несколько часов у ее жизни, чтобы напитать ее глазами, губами, плечами свою собственную. Такую пустую без нее. Он ненавидел свою зависимость от их встреч.
- Да, - улыбнулась она, потираясь щекой о его грудь, - в пятницу я приду. На всю ночь, - она погладила короткие волоски на его шее. - Как идет подготовка в свадьбе?
Она не ревновала. Совсем. Она сама почти что заставила его сделать предложение. Им нужен был повод, чтоб расстаться. Помолвки оказалось недостаточно - Блэр снова позвонила ему. На следующий же день. Набрав выученный наизусть номер, которого не было в ее телефонной книжке. С номера, которого не было ни в чьей телефонной книжке.
- Этим занимается Лили, - Барт вытянулся, чтобы она могла лечь на нем поудобнее. - Она в этом намного опытнее меня, - ее спина под его ладонью казалась согретым солнцем мрамором. Он взял ее руку и поцеловал по очереди каждый палец. Блэр сладко мурлыкнула.
- Мы ведь сможем расстаться, правда? - спросила она, то ли с надеждой, то ли со страхом.
- Нам надо это сделать, - ответил он давно известной истиной, - сейчас я рискую отношениями с сыном и деловыми связями с пуританской Европой. Потом буду рисковать еще и браком, - Басс перевернулся и приподнялся на локте. Блэр улыбнулась, поглаживая его шею. - Когда ты так ослепительно хороша, я чувствую себя старой развалиной, - сказал он, целуя ее плечи.
Блэр рассмеялась.
- Ты далеко не развалина, Барт Басс.
Она выгнулась, позволяя ему стянуть со своей груди одеяло. Его губы спустились к ее ключицам. Она почувствовала, как глубоко внутри снова рождается чувство жара и страсти. Невозможно запретное. Нереально прекрасное.
- Как думаешь, что еще мы можем сделать?
- Судя по твоему тону, у тебя есть идея...
- Ненавижу тебя, Басс, ты знаешь меня лучше, чем я сама!
- При общении с тобой это первый пункт техники безопасности. Что ты задумала?
- Я... я пока не знаю. Я подумала о Чаке.
- Ммм... Это будет сильно. Даже для нас. Но вы же расстались на такой ноте...
- Я думаю, он не будет в обиде.
- Я больше думаю о тебе. Ты сможешь быть с ним после того, что он сделал и сказал?
- Он - часть тебя. Я думаю, что смогу даже полюбить его.
Вместо ответа Барт нежно поцеловал ее. Блэр страстно прильнула к его телу, понимая, что опоздает сегодня к ужину.
Опять.

NB! Всерьез не воспринимать! Автор развлекается tease !
Тапками кидать, конечно, можно (я б за такое кинула ), но, пожалуйста, мягкими и, желательно, розовыми .

целиться сюда, или в +/- под авкой, а там уж куда прилетит biggrin


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©

Сообщение отредактировал Minimina - Пятница, 08.07.2011, 22:49
 
MiniminaДата: Среда, 13.07.2011, 17:01 | Сообщение # 5
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
Название: Дневник
Автор: Minimina
Пейринг: Чак/Блэр
Рейтинг: NC-17
Размер: Мини. Кажется...
Жанр: POV
Таймлайн: 01х07. Последние минутки. Самые-самые.

Ты представить себе не можешь, что я наделала, милый дневник.
Я сама с трудом верю. Хотя между ног . . так что видимо, все правда

Блэр. Блэр. Как ты могла? Как? Нет, не так. КАК???? Я даже не могу рассказать об этом Сирене. Черт. Боже.

Я - Блэр Уолдорф.

Я - Блэр Уолдорф.

Я - Блэр Уолдорф.

Как могло так получится? Так, Грейс Келли. Грейс Келли. Грейс Келли. Нужно взять себя в руки. Нужно

как так получилось? Что на меня нашло? Я — Блэр Уолдорф. Я как провинциальная девчонка лишилась невинности на заднем сидении авто? Черт. Боже.
Ладно, дневник, ты прав. Это не просто авто, это лимузин. Но, черт возьми, это лимузин Чака Басса! Господи. Я не верю сама себе. Я не верю, что могла такое сделать.
И я не верю, что
Блэр. Блэр. Блэр. Чак.

Я наверное совсем тебя запутала, да, дневник. Мне конечно, все равно. Хотя, признай, это самая путанная запись с момента, когда я завела тебя вместо Сирены. Когда Сирена уехала. Когда папа ушел. Когда

Я переспала с Чаком Бассом.

Десять минут назад я вышла из его авто.

Перед этим мы трижды занялись любовью сексом. Я не люблю Чака Басса. Я его ненавижу. Значит, мы занялись ненавистью. На заднем сидении его авто. Чушь какая-то. Мне даже не хочется перечитывать то, что я сейчас пишу. Радует только то, что он ни словом не обмолвился о том, что случилось, когда высаживал меня у дома. Если б я не знала, что это Чак, я бы решила, что он не знаю растерян, что ли. Он даже подал мне руку, помогая выйти из авто. И поцеловал. Представляешь, дневник.
Чак Басс прикоснулся губами к моей руке.

Нет.
Нет.
Нет.

Это же Чак Басс.
Это друг Нейта. Я рассталась с Нейтом. И . . кстати, дневник, я рассталась с Нейтом

Так.

Я вроде как успокоилась.
Милый дневник.
Сегодняшний день был очень богат на события.
Я сегодня рассталась с Нейтом. Дженни рассказала мне, что он поцеловал ее, думая, что целует Сирену. На балу. И я его бросила. Вообще-то можно считать, что он меня бросил - ведь это ОН целовал почти-что-Сирену
!!!проследить, чтобы Дженни никому не рассказала
- поговорить с Сиреной?

но мне нравится думать, что все решаю я. В принципе, так оно и есть.
Так вот, сегодня вечером, уже после того, как я решила, что все кончено, но до того, как сказала об этом Нейту, я примеряла знаменитое кольцо Вандербилтов. Знаешь, оно мне очень идет. Я считаю, что создана для таких вещей такие вещи созданы для меня.
Потом было немного скомканное расставание с Нейтом, о котором я подумаю и напишу позднее, потому что потом я поехала в Виктролу. Чертов Чак Басс встретил меня у входа. Мы сидели на том диванчике, про который я тебе писала - единственная пока стильная вещь в этом заведении - разговаривали. Он пытался меня растолкать, разговорить, заставить наделать глупостей.

И я их наделала.

Сначала я разделась на сцене.
Вот написала это и поняла, что уже это само по себе ужасно. Это в стиле Сирены
- спросить у нее, как она выкручивалась
перед Лили после первых плясок на стойке -
ненавязчиво!!!

но не в моем.

Это не в моем стиле!

Леди так не делают. А впрочем, чтобы стать незаменимой, надо все время меняться. Роль королевы, роль куртизанки, роль оторвы. Только последнее должно происходить за закрытыми дверями.

Итак, сцена.

Знаешь, дневник - мне понравилось. Это ужасно, я никому и никогда этого не повторю, а тебя сожгу, может быть уже сегодня, не дожидаясь, пока закончатся твои страницы, но мне понравилось. В прочем, я была далеко не голая, я не делала ничего развратного, не бросала в зал белья и не оголялась сверх приличного - сорочка у меня вполне... ладно, ты прав - я оголилась. Это не достойно леди, но перед этим я выпила шампанского с Чаком Бассом и если история выйдет за пределы этого кабака, я просто совру, что меня опоили. Опоил. И накачал. Его репутации эта крохотная ложь, даже не ложь — небольшое преувеличение уже не повредит, а мне надо думать о будущем.
Будущее мое надо переделывать, милый дневник. Я бросила Нейта. А значит, я не выйду за него замуж и
В общем, сначала про вечер.

Потом песня закончилась, все аплодировали и кричали, что я лучшая. Чак помог мне спуститься со сцены, ко мне сразу пошел какой-то парень с двумя бокалами. Я сказала, что наверное мне стоит вызвать такси. Чак кивнул охране и мы вышли из зала. Он сказал, что отвезет меня. У меня было такое чувство, будто я пьяная. Я помню это ощущение - мне показалось, что на улице холодно, но потом я поняла, что это просто кожа у меня очень горячая. Я подумала, что как же танцует на сцене Дита фон Тиз, подумала, что не зря она все время плещется то в бокале, то под типа дождем. Подумала, что софиты обжигают. Подумала, что Басс, вообще-то, должен был бы накинуть мне на плечи свой пиджак. Потом я почему-то подумала, что хочу посмотреть, как он его снимет и . . наверное, смутилась. Прогнала мысль. Запретила себе думать о нем. И его пиджаке. Знаешь, дневник, я как сейчас чувствую, как по моим плечам скользит ветер. Именно скользит. Как шелк. Прохладный и густой. Вечер пах выхлопами и чем-то, от чего мне захотелось целоваться. Сейчас я понимаю, что это был запах парфюма Басса, запах алкоголя из открытой двери бара и свежесть ночного воздуха. Но тогда я подумала, что скучаю по Нейту. Я даже на секунду подумала, что можно поехать к нему. Good-buy-секс. Но прогнала эту мысль. Я удивилась, что эта мысль ушла намного быстрее, чем мысль о Бассе, снимающем с себя пиджак, чтобы накинуть мне на плечи.
Мы сели в лимузин.
И я поцеловала Басса.
Сама. Придвинулась ближе и поцеловала в губы.
Черт возьми, охрененно. Мне нельзя такое писать, мне и знать такие слова нельзя, но почувствовала я себя именно так. Мне захотелось выругаться. Захотелось разбить окно. Кричать. Расцарапать себе колени. Открыть люк авто и кричать в ночное небо, словно я пьяная студентка с окраины. Захотелось сделать что-то, о чем буду жалеть, неправильное, ломанное, недостойное.
Я погладила его щеку и поцеловала снова. Это было приятно. Очень. Он так нежно меня придерживал, когда я закидывала на него ногу. На Нейте я часто сидела верхом, когда мы целовались, но тут все пошло не так. Мне захотелось раздеть Басса, захотелось пересечь линии, развязать узлы, убрать то, что мешает. Я понимала, что слишком увлекаюсь, понимала. Я словно со стороны видела, как нарушаю все те границы, что так и не нарушила с Нейтом.
А потом Чак уложил меня на сидение и начал целовать мою шею. Потом спустился ниже. Я закинула руки за голову и зажмурилась, это было так приятно. Его плечи были не такими и его вес был не таким и . . то, как его совсем не такое тело давило совсем другой тяжестью . . Это было необычно. Словно пробуешь новый коктейль в баре — пытаешься разложить вкус на кусочки, но не получается. И через пару глотков уже просто решаешь - нравиться тебе это или нет. Там мне нравилось. Соски уперлись в ткань сорочки, и мне захотелось ее снять. Но это было бы неправильно и я, помню, удивилась тому, что мне этого захотелось. С Нейтом я никогда особенно не оголялась. Ну, кроме того случая, я тебе писала, так вот
Чак целовал меня. Мне казалось, у него вообще нет ограничений - что можно, а что нельзя. А впрочем, этому я не удивилась. Удивилась я потом, когда он начал все так же, через ткань сорочки, целовать мой живот, а потом передвинулся еще ниже. Я даже не знаю, стоит ли тебе об этом говорить писать. Но . .да. Да, дневник.
Чак Басс целовал меня

я не знаю, как можно писать об этом, не используя термины из учебника биологии.
Может, мне вообще не стоит писать об этом? Или не сейчас?

Нет. Я иначе взорвусь, мне нужно кому-то рассказать, завтра схожу на исповедь
- !подумать ночью над текстом

но сегодня надо все это проговорить хотя бы раз, пусть вот так, путано, но

Полезно. Эгоцентрическая речь, помогает собраться, внутренний монолог как средство самодисциплины и самоорганизации. Самоорганизации. Самоорганизация. Организация.
Красивое слово.

А еще я не могу не думать.
А еще у меня покалывает в кончиках пальцев. И жарко внизу живота. В глубине. Под косточкой. И когда я думаю об этом, у меня дыхание сбивается, словно я выныриваю из бассейна - хочется глубоко вдохнуть, хотя воздух в легких есть.

Я что, возбуждаюсь от одних воспоминаний?

А впрочем, это вполне возможно.
Потому что это было необыкновенно.
Он приподнял подол сорочки, не переставая тыкаться поцелуями в мой живот, а мне почему-то совсем не хотелось его втянуть. Я почувствовала его пальцы на коже. Кажется я тогда первый раз застонала. Тихо, но готова поклясться, что Басс услышал. Я почувствовала, как он улыбнулся. А потом он...
Ох
У меня до сих пор перехватывает дыхание. Он прикоснулся губами к моему бедру.
Его руки Мне казалось, они везде. И дыхание. Никогда не думала, что теплое дыхание может так обжигать, меня словно лавой поливали.
А потом я распахнула глаза и подумала, что самое время мне выбросится из лимузина в окно, не обращая внимания на скорость. Потому что Басс стянул с меня трусики. Поняла я это уже когда коснулась обнаженными ягодицами кожи сидений. Черт возьми. Прости дневник. Но тогда это была моя единственная мысль. Я вроде как попыталась свести ноги, потому что не была уверена, что собираюсь заниматься сексом с Бассом, или была? но он снова начал меня целовать и гладить и я забыла, зачем хотела сжать коленки. А когда вспомнила – чертов Басс уже закинул одну мою ногу себе на плечо, а вторая сама свесилась с сидения. И

Кстати, губы и язык намного приятнее пальцев. Намного. Наверное, дело в температуре. Или во влажности. Его язык был таким скользким и таким упругим. И сильным.
А может дело в том, что свои пальцы – ты знаешь, что сейчас сделают, а когда тебя другой человек лижет <– ужасное слово – никогда не знаешь, где его язык окажется.
Хотя Басс не подвел – был где надо <- ужасная фраза.
Я так быстро кончила. С собой не так. Медленнее. Дольше. И оргазм не такой яркий – тут мне показалось, что весь мир взорвался. У меня сейчас сами собой коленки сжались – я так четко помню прикосновение кончика его языка. Скользкое. Быстрое. То долгое, длинное, то наоборот короткое, словно укусы. А кончила я, когда Басс сжал губы вокруг
Жаль, что пальцами так не получиться.

А потом он разделся. Быстро. Протянул ко мне руки и потянул вверх мою сорочку.
Знаешь, дневник, почему я ему позволила? Потому что он спрашивал. Он не раздевал меня, он спрашивал - можно ли ему меня раздеть. Это было так мило что ли. Не знаю.
В общем я приподнялась, помогая ему, потом села и обняла. Голый Басс. Так необычно. Мне очень хотелось прикасаться к нему.
А потом это произошло.
Вот так просто, словно так и должно было быть.
Я даже не могу соврать, что не успела ничего понять, потому что все было очень быстро. Потому что все было очень медленно. Очень. Медленно. Он позволял мне гладить себя. Я целовала его как голодная, по моему, даже укусила. Несколько раз. Он
Почему у меня не было такого с Нейтом? Нейт тоже позволял мне себя трогать, но мне совершенно не хотелось смешаться с ним, стать одним, прижаться так, чтобы быть внутри. Я не знаю, как можно сказать это словами. Я была очень возбуждена. Очень. Я терлась об него, понимая, что он уже не остановится. И внутри все сжималось от этой мысли. Он уже не остановится. Закидывая на него ногу, я понимала, что даю ему карт-бланш. Он не Нейт. Чак не остановится. И все равно я целовала его как мне казалось, что кроме его губ, все еще пахнущих сладким и пряным, и рук, совсем не по джентельменски лапающих меня, мне больше ничего не нужно.

Наверное, дело в лимузине.

Закрытое пространство.
И кажется, что там, снаружи, ничего нет. и вообще, кроме нас в мире ничего нет. и у нас ничего нет, кроме друг друга. И
И потом он уложил меня на сидение. Мои губы уже горели от его поцелуев. Шея горела. Грудь стонала. Соски побаливали от напряжения. И там, ну, там
Я только что подумала - а где был водитель?
Господи, еще не легче.

Было не больно.
И так
Я не знаю, как это сказать. У меня сейчас сжимается все внутри. Он надавил. Гладкий. Большой. Мне казалось, будет очень больно. Думала, меня разорвет. Я себя недооценивала. Было натяжение. Неприятное, но Чак все время целовал меня, хотя мне и хотелось его оттолкнуть, чтоб не отвлекал. Сейчас я понимаю, он меня отвлекал специально. Успешно. У него вкусные губы. Упругие и сильные. Виноград напоминают.
А потом он замер и я осознала, что полная. Он был внутри меня. Весь. Немножко горело, как глубокая ранка при обрезном маникюре, хотелось подуть. Чак гладил мои волосы. Целовал. Невесомо. Еле-еле. Так приятно.
Я сама опустила руки на его спину и чуть-чуть толкнула. Он медленно вышел и снова вернулся. Не сказать, что мне было приятно, но и не
А потом
Мне становилось все теплее и теплее. Я не ждала, что кончу. Во-первых, я уже. Мне после этого нужно время и не маленькое. Наверное, не маленькое. Как-то в голову не приходило проверять -
проверить, когда мама уедет
и дать Дороте выходной!!!


Во-вторых, это мой первый раз. Первый раз никто не получает удовольствия. Он двигался все так же осторожно, но
Я закрыла глаза. Чак ткнулся лицом в мою шею, и я осознала, что запрокинула голову. Сначала ощущение было как будто шершавое, не больно, но и не неприятно. Просто я чувствовала, что внутри меня что-то есть. Странное ощущение.
А потом
Скольжение стало скользким. И стало горячо. И влажно. Я поняла, что это я влажная. И ему легко внутри меня. И стало приятно. Нежно. Сильно. Упруго. Натянуто. А потом я почувствовала, что мне нравится это. А потом - что больше, чем нравится. Чак шептал мне на ухо, чтобы я отключила уже свой чертов мозг и позволила себе забыть. Я спросила о чем он, а он сказал, что я не такая как все. И чтобы все мои знания из книжек летели к черту. Я закрыла глаза и просто начала чувствовать.
И у меня был оргазм. Не такой сильный, как тот, первый, от языка Басса, но вполне себе.
Когда я пришла в себя, Басс уже тоже кончил. Хм. А может, мы с ним одновременно?

Черт, я даже не заметила свой первый подаренный оргазм!

подаренный, правда, не тому, кому следовало, ну да ладно. Это же Я его подарила. Я молодец.
А потом мы медленно сползли на пол лимузина, на смятый костюм Басса. Он протянул мне бокал с шампанским.

Так

Получается, за те секунды, что расслабленно потягивалась на сидении, он успел открыть бутылку, расправить на полу пиджак, налить себе виски, мне шампанского... ух ты.

Не хочу думать, сколько раз ему пришлось для этого тренироваться.

А потом он обнял меня одной рукой. И поцеловал в макушку. А я прижалась к нему, держа бокал, шампанское пузырилось и мне в нос попадали крохотные капельки и запах расслабленного Басса. Я потрогала его плечо или грудь, не помню. Кожу. Упругость плоти. Он был совсем не таким как Нейт. Теплый и цепляющий, липкий, притягивающий. Мне захотелось попробовать его на вкус. Но я подумала, что это будет неправильно. И тут Чак наклонил голову, поцеловал мои волосы и сказал, что я мать мою, буду уже, черт возьми, его слушаться и отключу уже свой какой-то там, не помню, кажется долбанный, мозг. Я улыбнулась, потому что не представляла Басса, целующего мои волосы, повернулась, залпом выпила шампанское, села на Басса верхом и попробовала его. Его ключицы не такие как у Нейта, плечи мягче, грудь шире. Кожа по вкусу скорее миндаль, чем морская соль и ближе к замше, чем к атласу. Он сильнее, он как ураган, контролировать его мышцы можно только до определенного момента, косточки в фалангах его пальцев очень твердые, а короткие волоски на макушке завиваются под подушечками моих пальцев. Мне сейчас странно вспоминать эти минуты на полу его лимузина, когда я как слепая изучала его, миллиметр за миллиметром, ладонями, пальцами, губами, скулами, животом. Чак иногда сжимал кулаки и запрокидывал голову, но я поняла почему только когда пошевелилась, чтобы передвинуть коленку. Я совсем забыла, что когда на голом парне ерзает голая девушка, парень может хм среагировать. Это было приятно. Не так приятно, как бывает в баре, когда заходишь и понимаешь, что тебя хотят, а приятно, потому что именно он, тот кто здесь, с тобой, сейчас, хочет именно тебя, без одежды и утягивающего белья, не потому что ты его девушка, не потому что тебя хотят все и не потому что

просто ты с ним
он тебя хочет
а ты хочешь его

Чак обнял меня. И это было его первое действие с момента, когда он поцеловал мои волосы и погладил спину. Он сказал, что лучше остановиться. Я спросила почему. Мне правда не хотелось это останавливать. Я правда хотела продолжить. Я хотела изучать его дальше. Я привстала и
я не знаю как написать это слово
мне даже произнести его странно
в общем, я поняла, о чем я и ты наверняка тоже, дневник,

уткнулось в меня.
Несильно, небольно. Гладко. Прохладно. Скользко. Я немного пошевелилась, он качнулся подо мной, словно подчиняясь. Я правда почувствовала в тот момент, что решать все буду я, Басс не сделает ничего, чего я не хочу. Чак сказал, что я рискую, я сказала, что нет. Он сказал, что я не готова, а я сказала, что проверим. Или не сказала. Я уже уткнулась тогда лицом в его шею и целовала волосы, скулу, мочку уха — он везде разный. Только губы те же. Упругие и гладкие. И очень хочется их целовать. Чак начал целовать меня и обнимать, он немножко лапал меня, но это я ему позволяла. Я чуть опустилась, больно не было, хотя Басс, судя по виду, напрягся. Ощущение было очень приятное, горячее и упругое.

В общем, мы занялись сексом еще раз, дорогой дневник.

Кстати, я сейчас вспоминаю, что Басс использовал презерватив. Здорово, что хоть кто-то из нас вспомнил о нем.
Я не буду сейчас думать о практике Басса.
Я не буду сейчас думать об опыте Басса.
Я не буду сейчас думать о


А потом я кончила еще раз. Мне понравилось. Это было классно. Я чувствовала, как колотится в виски пульс, как немеют пальцы на ногах, как сводит позвоночник, как мой мозг взрывается и мысли просто вылетают из тела и из этого мира. Пока это самый яркий оргазм в моей жизни. Был, кстати, еще один. Когда мы в третий раз занялись сексом. Так. Просто и незамысловато. Просто решили, что пора ехать домой,
интересно, как мы оба поняли,
что пора ехать, если мы едва
разговаривали?

начали собираться
сейчас поняла, что лимузин стоял, хм


ну и как-то занялись сексом еще раз. Басс уложил меня на свой расстеленный пиджак и приподнял мои колени. Очень приятно, необычный угол видимо, или просто само ощущение подчинения и власти, он вроде как контролирует и доминирует, но так старается не сделать лишнего движения, не войти в меня слишком глубоко, слишком больно, слишком сильно, слишком не знаю, как сказать у меня мурашки по коже бегали, озноб внутри, как будто ток по жилам течет. Непонятное ощущение, но мне очень понравилось.

А потом мы приехали к моему дому, я уже натянула на себя сорочку, подняла с пола трусики, Басс помог мне выйти из авто. На улице было почти утро — по-летнему морозно, воздух свежий, жидкий, днем он гуще.
Басс поцеловал мне руку. Я вошла в лифт, думая, что наверное, каждая собака, которой не было, каждый швейцар, который был один и не обратил на меня никакого внимания, и вообще все-все в городе видят, что мои губы, кожа, волосы просто пропечатаны, залиты, помечены мужскими поцелуями и объятиями. У меня было ощущение, что покрыта ими вся. Изнутри, снаружи, каждая жилка, клеточка, волокно каждой мышцы помечено Бассом. Он везде. Во мне. Навсегда. Это как-то промыло мозг. Пока я поднималась сюда, я сначала испугалась, потом испугалась своего испуга, а потом, уже дома, на лестнице у меня чуть истерика не началась. Хотя, выходя из лимузина, я была еще спокойна.

Так

теперь мне нужно все это переварить.

Я сделала глупость. Это понятно. Это ясно и мне и ему. И никто не будет с этим спорить. Нейт тоже повел себя странно, но это мы уже пережили один раз и сможем пережить еще. Завтра мой день рождения. Значит, на сегодня у меня уже есть план действий. А у Нейта есть шанс все исправить.
Возможно, ошибкой была не только эта поездка, танец, все остальное, возможно в самом начале я тоже слишком погорячилась. Эмоции. Эмоции. Эмоции. Все, хватит с меня эмоций. Дальше — только трезвый расчет. Через четыре часа Дорота уже придет меня будить. Поэтому
- сейчас в душ
- потом спать
- потом в церковь
- потом к Бимону
- позвонить Нейту
- позвонить Изи
- Сирене не рассказывать
- проследить, чтобы Басс не рассказал (на всякий случай — упомянуть в разговоре с Изи, что заглянула в Виктролу, поссорилась с Бассом и уехала через полчаса, тогда ему еще и не поверят)
- платье, проверить туфли
- салон на восемь
- вечером сожгу тебя, если все будет хорошо. Свидетелей оставлять нельзя. Прости.

Тапками кидать сюда
Плюсами/минусами - сюда biggrin :D biggrin


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©

Сообщение отредактировал Minimina - Среда, 13.07.2011, 17:12
 
MiniminaДата: Четверг, 14.07.2011, 23:52 | Сообщение # 6
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
Название: Challenge_1.
Автор: Minimina
Бета: Blue Fairy
Пейринг: основной Chair (ну, по крайней мере, я в это верю smile ), Serenate, чуть-чуть Blate.
Рейтинг: NC-21
NB! Автор и администрация сайта просят строго придерживаться правил и не читать фанф, если вам еще не исполнилось 21 года.
Так же автор категорически заявляет, что никоим образом не призывает к употреблению каких бы то ни было запрещенных препаратов.
Фанф публикуется с разрешения администрации, уведомленной о его содержании.
Размер: мини. Кажется
Жанр: PWP с небольшим вступлением biggrin
Таймлайн: между 01х17 и 01х18.

- Ммм...
- Басс?
- Уолдорф?
- Да. Чак, мне нужно, чтобы ты мне помог.
- Что? Ты в своем уме? Сколько сейчас...?
- Около двух. Я не могу найти Сирену и...
- Уолдорф, я снимаю вопрос про то, в своем ли ты уме. Просто скажи, что ты курила? А лучше скинь мне телефон того, кто...
- Чак! Басс! Сейчас! Два! Часа! Ночи! Я. Звоню. Тебе. Сама. И прошу. Помощи!!!
- ...
- ...Чак?
- Где ты?
- На Семьдесят третьей, но это неважно. Сирена была у меня два часа назад, говорила что-то непонятное, а когда я на минуту оставила ее одну, чтобы принести валиума, она ушла. Я обошла десяток баров на Парк и Лексингтон-авеню, Нейт прочесывает улицы выше Пятой, но нам...
- Нейт?
- Чак! Нам нужно найти Сирену! … Чак? Чак, ты еще там? Если девица под тобой отказывается разжать ноги и отпустить тебя, я пойму, просто ска...
- Я займусь районом от Паблик-скул до Ист-ривер, и, кстати, сегодня девочки были сверху. Не выходи за пределы Девяносто пятой, и поставь 911 на быстрый набор...
- Не указывай мне.
- Уолдорф, ты одна гуляешь по... Уолдорф? Уолдорф!? Упрямая стерва...

- Чак, мы нашли ее.
- Где ты?
- Нейт с ней в «Трех комнатах», я ловлю такси и...
- Я спросил, где ТЫ?
- На Семьдесят восьмой, почти у Парка. Какая...?
- Стой, где стоишь, я заберу тебя через несколько минут.

***
Полутьма бара завораживала.
Заведение было достаточно дорогим, если не сказать элитным. В довольно просторном зале все было вполне цивилизованно и почти что обычно — множество маленьких столиков, длинная дубовая стойка, избитая женскими каблуками и осколками разбитых репутаций, смесь из гладкости зеркал и тяжелых портьер вместо стен.
И три неприметные двери за густыми волнами бархата.
Яркое желтое платье с невинно-белым воротничком казалось лучиком света на фоне красно-черной порочности толпы.
- Я же сказал тебе ждать меня, - сказал Басс, наклонившись к уху разговаривающей с официантом девушки. Та едва не подпрыгнула.
- А я сказала, чтоб ты не указывал мне, что делать, - тут же огрызнулась Блэр. - И вообще можешь быть свободен. Спасибо за помощь, но дальше мы с Нейтом справимся.
- И не посмотреть на старую добрую Сирену со стеклянным от количества выпитого взглядом? Блэр, ты правда думаешь, что...
Она не удостоила его дослушиванием и стремительно нырнула в прокуренную темноту темных стен. Чак придержал дверь, которой девушка явно попыталась его прибить, зная, что он идет следом, и ухмыльнулся. Да, Блэр сегодня была на взводе. Сильно. Очень.
После удушливого гула голосов мягкая тишина оглушила.
Чак вздрогнул.
Он не ожидал увидеть такой страстный поцелуй пьяно цепляющейся за мужскую шею Сирены и своего когда-то друга.
Блэр стояла в паре шагов от него. И от них. Чак пожалел, что не вошел первым. Тогда бы он мог видеть ее лицо.
- Сирена, - решительно подошла к изогнутому причудливой волной дивану Блэр.
Пара неохотно разорвала поцелуй. Чак усмехнулся, быстрее брюнетки оценив блеск в глазах Нейта.
- Блэээр, - пьяно протянула Сирена, рассматривая подругу. В ее светлых глазах отчетливо просматривались с трудом шевелящиеся в мозгу шестеренки мыслей. - Ой! - сопоставила она, наконец, факты. - Блэр, это не то, что... Ну, то есть, это конечно же именно то... Блэр. Я поцеловала твоего бывшего парня. Опять. Ты простишь меня? Опять.
Блэр вздохнула, подходя к ней и пытаясь поднять с дивана. Только сейчас она заметила на маленьком столике рядом полупустую бутылку шампанского, пару бокалов, утыканный разноцветными зонтиками коктейль и стакан с виски.
- Что из этого ты пила, а чем запивала? - поинтересовалась она, садясь на диван и застегивая на подруге приспущенную молнию короткого платья.
- Это не я! - возмущенно замотала головой та, но сразу же тихо застонала и прикрыла рот рукой.
- Это я.
- Нейт?
Парень опустил глаза под возмущенным взглядом Блэр. Сирена расхохоталась, увидев его смущение.
- Вы так долго ехали, - словно оправдывался он. - И вообще, почему бы и нет? Что плохого в паре глотков виски?
- То, что после этого ты начинаешь... - Блэр резко замолчала.
Чак усмехнулся.
- Что, Блэр? Целовать Сирену? И что? Насколько я помню, он свободен. Или ты так переживаешь за Хамфри?
- Иди к черту, Басс. Сирена, мы уезжаем.
- Нееет, - капризно протянула та, - давайте посидим здесь. Смотрите как здесь хорошо. Мне принесли коктейль, - она потянулась к столику и взяла яркий бокал. - Поднеся его к губам, она посмотрела на Блэр поверх зонтиков. - Хочешь?
- Сирена, - та как строгая мама забрала бокал. - Ты вообще помнишь, что было до того, как ты оказалась здесь?
- Я была там, - уверенно кивнула в сторону одной из стен Сирена.
- Я имела в виду, когда ты была у меня. Что ты мне сказала? Что вообще случилось?
Сирена затрясла головой, как будто хотела вытрясти из нее все свои мысли.
- Нет, нет, нет, нет. Давай не будем. Блэр. Давай забудем эту ночь. Пусть ее никогда не будет. Этой ночи никогда не было. Давай?
- Сирена...
- Ну Блэр. Мы так давно не веселились все вместе. Мы вообще веселились все вместе?
- Сирена, - строго сказала Блэр. - Мы едем домой.
- А я не прочь остаться, - подал голос Нейт, забирая со столика низкий бокал и делая большой глоток.
- Ну, конечно, - съязвила Блэр, - но я без нее не уеду, - кивнула она на подругу. - Так что...
- Можно выпить по бокалу, - прервал перепалку Чак, - и тогда уже ехать.
- Мы едем сейчас!
- Нет! - снова замотала головой Сирена. - Сначала выпей коктейль.
- И тогда едем?
- И тогда едем.
Блэр залпом влила в себя яркое содержимое, едва не поранившись торчащими во все стороны пальмами и зонтиками.
- Вот, - радостно захлопала в ладоши Сирена и, повалив подругу на темно - красный бархат широкого дивана, начала ее щекотать.
Слушая возмущение Блэр, Сирена развеселилась еще больше. Заливисто хохоча, она начала подминать ее под себя. Желтое платье задралось, обнажив колени и бедра, сумочка упала на пол. Чаку захотелось присесть на корточки, чтобы удостоверится, что даже выбегая в ночь искать по барам пьяную подругу, королева Верхнего Ист-Сайда не забыла надеть белье.
- Сирена!
- Ну, перестань, Блэр! Мы с тобой уже тысячу лет не веселились. Мы с тобой вообще никогда не веселились, сойди ты уже с ума, наконец! Хоть на пару часов.
- Я только что одна обошла с десяток баров, имея из оружия толь...
- Этого не было. И этой ночи нет, - рассмеялась Сирена. - Ее не существует. И меня не существует. И вас всех.
- Я существую, - возмущенно возразила Блэр. - И я не буду делать что-то...
- Мы можем делать все, что угодно! - Сирена взяла со столика бутылку с остатками шампанского и попыталась сделать глоток. - Это все равно не будет ужаснее того, что сделала я.
- Ты о том, что... сказала мне у меня?
- Этого тоже не было. Эта ночь — последнее, что у меня есть. И у тебя. Давайте забудем, что снаружи есть мир, Блэр, - она поднесла к губам широкое зеленое горлышко, но не успев сделать глоток, пролила на себя добрую треть содержимого.
Вместо того чтоб расстроится, она еще веселее рассмеялась, начав стряхивать со своей едва прикрытой платьем груди белесые хлопья сладкой пены. Блэр почти инстинктивно попыталась отстраниться от липких брызг. Рядом с ними сел Нейт, неуверенно, словно спрашивая у кого-то из них разрешения, придвинулся к Сирене ближе и начал то ли целовать ее кожу, то ли слизывать стремительно тающие ароматные облачка.
- Согласен, - сказал он. - Никогда не буду вспоминать ни о чем, что произойдет в этой комнате сегодня.
- Или не произойдет, - Сирена выгнулась, подставляя под его губы декольте и глядя на все еще сидящую рядом подругу.
Та старательно скрывала эмоции, хотя вообще-то имела право на полный спектр от возмущения и ужаса до смирения или одобрения.
Чак внимательно посмотрел на нее. Те капли алкоголя, что были в коктейле, уже заставили ее щеки порозоветь. В бездонных глазах появился колдовской блеск. Она как-то тяжело дышала, что впрочем, было неудивительно, учитывая, что она смотрела, как ее пусть и бывший, но парень, вовсю целует ее когда-то бывшую, но снова подругу.
«Кстати, об алкоголе, - подумал Чак, - надо бы пополнить запасы»
Сирена и Нейт снова начали целоваться, периодически кто-нибудь из них косился на все еще сидящую в сантиметрах от них Блэр.
Чак с интересом рассматривал ее. Шелковые волны волос, едва заколотые на затылке. Белый воротничок почти детского платьица, блеск повлажневшей кожи. И явное сомнение в сильном изгибе сплетенных на коленях пальцев.
Он ждал.
Почему-то ему не хотелось напоминать о своем присутствии до того, как Блэр примет решение и или позволит маховику безумия разогнаться, или обрубит все веселье на корню — и то и другое она умела в совершенстве.
В ее черных глазах отражались Нейт и Сирена, блики от блеска короткого платья огненными искорками тонули в бездонных зрачках.
Чак нахмурился, подскочил к Блэр, и, присев перед нею на корточки, заглянул в лицо.
- Что? - удивленно перевела она на него взгляд глаз с тонким колечком радужки вокруг широкого черного зрачка.
Он не ответил и быстро вышел из комнаты, успев заметить краем глаза, как Блэр ближе придвинулась к целующейся парочке.
Официант с бело-красным бейджем «Тим» крутился возле самой двери.
- Кто принес блондинке коктейль? - спросил Чак, внимательно наблюдая, как забегали у того глазки. - Что в нем?
- Соки. Разные. Немного рома.
- Ты знаешь, что я не про это.
- Она сама попросила что-нибудь повеселиться и я...
- Что в коктейле?
- Сэр, мы продаем только сок и алкоголь, если девушка что-то туда...
- Что. Ты. Добавил? И не говори, что не ничего...
- Наше заведение ни разу не засветилось в полицейских сводках...
- Джефф?
- Нет, - выдохнул Тим, испуганно озираясь.
- Амф? ЛСД?
- Таблетка...
- Экстази?
- Сэр, наше заведение...
- Не будет иметь к этому никакого отношения, - кивнул Чак, протягивая ему несколько свернутых купюр, - если ты сейчас принесешь еще немного выпивки. Чистой выпивки, - уточнил он на всякий случай, - а если никто ни под каким предлогом не зайдет в эту комнату еще часов... ну скажем...
- Эта комната на ремонте, сэр, - быстро сказал Тим, - ключ у администратора, а тот будет только в понедельник.
- Супер, - кивнул Чак, и уже через минуту одну его ладонь холодила фольга на горлышке выдержанного шампанского, а другая обнимала привычные грани квадратной бутылки с шагающим человечком.
Вернувшись в комнату, он локтем толкнул задвижку, намереваясь выжать эту ночь до капли.
Чак поставил выпивку на стол, сам толком не понимая верит ли он тому, что видит на диване.
Верит ли в реальность рассыпанных по воротничку желтого платья золотистых волос? В длинные женские пальцы, утонувшие в каштановых локонах? В женские губы, прижимающиеся к другим женским губам?
Верит ли в то, что королева Би сейчас жадно целует свою лучшую подругу, а та не менее страстно отвечает на поцелуй?
У Нейта, терпеливо обнимающего Сирену, похоже, проблем с верой в реальность происходящего не было. Он чуть отодвинулся от увлеченных друг другом девушек и кивнул на бутылку, что принес Чак. Тот налил им обоим по щедрой порции.
- Это не значит, что мы помирились, - сказал Нейт, поднимая бокал в приветственном жесте.
- Вы с ней или мы с тобой? - ухмыльнулся Чак. - Или вы с Сиреной? - он залпом влил в себя содержание своего стакана.
Нейт несколько секунд смотрел на него, потом обернулся и, прижавшись к спине Сирены, начал целовать ее обнаженные плечи. Он медленно поднялся от лопатки к шее, где его пахнущие дурманом алкоголя губы оказались в плену поцелуя уже брюнетки.
Чак налил себе еще и ухмыльнулся, опираясь бедром на упруго спружинившую спинку дивана.
Трио на красном бархате, судя по всему, притормаживать не собиралось. Он медленно допил свой виски, потом подошел к столику и наполнил бокал шампанским, а себе щедро плеснул еще жидкого янтаря. Блэр продолжала целоваться с Нейтом. Сирена поглаживала подругу по спине, иногда целуя то ее шею, то плечи уже полураздетого Нейта. Услышав, как Чак поставил на стеклянный столик тяжелую бутылку, она повернулась и пьяно прищурилась.
- Ооой...
Чак молча протянул ей бокал с шампанским и приподнял в тосте свой стакан. Сирена заливисто рассмеялась. Парочка на диване не обратила на них никакого внимания.
«А хороший, однако, товар», - подумал Чак, наблюдая, как Блэр таким знакомым ему жестом переворачивает Нейта на спину и берет его лицо в ладони.
О, да. Она любит так делать. Нейт явно растерялся. Его рука вместо того, чтоб попытаться залезть ей под платье рассеянно свесилась в дивана. Заметив это, к ним подползла Сирена и, одной рукой обняв Блэр, другой начала ласкать Нейта. Блэр окончательно села на Нейта верхом и встала над ним на колени, наблюдая, как Сирена целует ее бывшего парня.
Чак сделал еще один глоток виски. Потом решил, что Блэр уже достаточно завелась, поставил пустой бокал на столик, медленно, словно подкрадываясь, подошел к ним и встал на колени за спиной Блэр. Та, кажется, даже не заметила, полностью поглощенная пахнущим вишневым блеском поцелуем Сирены. Едва ее губы приоткрылись в попытке захватить глоток воздуха, Чак накрыл их своими, не позволяя брюнетке опомнится и оттолкнуть его.
Он почувствовал, как напряглось ее вывернутое в его руках тело, как она дернулась, осознав, кто ее целует, как возмущенно ругнулась в его рот.
Он обнял ее крепче, разворачивая к себе и углубляя поцелуй, понимая, что рискует сейчас остаться без кончика языка.
Рядом застонала Сирена. Чак отпустил губы Блэр и начал покрывать поцелуями ее шею, позволяя ей самой наблюдать, как Нейт снимает с Сирены платье. Судя по тому, что Блэр, хоть и не повернулась к нему, продолжая упираться в его грудь плечом, но хотя бы перестала пытаться его оттолкнуть, зрелище это возбуждало.
Ну или шокировало.
Чак продолжал ласкать ее. Его руки спустились ниже. Он прижимался всем своим уже возбужденным телом к ее спине, обнимал тонкую талию, ненавидя это платье, скрывающее от него ее восхитительные, он помнил, изгибы. Он целовал изящные плечи, тыкаясь губами в желтую ткань, пока Блэр не повернулась к нему спиной и не прильнула к его телу, выгнувшись в сильных жадных руках и запрокинув голову, открывая ему доступ к красивым косточкам у основания шеи и высокой упругой груди.
Чак оценил краем глаза, как далеко успела зайти парочка блондинов в метре от них. Нейт уже успел раздеть Сирену до крохотного огрызка ткани внизу живота, и сам был в одних плавках, избавившись и от брюк и от обуви.
«Скоро уложит ее на спину», - почти равнодушно подумал Чак, прикидывая, как скоро он сделает то же самое с брюнеткой в его руках.
Его планы так и не успели оформиться во что-то более-менее стоящее — Блэр широким жестом убрала волосы от застежки платья. Чак быстро, пока она не передумала, расстегнул крохотные пуговки и потянул вниз молнию. Стягивая с ее плеч солнечно-желтую ткань, он повернул Блэр лицом к себе и впился в горячие приоткрытые губы жадным поцелуем. В этот раз она ответила. И даже позволила утянуть себя на другой край дивана.
Краем сознания Чак отметил, что Сирена окончательно раздела Нейта. На столик рядом с их пустыми бокалами упала россыпь разноцветных презервативов. Он мысленно похвалил почти сестренку за предусмотрительность, не отрываясь от сладко стонущей девушки в своих руках.
Блэр сидела на нем, обнимая голыми ногами его талию, и все требовательнее теребила пуговицы его рубашки, пальцы не особенно ее слушались. Она то и дело закрывала глаза, словно прислушиваясь к себе, облизывала губы и хмурилась толи от того, что Чак не торопился расставаться со своей одеждой, толи от странности собственных ощущений.
"Контроль, - удовлетворенно подумал он, переворачивая ее на спину, - его-то ты и лишаешься, маленькая стерва".
Он сильно вжал ее в диванную упругость, чувствуя, как она почти инстинктивно выгнулась под ним, плотнее прижимаясь тонкой полоской повлажневших трусиков к выпуклости на его брюках. Застежка ее бра сдалась его пальцам за секунды. Блэр хрипло застонала, когда упрямые мягкие губы обхватили тугую горошинку ее соска.
- Чак, - она снова выгнулась, уже совершенно откровенно требуя перейти к следующему шагу, - ну... Чаак... - ее руки почти стянули с него расстегнутую рубашку.
- Что, Блэр? - издевался он, не позволяя ей прикоснуться к своим брюкам. - Скажи. Я не могу читать мысли.
Он встал над ней на колени и, высоко подняв ее ноги со слишком ярким для хорошей девочки педикюром, снял последний клочок ткани с раскаленного желанием тела. Блэр сразу села и, раздраженно отпихнув мешающую полу дорогой рубашки, начала расстегивать пуговицу на его брюках. Чак отвел ее руки в сторону и снова склонился к шее.
- Если ты чего-то хочешь, - прошептал он, спускаясь ниже, - просто скажи.
Блэр тихо стонала под его губами и руками, едва слыша, как в метре от них Сирена уже вовсю получает удовольствие, прыгая на довольно зажмурившемся Нейте. Почему-то это зрелище совершенно не разозлило Блэр. Ураган ярости в ней вызывали сейчас упрямые губы на ее животе.
- Хочешь, чтоб я просила тебя? - уточнила она, пытаясь не кончить от одного прикосновения его подбородка к холмику ее лобка.
Чак посмотрел на нее снизу вверх, и Блэр подумала, на кого из трахающихся рядом блондинов будет менее аморально свалить вину за смерть Басса, ведь живым он отсюда точно не выйдет.
Ее ноздри широко раздувались, кожа стала перламутровой от неутоленного желания, свет от россыпи маленьких покрытых красными абажурами светильников больно бил по глазам.
Она запрокинула голову, наслаждаясь губами Басса.
Расслабленный стон Сирены прорвал пелену удовольствия, заставив подумать, что знать как кончает твоя подруга - это, наверное, высшая форма дружбы. Особенно, если учесть, что она делает это с твоим бывшим. Рядом с тобой. Пока ты сама почти что трахаешься с ее почти что братом.
Басс по прежнему издевался над ней, заставляя балансировать на лезвии удовольствия, не разрешая ни прервать мучение, оттолкнув его и отказавшись от его губ, ни кончить.
- Попроси меня, - прошептал Басс.
Блэр открыла глаза, поначалу часто моргая от света. Его пальцы и губы уже почти коснулись ее, когда она резко дернулась, перехватывая момент, когда не была в плену его поцелуев и, выскользнув из кольца его рук, присоединилась к парочке на крутом изгибе бархатных подушек.
Наклоняясь и целуя лежащего на спине Нейта, она успела поймать удивленный взгляд Чака, впрочем почти сразу сменившийся фирменной ухмылкой.
Тряхнув копной спутанных волос, она отвернулась, полностью отдаваясь теплым губам Нейта. Блэр стояла на коленях, ее красивая попка была высоко приподнята, пока шелк темных волос скользил по груди тяжело дышащего парня под Сиреной. Та довольно улыбалась и, закрыв глаза, запрокидывала голову, размеренно дыша в такт собственным движениям.
Чак положил ладонь на полушарие попки Блэр, погладив ее горящую от прикосновений диванной обивки кожу, пальцы другой его руки опустились ниже и скользнули между стройных, сведенных пока ножек. Блэр тихо выдохнула, когда он осторожно погладил влажный бархат ее промежности. Он толкнулся дальше. Уже набухшие желанием складочки мягко обняли его пальцы. Блэр простонала проклятье.
Сирена рассмеялась.
- Вы двое в своем репертуаре, - она погладила спину Блэр и собиралась уже притянуть ее лицо к себе, но та резко толкнула ее, спихивая с Нейта.
Запутавшись в длинных руках и ногах, блондинка снова по-пьяному беззаботно рассмеялась и неловко попыталась удержаться на краю дивана, пока Блэр, решительно перекинув через широко распахнувшего глаза Нейта ногу заняла ее место.
Чак несколько секунд наблюдал за ними. Полутьма комнаты надежно скрыла гуляющие желваки и темный огонь в сузившихся зрачках. Потом он медленно разделся и натянул презерватив.
- Черт, Блэр, - прохрипел Нейт, обнимая ладонями ее попку и стараясь заставить чуть снизить темп, - ты... ты слишком...
- Заткнись...
Сирена налила себе шампанского и расслабленно вытянулась на диване как сытая кошка. Чак на коленях встал рядом с ритмично двигающейся брюнеткой. Его губы скользили по ее плечам, полукружия грудей идеально плотно легли в его ладони.
- Иди к черту, Басс, - прошептала Блэр, на секунду высвобождая губы из плена его поцелуя.
Нейт заскрежетал зубами, видя, как рука Чака опустилась по плоскому животику к широко разведенным ногам прыгающей на нем девушки.
- Все в норме, чувак, - сказал Чак, заставляя Блэр выгнуться и подвернуть бедра, раскрываясь перед ним еще больше, - давай. Я подхвачу ее.
- Да пошел ты, - простонала Блэр, пытаясь оттолкнуть его руку, но он, собрав в кулак рассыпанные по спине шоколадные локоны, потянул девушку на себя.
- Что-то не нравится? - шепнул он в ее ухо, касаясь напряженной ягодки ее желания. - Могу и остановиться, - заметил он, целуя ее висок и самодовольно наблюдая, как Блэр прикусывает губы, чтобы не стонать.
Она заметила, что Нейт с хриплым рыком вытянулся под нею, только вскрикнув от его последнего сильного движения, заставившего ее замереть и отдать пальцам Чака последние крохи контроля над ситуацией. Весь ее мир сейчас сконцентрировался на огненных всполохах, что наполняли каждую клеточку ее тела, заставляя ее плавиться в сладком тепле чужих рук и губ.
Она едва почувствовала, как все так же крепко сжимая ее волосы, Чак рывком развернул ее спиной к себе. Она шире развела ноги и выгнула спину, давая его руке больше пространства.
- Хочешь, чтоб я остановился?
Она скорее почувствовала его ухмылку кожей за ухом, чем услышала издевательские слова.
- Только попробуй, чертов басстард...
Чак отпустил ее волосы и обнял, скользнув освободившейся ладонью по напряженному, дрожащему от все еще неутоленного желания животу. Продолжая ласкать ее уже другой рукой, он медленно провел по ее бедрам горячей скованной латексом твердостью. Блэр теснее прижалась к его паху, крутой изгиб ее красивой попки идеально прильнул к низу его живота.
Она застонала, когда Чак вошел в нее.
Он самодовольно улыбнулся, чувствуя, как плотно ее нежная плоть обхватила его, как Блэр начала толкаться бедрами ему навстречу, как она накрыла ладонью его руку, все еще прижатую к твердому холмику внизу ее живота и требовательно нажала, умоляя не останавливаться.
Парочка рядом с ними расслабленно целовалась, играя со струйками шампанского на раскаленной коже друг друга.
Чак собирался заставить разъяренную его ласками и стимулятором Блэр медленно сойти с ума в его руках, он собирался снова затащить ее на лезвие удовольствия, раздавив ее гордость и самообладание, он собирался...
Но эта брюнетка как всегда сбила все его планы.
Тряхнув освобожденным водопадом черного шелка, она выгнулась перед ним, потянувшись как пантера и потеревшись о диван напряженными сосками. От вида крутого изгиба ее приподнявшейся попки, тонкости талии, ямочки позвоночника у поясницы, он едва не финишировал сам.
- Чертова стерва, - прохрипел он сквозь зубы и оттолкнул девушку от себя.
Та охнула, падая на живот. Чак сразу же перевернул ее на спину и широко развел ее ноги.
- Нет, - возмутилась та, пытаясь высвободится из-под его тела.
- Заткнись, Уолдорф, - Чак продолжил двигаться, приподнимая ее колени и почти заставляя Блэр обнять себя ногами.
- Са... ммм... сам зат... О!
Его движения стали резче. Он чувствовал, как она дрожит под ним, как скрещивает лодыжки на его пояснице, как закусывает кожу у его ключицы. О, он слишком хорошо помнил, что все это значит.
Скоро она вцепилась ногтями в его спину, уткнувшись лицом в его грудь. Он понял, что там, на "ее" месте, утром снова будет красоваться след от крепко сжатых рубиновых губ.
Чак едва не сошел с ума, когда почувствовал, как Блэр крепко сжимает его тисками из раскаленного бархата. Он почти забыл это ощущение.
Чувствуя, что ей нужно немного воздуха, он приподнялся на одном локте.
- Скотина, - недовольно мурлыкнула Блэр.
- Все еще злишься, Уолдорф? - он убрал с ее лица прилипшую прядку волос. - Я вообще-то старался, а мог бы...
Вместо ответа она толкнула его. Едва не упав на пол, Чак все-таки поймал равновесие, не выпустив из рук упрямую брюнетку, и перевернулся, плотно усадив ее на себя. Он крепко прижал ее к себе, уткнувшись лицом в изгиб тонкой шеи. Они замерли. Потом Чак осторожно поцеловал судорожно бьющуюся на шее Блэр жилку. Девушка медленно приподнялась, не попытавшись однако обнять его, но позволяя ему скользнуть в себя.
Она начала осторожно двигаться. Они не смотрели друг на друга. Скоро Блэр обняла Чака за плечи, окончательно спрятав лицо на его шее. Он утопал в нежности неторопливых движений и ее волосах.
Скоро он чуть наклонился вперед, заставив Блэр опереться на руки и раскрыться перед ним. Его губы скользнули по ее шее, опустились ниже. Она снова начала чуть постанывать.
Он посмотрел в ее лицо и улыбнулся уголком губ.
- Что? - сквозь туман страсти и удовольствия спросила она.
- Попробуем?
Она сразу поняла о чем он.
- Не знаю. Я... я далеко.
- Я тоже, - он крепко обхватил ее ягодицы и с силой опустил девушку на себя. Она застонала, выгибаясь. - Давай, Блэр... Называй это моей прихотью.
Она двинулась, заводя ноги за его спину и скрещивая лодыжки.
- А можно - придурью?
Он сильнее насадил ее на себя, отвечая ухмылкой на ее шпильки. Кажется, он понял, чего так не хватало ему в сексе с другими. Блэр запрокинула голову, прислушиваясь к ощущениям. Чак изо всех сил старался не смотреть на подпрыгивающие в такт их одного на двоих движения идеальной формы груди, на подрагивающий, покрывшийся мелким бисером пота животик, на красивый изгиб ее поднятого подбородка, на бьющуюся на шее жилку.
Через несколько минут Блэр выпрямилась и обняла Чака за шею, приблизив губы к его губам.
- Уже? - ухмыльнулся он. - Ты всегда была торопышкой...
- Не помню, чтоб ты жаловался...
Он начал опускать ее на себя резче. Их губы чуть соприкасались, сердцебиения смешались, оба тонули в шоколадных озерах распахнутых глаз.
Скоро они хрипло застонали и вцепились в чужие дыхания финальными поцелуями.
Несколько секунд они сидели обнявшись.
- Ммм... - услышали они.
Блэр резко повернула голову.
- Нет, Сирена, - решительно сказала Блэр, видя, как блондинка устраивается на груди Нейта и сонно щурится. - Не позволяй ей заснуть, Нейт.
Она спрыгнула с Чака быстрее, чем тот успел понять, что произошло.
- Не смей, - затормошила она подругу.
- Блэр, - капризно протянула та, слабо отталкивая ее руки.
- Сейчас же соберись, - приказала та, натягивая на нее платье.
- Блэр... - попытался сказать что-то Нейт.
- Ты тоже!
Она подняла с пола свое солнечно-желтое платье и быстро оделась. Откинув с лица спутанные влажные волосы, она встала и заставила встать Сирену. Та едва стояла на ногах. Нейт неохотно помог Блэр застегнуть на блондинке платье.
- Мы ждем вас в машине, - бросила Блэр, вытаскивая из вороха диванных подушек свои трусики и бра.
Зажав под мышкой две сумочки, она оттащила подругу к выходу.
Чак вздрогнул, когда дверь комнаты захлопнулась за ними.
На минуту повисла тишина.
Потом Нейт вздохнул и начал одеваться.
- Она всегда такая? - спросил он, застегивая штаны.
- Ты вроде как должен быть в курсе, - съязвил Чак, с неохотой осознавая, что после всего Блэр даже не взглянула на него.
Блондин хмыкнул.
- Ладно, не злись.
- Я не злюсь.
Парни оделись и вышли из комнаты.

Ну, дальше 01х08, канон biggrin .

автор в ожидании "Да как вам не стыдно!" и "Да быть такого не может!" смиренно стоит тут biggrin biggrin biggrin


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©

Сообщение отредактировал Minimina - Четверг, 14.07.2011, 23:57
 
MiniminaДата: Пятница, 15.07.2011, 22:35 | Сообщение # 7
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
Название: Дурные привычки
Автор: Minimina
Пейринг: Chair
Рейтинг: G
Размер: мини
Жанр: Флафф. Аццкий флафф - я, если что, предупредила biggrin
Каноничность: сплошной AU с вкраплениями канона smile
Таймлайн: вообще, 5 сезон, хотя упоминается все, от первого

Блондинка повернулась и поправила галстук-бабочку того же цвета, что и ее платье под белым больничным халатом.
- Который это у них раз? - просил Дэн, поймав ее руку и поцеловав кончики пальцев с ярким маникюром.
- Пятый, - улыбнулась она, скользя взглядом по отворотам его смокинга, тоже полускрытого белым хлопком.
- Круто.
- Да уж.
Сирена присела на больничную кушетку и нервно сжала пальцы.
- Да перестань ты, - опустился рядом Дэн и обнял ее, прижав к себе. - Ты нервничаешь больше, чем в их второй раз.
Сирена вздрогнула от воспоминаний.
- Лучше не напоминай...
Дэн наклонился и поцеловал ее высоко поднятые на макушке золотые локоны.
- Блэр так и не рассказала, почему они тогда развелись? Я искренне думал, что тот раз будет их вторым и последним...
- Нет, - покачала головой Сирена и обхватила парня за талию, - Нейт знает. Говорит - не удивился, что Блэр подала на развод. И даже сам отвез ее к адвокату.
- Ну, они с Чаком тогда почти не разговаривали чуть ли не полгода. Так что, Нейту я верю. Если он говорит, что причина для развода была, значит... Это ведь было что-то, связанное с отелем?
- И Джеком, - кивнула Сирена, скользнув щекой по его груди. - Но Блэр не рассказывает, а Чак вообще грозится выбросить в окно любого, кто ей обо всей этой истории еще хоть раз напомнит.
Они замолчали. Тихо тикали часы в коридоре. Сновали люди в больничных костюмах. Через открытую дверь палаты было видно, как мимо них пронесли огромную корзину розовых пионов.
- Зачем они устраивают свадьбу каждый раз? - спросил Дэн.
- Потому что каждый раз оба верят, что это - последний, - улыбнулась Сирена.
- Хорошо хоть, в этот раз она не заставляет меня нести шлейф ее платья.
- Перестань! - она раскрытой ладонью стукнула его по белой рубашке. - Это было всего один раз, в Париже. И ты восхитительно смотрелся в розовом смокинге.
Дэн поморщился так же, как за минуты до этого его девушка поморщилась от воспоминаний о другой свадьбе.
- Который это был раз? Четвертый?
- Третий. Они тогда были так рады, что он жив, что она нашла-таки его в Праге, что он согласился вернуться в Нью-Йорк, что... свадьба была очень скорой.
- Угу, - съязвил Дэн, - всего-то пятьдесят гостей.
- И покупное, а не сшитое на заказ платье, - значимо дополнила Сирена.
- И белые розы, а не пионы.
- И у Блэр просто не было времени искать симпатичную девочку для церемонии.
- И поэтому в роли симпатичной девочки был я, - вздохнул Дэн. - Ну что ж. В духе этой парочки, по крайней мере. Я, кстати, помню, как они оба торопились. Блэр, кажется, даже прессу тогда не позвала.
- Чак шел от алтаря, опираясь на трость, - пояснила Сирена. - Наверное, невеста решила, что фото с их второй свадьбы будут лучше смотреться на шестой странице.
- Второй раз был шикарен... - вспомнил Ден. - Чак носил этого невестозавра на руках почти всю свадьбу.
- Им только-только исполнилось по 18, - рассмеялась Сирена, - это была идеальная свадьба Блэр, она мечтала о такой с 12 лет, естественно, она хотела, чтоб все было просто безупречно. Я не хочу вспоминать о тех шести месяцах подготовки! Валиум тогда стал моим лучшим другом.
- Про первый раз вспоминать тоже все еще не стоит? - уточнил Дэн.
- Не советую. Они сами его едва помнят и...
- Как можно не помнить, как женился?
- Ну... алкоголь, стресс, - Сирена встала и прошлась по комнате, - 17 лет, опять же.
- Зачем она вообще тогда за ним поехала? - Дэн оперся спиной на стену, наблюдая за почти пятикратной подружкой невесты.
- Блэр тогда все еще надеялась наладить отношения с Нейтом, - та сделала еще один бессмысленный круг по палате, - и когда узнала, что он с Чаком в Монако, здорово испугалась, что Чак расскажет ему о том, что было. Ну и рванула за ними первым же самолетом, бросив в Нью-Йорке и отца, и Рождество, и, как позднее выяснилось, здравый смысл. А вот про то, что было дальше, все, включая них, знают лишь по рассказам очевидцев. Вроде как Чак, узнав, что она едет, улетел в Лас-Вегас, надеясь, что там она его не найдет. А она вроде как его нашла. А потом они вроде как зачем-то напились. Чак говорит, что вроде как было какое-то Соглашение о неразглашении информации, и он его вроде как подписывал. Так что выходит пить они начали от радости. Мне она звонила той ночью пьяная и в слезах, так что продолжили, видимо, с горя. А бармен отеля вообще рассказал Нью-Йорк Пост, что началось все то ли на спор, то ли за компанию со всеми, празднующими Рождество. Неясная в общем история.
- А потом они прилетели в Нью-Йорк и прямо из аэропорта поехали в мэрию аннулировать брак, - закончил Дэн. - Я помню Блэр в этот день...
- Да, - хмыкнула Сирена. - И это была катастрофа, цунами и медуза Горгона в одном флаконе. До сих пор удивляюсь, как пережила тогда ее первое похмелье...
- У Уолдорф даже первое похмелье задокументировано и подтверждено печатями, - заметил Дэн. - Зато запомнится. Четвертый раз они женились в Монако?
- Да. И это было...
- Странно? – подсказал Дэн.
- Не то слово.
- Ну, она, по сути, просто заменила жениха.
- Я удивилась реакции Луи, - пояснила Сирена, возвращаясь к нему на кушетку. - Он тогда просто ушел. Даже не отменил бронь на банкетный зал, номер для новобрачных... он по сути, вообще ничего не сделал. Просто ушел.
- И на его место встал Чак. Не пропадать же платью от Веры Йорк.
- Вонг, - машинально поправила Сирена. - И перестань! Блэр далеко не так цинична, как ты про нее думаешь.
- Ты еще скажи, что Чак Басс не такой романтик, каким показал себя, врываясь на королевскую свадьбу и крича, что он знает причину, почему этим двоим не быть вместе. Из-за чего они развелись тогда? Он же был так убедителен, когда говорил свою клятву.
- Из-за уровня гормонов. У обоих. Узнав, что Блэр беременна, Чак не сдержался и ушел в загул на неделю, она не знала, что он знает и гуляет с радости. Ну и собрала вещи.
- Свои?
- Его. Говорят, они красиво летели из окна их пентхауса.
- Представляю его бабочки на ветках деревьев и рубашки под колесами автобусов. И правда красиво должно быть.
Ден посмотрел на часы и встал. Сирена, поняв, что уже пора идти за новобрачной, сняла больничный халат.
- Уау, - восхищенно развел руками Дэн и сразу же потянулся за поцелуем.
Сирена рассмеялась.
- Опыт, Дэн. Когда ты подружка невесты в пятый раз - уже легко быть идеальной.
- Опыт тут не причем, - уверенно возразил он. - Это просто ты сама по себе восхитительна, - он приобнял ее за талию, и они вышли из палаты.
- Как думаешь, - тихо спросил он, останавливаясь возле украшенной гирляндами цветов двери больничной часовни, - нам стоит готовиться к шестому разу?
- Вряд ли, - покачала головой Сирена, глядя поверх плеча парня на нервно притоптывающего у алтаря Чака. У входа в часовню стояла каталка, половину лавок занимали люди в белых халатах и синих костюмах медперсонала. - Разве что Блэр снова захочется эффектно пройтись по церкви в белом платье. БЕЗ животика.
- Но, надеюсь, девочка, чтоб нести фату у них уже будет, - заметил Дэн.
- Чак мечтает о сыне. С фамилией Басс.
- И поэтому они снова срочно женятся...
- Ребенок Уолдорф должен быть рожден, - голосом Элеонор заговорила Сирена.
- ... в законном браке, - подхватил, смеясь, Дэн и кивнул махнувшему ему Нейту. - Ну, надеюсь, маленький Уолдорф-Басс заставит эту парочку отказаться уже от дурной привычки жениться, - сказал он и, поцеловав Сирену, пошел к друзьям.
- Привычка женится - не дурная, - возразила та. - Привычка разводится - дурная. И да, - кивнула она, уже поворачиваясь к подходящим к ним Дженни и Лили, - я тоже надеюсь, что это в последний раз.

Книга жалоб и предложений biggrin


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©

Сообщение отредактировал Minimina - Пятница, 15.07.2011, 22:39
 
MiniminaДата: Четверг, 21.07.2011, 15:57 | Сообщение # 8
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
Название: Правда или желание
Автор: Minimina
Пейринг: Chair
Рейтинг: не сдержалась sad NC-17
Размер: мини
Жанр: не знаю. Начало вроде флаффное, а потом...
Таймлайн: опять 01х07 biggrin В этот раз первые минутки biggrin .
Каноничность: ООС есть, но небольшой.

картинка для затравочки и настроения cool :


- Ты хочешь, чтобы твой отец инвестировал в стриптиз-клуб?
- Бурлеск-клуб. Респектабельное место, где люди смогут забыть обо всем, расслабится, где не будет ни осуждения, ни фотокамер. Что случится в Виктроле, останется в Виктроле. Как тебе?
- Знаешь... - протянула Блэр, - а мне нравится.
- Правда?
Она повернулась к нему и с улыбкой и удивлением заглянула в лицо.
- Правда. Это место вполне может стать стильным.
- Оно уже...
- Нет, - покачала Блэр головой. - Пока еще нет. Что там?
- Кабинет управляющего, - пожал плечами Чак. - С сейфом, документами, всем таким.
- Ооо, - улыбнулась Блэр и пошла к двери. - Может прежний владелец хранил там компромат?
- На кого? - хмыкнул Чак. - На официанток?
Он подошел к девушке и придержал тяжелую дубовую дверь с массивными петлями.
- Прямо форт Нокс, - скользнула Блэр взглядом по старому замку.
Они вошли в комнату.
Кабинет был небольшим, вполне в духе двадцатых годов - массивный стол, наверняка помнящий еще празднование смены веков, несколько стульев, половина из которых явно была принесена из зала, старый потертый диван.
- Мило.
- Если будешь хорошо себя вести, иногда буду разрешать тебе с подружками здесь играть, - съязвил Чак.
- Смешно, - обернулась Блэр. - Думаю, что здесь в течение месяца появится кровать и шкаф с запасным бельем.
- Постельным?
- Постельным тоже.
- Как приятно, что кто-то так в меня верит. Вообще-то я думал просто заменить диван.
- На раскладной?
Они замолчали. Взаимные подколки как-то незаметно сблизили. Чак смотрел на Блэр. Она рассматривала резную панель старого бара с парой пыльных бутылок. Потом перевела глаза на стоящего рядом парня и тихо выдохнула. Нитка их взгляда натянулась и едва не дрожала от напряжения.
- Нам... пора, - сказала Блэр, облизывая губы. - То есть... мне пора.
- Да, - кивнул Чак, уже не радуясь, что пошел следом за девушкой в этот кабинет.
Они вернулись к двери. Толкнули ее.
Та не шелохнулась.
Несколько раз оба попробовали открыть проклятую дверь. Безрезультатно.
Блэр тихо чертыхалась и требовала немедленно ее выпустить. Чак изо всех сил долбился в потемневшее от времени дерево.
- Черт, - сказал он через несколько минут. - Кажется, мы застряли.
- Ладно. Да, хорошо. Я понял. Нет, мы в порядке. Хорошо. Да. Нет, не стоит, я покупаю этот бар и не хочу первым приказом разрушать его. Нет. Да. Хорошо.
Чак положил трубку.
- Что тебе сказал управляющий? - спросила с дивана Блэр.
- Что с этой дверью такое частенько. Ее можно просто выломать, но обычно они вызывают мастера, и тот отжимает замок. Они уже позвонили ему.
- И сколько...?
- Пара часов. Какие-то планы?
- Помимо уроков?
- Могу написать тебе справку для директора. С печатью.
Блэр закатила глаза.
- Очень смешно, - она взглядом проследила, как Чак подошел к бару и открыл его.
- Хочешь выпить?
- В 10 утра? Нет.
- А я пожалуй...
- Не сомневалась в тебе.
Чак налил в два низких стакана по щедрой порции чего-то пахнущего безумием и черной ванилью и подошел к дивану.
- Я не буду, - повторила Блэр, едва скользнув взглядом по выпивке. Она быстро набирала СМС.
- Я и не настаиваю, - он поставил стакан на столик между креслом и диваном. - К тому же это напиток не для леди.
- Пытаешься взять меня на слабо? - приподняла она бровь, нажимая последние клавиши. - Чак, ты серьезно?
- Ну, попытаться стоило, - пожал он плечами, - нам здесь два часа сидеть. Может поиграем?
- Может, помолчим?
Они замолчали.
Чак допил виски и налил себе еще. Блэр продолжала сидеть на диване, скинув туфли и поджав под себя ноги.
- Во что ты хотел поиграть? - спросила она через 10 минут.
- Правда или желание? - возмущенно воскликнула она. - Чак Басс, когда я успела убедить тебя, что безумна?
- Ты не безумна, - ответил он. - Наоборот, ты очень рассудительна.
- И я встречаюсь с твоим другом, - словно невзначай напомнила она.
- А при чем здесь..? О, Уолдорф! - Чак рассмеялся, на секунду пронзив ее карамельным взглядом. Его голос стал мягче. - Ты думаешь, что я попытаюсь соблазнить тебя?
- А нет?
- Знаешь, - он чуть наклонился к ней, - я готов пообещать, что не сделаю ничего против твоей воли, - он прищурился, словно обдумывая что-то. - Даже давай так, - он сел на диван рядом с Блэр и откинулся на спинку, - я обещаю, что не прикоснусь к тебе, если ты меня об этом не попросишь. Сама. Словами.
- Тогда дописываем правила, - предложила Блэр, почти против воли отползая на коленях глубже в свой угол, - все желания и действия строго здесь и сейчас.
- Хорошо.
- И ничего пошлого.
- Нет.
- Басс!
- А в чем тогда кайф? - возмутился он. - Нет, давай так - любой из нас имеет право трижды отказаться выполнять задание или отвечать.
- Отказаться? - удивилась она. - Вообще?
- Ага, - хмыкнул Чак, снова допивая свою порцию. - Но только трижды, - повторил он, вставая.
Блэр посмотрела на его спину.
- И все, что произойдет здесь, останется здесь.
- Согласен.
- Никому, Чак, - уточнила Блэр.
- Я понял, - он вернулся на диван, захватив бутылку с собой. - Ни ты, ни я никогда и никому не рассказываем...
- ...не намекаем, не пишем в письмах, не шлем е-мейлов...
- ...о том, что произойдет в этой комнате в ближайшие два часа, - Чак поднял руку и посмотрел на часы. - Даже меньше. Ты согласна с условиями?
- Да. Ты?
- Да. Итак, я начну. Правда или желание, Уолдорф?
Она смотрела в его глаза и улыбалась.
Блэр прекрасно знала, что даже если не с первых вопросов, но Чак обязательно сведет все к постели и сексу. Не то, чтобы в ее жизни было что-то, чего она стыдилась, но это же Чак. И у нее всего три возможности не ответить.
- Желание.
- Отлично, - ответил он так, словно был уверен в ее выборе. - Пей, - кивнул он на столик с ее стаканом.
- Что?
- Это мое желание. Я хочу, чтобы ты выпила, - он приподнял свой бокал. - Твое здоровье, Уолдорф.
Она тяжело вздохнула и взяла низкий стакан. Звон соприкоснувшихся стеклянных стенок льдинкой упал на ковер.
- Правда или желание, Басс? - спросила Блэр, отпивая вики. Она поморщилась, но не отступила.
- Правда.
- Сколько женщин у тебя было?
Чак удивленно приподнял бровь.
- Блэр, ты все равно никому не сможешь рассказать, это во-первых...
- Мне просто интересно. Сирена как-то сказала, что вы, парни, частенько преувеличиваете количество своих побед.
- ...и я не могу тебе ответить, это во-вторых.
- Не можешь? - удивилась Блэр. - Ты пользуешься правом не отвечать...
- Нет, - помотал головой Чак. - Я готов ответить. Но я не знаю.
Блэр продолжала удивленно на него смотреть.
- Я не считал.
- Хорошо, - кивнула она, допивая виски и ставя пустой стакан на столик. Чак тут же потянулся и налил ей еще. - Тогда примерно.
- От пятидесяти до семидесяти.
- Всего?
- Мне семнадцать, - напомнил он.
- Ты начал в седьмом классе, - напомнила она.
- В шестом. И тем не менее. Моя репутация в твоих глазах разбита и растоптана?
Блэр рассмеялась.
- Твой ход, Басс. Черт, я начинаю жалеть, что сама настояла на полной конфиденциальности.
- И это только начало, Уолдорф, - рассмеялся в ответ Чак. - К освобождению мы рискуем стать друг для друга исповедниками.
- Не надейся, Басс.
- Выбирай, Уолдорф.
- Правда.
- О ком ты думаешь, когда мастурбируешь?
- Чак!!! - от возмущения Блэр едва не подпрыгнула на диване.
- Что? - спокойно развел он руками. - Только не говори, что придаешь этому значение.
- А почему ты вообще решил, что я... что я...
- Уолдорф, - Чак наклонился к ней и посмотрел прямо в глаза. Блэр сглотнула. - Если сейчас ты скажешь, что не занимаешься этим в своей розовой спаленке под девичьим одеяльцем, я сделаю все, чтобы Нейт тебя бросил, фригидная сучка.
- Ты извращенец, Басс.
- Удовлетворять себя - не извращение. Вот НЕ удовлетворять...
- Заткнись, - отмахнулась она от очередной пошлости.
- Уолдорф, в этом же нет ничего такого. Все мы кого-то представляем.
- Ты представляешь меня? - съязвила она, надеясь если не уколоть, то хотя бы смутить его.
- Иногда, - спокойно пожал Чак плечами.
- Что?!
- Я представляю красивых девушек. Ты - красивая девушка. Ничего личного.
- Ужас, - Блэр спрятала лицо в ладони.
- Твой мир рухнул? - уколол ее Басс. - Пока разбираешь завалы и строишь себе новую Вселенную, не забудь ответить на вопрос.
Блэр потянулась и взяла выпивку. Чак одобрительно улыбнулся уголками губ, не сказав, однако, ни слова.
- Я... я не могу...
- Пользуешься правом не отвечать?
- Нет. Просто... Просто я как ты, прости Господи, - выпалила девушка и сделала большой глоток. - Их... их несколько. Много, - уточнила она, переведя дыхание.
- Тогда дополнение к вопросу, - согласился Чак. - И помни, Уолдорф - только правда.
- Ты - гаденыш.
- А ты - лицемерка.
- Если хочешь спросить про себя - предупреждаю сразу...
- Нейт?
Она резко замолчала, на минуту поджав губы.
- Хоть иногда? - уточнил Басс, рассматривая красивую линию ее шеи у низко опущенной головы.
Девушка едва заметно мотнула подбородком из стороны в сторону.
- Нет, - добавила она. - Ни разу.
Он снова коротко кивнул, словно ответ опять его не удивил.
Блэр залпом влила в себя остатки выпивки и громко стукнула стаканом по стеклу столика.
- Решительно, - заметил Басс, поливая себе и ей. - Видимо, не стоит мне выбирать правду - залезешь в душу прямо в обуви.
Она глазами указала ему на сброшенные туфельки.
- Ну и тем не менее, - он, салютуя, приподнял бокал, - действие.
- Ах так, - прищурилась Блэр.
- Да, вот так.
- Тогда... тогда... Пой!
Чак поперхнулся виски и закашлялся.
- Что?!
Блэр с улыбкой опустила глаза и демонстративно - равнодушно разгладила на бедрах складки узкой юбки. Она сидела на пятках в самом уголочке дивана. Коленки в белых ажурных колготках выделялись на фоне темной обивки.
- Пой, - повторила Блэр. - Ты ни разу не пел мне "Happy Birthday", хочу, чтобы ты спел сейчас.
- Ты издеваешься?
- Нет. Или отказывайся.
- Блэр...
Она подняла на него такие невинно-стервозные глазки, что Басс заскрежетал зубами. Он в два глотка выпил очередной стакан и поставил его на стол рядом с пустым бокалом Уолдорф. Потом встал и посмотрел на нее сверху вниз.
Блэр изо всех сил изображала невинную восьмилетку, которой родители подарили на день рождения живого клоуна, и широко распахнутыми глазами смотрела на него с интересом и недоверием. Чаку очень захотелось свернуть этой "имениннице" шею.
- К черту, - мотнул он головой. - Я не буду.
- Минус одна возможность не отвечать? - уточнила Блэр.
- Да, - кивнул он, снова садясь рядом с нею на диван и наливая им еще по порции. - И поверь мне, Уолдорф, ты израсходуешь свои спасительные вето быстрее меня.
- Ха.
- Правда или действие? - он повернулся к ней и заглянул в глаза. Блэр поняла, что случайно открыла ящик Пандоры.
Басс был зол на нее.
Зол и... и еще что-то, она никак не могла понять, что еще горит в его потемневших глазах.
- Действие.
- Раздевайся, - приказал он.
Она удивленно смотрела на него, не веря собственным ушам.
- Ч-что?
- Раздевайся, - спокойно пояснил он. - Я хочу, чтобы ты сняла одежду. Всю.
- Басс, нет! - он возмущения Блэр привстала на коленях и сейчас смотрела на сидящего в метре от нее парня сверху вниз. - Это, это... Это не по правилам!
- Почему не по правилам? - удивился он. - Я не прикоснусь к тебе. Я никому не расскажу о том, что увижу. И если не будешь оттягивать момент расплаты - даже не потребую сделать это красиво, под музыку...
- ...еще чего, - хмыкнула Блэр.
- ...и потом разрешу быстро одеться, - словно не заметил ремарки Чак.
- Потом? - Блэр едва не подпрыгнула от возмущения. - Мне что, еще и стоять перед тобой голой?
- Ага, - Чак сделал еще один глоток, посмотрев на нее поверх стакана, - пару минут.
- И часто тебе хватает пары минут? - съязвила Блэр.
- На оценить мне хватает пары секунд, - не поддался Басс. - Итак?
- Замени желание.
- Используешь вето?
Блэр молчала.
Потом медленно, словно тщательно оценивая каждый сантиметр своего передвижения в пространстве, встала на пол перед диваном. Чак с услужливостью, за которую ей захотелось его просто прибить, немного отодвинул столик. Девушка переступила с ноги на ногу. Потом подняла руки и сняла ободок с ярко-красным бантом.
- Как раз его могла бы и оставить, - заметил Басс, удобнее располагаясь на диване с очередной порцией виски.
Она не ответила. Ее руки замерли напротив пуговиц пиджака. Она вздохнула. Потом посмотрела на Басса, в его взгляде было чуть-чуть интереса и много недоверия.
Он был уверен в ее капитуляции.
- Ты не выиграешь, Басс, - зло сказала Блэр и быстро сняла пиджак, бросив его на кресло у дивана.
- Я не проиграю, Уолдорф. - он проследил за ним взглядом, потом снова посмотрел на девушку.
Стоя перед ним без туфель, в короткой узкой юбочке и блузке с рукавами-фонариками, она казалась совсем маленькой и невинной. Басс отпил из бокала.
Он видел в ней совсем другое.
- Перестань вести себя как малолетка в стриптиз-клубе, - снова проскрежетала Блэр, понимая, что от оценивающего взгляда карих глаз ее бросило в жар.
Басс приподнял уголок губ в фирменной ухмылке.
- О том, откуда ты знаешь, как ведут себя малолетки в стриптиз-клубах, я спрошу тебя... - он на миг стушевался, когда Блэр ослабила узел черного галстука, чуть распахнулся, оголив ямочку у шеи, отложной воротник, - при случае.
Он опустил глаза ниже, девушка развязала и бросила на пол полоску шелка, потом начала расстегивать белые пуговки блузки, ее руки заметно дрожали. Между стрелами воротника Чак заметил судорожные сглатывания. Распахнулись полочки с отделкой из черных рюшей.
Он улыбнулся, когда Блэр опустила руки. До этого момента она раздевалась назло ему. Быстро и резко, не думая и почти не чувствуя от ярости смущения. Но сейчас, когда он мог видеть полоску ее бра и голый живот, запал пропал. Почти расстегнутая блузка продолжала обнимать ее тело у самой талии.
- Что-то не так? - спросил он, наблюдая, как поднимается в такт частому дыханию ее грудь.
- Смени задание.
- Откажись выполнять.
Уолдорф сверкнула глазами, и Чак подумал, что надо бы усилить меры противопожарной защиты - девушка только что едва не испепелила взглядом весь кабинет.
Блэр завела руки за спину, коротко вжикнула молния. Чак улыбнулся, когда короткая юбка упала к ногам, скрыв ступни в белом ажуре. Щеки за каштановыми локонами вспыхнули.
- Перестань, Уолдорф, - снова уколол ее Басс, - на занятиях по физкультуре я могу видеть намного больше, чем сейчас. И ты не краснеешь.
- Я и сейчас не краснею, - с вызовом ответила та, садясь на диван и отворачиваясь от него. - Здесь жарко.
- Правда? - он наблюдал, как она снимает колготки, оставаясь перед ним в блузке, едва прикрывающей бедра и, кажется, розовых трусиках.
- Правда, - она сидела перед ним, плотно сжав колени.
Потом встала. Чак отпил из стакана, терпеливо дожидаясь, когда Блэр уже снимет с себя остатки одежды. Она продолжала стоять перед ним, потом расстегнула одну из оставшихся пуговиц блузки. Потом вторую.
Потом резко стянула полочки, закрываясь от его настойчивого взгляда, и наклонилась.
- Я ненавижу тебя, Чак Басс, - сказала Блэр, поднимая с пола юбку. Чак сделал вид, что не разочарован ее решением. - Давай прекратим, - предложила она, ставя мировой рекорд по скорости одевания.
- Когда счет один-один? - Чак приподнял бровь, когда стройные бедра снова скрылись от него за темно-синей тканью. - Да ты что, Уолдорф? Эта игра еще только начала становиться интересной.
Она плюхнулась на диван рядом с ним, поджав голые ноги и застегивая пуговицы на блузке.
- Ничего интересного, - буркнула она, не поднимая на него глаз. - Я вообще не понимаю, зачем мы все это устроили. Ты друг моего парня...
- ...которого здесь нет.
- ...а я девушка твоего лучшего друга.
- ...и поэтому мы не делаем то, что хотелось бы.
- Ха! - вскинула она голову. - Чак Басс, ты слишком самоуверен. Я не хочу тебя.
- Я и не говорю, что ты хочешь меня.
- Пошляк, - Блэр снова взяла со стола стакан с виски. - Выбирай.
- Что? - не сразу понял он.
- Правда или действие, Чак Басс, - по ее взгляду поверх стакана он понял, что Блэр Уолдорф сегодня сделает нечто. - Или сразу используешь вето?
- О, нет, Уолдорф. Ты не выиграешь. Правда.
- Ты знал про Нейта и Сирену?
- Ты глупо израсходовала ход. Да, я знал. Я видел их на свадьбе.
- Не глупо.
- Я бы сказал тебе это и без всякой игры. Стоило просто спросить.
- Я миллион раз прашивала тебя, что с Нейтом.
- И я отвечал тебе правду - я понятия не имел, почему он так себя вел, почему не порвал с тобой, почему не рассказал о...
- Действие, - перебила его Блэр.
Чак раздумывал всего секунду.
- Поцелуй меня.
Блэр изумленно замолчала.
Она мысленно перебирала все их договоренности, пытаясь понять, где она не выставила блокпост - о том, что Чак не будет ради поцелуя нарушать правила, она даже не сомневалась.
- А правило, что мы не прикасаемся друг к другу? - уточнила наконец-то она, уже зная ответ Басса.
- Такого правила не было, - ожидаемо ответил тот. - Я обещал, что не прикоснусь к тебе против твоего желания. Про то, что ты не прикоснешься ко мне, разговора вообще не было.
- Ты ублюдок.
- И ты всегда это знала. Твое решение?
Блэр наклонилась вперед и встала на диван на четвереньки. Басс судорожно сглотнул, когда она подползла к нему и остановилась, поставив одну ладонь между его широко разведенных ног. Их лица разделяли сантиметры. По его щеке скользило ее теплое дразнящее дыхание, в черных омутах хмельных глаз плясали огненные черти. За складками ее рукава-фонарика Чак мог видеть крутой изгиб изящной спины и очертание красивой попки, как второй кожей обтянутой узкой юбкой.
- Я не проиграю, Басс, - прошептала Блэр, прекрасно понимая, какое действие оказывает на парня.
- Я тоже не проиграю, Уолдорф, - ответил тот, с усилием заставляя себя оторвать взгляд от приподнявшегося темно-синего края юбки и стройных голых бедер.
- Пообещай, что не скажешь моему парню, что я целовала его друга.
- Пообещай, что не скажешь моему другу, что я потребовал поцелуй у его девушки.
Блэр довольно улыбнулась и прижалась губами к приоткрытым губам Чака.
Он не ответил.
Она удивлено отстранилась. Посмотрела в его глаза, потом чуть прищурилась и снова поцеловала.
- Одного раза было бы достаточно, - сказал Чак, его губы, двигаясь, касались ее.
Блэр не отступила. Она продолжала целовать его, то едва касаясь тонкой кожи, то почти страстно вжимаясь в упругое тепло, скользила дыханием к уголкам, возвращалась к упрямой линии все еще неподвижного изгиба. Блэр придвинулась к Чаку ближе, их плечи соприкоснулись, стоять на сведенных ногах стало неудобно, и она поставила колени шире. Наклонив голову и немного сомневаясь в реальности происходящего, Блэр невесомо скользнула кончиком языка по упрямой мужской губе. Чак перестал дышать, но не шелохнулся.
Блэр разозлилась.
Она начала целовать его так, словно от того, ответит ли он, зависела вся ее жизнь. Она хрипло постанывала в его губы, прижималась к нему, ласкала ладонью его шею. Его губы чуть дрогнули, но вместо тепла поцелуя Блэр почувствовала кожей холодный воздух комнаты.
Чак отстранился от нее.
- Я не могу, - выдохнул он, и Блэр попыталась вспомнить, как сейчас казнят самых ужасных преступников, у нее тут как раз один из таких. - Правила, - услышала она сквозь застилавшую сознание волну злости. - Попроси. Я не могу.
Она немного отстранилась и заглянула в его глаза.
- Поцелуй меня, идиот, - услышала она собственный голос.
Ураган крепких губ снес остатки мыслей.
Чак обнял ее и прижал к себе, заставив сесть на себя верхом. Он целовал ее губы, шею, плечи. Его руки, казалось, были повсюду. Узкая юбка задралась, обнажив трусики, но вместо смущения Блэр лишь выгнула с тихим стоном спину, когда почувствовала на своей попке жадные мужские ладони. Она плотнее опустилась на Чака, почувствовав между его ног такую выдающую-все-секреты твердость. Она запустила руки в короткие темные волосы и углубила поцелуй.
Чак застонал, и почти сразу Блэр почувствовала, что лежит на диване, надежно прижатая к старой обивке большим и сильным телом. Но вырываться совсем не хотелось.
Хотелось обнять его ногами, хотелось сжать руками его спину, хотелось выгнуться, чтобы его губы могли спуститься ниже. Как сквозь сон она почувствовала, как Басс расстегивает ее блузку.
Его губы становились все бесстыднее, скользили по полукружиям ее груди вдоль отделанных кружевом кромок бра. Блэр тихо застонала. Он поцеловал кожу под атласной чашечкой, его подбородок коснулся ее живота, и Блэр поняла, что вот-вот сойдет с ума. Она обхватила голову Чака руками и снова впилась в его губы жадным поцелуем. Шелк его галстука приятно холодил пальцы, когда она развязывала его.
- Нет, - услышала она.
Потратив несколько секунд на попытку понять, что значит это слово, и так и не осознав его, Блэр отбросила серую ленту его галстука на пол и продолжила бороться с капризными пуговицами мужской рубашки.
- Блэр, нет, - снова услышала она.
В это раз тихая фраза сопровождалась крепким прикосновением ладони. Чак сжал ее запястье, заставив остановится.
- Ч-что?
- Нет, Блэр, - повторил Чак. - Остановись...
Она непонимающе посмотрела на него. Он приподнялся на локте, тяжело дыша на ней. Блэр по прежнему обнимала его ногами.
- Басс, - раздраженно сказала она, - ты, черт возьми...
- Блэр, это будет слишком, - перебил он. - Я не каменный. Это вообще-то УЖЕ слишком, - он окинул взглядом ее распластанное под ним тело.
- Правда или желание? - спросила Блэр.
Он непонимающе посмотрел на нее.
- Что?
- Бааасс, - нетерпеливо потерлась она о его брюки.
- Господи, Уолдорф, - едва не взвыл он. - Чего ты добиваешься?
- Что б ты выбрал желание и помог мне, - она выдернула руку из его захвата и снова притянула к себе темную взъерошенную голову.
Чак ответил на поцелуй, пытаясь сделать хоть что-то пока ситуация не вышла из-под контроля окончательно. Блэр страстно извивалась под ним, бесстыдно потиралась о его тело как мартовская кошка и явно не собиралась останавливаться.
Чак расстегнул последние пуговицы полосатой блузки и распахнул ее, обнажив напряженно подрагивающий живот Блэр. Та лишь по-кошачьи мурлыкнула, извиваясь под его губами. Он продолжал целовать ее, спускаясь все ниже. Она вздрогнула и приподнялась, когда он, запустив руки под ее спину, коснулся молнии ее юбки.
Басс снова вытянулся на ней, прижимаясь к горячим губам, его руки толкнули вниз смятую полоску плотной синей ткани. Блэр сжала и приподняла колени, позволяя раздеть себя.
Лежать под Бассом раздетой оказалось совсем не так как стоять перед ним же в одной блузке.
Она снова и снова впивалась в его губы, перехватывая его дыхание, задыхаясь сама, сводя с ума и теряя остатки собственных мыслей. Она едва почувствовала, как он расстегнул последние белые пуговицы, все еще сдерживающие полосатую ткань на ее талии.
Когда его подбородок лег в ямочку внизу ее живота и коснулся кромки кремовых трусиков, Блэр распахнула глаза.
- Чак, - неуверенно то ли спросила, то ли позвала она.
- Считай, что я выбрал желание. - Он сел перед ней, давая ей воздух и надеясь, что она остановит его и остановится сама. Его ладони обняли ее ягодицы.
Он ждал ее решения.
Блэр, удивляясь самой себе, приподняла бедра, помогая ему снять с себя белье. Басс понял, что контроль потерян.
- Можешь не говорить, - он сжал в ладони ее повлажневшие трусики, - я понимаю, что ты попросишь.
- Чак, - прошептала Блэр, начиная осознавать происходящее.
Она обняла его плечи, все еще закрытые от ее поцелуев слоями ткани. Потом вытянула ноги, сжимая их.
- Я... я... не могу.
Он кивнул.
- Но желание есть желание, - широко развел руками ее колени. - Не надейся, что я пропущу ход.
До того, как она успела сказать или сделать хоть что-то, Блэр почувствовала его губы на горящей коже своего живота. Она выгнулась и вцепилась в его волосы, плотнее прижимая его голову к холмику между своих широко разведенных ног.
- Правда или желание? - услышала она.
Она томно простонала что-то среднее между "Пошел к черту" и "Поцелуй меня". Басс удовлетворенно прижался к ее приоткрытым, искусанным в бесполезных попытках не кричать, губам.
- Так что ты выбираешь? - снова спросил он, обнимая ее расслабленное тело.
Блэр выгнулась в его руках, прижимаясь теснее. Она обессилено поцеловала его, чувствуя на его губах терпкий вкус своего желания и понимая, что не скоро сможет избавиться от этих воспоминаний.
В своей розовой спаленке.
Под девичьим одеяльцем.
- Правда, - наобум ответила она, все еще не в состоянии открыть глаза.
- Я тебе нравлюсь?
- Да. Подожди, - распахнула она глаза. - Что ты спросил?
- Неважно, - спокойно ответил Чак, отодвигаясь от нее. - Твой ход. Я выбираю правду. Что ты хочешь знать?
Она поднялась на локтях и несколько секунд смотрела на него.
Потом вспомнила, что все еще лежит перед Бассом с широко разведенными ногами. Она нехотя села, сняла со спинки дивана свои трусики и натянула их.
- Тебе понравилось? - спросила она.
Чак рассмеялся.
- Правда, Басс, - напомнила Блэр и поползла к нему ближе, - только правда, и ничего кроме правды.
Он словно со стороны наблюдал, как она прижалась к нему. Одна ее рука легла на его грудь, потом упала чуть ниже.
- Да, - кивнул он. - Ты вкусная.
Блэр опустила голову, спрятав от него лицо. Ее ладонь опустилась еще ниже.
- Нет, - он не позволил ей коснуться пояса своих брюк. - Не надо.
- Но ты... Я догадываюсь, каково тебе...
- Лучше не надо, - повторил он, поднимая ее руку и возвращая ее на свое плечо.
- Правда, - без напоминаний выбрала она.
- Тебе делали такое раньше?
- Нет.
Чак ухмыльнулся.
- Твой выбор?
- Действие.
До того, как он успел среагировать, Блэр лианой соскользнула на пол и встала перед ним на колени.
- Блэр, что ты делаешь?
- Заткнись, Басс, - приказала она, отпихивая его руки и накрывая ладошкой выпуклость на темных штанах. - Я и так могу передумать в любой момент.
- Блэр...
- Я хочу, - перебила она, утыкаясь лицом в заломы ткани внизу его живота, - чтобы, если я буду что-то делать не так, - она расстегнула короткую молнию, и у Чака перехватило дыхание, - ты сказал мне.
- Я...
- Это мое желание, - упрямо повторила она, осторожно освобождая его член из плена брюк. - Берешь вето? - ее ладонь неуверенно обняла его горячее напряжение.
Чак хрипло простонал и запрокинул голову, уткнувшись макушкой в спинку дивана.
- Нет. Я выполню.
Блэр несколько раз провела рукой вверх-вниз.
- Ты делала это раньше? - спросил Чак, накрывая ее руку своей и плотнее сжимая кольцо ее пальцев вокруг себя.
- Нет, - она с интересом и каким-то почти испугом смотрела, с какой силой он водит по длине своего члена.
- Бедный Нейт.
- Заткнись. Тебе не больно?
- Нет. Мы не такие чувствительные, как вы.
- Я знаю. У меня есть атлас по анатомии, - больше машинально, чем из реального желания уколоть, съязвила Блэр.
Она подняла вторую руку и потрогала кончиками пальцев тонкую блестящую кожицу. Чак сжал зубы.
- Нравится? - спросила она, продолжая легко и невесомо поглаживать его второй рукой.
- Да, - выдохнул он. - Очень.
Блэр продолжила. Она больше изучала и оценивала свою реакцию на короткие подрагивания его члена в руке, чем старалась доставить удовольствие.
Скоро Чак убрал свою руку, доверившись ее ставшим уверенными движениям. Блэр чуть приоткрыла ладонь, рассматривая в полутьме кабинета темно-розовую кожу и напрягшиеся венки.
- Чак?
- М?
- Никому и никогда? Ни одного намека?
- Никому и никогда, - подтвердил он. - Ни намека.
Блэр наклонилась и коснулась кончиком языка тугой налившейся головки. Чак взвыл и оттолкнул ее голову.
- Черт, Блэр. Предупреждать надо.
- Но я... Прости.
- Нет, - быстро пришел в себя он. - Ты прости. Просто... Блэр, мне сейчас надо совсем немного. Очень немного, понимаешь?
- И?
- И я не хотел бы... сделать тебе... неприятно.
- Знаешь, - задумчиво протянула она, снова беря его в руки, - я вообще-то не так наивна. Я понимаю, о чем ты.
- Тогда не играй со мной так, - Чак внимательно смотрел на нее.
- Мне просто было интересно, какой ты на вкус.
- И? - не удержался он.
- Я не поняла, - улыбнулась она, поднимая на него глаза и медленно опуская голову снова.
В этот раз он не оттолкнул ее.
Она снова чуть коснулась языком его кожи. Потом медленно провела по кругу. Потом обняла его губами, продолжая облизывать.
Чак взял ее за плечи и резко подтянул к себе на диван, обнимая одной рукой. Он прижался губами к ее губам. Краем глаза Блэр заметила, как он достал из кармашка пиджака сложенный фиолетовый платок. Продолжая целовать его и поглаживать рукой его шею, она почувствовала, как он напрягся всем телом, как забилась жилка пульса под ее подушечками ее пальцев.
Чак хрипло зарычал в ее поцелуй и затих. Блэр продолжила коротко тыкаться губами в его расслабленные губы.
Он открыл глаза и встал.
- Я думаю, стоит прерваться, - заметил он, отходя к урне у стола и выбрасывая в нее фиолетовый комочек.
Он на ходу поправил одежду и достал телефон. Блэр тоже начала одеваться. Застегивая блузку, она подумала, что рядом с полностью одетым Бассом, деловито нажимающим кнопки под дисплеем, она выглядит сейчас как секретарша после "планерки" с директором. Выдергивая из дивана смятую юбку, она подумала, что это место и правда может стать стильным - с ума оно точно сводит.
- Да. Да, хорошо. Замечательно.
Она подняла на него глаза, поправляя белые заломы блузки и вслепую завязывая галстук.
- У нас минут 10, - сказал Басс, не скрывая, что рассматривает ее коленки. - Мастер уже здесь.
- Вовремя, - ухмыльнулась она.
- Да уж, - он наблюдал, как она натягивает колготки, думая, что как же хорошо, что она не в чулках. А то они бы уже, плюнув на все, пошли на второй круг.
Блэр надела туфли и встала перед ним.
Они молча смотрели друг на друга.
- Никогда...
- ...и никому.
За дверью раздались голоса.
- И, Чак...
- Да?
- Я выиграла.
- Ничего подобного. Вообще-то выиграл я.
- Ха!
- Ты дала задание, а потом его отменила...
- Ничего подобного. Я велела помочь мне. О способе я не сказала ни слова.
- О, да, волшебная отговорка.
- Это не отговорка!
Дверь со скрежетом открылась.
В кабинет влетел управляющий, рассыпаясь в извинениях и объяснениях. Двое заверили его, что все в порядке, за исключением того, что бар теперь стоит пополнить. После 10 минут бессмысленных уточнений и пояснений, Чак проводил Блэр к выходу.
- Давай так, - шепнул он. - Я готов продолжить.
- Мы же договорились, что все, что здесь произойдет...
- ...здесь же и останется, - кивнул он, поднимая руку и останавливая такси. - Поэтому продолжим в этом же кабинете, на этом же диване. В любое удобное для тебя время, - он открыл ей дверцу авто. - Пока один-один.
Она посмотрела на него и победно улыбнулась.
- Я не проиграю, Басс.
- Я тоже не проиграю, Уолдорф.


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©
 
MiniminaДата: Среда, 14.09.2011, 00:01 | Сообщение # 9
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
Название: Воспоминания
Автор: Minimina
Бета: это мой бред, и нести его мне
Пейринг: Chair
Рейтинг: PG
Размер: попытаюсь уложиться в любимое мини
Жанр: флафф smile
Каноничность: ООС есть, но мне нравится думать, что небольшой smile
Таймлайн: 01х06

Блэр проснулась от того, что ей было некомфортно. Очень. Причем везде.
Она сонно простонала в подушку, показавшуюся ей спросонья не атласной, а хлопковой, и попыталась понять, где же именно в ее теле гнездится это противное чувство. Через пару минут размышлений в тяжело шевелящихся ватных мозгах, все, что она выяснила - она лежит на боку.
Блэр перевернулась на спину и взвыла в голос, услышав одновременно с этим противный скрежет металла где-то рядом с собой. В ее голове застучал набат и заревела пожарная сирена. Глаза упрямо не открывались, словно залитые клеем. Открытый воздуху живот тут же среагировал шевелением клубка чего-то очень неприятного. Причем шевелением в сторону горла.
Осознав наконец-то что ей срочно нужно в ванную, Блэр попыталась встать, но запуталась в ногах и простыни и просто рухнула к подножию кровати, машинально произнеся слова, которые хорошая девочка типа нее просто не должна была знать. От резкого удара приступ тошноты лишь усилился. Зажав рот ладонью, Блэр кое-как вскарабкалась как на ходули на упрямо подгибающиеся ноги и сделала пару неуверенных шагов к ванной.
Потом остановилась.
Ванной не было.
Вместо знакомой двери перед ней была комната со светлым диваном, стеклянным столиком и двумя пустыми бутылками из под виски на нем.
Блэр огляделась и, как ей показалось, бегом, ринулась в сторону приоткрытой светлой сворки слева от себя. Бег правда получался немного странным, приходилось все время опираться то плечом о стену, то рукой о комод, то коленкой о шкаф.
Обнимая двумя руками белый унитаз, Блэр попыталась вспомнить, кто она.
Удачно.
Потом она попыталась вспомнить, как она здесь оказалась.
Неудачно.
Кое как с закрытыми глазами прополоскав рот холодной водой, она, осторожно ступая босыми ногами по серому ковролину, вернулась в комнату. То что она увидела, заставило ее снова ошарашено остановиться.
Пожарная сирена в голове сменилась установкой по забиванию свай в и так болящие виски. Набат не стихал.
Мыслей по прежнему не было.
- Оооой, - пискнула Блэр, разглядывая мужской затылок на серой подушке.
- Милая, - простонал он в ответ, - ты слишком шумная. Давай потише.
Блэр узнала голос.
Ей мучительно захотелось прямо сейчас встать на четвереньки, переползти по максимально короткой траектории через постель к окну, открыть его и выброситься с 18 этажа.
- Чак Басс! - громко сказала она, опять услышав рядом с собой какой-то скрежет.
Она откашлялась. Сглотнула. Откашлялась снова.
Во второй раз его имя прозвучало хоть и хриплым, но хотя бы почти человеческим голосом.
- Чак Басс! Какого черта я делаю в твоем номере?
Парень перед ней перевернулся на спину, как и она пару минут назад, громко застонав от движения. Он прижал руку ко лбу. Потом провел ладонями по лицу. Потом, с не меньшим, чем она, трудом открыл глаза и тяжело уронил голову на подушку, повернувшись к источнику шума.
- О! Уолдорф! - удивился он. - Какого черта ты делаешь в моем номере?
Его взгляд медленно сполз с ее лица к плечам. Потом ниже. С трудом заставляя себя думать, Блэр тоже опустила глаза и громко вскрикнула.
Она стояла перед Чаком Бассом абсолютно голая.
Она сорвала с кровати серую простынь и прижала к обнаженной груди, пытаясь одновременно придерживать один ее угол, закутаться другим, не краснеть и удержать так и норовящее покинуть ее равновесие.
Чак приподнялся на локтях, наблюдая за ее суетливыми телодвижениями. Кое-как прикрывшись, Блэр снова подняла на него глаза и открыла рот, чтобы высказать этому самовлюбленному ублюдку все, что думает, и снова замерла, открыв рот.
Теперь уже он проследил за ее взглядом и медленно опустил глаза на съехавшую от ее движения простынь.
- Ух ты, - удивился он, рассматривая свою голую грудь.
Он медленно приподнял угол натянувшейся на нем серой ткани и посмотрел вниз. Потом снова перевел взгляд на стоящую Блэр. По выражению его лица, она прекрасно поняла, что он тоже не обнаружил на себе ни клочка одежды.
Ватная пелена с сознания упала совершенно некстати.
Блэр совершенно четко осознала, что только что проснулась без трусов под одной простынью с голым Чаком Бассом.
Снова зажав рот рукой, она по знакомой траектории метнулась в ванную.

Она вышла из ванной, старательно прижимая к себе казавшуюся ей паутинкой ткань. Басс сидел на кровати, натягивая штаны.
Блэр, пошатываясь, остановилась перед ним.
- Что здесь вчера произошло? - спросила она.
Чак поднял на нее взгляд и задумался. Через пару минут тяжелых размышлений он отчаялся и встал.
- Ты сама что-нибудь помнишь? - спросил он, рассеянно рассматривая у угла кровати свернувшиеся в трубочку ажурные колготки, стащенные с тела вместе с трусиками.
Блэр сняла с лампы на тумбочке свое платье и снова ушла в ванную.
- Так, - вернулась она. - Я помню маскарад.
- Его я тоже помню, - кивнул Чак, откладывая телефон.

- Все, что я хотела, это чтобы могли начать все сначала, - горько сказала Блэр, стоя у открытой дверцы авто, - Но ты даже не попытался.
Нейт виновато опустил глаза.
Подскочивший водитель услужливо захлопнул за королевой дверцу.
Босой Дьявол и отвергнутый Призрак Оперы медленно побрели по улице.

- Чак, привет.
- Уолдорф? Нейт уже не со мной.
- Мне нужен не он. Мне нужен совет.
- Слушаю.
- В каком баре города я смогу напиться вдрабадан, не рискуя быть изнасилованной?
Чак задумался.
- Ты планируешь пить с Сиреной?
- Нет. Она уехала с Дэном, и я не хочу ей звонить. Так каково твое экспертное мнение?
- Напиться дома.
- Не могу. Дорота.
- Хм...
- Ладно, забудь, - сказала она, явно собираясь положить трубку. - И Чак! Ты ведь понимаешь, что об этом разговоре никто никогда не должен узнать?
- Приезжай ко мне. Я уже в номере.
- Чтобы пить с тобой наравне, нужно тренироваться годами.
- Кто говорит о равенстве? Решай, Уолдорф. У меня есть виски и свободный вечер. Потом я гарантированно посажу тебя на такси. Ну или вызову Артура, в зависимости от того, до какой степени транспортабельности ты хочешь дойти.
- До нулевой.
- Значит, Артур.
Блэр замолчала.
- Это единственный вариант? - уточнила, наконец, она.
- Если не хочешь проснуться, обнимая барный стул - да.
- Я подумаю, - она положила трубку.

Чак равнодушно рассматривал картинки на дисплее ноутбука, когда в дверь постучали.
- Я хочу, чтобы ты пообещал, что не прикоснешься ко мне, - с порога заявила Блэр Уолдорф с бутылкой шампанского в руке.
Чак молча открыл перед ней дверь, отходя в сторону и пропуская ее. Он с сомнением повертел в руках холодное зеленое стекло.
- Этого тебе не хватит, - заметил он. - Придется мешать с чем-то крепче, и завтра ты не проснешься.
- Что предлагаешь? - спросила она, садясь на диван.
Он молча достал из бара чистый низкий стакан и поставил его рядом со своим.
- Я не пью виски.
- Не пьешь или не пробовала?
Он бросил в ее стакан кубик льда, налил щедрую порцию и сел рядом с ней. Они молча чокнулись.
- Гадость, - поморщилась Блэр.
- Зато результативно. - Чак повернулся к ней, с гримаской отвращения сделавшей еще глоток. - Могу добавить газировки, она смягчит вкус.
Блэр одним движением влила в себя остатки напитка, откинулась на мягкую спинку и запрокинула голову.
- К черту. Налей еще.
- Алкоголичка.
- Наркоман.
- Ханжа.
- Подлец.
- Трусиха.
Она, не поднимаясь, повернула голову.
- Мы всерьез?
- Неа, - он обновил свою порцию и сел в углу дивана.
- То есть не обижаемся? - подняла она в тосте тяжелый стакан.
Чак потянулся, звон соприкоснувшихся стеклянных стенок утонул в сером ковролине.
- Тогда скотина.
- Дрянь.
- Извращенец.
- Недоказуемо, ну да ладно. Змея.
- Гад.
- Шлюха.
- Не бывает шлюх-девственниц.
- Тогда стерва.
- Ублюдок.
- Манипуляторша.
- Подлец.
- Было.
- Кобель...


Нервно одергивая платье, наспех натянутое на голове тело, Блэр упала диван с подозрительно сдвинутыми светлыми подушками, прижала руки к вискам и снова застонала.
- Сходи в душ, - посоветовал Чак, протягивая ей большой стакан чего-то похожего на газированный томатный сок, - на зеркале зубная щетка, она новая, пользуйся. Артур уже в аптеке, скупает таблетки от похмелья.
Блэр с сомнением посмотрела на прозрачные стенки с редкими пузырьками воздуха, думая, сможет ли она за раз столько выпить, но едва ее языка коснулась прохладная влажность с терпкими нотками каких-то специй, она поняла, до какой же степени ей это сейчас необходимо. Влив в себя странноватую на вкус жидкость за несколько секунд, она настойчиво протянула Чаку пустой стакан.
- Еще.
Он молча облокотился на стойку, чего-то дожидаясь. Блэр нахмурилась и посмотрела на него, потом опустила глаза, прислушиваясь к ощущениям. В животе опять что-то заворочалось и заурчало.
Через пару секунд, девушка вскочила и снова побежала в ванную, машинально отмечая, что в этот раз уже не сшибает все встречающиеся по пути углы.
- Не забудь про душ! - крикнул ей вслед Чак. - А то не доживешь до приезда Артура.
Вздрогнув от хлопка двери, он снова задумался.

Шатаясь, он поднялся, неосторожно задев коленом столик. Пустая бутылка с грохотом опрокинулась на плоский бок.
- Не пониаю, - пролепетала Блэр, прижимая в щеке пустой стакан с новым кубиком льда. - Ведь все жеж... все!
Чак вернулся с новой бутылкой, стоя открыл ее, наклонился, чтобы налить в бокал девушки новую порцию, потерял равновесие и рухнул на диван рядом с нею.
- Все так! - уверенно подтвердил он, наливая себе.
- Ты даже не поимаешь, о ём я! - возмутилась она, снова чокаясь с ним.
- Ты тоже.
- Я понима, - попыталась решительно возмутиться она, но нечаянно икнула, испортив все впечатление. - Я говорю об... ик... экс... се... эксе.
- Об эксе? - уточнил Чак. - В смысле о Нейте?
- О. Б. - проговаривая каждую букву, повторила Блэр. - С. Екс. С. Е.
Как-то незаметно для себя и него она сползла с дивана и сейчас висела в полуподвешенном состоянии, едва касаясь квадратного сидения ягодицами.
- Упс, - понял он ее фразу. - Да ты уже готова, Уолдорф, - он посмотрел на нее сверху вниз.
- Ничио подобно - О. Ничео! Подобно-Го, - замотала она головой. - Вот скаи мне, - повернулась она к нему, морщась от того, что ей явно неудобно, но с трудом понимая, что надо изменить, чтобы стало по другому, - что в ём саое хоошее? Самое!
Чак наклонился, взял ее за плечи и потянул вверх. Блэр задела туфлей ножку стула и громко чертыхнулась. Путаясь в ее безвольно болтающихся руках и не обращая внимания на то ли возмущенный то ли подбадривающий лепет, он словно поролоновый манекен для тест-драйвов втащил ее на диван. Блэр замерла, просто глядя на поверхность столика и явно пытаясь осознать свое положение в пространстве. Потом медленно повернула голову, и таким же изучающим взглядом несколько секунд рассматривала Чака. Потом подняла руку и щелкнула пальцами.
- Что самое?
Он снова отпил из своего бокала, наслаждаясь кажущимся уже не таким горьким напитком.
- Наверное, чувство единения, - задумчиво протянул он. - Принадлежности.
Блэр потрясла головой.
- Я не поимаю.
Он поставил свой стакан на стол, развернулся и просто толкнул девушку. Она фыркнув, упала в упругость квадратных сидений, начав было по пути сопротивляться, но, едва увидев потолок над собой, заинтересовалась им.
- Он вежевый, - протянула она, забыв, что друг ее парня только что уложил ее на спину.
Чак руками широко развел ее колени в стороны и лег, вжимая девушку в диван всем своим весом.
- Уррр, - она засмеялась, пытаясь выпростать из-под его груди руки, но забывая на пол-пути, что хотела сделать.
Чак плотно оперся на локти. Он немного поерзал на Блэр, пытаясь прижаться еще плотнее. Потом опустил руку и провел по инстинктивно приподнятому бедру в тонких колготках. Блэр довольно заурчала, когда он с силой притянул его к своей талии, заставив девушку приподнять попку, раскрываясь перед ним еще шире. Она тоже заерзала, чувствуя тяжесть его тела, но не пытаясь от нее избавится, а наоборот, заставляя его вжать себя в диван еще сильнее. И еще сильнее. Она скрестила лодыжки за его спиной, поглаживая ладонями грудь в мягкой полосатой рубашке. Закрыла глаза, чувствуя его дыхание на своем виске. Чак чуть качнулся, надавив на ее живот силой своего пресса.
Блэр распахнула глаза. Видимо, почувствовав это, Чак немного приподнялся и посмотрел в ее лицо.
- Теперь понимаешь? - хрипло спросил он.
Она молча слушала, как их сердца бьются, задевая друг друга, как их легкие в унисон впускают в себя потоки воздуха, готовые в любой момент поделиться с соседом, каждая клеточка ее тела жила сейчас только потому, что жил этот человек, крепко обнимающий ее за плечи. Его дыхание щекотало ее приоткрытые губы. Их лица разделяли сантиметры.
- Тепей... кажется...
Она в очередной раз за сегодня забыла мысль, которую хотела сказать.
Блэр сама не заметила, как ее руки оказались на его шее, но теребить мягкие короткие волоски у ее основания было очень приятно.
- Оиночество уходит, - сказала она, наконец, поглаживая кончиками пальцев его щеку.
Чак продолжал неподвижно лежать на ней, не пытаясь ни наклониться к ее губам, ни отстраниться от ее прикосновений.
- Да, - шепнул он. - Одиночество страшно боится секса.
Блэр улыбнулась.


Раздался тихий стук в дверь.
Чуть пошатываясь, Чак добрел до нее и посмотрел в глазок.
- Доброе утро, Артур, - сказал он, стараясь не дышать в сторону водителя.
- И вам, мистер Чак, - тот как всегда сделал вид, что все в порядке. - Вам нужно еще что-то?
Чак непроизвольно икнул, попытавшись сделать вид, что просто прочищает горло. Мужчина не среагировал и на это, продолжая стоять на пороге номера.
- Хм. Наверное, кхм-кхм, нет. Да. В смысле, нет, - уточнил Чак. - Можешь взять сегодня выходной.
- Как скажете, - склонил тот голову и, развернувшись, пошел в сторону лифтов.
- Артур, - окликнул его Чак. Тот обернулся. - Эмм.. мой отец...
- Ничего не узнает, - понимающе улыбнулся Артур и, еще раз кивнув, ушел.
В глубине номера хлопнула дверь ванной.
Не обратив на это внимания, Чак прошел к стойке и начал готовить спасающий его в таких ситуациях коктейль. Запустив блендер, он достал высокий стакан, налил в него минеральной воды и нашел в пакете с логотипом аптеки упаковку таблеток.
- Кто это был? - простонала Блэр, кутаясь в непонятно откуда взявшийся пушистый гостиничный халат.
- Твой спаситель, - Чак бросил в воду пару зашипевших таблеток, потом посмотрел на все еще зеленоватую Блэр и добавил еще одну.
Она с сомнением смотрела на его манипуляции.
- Не переживай, - он придвинул стакан к краю стойки. - Это не погонит тебя в мою ванную снова.
Блэр подошла к раздражающе жужжащему блендеру на стойке. Попыталась вскарабкаться на барный стул, попыталась снова, отчаялась и просто прислонилась к его высокой спинке.
- Я помню, как ты раздевался, - сказала она, делая первый осторожный глоток и замирая, то ли напрягая в этот момент память, то ли прислушиваясь к ощущениям.

Чак поднялся, разжимая объятия.
- Вот примерно это, - сказал он, садясь на диван в ногах все еще лежащей Блэр.
Она закинула руки за голову и потянулась. Он молча встал и, расстегивая на ходу рубашку, пошел к кровати.
- Что ты деаешь?
- Собираюсь надеть пижаму, - пояснил он, неуверенной походкой приближаясь к тумбочке, - и вызвать тебе машину.
- Ууу, - разочаровано протянула Блэр, запрокидывая голову и смотря на него снизу вверх. - Авай допьем.
- Тогда мне придется вызывать еще и двух грузчиков, чтобы погрузить тебя в авто.
Все так же держа вытянутые руки на подлокотнике, Блэр попыталась перевернуться на живот, чтобы посмотреть на уже полураздетого Чака прямо, но не рассчитала ширину дивана и с удивленным вскриком упала на пол.
Он обернулся и пару секунд смотрел, как она пытается подняться, путаясь в незакрепленных диванных сидениях, острых углах столика и собственных конечностях, потом бросил на кровать верх от пижамы и подошел к барахтающейся брюнетке.
- Уолдорф, - проворчал он, выуживая из-под стола сначала ее руки, потом за пояс платья приподнимая один бок, потом осторожно разворачивая вертикально плечи и голову, - ты напилась как сапожник.
- Неа! - вцепилась она скользящими ладонями в высокую спинку и начала подтягиваться. - Её не сё!
- Все!
- Мммуув, - надула она губы, наконец-то располагая плечи, попу и спину в правильной последовательности. - Слабак.
- Так, - Чак упал на диван рядом с ней. Она сразу же повернулась к нему, подгибая под себя ноги. - Чего ты хочешь?
Она в упор смотрела на него несколько секунд. В пьяных озерах ее глаз Чак неожиданно для себя увидел вполне трезвую решимость.
- Умереть, - четко произнесла Блэр.
От напряжения остатков сил для такого неодолимого для нее сейчас препятствия, как концентрация на вопросе и подбор слов для ответа, ее снова закачало. Чак быстро поймал накренившееся тело, прижав к своему голому плечу.
- Тогда, - вздохнул он, - продолжаем. Умирать, так умирать.
Он налил им обоим по новой порции. Блэр положила голову на его колени.
- А поему ты наддеваешь пиаму?
- Хочешь, чтобы я надел стринги? Извини, они в стирке.
- Я умала, ты пишь голым.
- Нет, - ответил он, отпивая из своего бокала.
Блэр, как умирающий больной, с трудом приподнялась на локте и сделала глоток из своего.
- И я ет, - она попыталась посмотреть на него, но с некоторым удивлением обнаружила, что ее шея не поворачивается на 180 градусов.
Упрямо следуя своему желанию, она начала поворачиваться еще и плечами, снова опасно наклонившись над краем дивана. Чак снова поймал ее, возвращая на свои колени.
Блэр нахмурилась, вспоминая, что собиралась сделать. Видимо, отчаявшись что-то найти в своей голове, она снова потянулась и отпила из низкого стакана. Тот после этого опять оказался пустым.
- Упс, - удивленно повертела она его в ладони.
- Уверена, что хочешь продолжить? - Чак налил ей новую порцию.
- Да.
- Уолдорф, ты не умрешь сегодня. А вот насчет завтра я уже минут 20 как не уверен.
- Пивать! - она снова сделала пару внушительных глотков.


Блэр допила воду и шумно выдохнула. Чак налил себе густую жижу из неясных компонентов.
- Предложу тебе минут через двадцать, - сказал он, кивая на свой стакан, - когда мы сможем хоть с какой-то долей вероятности понять, выдержит ли это твой желудок.
Блэр крепко взялась за край стойки, подтянулась на руках и села-таки на стул. Поставив локти на бликующую поверхность, она спрятала лицо в ладони.
Чак осторожно подбирал слова, чтобы задать тот самый вопрос, что волновал сейчас их обоих.
- Ты... у тебя что-то болит? - осторожно спросил он.
- У меня все болит, - в собственные руки ответила она.
- Ну... простыни чистые...
- Это могло случиться где угодно.
- Не думаю, что в том состоянии мы могли сделать что-то подобное стоя, - заметил он, допивая коктейль и морщась от довольно противного послевкусия.
Блэр сложила руки как школьница и отвернулась от Чака, спрятав лицо за влажными волосами.
Они молчали, старательно, как археологи, копаясь каждый в обрывках своих воспоминаний.
- Нет, - сказал, наконец, Чак, - если что и было, это было на кровати.

- Так, - Чак встал и вылил в свой бокал остатки виски из второй бутылки.
Блэр сонно что-то замычала, утыкаясь лицом в подушку на диване.
- Именно так, У.. о.. дорф. Подъем!
Мычание стало возмущенным.
- Кси! - заявила она, приподнимая на секунду голову и сразу же обессилено растягиваясь на диване снова.
- Как-кое такси, - шатаясь, уточнил он, глядя на нее сверху вниз. - Чтобы стащить тебя вниз мне помимо Артура пидется посить еще и коо-то из обслуги.
- И акая уж я и яёлая!
- Нет, - согласился он, обходя ее и примериваясь с какой стороны лучше подцепить этот ценный груз для переправки на кровать. - Но нести тебя на плече уже порции четыэ как нельзя, т-только руки-ноги. А для этого нужны двое. Так что подъём.
Он отодвинул столик, сел рядом с лежащей пластом Блэр и с некоторым трудом заставил ее обхватить себя за голые плечи. Она слабо цеплялась, то ли не желая покидать насиженное местечко, то ли просто не понимая, что он от нее хочет. Наконец, Чак выпрямился, таща на себе девушку, как ватную куклу. Она что-то лепетала в изгиб его шеи, периодически дергала конечностями с неясными, в том числе и ей самой, целями и старательно пыталась понять, какой частью туфли ей нужно упереться в пол, чтобы ступня перестала так выворачиваться.
Они подошли к кровати.
- Занимай сторону ближе к ванной, - сказал Чак, останавливаясь.
Он осторожно поставил шатающуюся девушку, придерживая ее за талию. Она непонимающе крутила головой, удивляясь неожиданной смене обстановки. Не отпуская ее ни на миг, Чак откинул одеяло. Видимо, шорох ткани включил какие-то ассоциативные ряды в голове Блэр. Она уперла кулаки в бока, дождалась, пока Чак выпрямится перед ней, сфокусировала на нем разбегающиеся глаза и решительно заявила.
- Я ни ягу сссс ой в постель.
- Я и не предлагал, - он примиряюще поднял верх раскрытые ладони.
Оставшись без поддержки его рук, Блэр удивленно моргнула, потом как была, с сурово сведенными бровями и вжатыми в талию кулаками упала спиной на кровать. Край разобранной постели оказался как раз под ее согнутыми коленями.
- О, - снова удивилась она смене ландшафта. - ПотоОк.
- Да, Уодорф, - Чак наклонился к ее ступням, потом на четвереньках, неуверенно и неустойчиво переставляя руки и ноги, подполз к изголовью кровати, - потоОк. Он здесь везде, - взяв девушку под плечи, он волоком стал подтаскивать ее к подушкам. - И там, де буду пать я, он тоже есть.
- Аем ты уановил кутяшшийся потоОк? - спросила она на пол пути.
Чак бросил ее тело на мягкий ворох подушек и посмотрел в ее лицо сверху вниз. Она перевела на него счастливый безмятежный взгляд, потом снова с интересом посмотрела куда-то за его ухо.
Чак вытянулся рядом с ней, тоже глядя в потолок.
- Эо ни он. Это ковать.
- ПотоОк.
- Кровать кутится.
- ПотоОк.
Она закрыла глаза.


Блэр снова вздохнула.
- Это ты перенес меня на кровать?
- Угу. Планировалось, что потом я уйду на диван. Я смутно помню, почему не получилось.
Она оба снова напрягли память.
У обоих она напоминала густой лондонский туман с тусклыми вспышками фонарей-воспоминаний.
- Кажется, я сама раздевалась, - осторожно проговорила она.
- Не помню.
- Я тоже смутно.

Двое лежали на кровати, раскинувшись как пряничные человечки. Потом девушка тихо застонала и затеребила ногами, явно пытаясь что-то с них стряхнуть. Парень повернул голову и несколько минут наблюдал за ее движениями.
Потом он понял, что она пытается сделать.
- Ои на полу, - сказал он, снова закрывая глаза и прикидывая, сможет ли заснуть рядом с такой беспокойной соседкой. - Я сня их с тебя.
- Ум?
- Аа, - угукнул он. - Пать в туфлях - усасно.
Блэр задумалась, недовольно надувая губы. Чак довольно вздохнул. Кажется, сползать с кровати и на остатках сил добираться до такого далекого сейчас дивана все-таки не придется.
- Но ме ё авно ни навиться, - раздалось рядом. Парень беззвучно чертыхнулся. - Ам тесно.
- Де там?
Она приподняла одну ногу и пошевелила пальчиками, стянутыми ажуром колготок. Уронив эту ногу, она подняла вторую и с сомнением посмотрела на нее, потом подняла руку, явно прикидывая, что из этого ей сейчас понадобиться. Сделав выбор в пользу рук, Блэр задрала подол платья и попыталась зацепить то негнущимися, то совершенно ватными пальцами край колготок. Когда это получилось, она заерзала на кровати, заставляя лежащего рядом Чака в очередной раз недовольно поморщиться.
Он попытался отодвинуться от ее острых локтей, которыми она то и дело его задевала, но понял, что и так лежит на самом краю. Он повернул голову и с трудом приподнял тяжелые веки, решив, что будет уворачиваться от каждого конкретного удара, но Блэр уже вовсю пыталась вжать капризно разъезжающиеся ступни в упругость матраца и приподнимала бедра, стаскивая с себя колготки вместе со случайно зацепившимися трусиками.
Она снова засеменила голыми ногами, спихивая с кровати скатавшийся комочек ажурной ткани.
Чак закрыл глаза, слушая сквозь шум в голове, как она опять укладывается спине, раскидывая руки и ноги. Через минуту Блэр снова захныкала, как капризный ребенок.
Он повернул чугунную голову. Она ворочалась, пытаясь достать что-то на своей спине. Через несколько минут он понял, что ей неудобно лежать в плену своего довольно узкого платья. Он протянул руку и неожиданно легко расстегнул короткую молнию в боком шве.
- Лучше?
Она замерла, прислушиваясь к ощущениям.
- Урр, - недовольно заворчала она и с некоторыми трудностями нашла край подола.
Сжав его двумя руками, Блэр задумалась.
- Вверх, - подсказал Чак.
Она натянула ткань, подняв руки к потолку. Разжала кулаки. Снова нашла смявшуюся кромку. Дернула еще раз. Платье не снималось.
- В другой верх.
Он снова закрыл глаза, чувствуя, как каждая часть его тела кружится вокруг другой, как на карусели.
Слева от него снова раздалось капризное пыхтение. Потратив несколько минут на то, чтобы уговорить глаза еще раз открыться, Чак уронил голову на подушку, прижавшись к ней щекой.
Блэр, оставив платье лежать на кровати, выползала из него через низ.
В полумраке комнаты он мог видеть ее суетливо взлетающие коленки, извивающиеся бедра, постепенно появляющийся животик.
- Ага! – победно воскликнула она, когда почувствовала, как узкое кольцо полочек отпустило-таки ее грудь.
Блэр с еще большим остервенением начала сдвигаться.
Она была уже на финишной прямой, когда кровать совершенно неожиданно кончилась.
Чак вздохнул, слушая сначала глухой удар, потом пару фраз, которыми Блэр вполне можно будет при случае попытаться шантажировать, потом расстроенное хныкание.
- Уолдорф, - сказал он, с трудом переворачиваясь и отползая к стороне постели, за которой раздавалось по-детски обиженное шмыгание носом, - для напившейся малолетки, - он перегнулся через мягкий валик матраца и в очередной раз за сегодня взял девушку за голые плечи, - ты на редкость активна. Я бы даже сказал, слишком. Просто утомляюще слишком.
Он попытался подтянуть ее, но она капризно надула губы и попыталась зацепиться за одеяло сама. Сползла. Попыталась снова. Сползла вместе с одеялом.
Чак молча смотрел на покорение Эвереста в миниатюре, думая, что «упрямой ослицей» он Блэр как раз и не назвал. А стоило бы.
С третьей попытки девушка смогла-таки вскарабкаться на постель.
- Йуху! – сказала она, на четвереньках подползая к подушкам.
- Завтра у тебя будет чугунная голова, - Чак вытащил из-под ее приближающихся ладоней распластанное на постели платье и не глядя отбросил в сторону.
Блэр упала лицом в подушки.
- Я уэ, - промычала она, - причем ся!
Чак вернулся на свою подушку. Блэр рядом повернула голову и сейчас тихо сопела, закрыв глаза. Сам толком не понимая, зачем он это делает, парень потянулся и расстегнул застежку ее бюстгальтера. Блэр блаженно застонала, делая глубокий вдох полной грудью.
Он расслабленно вытянулся на постели рядом с ней, рассматривая крутящиеся вокруг кровати стены. Закрыл глаза. Попытался провалиться в сон.
Потом он понял, что мешает ему спокойно заснуть.
Придя домой, он не ждал продолжения вечера и просто натянул первые попавшиеся штаны и рубашку. Как часто бывает, попались не самые удобные вещи, и сейчас ему было банально жарко в зауженных брюках из плотного хлопка.
Он положил руки на застежку, замер, задумался. Посмотрел на изгиб голой девичьей задницы рядом с собой и плюнул на приличия. Расстегнул пуговицу, молнию, уже стягивая брюки к коленям, Чак увидел, что случайно зацепил еще и белье. Честно потратив на попытки вернуть боксеры на место несколько минут, он понял, что хлопок слился с хлопком в тесном объятии и просто так их неожиданную любовь не разрушить.
Чак снова задумался. Потом, плюнув на приличия еще раз, полностью разделся и вытянулся рядом с мирно сопящей Блэр.


Полностью одетая Блэр сидела на диване перед столиком. В этот раз перед ней стояла не выпивка, а вполне себе симпатично сервированный обед. Девушка с сомнением рассматривала еду, тщательно сканируя сознанием все свои ощущения.
- Уже можно, - сел рядом с ней Чак. – Если чувствуешь, что в животе урчит, можно. Хотя бы круассан, хотя ему уже нечего впитывать в твоем желудке.
Она вздохнула и сделала большой глоток кофе.
- Мы просто заснули, - сказала она, поворачиваясь к нему.
- Да, - согласно кивнул он, - последнее мое воспоминание – это как ты вырубаешься после пары попыток сломать мне ребра своими локтями. Если мы оба не сомнамбулы, ты все еще девственница.
- Я знаю. Чак, - она посмотрела на него, словно подбирая слова. – Если… если ты кому-то расскажешь об этой ночи, я тебя убью, - решила не заморачиваться она.
- В очередь. Если кто-то из нас расскажет об этой ночи, сначала меня убьет Нейт, - он посмотрел на нее с такой знакомой ей полу-улыбкой, - извини, но у него перед тобой всегда будет приоритет. Даже если мы оба сомнамбулы.
- Ты гадок.
- Зато исполнителен. Твоя вчерашняя цель достигнута?
- Даже слишком, - она встала, поправляя помятое платье.
- Бойся своих желаний, - усмехнулся он, - вдруг ты встретишь того, кто сможет их исполнить.
- Давай без лирики, - попросила она, подходя к двери.
- Хорошо, - быстро кивнул он, так и не вставая. – Значит никакого лимузина, лови такси.
- Гад.
- Было.
Она закатила глаза и вышла из номера.
Нажимая на кнопку лифта, Блэр молилась.
Бесконечное количество раз повторяя «Спасибо», она судорожно вспоминала все известные ей обращения к Богу, сопровождая их самыми нежными эпитетами.
- Спасибо, Господи, спасибо, - не удержавшись, прошептала она вслух, - он не помнит. Спасибо, Боженька, он не помнит, не помнит. Миленький, пожалуйста, пусть так и будет. Пожалуйста.

Беспокойно поворочавшись, Блэр открыла глаза. Ей опять было неудобно, и она опять не могла понять, где именно. Устав за сегодняшний вечер думать, она просто посмотрела на себя вниз и увидела сбившийся от ее движений бюстгальтер, все еще прижатый к постели ее телом. Она вытащила комочек из ткани и металлических чашечек из-под себя и с силой швырнула его куда-то в темноту комнаты.
- Вот тебе!
Спящий рядом человек сонно вздохнул и повернулся на бок.
- Ты опять? – просопел он, обнимая ее одной рукой и прижимая к кровати, видимо, в надежде, что это поможет ему удержать эту беспокойную брюнетку от очередного покорения глубин за пределами углов кровати.
От неожиданно теплого прикосновения Блэр тоже повернулась на бок. Задумалась о чем-то.
Потом довольно уркнув, придвинулась к нему ближе. Уткнувшись носом в его грудь, она весело фыркнула, когда короткие волоски защекотали ее нос. Потом снова заерзала, завернувшись в его руки как в одеяло. Несколько раз пихнув Чака коленкой, она заставила его закинуть на нее одну ногу и удовлетворенно мурлыкнула.
- О! - пискнула она в теплое объятие. - А так не кружится, - сказала она, поднимая на него счастливые глаза.
- Правда? – тихо выдохнул он, рассматривая ее лицо так близко от своего.
- Ага, - ответила она и довольно прикрыла глаза, напомнив ему котенка на солнце.
Потом Блэр потянулась и коснулась его губ.
От удивления Чак забыл остановить ее.
Она снова поцеловала его, и в этот раз это уже не было мимолетное прикосновение. Чак осторожно поднял руку и прижал к себе голову Блэр ближе. От нее пахло виски и чистотой, ее волосы под его пальцами были шелковыми, а мягкий изгиб груди, прижимающейся сейчас к нему, заставлял алкоголь выветриваться из крови с сумасшедшей скоростью.
Блэр целовала его все жарче.
Скоро она обняла его свободной рукой, скользнув ладошкой по голой спине. Ее губы были мягкими и упругими одновременно.
Не сдержавшись, Чак повернулся, укладывая девушку на простыни и не останавливая потока горячих поцелуев. Он то осторожно касался каждого миллиметра шелковой кожи, то жадно впивался в приоткрытый рот, то нежно ласкал ее невесомыми прикосновениями.
Пока не понял, что Блэр недовольно сопит, надув губы под его губами.
- Что не так, королева?
- Нет, - капризно отрезала она и снова повернулась на бок. – Так лучше. Так не кружится.
- Хорошо, - он снова лег рядом с ней и обнял.
Блэр сладко зевнула, сворачиваясь в его руках калачиком, словно вовсе и не целовала его секунды назад. Она тихо причмокнула, закрыла глаза, пролепетала что-то нечленораздельное.
Через несколько секунд ее дыхание стало ровным.
Чак натянул на них серую простынь и тоже закрыл глаза.


После хлопка входной двери, Чак развернулся и лег на диван, закинув ноги на подлокотник. Несколько минут он рассматривал потолок.
И молился.
Перебирая по очереди все известные ему титулы и имена, он просил, чтобы Бог стер из его памяти воспоминания.
Некоторые воспоминания.


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©

Сообщение отредактировал Minimina - Суббота, 01.10.2011, 23:33
 
MiniminaДата: Понедельник, 26.09.2011, 22:53 | Сообщение # 10
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
Название: Jeux d'enfants.
Автор: Minimina
Бета: Helen
Пейринг: Чак/Блэр
Рейтинг: NC-17 (но всего пара главок, так что пока читайте smile я скажу, когда низзя будет smile )
Размер: докатилась до миди
Жанр: драма
Таймлайн: 01х13 (опять smile ) и далее до 01х16.
Каноничность: кажется, передвинула на недельку-другую ДР Чака, но так как дата эта - вообще вопрос спорный, закрываем на это глаза smile . В остальном вроде держу себя в рамках.
ООС: вроде нет
Саммари: Станцуем танго? Танго на стекле! Станцуем на бутылочных осколках? © Angell

От автора: Когда у меня появилась эта задумка, я искренне рассчитывала уложиться в любимое мини... потом текст незаметно занял 10 листов, потом разросся до 25... wacko
Короче, к 40й странице я уже так устала от этого фанфа, что не бросила его только потому, что не привыкла бросать своих незаконченных детенышей. Поэтому перед чтением имейте в виду - фанф написан довольно бестолково и корявенько (ну нет у меня больше сил его доделывать! death ). Я вычеркнула все, что есть в каноне и многое из того, чего там нет, но что предполагается по логике повествования, пара сюжетных линий вообще просто удалена за ненадобностью, а многие ситуации не особенно толково прописаны.
От автора - 2: И кстати, да. Мне стыдно facepalm .
От автора - 3: Фильм из заглавия никакого отношения к сюжету не имеет. Но посмотреть его все равно рекомендую («Jeux d'enfants» (Игры детей) - его оригинальное название, в мировом прокате он шел как «Влюбись меня, если осмелишься»)

- Ты в порядке?
- Я буду в большем порядке, если проведу семестр во Франции.
- Семестр? Ну, я, конечно, говорила с Гарольдом о визите...
- Так я могу ехать?
- Сейчас?
- Мам, пожалуйста, попытайся.
- Блэр, я очень встревожена.
- Так закажи самолет.


1. Битва титанов.

1.1.

Блэр лежала в постели, глядя в потолок.
Сегодняшний день полностью ее вымотал, но сон все равно не шел. Завтра у нее будут круги под глазами и серые щеки.
Ей было все равно.
Завтра она летит во Францию. Коммерческим рейсом. Как все.
Она больше не королева. Она больше не обязана быть безупречной.
Блэр почти равнодушно рассматривала светлую поверхность над собой, голубые стены, наполовину собранный чемодан у шкафа, пустую тарелку на полу и открытую дверь в ванную.
В голове как заевшая запись, все кружились и кружились хлесткие как пощечины, слова.
«Я тоже не с тобой...»
«Ты БЫЛА красивой...»
«Ты похожа на арабскую кобылу...»
«Я не хочу тебя больше...»
Блэр зажала уши ладонями, но это снова не помогло.
«Я не хочу тебя больше...»
«Я не знаю, кто может тебя захотеть...»
Он разрушил ее жизнь. Испортил ее отношения со всеми. Несколько недель трепал ее нервы. Играл с тем, что ей дорого. Но этого ему было мало.
Развлечения ради он еще и потоптался по ее гордости.
Блэр снова вспомнила, как вспыхнули ее щеки в лобби-баре. Тогда она почти физически чувствовала, с какой силой он бьет по ее самолюбию.
Девушка снова поворочалась, обняла подушку и прижалась к ней щекой. Перед ее глазами, на фоне задернутых штор, белел круглый абажур лампы. Блэр закрыла глаза, надеясь, что сможет все-таки сегодня заснуть. Хоть на пару часов.
Еще через полчаса она снова легла на спину и посмотрела в потолок. В следующий раз в подобном освещении она увидит его только через полгода. Завтра вечером ее самолет. Она сбегает. Так же, как год назад сбежала Сирена. Никому ничего не сказав, не объяснив и не оставив.
Не оставив...
Эта мысль заставила девушку задуматься.
Она не оставляет после себя ничего. Просто вычеркивает себя из чужих жизней.
Несколько минут она сосредоточенно покусывала губы, потом села на кровати и взяла с тумбочки телефон.
Темный экран заставил на секунду остановиться. Блэр вдохнула, выдохнула.
С другой стороны, она уже сделала столько глупостей, что одной больше, одной меньше - какая разница.
Меню. Контакты. Телефонная книжка показалась ей перечнем фамилий на могильном камне военного захоронения. Эти люди, проекты, жертвы, места вырваны теперь из ее жизни.
Алиа, Панджаби
Алиса, Джейк
Аллеи, кафе
Анна Арчибальд
Анна, Миллер
Ари
Ариэль, салон
Поиск.
Б…
Первая строчка. Домашний, рабочий.
Белые буквы на синей ленте из квадратных пикселей.
Блэр решительно нажала на кнопку вызова.
Несколько длинных гудков.
Несколько секунд, чтобы передумать.
Короткое «Да?», как взмах клетчатого флажка на старте.
- Алло, мистер Басс? Это Блэр Уолдорф. Я очень извинюсь, что звоню вам в такое время, но поверьте мне, - Блэр сделала эффектную паузу, понимая, что от ее первой фразы зависит многое, - поверьте... это важно. Очень.
Она затаила дыхание, слушая тишину.
- Да, Блэр? - ответил Басс, и Блэр выдохнула.
- Это касается Чака. Я хотела бы поговорить с вами. Не могли бы мы встретиться? Завтра. Утром. Пожалуйста. Я бы не просила вас об этом, если бы не была уверена, что вы должны кое-что знать. Я... Это важно.
- Хорошо, Блэр. Приезжай завтра в лобби «Palace»...
- Нет!!!
- Блэр? - за волнение в его голосе она поставила себе еще один плюсик. Все по плану. Он уже почти напуган.
- Нет, пожалуйста, только не там. Может... хотите, я приеду к вам в офис, в парк, в съемную квартиру? Куда угодно. Но не в «Palace». Пожалуйста, - Блэр изо всех сил старалась изобразить дрожь в голосе.
- Хорошо, - согласился мужчина, и она снова похвалила себя за умение убеждать. - Завтра утром я жду тебя в своем офисе. Ты знаешь адрес?
- Да. Спасибо, мистер Басс. Это не займет много времени, - заверила Блэр, - Я буду у вас.
Она положила трубку и несколько секунд, пока не погас экран, рассматривала заставку. Потом, так и не отложив телефон, упала на подушки и снова посмотрела в потолок.
Сирена уехала без объяснений и борьбы, просто стерла себя, как ластиком, из жизней всех тех, кому была дорога.
Блэр так не сделает.
Королева Би кое-что после себя оставит.
Как ни странно, через две минуты после этого разговора девушка уже крепко спала.

1.2.

Дорота осторожно толкнула локтем дверь, стараясь не уронить поднос с завтраком, и удивленно замерла на пороге.
- Мисс Блэр? Вы уже встали?
- Как видишь, - через плечо бросила та, продолжая проводить широкой мягкой кисточкой по бледной скуле.
Дорота обвела взглядом комнату.
Блэр сидела перед зеркалом, полностью одетая.
Ящички трюмо были открыты, показывая, что этим утром молодой хозяйке понадобились те косметические штучки, которыми она пользовалась не часто. Привычная косметичка сиротливо валялась на полу, видимо, случайно спихнутая локтем. На столике перед зеркалом царил беспорядок: флакончики духов были небрежно сдвинуты в угол, ободки свалены в кучу.
На незаправленной кровати высилась гора из вороха белых, кремовых и розовых платьев и блуз. Сквозь приоткрытую дверь гардеробной были видны несколько пар, валяющихся на полу, балеток и босоножек.
Было видно, что хозяйка комнаты с особой тщательностью подошла сегодня к своему утреннему туалету. И что при этом она серьезно нервничала.
Дорота снова повернулась к Блэр.
- Вчера вы были так измучены, - сказала она, наблюдая, как Блер тщательно стирает с как будто искусанных губ ухаживающий бальзам и припудривает кожу, - я думала, вы проспите минимум до восьми.
- В восемь мне уже нужно быть на Ривер-сайд. Вызови такси, - Блэр встала и повернулась к Дороте.
Та продолжала удивленно смотреть на молодую хозяйку, так и не отойдя от открытой двери.
Блэр повертелась перед ней, без слов спрашивая мнения о своем виде.
Она была одета в светлое платье с широкой розовой летной под грудью. Рукава-фонарики. Нежный рисунок. Белые колготки и туфли на не самом высоком каблуке.
Волосы темными волнами прикрывали скулы, распадаясь у груди на отдельные ленточки, и выглядели так, словно их обладательница не тратила на укладку много времени. Светлый тонкий ободок добавлял Блэр откровенно-детского очарования.
Ее глаза были подведены так тонко и аккуратно, что, если бы Дорота не видела ее по утрам много раз, она бы решила, что та не красилась вообще. Едва заметный румянец на ванильно-бледной коже и вовсе делал девушку похожей на эльфа.
- Вы выглядите такой... - выдохнула Дорота.
- Какой? - нахмурившись, уточнила Блэр. - Измученной? Растерянной? Слабой?
- Невинной...
Девушка довольно вздохнула и снова повернулась к зеркалу.
- Идеально, - прошептала она, проводя руками с бесцветным маникюром по светлой ткани подола. - Забудь про такси, - сказала она, снимая со спинки стула перед зеркалом скромный школьный рюкзачок. - Займись чемоданами. Я вернусь через час. Меня, как и вчера вечером, нет и не будет. Ни для кого.
Она вышла из комнаты.
Дорота осталась стоять у порога с подносом в руках.

1.3.

- Блэр, - встал навстречу ей Барт и указал на стул перед своим столом.
Девушка медленно подошла, положила ладони на высокую резную спинку, словно защищаясь от стоящего пред ней человека.
У нее еще были секунды, чтобы не сделать то, что она собиралась. Был шанс отказаться от затеи и просто уйти.
Был шанс оставить все так, как есть.
Блэр решительно подняла подбородок, изо всех сил стараясь выглядеть при этом если уж не сломанной, то хотя бы потерянной.
- Мистер Басс, - начала она проговаривать заготовленный за утро текст. - Я сразу хочу сказать, что пришла не за тем, чтобы жаловаться, просить или требовать от вас каких-то действий, - Барт удивленно приподнял одну бровь. Блэр мысленно похвалила себя за правильно пойманную тональность. Слабая, но гордая девушка. Идеально. - Я просто хочу, чтоб вы знали, - она вдохнула, словно собираясь с силами. - Мы с вашим сыном… - она сделала незапланированную паузу. Черт, воспоминания все еще живы. И так горячи. Надо взять себя в руки, - встречались, - закончила она мысль. - Недолго. И пару дней назад... у меня… я…
Блэр замолчала и опустила голову.
Барт терпеливо ждал, прикидывая, что могло случиться с этой идеальной хрупкой девушкой. Он слышал, что она – одна из лучших учениц, гордость директрисы и вообще, чуть ли не королева школы. Как она вообще могла посмотреть в сторону его сына?
- Блэр, ты разве не встречаешься с Нейтом? – уточнил он.
- Уже нет, - мотнула она головой, не поднимая глаз. – Чак... он… Мы с Нейтом расстались.
Барт поджал губы. Кажется, его сын только что разочаровал его еще больше. Девушка молчала, крепко сжимая спинку стула. Басс подумал, что она волнуется.
Блэр и правда волновалась – последняя ее фраза совершенно случайно вышла такой, словно Чак виноват, и в ее разрыве с Нейтом тоже - она, кажется, идеально справляется! Как бы не потерять голову от успеха и не испортить все, позволив стервозному удовлетворению мелькнуть на лице.
Блэр изо всех сил сжала зубы, подавляя улыбку. От тупой боли в скулах глаза повлажнели.
Она медленно подняла голову и посмотрела на Большого Басса.
Тому показалось, что ее глаза полны слез.
- Мы были вместе совсем недолго, - продолжила она. - Мы скрывали наши отношения.
- Скрывали?
- Да, - Блэр начала судорожно прикидывать, как можно свалить и это их совместное решение на одного Чака, но при этом не солгать. – Он не хотел, чтобы Нейт знал. Я с ним согласилась, – подобрала она слова и снова мысленно себя похвалила.
- Знакомая ситуация.
Барт на миг опустил глаза на детскую фотографию своего сына.
Блэр решила, что больше ждать нельзя – момент идеален!
- Несколько дней назад я… у меня появились… подозрения, – она посмотрела прямо в глаза мужчине. - Я сделала тест на беременность. Он был положительным.
На пару минут в кабинете повисла тишина.
Один переваривал новость, другая мысленно молилась о прощении за, как она надеялась, единственную на сегодня ложь.
- Ты говорила с Чаком? - спросил, наконец, Барт.
- Да.
- И что он сказал?
Блэр наклонила голову, рассматривая ковер у левой стены кабинета и полностью закрыв лицо волосами. Выдержав еще одну паузу, она ответила, говоря только правду.
- Он сказал, что он больше не со мной. Сказал, что я привлекала его, когда была недоступной, а теперь... теперь он не хочет меня. Сказал, что сейчас я напоминаю ему загнанную лошадь из ваших конюшен, и он даже не представляет, кому я теперь могу быть нужна.
Она снова замолчала, потом посмотрела в глаза все еще стоящего перед ней мужчины.
- Я не прошу помощи, мистер Басс, - повторила она. - Сегодня я улетаю во Францию, где проведу последний семестр этого года. Я... я решу эту проблему, - добавила Блэр. - Я просто подумала, что вы должны знать.
Она повернулась и пошла к выходу.
- Блэр, - позвал Барт.
Девушка остановилась.
- Твоя мама знает?
- Нет, - ответила она, не обернувшись. - Никто не знает. Даже Сирена, моя лучшая подруга. Я расскажу только Роману - мужчине, с которым живет мой отец. Он модель, у него есть знакомые, - она обернулась, глядя на Барта через плечо. - Я надеюсь, что вы поймете и примете это мое решение. Я справлюсь с ситуацией, - заверила она. - Я не жду помощи. Я прекрасно знала, что Чак... - она словно подбирала слова, хотя заготовила эту фразу еще с вечера. - Чак это Чак.
Пряча глаза, она вышла из кабинета.
Барт обессилено опустился в свое большое кожаное кресло.

1.4.

Оранжевый телефон на прикроватной тумбочке снова завибрировал. Блэр даже не повернула головы, продолжая укладывать в раскрытый чемодан темно-синее платье.
Дорота рядом в очередной раз бросила на хозяйку удивленный взгляд.
Та в очередной раз проигнорировала его.
- Мисс Блэр...
- Все в порядке, Дорота, - ответила Блэр, уходя в гардеробную. - Это опять Чак.
- Вы не хотите узнать, что он хочет?
- Он хочет меня убить, - спокойно сказала Блэр, задумчиво вертя в руках фиолетовые босоножки с атласными лентами. - Я думаю, с полчаса назад отец поговорил с ним, и, скорее всего, лишил наследства. Или сказал, чтоб тот тоже собирал вещи, потому что его оправляют в военный лагерь. Или... - она, не договорив, поставила босоножки обратно на полку и занялась перебором остальных туфель. - Доступ к деньгам ему точно если и не перекрыли, то здорово ограничили...
Телефон снова завибрировал.
Блэр опять даже не повернула головы.
Дорота снова удивленно на нее посмотрела.
Внизу звякнул лифт.
- Наверное, мама, - сказала Блэр.
Дорота заметила, как она в волнении прикусывала губы, пока относила к кровати розовые шпильки.
- Вы нервничаете? - спросила она.
- Из-за чего? – удивленно-равнодушно приподняла она брови.
Внизу раздались быстрые шаги. Блэр нахмурилась и вышла из комнаты.
- Я уверена, Барт не рассказал маме, - прошептала она, спускаясь по ступеням, - он не рассказал маме, он не рассказал, не рассказал... Чак?! - она удивленно замерла, вцепившись в перила до боли в пальцах.
- Какого черта ты делаешь? - парень в два прыжка преодолел изогнутый лестничный пролет и остановился прямо перед Блэр. - Ты решила, что так сможешь что-то изменить?
- Убирайся, Чак! - решительно заявила она. - Я не хочу тебя видеть, меня тошнит от одной мысли о тебе, грязная скотина.
- А ты лживая сучка, - он сжал кулаки, стоя на небольшой площадке посередь лестницы. - Зачем ты разговаривала с моим отцом?
- А почему нет? - приподняла она бровь, надеясь, что голос не выдаст сейчас ее страха перед клубком чистой ненависти, что смотрел на нее потемневшими карими глазами. - Ты же рассказал о нас всему миру. Так почему бы и мне...?
- Потому что я не лишал тебя денег!
- Ты лишил меня всего!
- И ты решила уничтожить меня? - он сделал шаг, и Блэр еще сильнее сжала перила, чтобы не отшатнутся. - Ты же знаешь, - прошипел он в ее лицо, - что не сможешь, ты слишком слаба, свергнутая королева, ты...
- Но это не значит, - так же сквозь зубы процедила Блэр, сдерживаясь, чтобы не столкнуть этого ублюдка с лестницы, не вцепится ногтями в его лицо, не разорвать полотно ненавистной сейчас кожи, - что я не попытаюсь разрушить максимум.
Чак смотрел в ее глаза. Между ними были сантиметры раскаленного злым дыханием воздуха. Блэр, как в книге, прочитала в его зрачках, что он тоже мечтает сейчас крепко сжать ладони на ее горле.
- Я растопчу в пыль все, до чего только смогу дотянуться, - продолжила она. - Ты прав. Я не уничтожу тебя. Сейчас, - уточнила она, - но после себя, я оставлю в твоей жизни столько руин и развалин, сколько смогу создать, я разрушу все, - добавила она, приближаясь к нему еще ближе. - Я разобью твою жизнь, Чак Басс, а потом, - она перешла на едва слышный шепот, но теперь он тоже читал все планы в ее глазах, - станцую на ее осколках свой победный танец.
- Хочешь сказать, сумасшедшая стерва, - он придвинулся к ней еще ближе, их тела соприкоснулись, Блэр почувствовала на губах его горячее дыхание, - что веришь, что у тебя есть хоть какие-то шансы выжить после этого?
- Хочешь сказать, - ответила она в тон, - что сумасшедшей стерве, которой нечего больше терять, не все равно?
Несколько секунд они молча сжигали друг друга взглядами.
В черно-золотом океане его глаз Блэр четко увидела картину своего убийства.
В шоколадном море ее зрачков Чак увидел тоже самое про себя.
- Убирайся, - повторила она. - Я не хочу тебя больше видеть. Никогда.
Он медленно шагнул назад.
- Отлично, - проскрежетал он. - Но кое в чем, маленькая шлюшка, ты ошибаешься.
Он спустился с лестницы. Блэр смотрела, как он проходит мимо нее к лифту, с такой знакомой ему издевательской улыбкой.
- Мисс Блэр, - услышала она и повернула голову.
Испуганная Дорота, казалось, едва дышала.
- Все в порядке, - кивнула ей девушка. - Пошли собирать вещи. Я не хочу опоздать на самолет.

1.5.

Телефон на тумбочке завибрировал.
Блэр удивленно подняла голову.
Чак ушел почти три часа назад. С Сиреной она сегодня не говорила, просто отправила ей СМС, что не появится в школе. Та не перезвонила, из чего следовало, что она опять была занята со своим пригретым Бруклинским щенком. Девочки из свиты молчали. Сообщения от Сплетницы она просто отключила.
Блэр подошла и взяла трубку.
«Проверь почту»
Она захлопнула оранжевые половинки. Можно было проигнорировать. До ее самолета оставались часы. Чемодан был почти собран. Мысленно она уже попрощалась со всем, что было ей дорого в этом городе.
Можно было оставить все, как есть, не узнавая и не оценивая, что еще предпринял этот ее то ли бывший парень, то ли друг бывшего парня.
Но об этих возможностях она даже не задумывалась.
Едва прочитав сообщение, Блэр бросилась к открытой сумке на кровати и достала тонкий ноутбук.
Пальцы дрожали, опускаясь на клавиши. Она дважды щелкнула по значку вложения в последнем письме.
На всю ширину экрана развернулась красочная статья с ее фото и кричащим заголовком «Несовершеннолетняя королева привилегированной школы готовится к аборту?». Пробежав глазами по небольшому тексту, Блэр захотелось принять душ из-за количества грязи, вылитой на нее. Вторым файлом была та же статья, немного в другом оформлении, видимо, для другой газеты. Всего она насчитала пять разных вариантов одного и того же текста.
Блэр молча сидела перед компьютером, не веря своим глазам.
Нет.
Он не может так поступить.
Одно дело – рассказать все Сплетнице, хоть и популярной, но все-таки школьной болтушке, и совсем другое – дать повод для официального обвинения в клевете, начать настоящий взрослый скандал.
Телефон снова завибрировал.
Блэр скорее машинально, чем с интересом пробежалась глазами по короткому тексту.
Она физически почувствовала, как отхлынула от ее лица вся кровь. Она сжала кулаки, чувствуя, как закружилась от ненависти голова, как потемнело в глазах, как забился в кончиках пальцев бешеный пульс.
Блэр встала и, в чем была, выбежала из комнаты.
На полу у ее кровати остался лежать упавший телефон с лаконичной СМС: «Йель будет рад такой студентке, правда?»

Хотите поговорить об этом?
хотя лучше бы сразу сюда:D


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©

Сообщение отредактировал Minimina - Вторник, 27.09.2011, 21:06
 
MiniminaДата: Вторник, 27.09.2011, 20:51 | Сообщение # 11
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
1.6.

Блэр барабанила в белую поверхность с золотистыми 1812 раскрытой ладонью, не особенно заботясь о том, как выглядит со стороны.
- Открой, ублюдок!
- Пришла позлорадствовать? - дверь распахнулась. – Меня высылают из города! Празднуй, сучка!
- Высылают? - удивленно сказала она, перешагнув порог и сжимая кулаки. – И куда же? Надеюсь, Аляска?
- Почти. Отец отправляет меня в закрытую школу на восточном побережье.
- Да тебе только на пользу пойдет пить меньше литра пойла за вечер!
- А тебе пойдет на пользу заклеить рот супер клеем!
- Не я начала трепать о нас всем на свете! Тебе что, мало моего настоящего, ты хочешь разрушить еще и мое будущее?
- Ты забрала у меня единственное, что меня волновало!
- Твой номер? - съязвила Блэр, незаметно для себя переходя на крик. - Тебя заставляют жить с людьми, а не со шлюхами, и ты в отместку рушишь мою мечту? Это слишком даже для такой беспринципной задницы как ты!
- Ты что, не понимаешь? - подошел к ней Чак, и Блэр обязательно бы испугалась огня в его глазах, если бы не была сама так же зла. - Мой отец практически отказался от меня!
- О, бедный Чакки, - пропела она. - Не делай, твою мать, вид, что это случилось сегодня! Он никогда тебя не любил! Вся школа давно знает, что...
- Замолчи! Не тебе говорить о родительской любви!
- Я уезжаю сама! Меня не вышвыривают из города пинком под зад! И моей матери хотя бы не наплевать, где я провожу вечера!
- Серьезно?! - уколол он. - Что-то я не припоминаю тревожных звонков от нее, пока ты часами грела мою постель.
- Заткнись, ублюдок! - едва сдержалась, чтобы не ударить его, Блэр. - Не смей никогда упоминать об этом! Слышишь, никогда!
- А разве ни одним из этих вечеров ты, - он поднял руки вверх и изобразил пальцами кавычки, - «забеременела», - он резко шагнул к ней еще ближе. - Ты хоть представляешь, что я выслушал от Барта про себя?
- Нет, - мотнула она головой. – Но я представляю, чего еще он про тебя не знает! Как думаешь, он отреагирует, узнав, что ты дал мне повод серьезно подмочить репутацию Бассов, подав в суд за клевету?
- Тогда я лишу тебя не только Йеля, я лишу тебя всей Лиги Плюща, чертова стерва.
- Только попробуй, свинья! Ты ничего не сделаешь! Даже твой отец и тот на моей стороне! Он и моя мать не позволят этим статейкам появиться...
- Да? – приподнял Чак бровь. - А если Элеонор узнает, что ее дочь сбегает из страны, потому что вот-вот принесет в подоле? Причем узнает не от меня и не из школьных слухов, узнает от Большого Басса? Она останется такой же заботливой мамочкой?
Блэр задохнулась от возмущения.
- Чак, это запрещенный прием! Нельзя губить будущее!
- Ты мое разрушила!
- Потому что ты разбил мою жизнь!
- Потому что ты разбила мое сердце! - они чуть отпрянули друг от друга. Блэр резко вдохнула и распахнула глаза. На долю секунды ей показалось, что Чак сам удивился своим словам. - Из-за тебя мои отношения с единственным другом почти разрушены, - продолжил он. – Все, что меня волновало в этой жизни...
- Да-да, - отмахнулась она. - Деньги, удовольствия и Нейт.
- И ты лишила меня всего этого! Ты же не думаешь, что…
- Ты прекрасно знал все про Нейта! – возмутилась Блэр. - Не смей сваливать это на меня одну!
- О, да, конечно! - съязвил Чак. - Ты не при чем. Ты просто любишь оказывать в постели друга своего парня минут через 20 после расставания! Сначала «Виктрола», потом котильон...
Она не выдержала, шагнула к Чаку еще ближе и, размахнувшись со всей силы, ударила по лицу.
- Заткнись, скотина!
Блэр вскрикнула, когда ее, занесенную для второго удара, руку крепко сжали сильные мужские пальцы.
- А разве я лгу? – крикнул он, перехватывая другое ее запястье. - Лгу, как ты лгала Барту?
Блэр зашипела и начала вырываться. Чак отпустил ее, но почти сразу взвыл от еще одного хлесткого удара. Он снова перехватил ее руку, еще сильнее сжал тонкое запястье и завел его девушке за спину, заставив ее саму выгнуться. Оба безостановочно проклинали друг друга и изливали потоки самых грязных ругательств, какие только могли вспомнить.
Схватив свободной рукой какую-то то ли вазу, то ли статуэтку, Блэр снова попыталась замахнуться, но Чак в очередной раз был быстрее. Он резко оттолкнул стеклянную штуковину, та упала на пол за его спиной и разбилась.
- Ублюдок!
- Шлюха!
Они продолжали бороться.
Наступив на осколок стекла, Чак едва не потерял равновесие, но устоял на ногах. Почувствовав, как на миг ослабла железная хватка вокруг ее тела, Блэр не преминула сильно ударить парня носком туфли по голени. Тот взвыл и начал падать, не разжимая тем не менее сильного кольца своих рук.
Оба, продолжая крыть друг друга, повалились на пол, приземлившись на спину Чака и коленки Блэр. Она сразу же поднялась и, снова размахнувшись, хлестко ударила, оставив на щеке парня четыре кровавые полоски от ногтей. Он резко поднял вверх ногу, пихнув Блэр в спину, она охнула и упала на его грудь, продолжая изо всех сил сопротивляться сжимающим ее все плотнее рукам.
- Не смей, скотина, - закричала она, понимая, что через какую-то секунду Чак уже прижмет ее спиной к полу.
- Почему же? – спросил он, нависая над ней, но теряя равновесие от яростных толчков и заваливаясь на локоть. – Когда-то, - он закинул на нее ногу, не давая девушке возможности подняться, - ты позволяла мне, - каким-то немыслимым образом он поймал одну ее руку и прижал к полу над головой, - намного большее.
Блэр начала еще яростнее извиваться, стараясь спихнуть с себя такое ненавистное сейчас тело, но Чак уже вдавил ее всем своим весом в жесткость дорогого ковролина. Чуть разведенными коленями он вжимал в пол ее ноги, не позволяя ей пошевелиться, одной ладонью расплющивал ее запястье. Блэр изо всех сил била его свободной рукой, но скоро он поймал и ее и навис над девушкой, распиная ее под собой на осколках их взаимной злости и тонкого фарфора.
Их взгляды встретились. Блэр показалось, что она при этом услышала металлический лязг, как при ударе шпагами.
- Пусти меня!
- Нет!
Она несколько раз дернулась, понимая с каждым движением, что ей не вырваться. Она была распластана под ним, едва могла дышать, едва могла думать, едва могла чувствовать хоть что-то, кроме волны ненависти, что захлестнула сейчас их обоих.
- Ненавижу тебя!
- Ненавижу тебя!
Они замерли.
Чак смотрел на нее сверху вниз, сдерживая желание переместить руки на тонкую шею.
Оба тяжело дышали.
Через несколько минут их дыхание начало успокаиваться. Каждый слышал в висках собственный пульс.
Каждый понимал, что только что они были близки к тому, чтоб убить друг друга.
- Это бессмысленно, - сказал, наконец, Чак. Блэр молчала. – Мы будем причинять друг другу все больше и больше боли.
Он осторожно, не отрывая от ее лица глаз, чуть выпрямил локти, приподнимаясь с ее тела и позволяя ей вдохнуть.
- Это просто двойное самоубийство, - сказал он. - Мы уничтожим друг друга.
- Мы уже уничтожили друг друга, - согласилась Блэр, не пытаясь больше вырваться.
Они снова замерли, продолжая смотреть в карие, когда-то такие желанные глаза.
Двое лежали на полу гостиничного номера и медленно осознавали, что их жизни разбиты.
- Пора остановиться, - сказал Чак.
Блэр едва заметно кивнула.
Он сел на ней, все еще не отпуская ее руки. Она не вырывалась, просто дожидаясь его решения.
Наконец, он разжал пальцы.
Они встали.
Их одежда была смята и разорвана. По скуле Чака петляла струйка крови. Волосы Блэр напоминали сухой кустарник. Его спина болела, и он понимал, что завтра найдет на ней множество синяков.
Они медленно, продолжая каждый миг следить друг за другом настороженным взглядом, привели себя в относительный порядок.
- Мой самолет через несколько часов, - сказала Блэр.
- Мой – завтра утром, - сказал Чак.
Она сделала несколько шагов к выходу. Он пошел за ней, то ли провожая, то ли конвоируя.
У дивана в центре номера Блэр остановилась.
- Ты понимаешь, что мы можем больше никогда не увидеться?
- Да, - кивнул он.
Она обернулась.
Потом осторожно, словно находилась в клетке с тиграми, сделала шаг к нему навстречу. Потом второй.
Чак не сводил с нее глаз, не совсем понимая, что она задумала. Блэр смотрела на него распахнутыми зрачками, полными сумасшедшей смеси из ненависти и боли. Она подошла к нему вплотную.
Их тела соприкоснулись.
- Никогда, - прошептала она едва слышно.
Чак мысленно повторил это слово, пробуя его на вкус.
Горькое.
Лицо Блэр было в сантиметрах от его.
Она выглядела почти такой, какой он ее помнил — гордой, уверенной, страстной. Королевой.
Он чуть наклонил голову. Блэр приподняла подбородок.
Каждый чувствовал все еще рваное дыхание другого на своей коже.
Потом Блэр приподнялась на носочки и прижалась приоткрытыми губами к губам Чака.

1.7.

Они замерли.
Рука Блэр легла на его грудь. Он не шелохнулся. Оба чувствовали сладкий привкус его крови и соленые брызги от ее невыплаканных слез.
Несколько секунд Чак стоял неподвижно и просчитывал варианты. Ладонь Блэр скользнула выше, и он вздрогнул, когда почувствовал кончики ее нежных пальцев возле царапин на своей щеке.
Ее губы дрожали.
Чак чувствовал, как бесконечно близки они в своем разочаровании и боли друг к другу.
Он послал весь этот мир к черту и ответил на поцелуй.
Блэр прижалась к нему еще теснее и начала целовать еще жарче.
Кожа ее шеи под его пальцами была просто невозможно горяча, ее грудь, льнущая к его, пробуждала все воспоминания, что он так долго вытравлял из своей памяти. Блэр запустила пальцы в его растрепанные волосы, еще теснее прижимая к себе его голову.
Чак обнял ее, скользя руками по тонкой талии и изящной спине, притягивал к себе так сильно, что казалось, их тела вот-вот сольются.
Гибкая сила ее изгибов пробуждала в нем дикие инстинкты намного быстрее, чем все уловки остальных девушек.
«Секс с врагом возбуждает», - на миг мелькнуло в его голове одновременно с осознанием собственной реакции на этот страстный поцелуй.
Он крепче обнял Блэр, чувствуя, как одна ее рука скользит куда-то между их телами. Куда-то вниз.
На миг оторвавшись, он бросил быстрый взгляд на ее лицо и уже хотел продолжить поцелуй, но…
Ему показалось, что на него вылили ведро ледяной воды.
Пульс остановился, воздух в легких застыл как глыба цемента.
Насмешливые глаза из карей стали не отрываясь смотрели на него.
- Что? – сумел выдохнуть он, прежде чем почувствовал, что ладонь Блэр плотно накрывает выпуклость на его брюках.
Она издевательски приподняла бровь. От ее победного вида Чаку захотелось выброситься в окно.
- Просто, - протянула она с саркастичной улыбкой, - хотела удостовериться, что ты не лгал, когда сказал, что не хочешь меня.
Все еще стоя в его объятиях, Блэр ударила его осознанием собственной слабости так, как не смог бы ударить никто другой.
Победная усмешка на все еще влажных от его поцелуя губах выжгла клеймо на его гордости.
- Милый Чакки, - пропела Блэр, - тебя, смотрю, возбуждают загнанные кобылы.
Чак резко оттолкнул ее от себя.
Блэр едва не упала, но удержала равновесие, схватившись за спинку дивана. Он несколько секунд смотрел на нее.
Уверенную. Злую. Недоступную.
- Не представляешь как, - прорычал он и шагнул к ней.
Она испуганно ахнула и попыталась отбежать, но он в два прыжка нагнал ее.
Блэр вскрикнула, когда он, как тряпичную куклу, швырнул ее на диван и задрал подол ее платья.
- Пусти!
- Ты тоже меня хочешь, дрянь!
На какие-то секунды ей в первый раз за этот вечер стало по настоящему страшно. Блэр кричала и вырывалась, отталкивая от себя мужские руки, разрывающие сейчас тонкий хлопок ее платья.
- Не смей, ублюдок!
Они боролись в ворохе диванных подушек, едва помня себя из-за новой волны злости и ненависти. Чак встал над девушкой на коленях и одним сильным движением сорвал с нее трусики. Затрещала, разрываясь, кружевная ткань.
Чак развел ее ноги в стороны. Она вскрикнула и попыталась ударить его кулаком, но в результате он в очередной раз сжал в ладони ее запястье, и Блэр едва не взвыла от боли. Он снова яростно вжал ее тело в диванную упругость.
Блэр изо всех сил извивалась, чтобы не позволить его пальцам коснуться ее. Она хлестала свободной рукой по его плечам, стараясь добраться до тепла кожи. Стараясь ударить, разорвать, убить. Противно затрещала ткань, на грудь Блэр упала пара вырванных с корнем пуговиц его рубашки. Чак взвыл, когда она вцепилась ногтями в его шею.
- Пусти, скотина! Я не хочу тебя! Я тебя ненавижу!
- Неужели! - прошипел он, запуская руку в волны ткани между их телами и не обращая внимания на удары.
Блэр выгнулась, упираясь макушкой в твердый подлокотник, и зажмурилась, когда поняла, что проиграла собственному телу.
Чак тяжело дышал, лежа на ней и опираясь на локоть. Одна ее нога была плотно прижата его бедром к диванной спинке, вторая бессильно свисала сейчас со светлых подушек. Блэр открыла глаза и несколько секунд рассматривала краешек изголовья кровати, потом снова закрыла глаза и опустила голову. Она чувствовала на своем лице терпеливый взгляд Чака так же ясно, как чувствовала сейчас его пальцы под юбкой.
Она несколько раз вдохнула и выдохнула. Стиснула зубы, чтобы не застонать от сладких поглаживаний.
- Ты тоже хочешь меня, - прошептал ей на ухо Чак, продолжая почти нежно ласкать кончиками пальцев ее влажное тепло.
Блэр удивленно распахнула глаза, когда поняла, что он отпустил ее.
Стоя над ее распластанным телом, Чак деловито одернул разорванную рубашку, наклонился и достал из маленького ящичка в журнальном столике яркий квадратик шелестящей фольги.
- Нет! - она резко села и выбила из руки стоящего над ее телом парня презерватив.
- О, - Чак вернул ей ее победную ухмылку, и Блэр поняла, что убьет его. - Хорошо, - он снова прижал девушку к дивану, - давай без них. Немного рискованно, но…
- Чак!!!
- Блэр?!
Они замерли.
Потом медленно подняли головы. Перед диваном, отделенные от парочки высокой спинкой, стояли Элеанор Уолдорф и Барт Басс.


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©
 
MiniminaДата: Вторник, 27.09.2011, 21:04 | Сообщение # 12
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
2. Игры, в которые играют люди.

2.1.

Все четверо неподвижно застыли на несколько секунд.
- Хм, - Элеанор пнула носочком туфли надорванную упаковку презерватива, - кажется, это принадлежит твоему сыну.
- Скорее всего, - согласился Барт, - а это, - он кивнул в сторону смятого комочка кружевной ткани, - кажется - твоей дочери.
От осознания того, на ЧТО обратили внимание их родители, Чак и Блэр словно снова включились в жизнь.
- Слезь с меня, - прошипела она.
Чак послушно встал.
Блэр максимально, насколько это было возможно, поправила платье и встала рядом с ним.
Родители продолжали смотреть на них.
- Мама, - начала Блэр, - я... это не то, что ты думаешь!
- Я думаю, - ответила Элеанор, - что сходящая с ума от волнения Дорота рассказала мне о твоем визите в офис Барта. А Барт, - продолжила она, - в свою очередь рассказал мне очень интересный факт о моей дочери, который МНЕ она сообщить, видимо, забыла. И когда тебя не оказалось дома, и мы приехали сюда, чтобы поговорить с Чаком, - она подошла ближе, - я нашла тебя... хм... под ним.
- Это не так! - возмутилась Блэр.
- Именно так, - ухмыльнулся Чак.
Они посмотрели друг на друга. Потом снова синхронно перевели глаза на родителей. Потом снова — друг на друга.
Давняя история совместных интриг позволила практически прочитать мысли друг друга.
Оба поняли, что их родители планируют выступить единым фронтом. Оба поняли, что могут сейчас получить гораздо больше проблем, чем у них уже есть. Оба поняли, что без поддержки просто немыслимого количества удачи они оба будут просто раздавлены.
Если только не...
Блэр вопросительно приподняла бровь.
Чак кивнул в ответ.
Они все еще стояли рядом. Взгляд Барта Басса опустился на руки стоящих перед ним детей. Он с недоверием рассматривал почти дружеское прикосновение, быстро переросшее в сплетение пальцев, когда его сын заговорил.
- Отец, - начал Чак.
- Мама, - продолжила Блэр.
- ...вы не дадите нам...
- ...несколько минут? Потом мы вам все объясним и вы...
- ...примете решение. Либо оставите в силе старое.
Они замолчали. Взрослые растерянно переглянулись.
- У вас, однако, редкостное единодушие, - заметил Барт. - Я не уйду из номера.
- А я не спущу глаз со своей дочери.
Чак и Блэр снова переглянулись.
- Мы можем поговорить там, - кивнул Чак в сторону кровати. - Вы пока выпьете воды. Или вина, - добавил он, оборачиваясь к бару в другом конце номера.
- Вы будете нас видеть, - согласилась Блэр.
Несколько бесконечных минут Барт и Элеанор с сомнением смотрели на своих детей, держащихся за руки, словно влюбленные.
Потом женщина неохотно кивнула и пошла к высокой полукруглой стойке. Мужчина еще раз, нахмурившись, посмотрел на сплетенные пальцы невообразимой парочки и пошел следом.

2.2.

Блэр подошла к широкой кровати и развернулась. Элеанор и Барт за спиной Чака не сводили с них глаз.
- Надо что-то делать, - начала Блэр. - Я не могу лишиться доверия матери.
- Хорошо, - кивнул Чак. - Для начала готов выслушать твои извинения за мою испорченную жизнь.
- Ха! В моей ты разрушил не меньше. И это ты начал, - она скрестила руки на груди, - так что, это Я тебя слушаю.
- Ты забываешь, с кем говоришь.
- Это ты забыл, с кем попытался воевать.
- А мне показалось, кампания прошла довольно успешно.
- Ты вообще понимаешь, что я — Блэр Уолдорф?
- А ты вообще понимаешь, что стоишь в моей спальне без трусов?
Блэр открыла рот, чтобы ответить, но передумала. Она несколько секунд смотрела на Чака, потом вздохнула.
- Мы ненавидим друг друга, - она развела руками и сделала шаг к бару. - Проще оставить все так, как есть. Каждый за себя.
Чак шагнул ей наперерез и несильно сжал голое предплечье. Краем глаза он увидел, как со своего стула резко встала Элеанор.
- Все в порядке, мама, - тут же успокаивающе крикнула Блэр.
Женщина снова села.
- Согласен, - сказал Чак, разворачивая девушку к себе. - Я мечтаю тебя уничтожить. С этим мы ничего не сможем сделать, - она молча соглашалась с ним. - Но сейчас, - продолжил Чак, и красивая бровь Блэр слегка изогнулась в удивлении, - важнее хотя бы исправить то, что мы уже натворили. Я скажу отцу имя журналиста, он остановит публикации.
Блэр молча смотрела на него, словно не веря своим ушам.
- Я бы и сам с радостью, - с сарказмом пояснил Чак, - но кое-кто перерезал мне доступ к наличным, поэтому придется использовать дополнительные фонды.
Он отпустил ее руку и отошел в сторону, отворачиваясь в ожидании ее удаляющихся шагов. Когда через несколько секунд тишина номера так и не была нарушена, Чак, удивленно наклонив голову, посмотрел на Блэр.
- Я поговорю с Бартом. – сказала, наконец, она, в этот раз уже Чак удивленно приподнял бровь. – Признаюсь ему, что солгала, - добавила Блэр, словно сама не веря, что произносит это, - и попрошу оставить тебя в городе.
Он в сомнении горько хмыкнул.
- Он не согласится.
Блэр кивнула.
- Только если под чью-то ответственность.
- Что ты имеешь в виду?
- Ну, - протянула она, - я для него все еще королева школы, пусть и спутавшаяся за каким-то чертом с его непутевым сыном, - тряхнула она темными прядями.
- Ты что, - пропустил Чак колкость мимо ушей, - хочешь, что-то типа, поручиться за меня?
- Что-то типа, - кивнула она, - если это поможет тебе остаться в городе, то... Конечно потом, - посмотрела она в его глаза со знакомой издевательской улыбкой, - когда ты в очередной раз разочаруешь его, вляпавшись в очередную грязную историю, мне будет немного сложно оправдаться, а тебе он больше не поверит никогда вообще, но... - Чак молча рассматривал ее, словно что-то прикидывая. - Что? - не выдержала, наконец, Блэр.
- Просто, - задумчиво протянул Чак, - тогда нам обоим будет выгоднее, если ты не уедешь. Подожди, - поднял он руку, останавливая уже готовую сорваться с ее губ фразу. - Я имею в виду, ты, возможно, сможешь вернуть себе школьную корону.
- Издеваешься?
- Нет.
- Мы не сможем восстановить мою репутацию.
- Нет, - согласился он. - Девственной королевой ты уже не будешь. Но... Возможно, мы сможем восстановить хоть что-то...
- МЫ?
Он молча смотрел на нее.
Она смотрела на него.
В головах обоих началась привычная работа по разработке нового плана, с учетом упавших козырей, возможных джокеров на руках у соперников и множества мелких фактов и фактиков.
По какому-то неуловимому для всех других взмаху длинных ресниц, Чак понял, что Блэр закончила.
- Какие мысли?
- Мы встречаемся, - начала Блэр, - на людях, - пояснила она, перехватив его такую же незаметную для других ухмылку, - наедине - я тебя ненавижу. Можешь ненавидеть в ответ меня, - пожала она плечом и продолжила. - Я ручаюсь за тебя перед Бартом, ты подтверждаешь, что у нас все серьезно, и ты действительно хочешь отношений. Позже я дам тебе ссылку на словарь, чтоб ты хотя бы почитал - что это такое, - не смогла ни съязвить она.
- Как великодушно, - не смог ни съязвить он в ответ, - Барт поверит.
- Да. Как мы с ним выяснили сегодня утром, я - неплохая актриса.
- В худшем случае, он даст нам испытательный срок, - потер подбородок Чак. - Скорее всего, этот семестр.
- Я, конечно, попытаюсь намекнуть, - продолжила Блэр, - что на ухаживания за мной тебе понадобятся деньги, но если он не снимет эмбарго...
- Тогда я поговорю с ним сам, - кивнул, поймав ее мысль, Чак. - Иначе это будет странно. Ты официально вообще не в курсе...
- Да, - согласилась она. - Взамен ты признаешься, что тоже погорячился, останавливаешь публикации, отсылаешь в Сплетницу информацию про «нас» - изображая в воздухе кавычки, Блэр не сдержала презрительную гримаску. Чак улыбнулся, - и не появляешься на глаза моей матери без, первое, острой необходимости, второе, согласования со мной.
Чак молчал, прикидывая, что еще они забыли.
- Что ты скажешь Элеанор про беременность?
- Правду. Я не беременна. Я солгала Барту от злости на тебя. Ей не говорила, потому что беременности нет.
- Есть риск, что она перестанет тебе доверять, - задумчиво протянул Чак. – Получается, ты бросила Нейта ради мимолетного романчика, а потом напалмом выжгла из своей жизни все упоминания о нем. Немного жестоко для хорошей девочки, не считаешь? А с учетом сегодняшней сцены, - добавил он, зная, как ее это разозлит, – ты становишься просто злобной озабоченной су…
- Я поняла! – перебила Блэр и опустила голову, задумываясь.
- А что если, - предложил Чак, - немного увеличить срок наших отношений? Что если ты бросила Нейта еще ДО ареста его отца? Элеанор, - пояснил он, - скажешь, что ты не говорила ей, потому что боялась ее разочаровать. Арчибальд лучшая партия, чем я, вы встречались столько лет и вообще...
- И вообще, - поймала Блэр мысль, тихо начиная прорабатывать текст, - он ей нравился, и я не хотела, чтобы она думала, что я ветрена и способна разрушить идеальные отношения ради влюбленности. Потом влюбленность переросла во что-то большее, но я все равно молчала, потому что Капитана арестовали, и Нейту была нужна дружеская помощь, а мы с тобой не хотели афишировать и скрывали и от него тоже. Это как раз подтвердит и Барт, - словно про себя добавила она. - Тогда моя злость на тебя становится оправданной... И моя ложь... Постоянные отношения... Да, - кивнула она, - это сработает.
С другого конца номера раздалось довольно демонстративное покашливание.
- Так, - сказал Чак. - Давай, начинаем. Сначала это, - кивнул он на вставших им навстречу родителей. - Потом продумаем идеи для школы.

2.3.

Они подошли к дивану. Блэр быстро подняла с пола упавшую подушку и поправила разъехавшиеся от их недавней борьбы квадратные диванные сидения.
- Мама, - начала она. Элеанор и Барт сели, и каждый совершенно одинаковыми движениями закинул ногу на ногу. Чак и Блэр, немного нервно, снова взялись за руки. - Я должна кое в чем признаться. Я сделала глупость.
- Когда пришла ко мне? - уточнил Басс.
- Нет. Раньше. Когда, - Чак едва сдержал усмешку, когда заметил, как Блэр стиснула на миг зубы, прежде чем сказать это слово по отношению к нему, - когда влюбилась в вашего сына. Мама, мы с Нейтом расстались. Давно. Несколько месяцев назад.
- Но почему ты не сказала, милая? - возмутилась Элеанор.
- Он был моими первыми серьезными отношениями, все давно знали, что рано или поздно мы поженимся, он тебе нравился, а я...
- Бросила его, ради его лучшего друга, - закончил Чак. - Мы оба понимали, что я далеко не самая лучшая партия для девушки Уолдорф. Мы боялись скандала накануне котильона. Боялись, что...
- … ты расстроишься, - закончила Блэр, - что сочтешь меня вертихвосткой и, - она опустила глаза, - слишком ветреной.
- Мы встречались довольно долго, - продолжил Чак. - Нам повезло, никто не узнал об этом, хотя все было довольно серьезно. И да, отец, я знаю, как странно тебе слышать такое от меня. Поэтому думаю, ты поймешь... то, что случилось потом...
- Потом мы поругались и...
- ...и мы оба погорячились.
Родители переглянулись.
- Отец, - продолжил Чак, - я заплатил кое-кому, чтобы в завтрашних бульварных газетенках появились статьи, порочащие имя Блэр. Предполагалось, что потом это все ляжет на стол ректора Йеля, - он опустил глаза, чтобы скрыть гримасу боли от острых ногтей, впившихся в его пальцы. – Миссис Уолдорф. Простите меня.
- Мистер Басс, - снова вступила Блэр, - а вы простите меня. Я солгала вам. Я не беременна.
Элеанор внимательно смотрела на покрасневшие щеки дочери, на опущенные глаза.
На нервно сплетенные пальцы рук за мятой тканью подола.
- Блэр, - спросила она, - могу ли я предположить, что вы... вы с Чаком...?
- Да, - уверенно кивнул тот. - Мы знаем, мы разбили друг другу сердца и вдоволь потоптались на осколках, но сейчас, - он посмотрел на свою названную девушку так тепло, что та от удивления чуть не забыла изобразить смущение, - мы помирились. То есть почти помирились, - поправился он. - Сегодня до ее самолета мы хотим серьезно поговорить, я заказал столик и надеюсь... - он почти умоляюще посмотрел на нее. Блэр тут же прикусила губу, играя сомнение. - Я уже почти уговорил ее не уезжать.
- Что мне здесь делать? – воскликнула она. - Если ты не в Нью-Йорке, зачем мне этот город?
Повисла пауза, во время которой Элеанор и Барт удивленно смотрели то на своих детей, то друг на друга, а Чак и Блэр тихо ликовали.
- Перестань, - подтолкнул родительское решение Чак. – Тебе незачем уезжать. Отец остановит публикации, скандала не будет, в школе все просто забудут об этой истории за каникулы. А ты, - добавил он, - ты так изменила меня за эти месяцы…
- Так, - встал Барт, - Чак, можно тебя на минуту.
- Блэр, - встала Элеанор.

Две парочки уже в другом составе снова разошлись по разным углам номера.
- Милая, ты уверена в том, что хочешь быть с ним? - взволнованно спросила Элеанор. - Его репутация...
- Это в прошлом, мама! Поверь, за те два, то есть четыре месяца, которые мы были вместе, он не дал мне ни одного повода усомниться в себе.

- Чак, - осторожно уточнил Барт, - ты уверен в том, что эта девушка... для тебя?
- Да, папа. Мы уже были счастливы. Я верю, что она простит меня. И сможет принять таким, какой я есть. Как у нас уже было.

- Блэр. Ты собиралась уехать из-за него?
- Да. Но сейчас... когда у нас есть еще один шанс... Я хотела бы остаться. Если конечно, ты все еще веришь, что я не сумасшедшая.

- Чак. Ты всерьез надеешься ее вернуть?
- Да. Ну, то есть, надеялся бы... если бы ты отложил мой отъезд. Хотя бы на каникулы. Если потом ты решишь, что так будет лучше, новый семестр я начну там, где ты скажешь.

- Ты веришь, что вы... что у вас еще... может получиться?
- Да, мама, верю.

- Ты веришь, что вы... что у вас еще... может получиться?
- Да, отец, верю.

2.4.

Через десять минут дверь номера закрылась за ушедшими родителями. Блэр повернулась к Чаку и выдохнула.
- Ну что. Я думала, будет хуже.
- Я тоже, - кивнул Чак, - на чем сошлись с Элеанор?
- Она сдает билет, НЕ нанимает мне психиатра и обещает поговорить с отцом еще раз. Взамен я продолжаю, как она сказала, быть благоразумной дочерью, то есть не приносить ей проблем и не появляться на глаза без повода. Как раньше, - то ли хмыкнула, то ли стряхнула с ресницы слезинку она. - Что у тебя?
- Барт переносит мое зачисление в новую школу на семестр...
- Не отменяет? - удивилась Блэр, подходя к барной стойке и садясь на стул вполоборота.
- Нет. Пока. Он размораживает мои кредитки, но все выписки по расходам идут к нему на стол, - он подошел к комоду и достал из его ящика толстый справочник. - Ты, кстати, и правда неплохая актриса.
- Спасибо, - кивнула Блэр, наблюдая как Чак раскрыл книгу с желтыми страницами на оглавлении и начал что-то искать, проводя пальцем по столбику мелкого текста. - Ты тоже довольно уверенно лжешь. Что ты делаешь?
- Собираюсь записать тебя на анализ крови.
- Что?! - нахмурилась она. - Если ты мне не веришь, я могу сделать еще один тест.
- Знаешь, Уолдорф, - ответил он, - будь моя воля, я бы заставил тебя сделать десяток, причем разных, причем в запертой снаружи ванной, причем в моей. Но сейчас вопрос не в доверии, сейчас вопрос в другом, - он поднял на нее глаза, - в какой клинике города нас с большей долей вероятности сфотографируют шпионы Сплетницы?
Блэр мысленно похвалила Чака за сообразительность, сразу же напомнив самой себе не говорить ничего подобного вслух еще лет сто минимум.
- В клинике на Семьдесят второй, - через секунду раздумья ответила она, - у Костанс с ней договор, но несколько девочек пропустили плановый осмотр из-за... а впрочем, неважно...
- Того, чего до сих пор нет у тебя, - ухмыльнулся Чак. – Или уже?
- Девочки пройдут осмотр на каникулах, - пропустила колкость Блэр, - кроме того, у Джейн старшая сестра наблюдает там беременность, а Хелен как-то переспала с одним из их ординаторов.
- Хелен?
- Она влюбчивая, - объяснила Блэр, но видя, что Чак все еще непонимающе на нее смотрит, поморщилась. - Блондинка. Невысокая. Любит красное и «Dior». Меры не знает.
- А, - понял Чак, - Хелен. Да, - кивнул он, - она влюбчивая.
- Кобель.
- Стерва. Что с Пенелопой? - спросил Чак, набирая телефонный номер. - Я так понимаю, сейчас она метит на твое место? - уточнил он, слушая гудки.
Блэр кивнула.
- Для начала заставим ее нервничать. Эта, - она кивнула на трубку, - «утечка информации» как раз испортит ей каникулы в Аспене. Мы с тобой, - она спиной облокотилась на стойку и мечтательно подняла глаза к потолку, - вдвоем, в отделении планирования семьи - это же практически признание твоего отцовства. Это взбесит ее, - довольно вздохнула она и снова посмотрела на говорящего Чака. - Потом надо будет как-то пустить слух, что ты был со мной с самого начала. Ммм...
Блэр задумчиво прикусила губу, повернувшись на стуле и удобно оперевшись на высокую светлую спинку. Она рассеянно скользила взглядом по бутылкам на прозрачных полках, пока Чак за ее спиной мерил шагами комнату, заканчивая короткий разговор.
- Эрик, - подошел он к ней через минуту.
- Что? – непонимающе тряхнула головой Блэр.
- На каникулах Лили и Барт съезжаются, - пояснил он, заходя за стойку и снимая с полки квадратную бутылку с серебристой этикеткой. - Эрик вполне может подслушать наш с тобой разговор. С ним ты еще не поругалась?
Блэр задумалась.
- Кажется, нет. Мы поругались с Сиреной, но она, скорее всего ему еще не рассказала, - она замолчала, опустив голову, и словно о чем-то задумалась. - Но он не из тех, кто сплетничает.
- Он из тех, кто защищает, - возразил Чак. - Заставим его созвониться с Дженни, - продолжил он, доставая пару чистых стаканов, - это будет просто, они вроде как друзья. Та наверняка заговорит о нас, потом блондиночка засомневается, и он, отстаивая реальность нашей «любви», - не забыл он изобразить воздушные кавычки, - сам расскажет ей все.
Блэр кивнула, сразу после этого помотав головой на приглашающий жест Чака, тот равнодушно налил виски только себе. Потом вздохнул и достал ей бутылку минералки.
- Дженни донесет Пенелопе и другим в течение десяти минут, - заметила Блэр, наливая себе воды в стакан для виски. - Будет думать, что это ради них, чтобы они знали, чего ждать, когда я появлюсь после каникул. Да, - подвела она итог, - это сработает. Вот только...
- Не переживай, - Чак облокотился на стойку с той стороны, - с Сиреной ты точно помиришься. В чем-чем, а в этом я уверен.
Блэр снова упала на спинку стула, обхватив свой стакан двумя ладонями.
- Мы делаем глупость, - обреченно выдохнула она наконец. – У нас нет шансов. Никаких, Чак.
- Шансы всегда есть, - возразил он. – И хочешь ты того или нет, Уолдорф, но Я сдаваться не собираюсь. А раз уж так получилось, что мы временно оказались в одной упряжке, то и ты готовься – скоро придется барахтаться. Изо всех сил. - Чак поднял вверх свой бокал, - за нас.
Блэр смотрела на него бесконечную минуту, прежде чем снова придвинулась к деревянной поверхности.
- За нас, - повторила она, и тонкий звук соприкоснувшихся стеклянных стенок взмыл под потолок.

2.5.

- Так, - Блэр посмотрела на пустой низкий стакан перед собой, - раз уж мы играем в пару, у меня есть условия.
- Слушаю, - он подлил ей и себе.
- Ты можешь не пить?
- И изображать с тобой любовь? – он с сарказмом приподнял уголок губ. - Уолдорф, тут без допинга никак. Травка?
- Нет, - решительно мотнула она головой. – Ничего запрещенного.
- Тогда что мне остается? – развел он руками. - Кокаин, виски, анаша - выбирай.
- Ладно, - раздраженно кивнула она, - пей. Но хотя бы не напивайся рядом со мной. Это сможешь?
- Попробую, - кивнул он, и добавил, словно про себя. – Изображать любовь. С тобой. Трезвым... хм, а это будет интересно.
- Раньше получалось, - с издевкой напомнила она.
- Раньше мы не изображали, - парировал он.
Блэр скорчила рожицу, показывая, что тема закрыта, и продолжила.
- Никаких девочек на ночь.
- Барт не узнает, - отмахнулся Чак. - А уж Элеанор и подавно.
- Сплетница узнает, - возразила Блэр. - Наши «отношения» и так будут рассмотрены половиной города под микроскопом. Никаких шлюх, Чак.
- Они не все шлюхи, - он облокотился на стойку, Блэр едва сдержала желание схватить его за волосы и приложить об стол.
Она вдохнула, выдохнула. Потом выразительно посмотрела на него.
- Чак...
- Хорошо, - раздраженно кивнул он, - но тогда обеспечивай меня сексом сама. Десять раз в неделю.
- Три, - ответила она еще до того, как подумала, что практически согласилась на сам факт.
- Восемь.
Блэр помотала головой, прикидывая можно ли сейчас сказать, что она вообще не собирается греть его постель, но поняла, что делать это в процессе торгов будет как-то странно.
- Семь, - предложил Чак. - И это меньше, чем было у нас... тогда.
- Четыре. И неважно, что было у нас... тогда.
- Шесть.
Чак налил себе еще, терпеливо дожидаясь ее предложения. Или решения.
- Пять, и никаких ночевок, - сказала, наконец, она. - И в эти дни можешь напиваться.
- Хорошо, - кивнул он и посмотрел на нее так, что ее щеки моментально вспыхнули. - Знаешь, эта игра становится все интересней.
Блэр поморщилась и закатила глаза.
- Никаких ночных клубов, - смогла она продолжить.
- Нет, - мотнул он головой. - Это святое, не покушайся. Без них я не выдержу тебя. Но можем ходить вместе. Как «пара», - он снова хмыкнул.
Блэр несколько секунд задумчиво рассматривала поверхность стойки.
- Тогда выбор заведения за мной.
- Тогда - из списка, который я тебе дам.
- В котором наверняка только полу-бордели. Так, - нахмурилась Блэр, понимая, что разговор заходит в тупик. - «Виктрола», «Groove», «151» и... ммм...
- «Три комнаты» и «V». И вычеркиваем «Виктролу».
- Почему? - удивилась она. - Я думала, тебе нравится это заведение.
- Нравилось. Пока отец не забрал его у меня.
- Боже, - издевательски протянула Блэр, но осеклась, когда увидела его взгляд. - Это и правда было важным для тебя.
- Представь себе, - кивнул Чак, отворачиваясь. - Так что с кабаками?
Блэр задумалась.
- Хорошо, - кивнула она, - ходим вместе, но я имею право наложить вето на любое твое действие.
- Тогда я выбираю место и время нашего секса.
- Смеешься?
- Нет. Но могу пообещать учитывать твое мнение.
- Ладно, - кивнула Блэр. - Дальше. Твои пошлые шуточки?
- Забудь. Длина твоих юбок?
- Даже не мечтай. Время вместе?
- Минимум одна перемена в день, дорога в школу и из школы — по ситуации.
- И никаких совместных появлений без предварительной договоренности. Никаких семейных торжеств.
- Это будет странно, - заметил Чак.
- Ты будешь занят, - отрезала Блэр. - Все разы, пока я не верну себе корону. И кстати, если ты идешь напиваться с кем-то, сообщи.
- Что за глупость?
- Я не хочу выглядеть растерянной дурой, когда Сплетница пришлет отчет, - пояснила она. - И я не требую просить разрешения, просто сообщи.
- Ладно, - недовольно выдохнул Чак.
- Отлично, - продолжила Блэр. - Никаких СМС и звонков без крайней необходимости.
- Согласен. Подарки в подтверждение нашей «любви»? Цветы, милые мелочи и прочая хрень.
- Каждый выбирает себе сам. Второй просто оплачивает счет.
- Мои счета ты будешь оплачивать ночью под одеялом, - уколол он.
- Думала, тебе пригодится наличка, - уколола в ответ она. - Когда мы не вместе — никаких ситуаций, бросающих тень на нашу «любовь» и взаимную «верность».
- Взаимную? То есть обещаешь не встречаться с Нейтом?
- Да, - легко согласилась она и опустила глаза. - Это я смогу. Тебя это все еще волнует?
- Нисколько. Хочешь, докажу? - Чак посмотрел на нее с такой знакомой большинству девушек Манхеттена улыбкой, что Блэр снова едва сдержалась, чтобы не запустить в него стаканом. - Раздевайся.
- Иди к черту, ублюдок, - она встала со светлого стула и одернула платье. - Я ухожу и...
- Подожди, - примирительно поднял он ладони и вышел из-за стойки. - Новое правило. На больные мозоли без необходимости не давим. Согласна?
Блэр молчала, недоверчиво глядя, как он набирает короткую СМС.
- Артур отвезет тебя, - пояснил Чак. - Что? - развел он руками на ее возмущенный взгляд. - Это лучше, чем ехать на такси в таком виде, - кивнул он на ее разорванное платье и смятый подол. - Завтра утром я заеду за тобой, в клинике нужно быть в девять. Кстати, если вдруг интересно — я бы предпочел, чтоб ты поговорила с врачом по поводу таблеток.
- Сама собиралась. А как же твои любимые презервативы?
- От них мы тоже не откажемся.
- Попахивает паранойей. Я - за!
- Не сомневался, - заверил Чак и продолжил. - После клиники мы едем в какое-нибудь романтическое место, типа парка или кофейни, или где там обычно влюбленные за ручки держатся. Тем же вечером нас должны увидеть вместе. Я думаю, танцы до упаду в «V» подойдут.
- Может пусть это будет ресторан?
- Тогда это будет похоже на празднование положительного результата. Тебя должны видеть в клубах сигаретного дыма и чем-то сильно облегающем, в центре толпы, отрывающейся по максимуму и часто-часто прикладывающейся к бокалу. Обещаю не напиваться слишком сильно. Хоть ты и разрешила.
- О чем ты?
- О днях, когда ты ночуешь у меня. То есть, прости, - поправился он, и Блэр захотелось его убить, - о днях, когда ты заезжаешь на пару часов.
- Ты, - словно не веря своим ушам, уточнила она, - ты хочешь... завтра?
- Нет, - решительно ответил Чак. - Я хочу сегодня. Но, к сожалению, твое мнение тоже приходится учитывать.
- О, да, - улыбнулась она фирменной Уолдорф-улыбкой, и убить захотелось уже Чаку, - ты часто будешь на это натыкаться. Я прослежу.
Он подошел ближе. Их тела в очередной раз за сегодня соприкоснулись.
Несколько минут они просто смотрели друг на друга. Потом Блэр сделала шаг назад и одернула платье.
- Наверное, Артур уже подъехал, - сказала она и, развернувшись, вышла из комнаты.
- До завтра, милая, - крикнул в ее спину Чак.
- Увидимся, родной, - ответила она и захлопнула дверь, едва не снеся ее с петель.
Чак оперся бедром о стойку, сделал большой глоток виски и улыбнулся.

Хотите поговорить об этом?


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©

Сообщение отредактировал Minimina - Воскресенье, 02.10.2011, 00:17
 
MiniminaДата: Среда, 28.09.2011, 09:16 | Сообщение # 13
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
NB! высокий рейтинг!
если вам еще нет 17 лет, пожалуйста, покиньте темку (это временно, в след главке все опять хорошо smile )

2.6.

Блэр вернулась с танцпола к маленькому диванчику и села рядом с расслабленно развалившимся там парнем.
Тот тут же положил руку на ее коленку, продолжая тем не менее смотреть на сцену. Там извивались, иногда поглаживая и обнимая друг друга, блондинка и рыжая в блестящих бра и шортах с логотипом заведения.
- Может, не будешь так откровенно рассматривать их? - спросила Блэр, когда Чак обнял ее и придвинул к себе ближе.
- Хочешь подняться туда, чтобы я рассматривал тебя? - съязвил он. - Перестань, Уолдорф.
Он потянулся и налил ей еще шампанского. Потом поднял со столика телефон и показал ей последнее сообщение от Сплетницы. На неособенно ясной фотографии Блэр в коротком платье-бюстье изгибалась в толпе веселящихся людей, облитая, как дождем, неоновыми лучами. Разлетающиеся кудри, закрытые глаза и бокал шампанского в руках не оставляли сомнения в том, что девушка от души веселится. Короткий текст под фотографией почти дословно соответствовал тому, что Чак и Блэр ждали увидеть.
- О, - Блэр улыбнулась, - как быстро, - она выпила еще. - Иногда это плюс. Значит, можем уже, наконец, перестать ломать эту комедию и уехать отсюда.
- Конечно, - кивнул Чак и снова обнял ее, притянув еще ближе и практически усадив себе на колени, - Артур ждет нас. Как и мой номер, - шепнул он в темные кудри.
- Я думаю, стоит пока остаться, - быстро ответила Блэр и встала. - Можно... нужно закрепить результат. Еще пара фото лишними не будут.
Чак встал и шагнул к ней. Она выдохнула и сжала ножку бокала, когда почувствовала на коже шеи его дыхание. Блэр подумала, что зря столько выпила, потом почувствовала на своей спине горячую руку и залпом влила в себя остатки вина. Потом положила ладонь на мужское плечо и изобразила счастливую улыбку, старательно позируя во все стороны разом.
- Потанцуешь со мной? - услышала она и только сейчас поняла, что в зале играет медленная композиция.
Тепло его рук вокруг ее тела сводило с ума. В голове шумело, и ей очень хотелось списать все на алкоголь.
- Расслабься, - шепнул ей Чак - В конце концов, ты в ночном клубе со своим парнем...
Блэр посмотрела на него и, потянувшись, поставила бокал на столик.
- Ты прав, - сказала она, возвращаясь в его объятия и поворачиваясь к нему всем телом. — Сделка заключена.
- Спасибо, что напомнила, - он повел ее в центр зала. - Кстати, это ты мне напомнила, или себе?
- Не мечтай, Басс. Если вчера я еще всего лишь терпеть тебя не могла, то после твоего поведения в клинике моя ненависть к тебе достигла таких размеров, что я уже ненавижу не только тебя, но и себя тоже, только за то, что связалась с таким мерзким, отвратительным, гадким...
- Я же извинился, - отмахнулся Чак, наклоняясь к ней и целуя в губы. Блэр зашипела, но не ударила, хотя оба понимали, как сильно ей этого хочется. - В клинике я переборщил.
- Переборщил? - обняла она его за шею. - Ты лапал меня за задницу в приемной! - Чак стиснул зубы, когда ногти Блэр вонзились в его кожу.
- Зато, - назло ей продолжил он, - вспомни, какое вышло фото! Сплетница была в восторге.
- А я — нет.
- Я извинился, - хмуро повторил Чак. - И вообще, как еще мы могли состроить из себя пару? Ты же не позволяла мне себя целовать.
- Теперь позволила. И ты пользуешься этим безостановочно.
- Уолдорф, ты вообще помнишь, что мы будем делать после клуба? - он поднял руку и нежно провел кончиками пальцев по ее щеке. - Обещаю, в меню будут не только поцелуи. И кстати, - заметил он, крепко прижимая ее к себе и зарываясь лицом в ее волосы, - я с удивлением обнаружил в тебе эту нелюбовь к ним, мне помнилось, ты любила целоваться, - прошептал он. - По крайней мере, со мной.
- С тобой? - оттолкнула его голову Блэр. - О, какая у тебя хорошая память. Я такое далекое прошлое уже и не помню.
- А поцелуи с Нейтом помнишь? - глаза Чака сузились, и она поняла, что пару секунд назад наступила на больную мозоль. - А, - догадался он, - может это у тебя после него такое нежелание соприкасаться губами? Или...
Она взяла его лицо в руки и страстно поцеловала. Он дернулся, собираясь отстраниться, но Блэр не позволила, еще теснее прижимая к себе его голову.
Они остановились посередине танцпола, не обращая внимания ни на обступившую их толпу танцующих людей, ни на то, что музыка уже давно сменилась.
Почувствовав, что его руки на ее талии снова сомкнулись, Блэр углубила поцелуй.
- Что это было? - прошептал он через несколько минут, прижимаясь лбом к ее лбу.
- Показуха, конечно же, - ответила Блэр, поглаживая его щеку. - Поехали, Басс. Покончим с этим.

2.7.

Они вошли в номер.
Чак включил свет, щелкнув маленьким рычажком на стене у двери, но идущая следом Блэр сразу же выключила его.
Чак остановился на полпути к бару и удивленно обернулся.
В полутьме номера он увидел, как Блэр бросила сумочку на диван и, не останавливаясь, прошла к кровати.
- О, - ухмыльнулся Чак и пошел следом, - ты настроена решительно. Даже не знаю, радоваться или...
Он удивленно замолчал, когда она, на ходу скинув туфли, откинула край одеяла и, чуть выгнувшись, потянулась к молнии своего короткого платья. Он оперся плечом на угол стены у двери и смотрел за ее попытками раздеться несколько минут.
- Чак! - крикнула она наконец.
Он подошел к ней сзади и положил ладони на ее обнаженные плечи. Потом наклонился и поцеловал ямочку у ключицы, изгиб шеи, дрожащую жилку пульса на границе волос и кожи.
- Чак, - повернула Блэр голову. - Заканчивай с прелюдией.
Он замер, потом обнял ее, сомкнув руки на ее животе и прижимая спиной к своей груди.
- Тебе не нравится?
Она развернулась в его объятии и с силой отпихнула.
- Не просто не нравится, - сказала она, скрестив руки на груди. - Я ненавижу тебя, Чак Басс.
Он едва устоял на ногах от ее движения, но быстро поймал равновесие и замер, медленно повернув голову и взглянув на девушку, такую маленькую без своих шпилек и на фоне его огромной высокой кровати.
- И собираешься наказать меня тем, - ухмыльнулся он, возвращаясь к ней, - что позволишь получить все удовольствие в одиночку? Знаешь, - приподнял он одну бровь, - а я не против.
В полутьме номера он увидел, как распахнулись ее глаза.
Чак подошел ближе.
- Ты же понимаешь, что я получу свое, независимо от того, позволишь ли ты мне довести себя до оргазма.
Блэр резко опустила голову, волнистые пряди почти скрыли лицо, обняв щеки.
Чак поднял руку и провел кончиком пальца по линии виска, по изгибу скулы опустился к подбородку, взял его двумя пальцами и поднял ее лицо к себе.
- Уолдорф, - прошептал он и приблизился еще ближе. - Ну что НАМ С ТОБОЙ делить в постели?
Несколько бесконечных секунд она просто смотрела в его потемневшие глаза, оценивая и прикидывая.
Потом приподнялась на носочки и прижалась губами к его губам.
Чак страстно ответил, обнимая ее и крепко сжимая руки вокруг ее талии. Она запустила ладони в его волосы, притягивая к себе темную голову. Растворяясь в поцелуях, они шагнули к кровати. Блэр отстранилась, чтобы стянуть с плеч Чака пиджак, и еще до того, как тяжелая ткань коснулась пола, на так и не расстеленную толком постель уже упали два сплетенных тела.
Чак тут же перевернулся, подмяв девушку под себя. Она выгнулась в его руках, поднимая подбородок и позволяя ему покрывать страстными поцелуями свою шею. Ее пальчики на ощупь пытались развязать галстук бабочку, но огненные волны удовольствия от горячих мужских губ постоянно заставляли забывать, что она собиралась сделать. Ее руки то и дело оказывались на его плечах, спине, теребили короткие волоски на границе шеи, гладили щеки.
Когда Чак спустился к ее все еще скованной лифом платья груди и начал покрывать поцелуями нежные полушария, Блэр застонала и обняла его ногами. Одна его рука тут же спустилась к оголившемуся стройному бедру.
Блэр едва сдержала крик удовольствия, когда почувствовала такое знакомое царапающее прикосновение требовательных пальцев. Чак хрипло рассмеялся в мягкость шелковой ложбинки, обнял девушку и рывком перевернулся.
- Не сдерживайся, Уолдорф, - хриплым от страсти голосом сказал он, усаживая ее на себя, - мы оба знаем, что доставляем нам удовольствие.
- Ммм, - простонала она, выгибаясь, чтобы помочь ему расстегнуть свое платье. - Басс, неужели тебя заводят... ммм... да, вот так... Ау! Черт... мои стоны, - смогла она закончить мысль, отбрасывая ставший ненужным кусок ткани с ярлычком именитого дизайнера и снова падая на спину и утягивая Чака на себя.
Тот приподнялся над ней, снимая рубашку. Блэр подняла руки вверх и вытянулась на кровати, прекрасно осознавая, как вид ее горячего полуобнаженного тела, перечеркнутого лишь двумя тонкими полосками белья, подействует на стоящего над ней на коленях парня.
Он ожидаемо замер, несколько секунд просто глядя на тонкие ветви ее рук, тяжесть налившейся желанием груди, изогнутую линию талии и дрожащий от нетерпения животик.
- Ты вся меня заводишь, - выдохнул он, прежде чем страстно впиться в ее губы, снова накрывая своим телом.
Блэр коротко вскрикнула от неожиданной тяжести, но уже через секунду выпростала из под него ноги и снова подняла их, скрещивая лодыжки над мужской поясницей.
Чак целовал ее, словно они не виделись несколько лет. Он упивался ее ласками, ее запахом, гладкостью ее кожи под своими прикосновениями, силой ее бедер, сжимающих его талию.
Им понадобилось всего несколько минут, чтобы избавиться от остатков одежды.
Двое стояли друг перед другом на коленях и самозабвенно целовались, пока Чак не толкнул девушку на кровать и не перегнулся через ее тело к прикроватной тумбочке.
Под тихий шелест фольги Блэр игриво провела пальчиками ноги по его спине и бедрам, и хрипло рассмеялась, когда Чак взял ее ногу за лодыжку и поцеловал ямочку с внутренней стороны. Потом удивленно вскрикнула, потому что он прижал ее ступню к простыням, заставляя ее выгнуться в талии, сам наклонился, снова требовательно скользя губами по ее груди.
- Чак, что ты...? - Он провел ладонью по ее бедру, окончательно укладывая девушку на бок и делая первое осторожное движение. - Ай!
- Больно? - взволнованно спросил он, замирая над ней.
- Ммм... нет, - выдохнула Блэр и закрыла глаза, приноравливаясь к его толчкам. - Хорошо...
Скоро она приподнялась на локте, по пока еще прохладным простыням ближе подтянула к себе левое колено. Чак взвыл от удовольствия, когда она выпрямила вторую ногу и, описав в воздухе красивый полукруг, положила изящную лодыжку на его плечо.
- Боже, Блэр, - прохрипел он, покрывая поцелуями ее голень, щиколотку, изгиб узкой ступни, - напомни мне проследить, чтоб ты и дальше ходила на йогу.
Она тряхнула головой, откинув темный водопад волос за спину, и посмотрела на него поверх уже повлажневшего от страсти плеча. Чак зажмурился и запрокинул голову, проклиная этот взгляд и боготворя его одновременно.
Блэр хрипло рассмеялась и еще больше наклонилась вперед, опираясь теперь на локоть одной руки и ладонь другой. Чак оперся на колени и погладил ее, ритмично двигающиеся в такт плавным движениям, лопатки. Кожа была горячей, и он почти против своей воли вспомнил, какая она сейчас на вкус.
Блэр сильнее подвернула бедра, потираясь ягодицами о его пах и складываясь в талии едва не пополам. Несколько, показавшихся ей бесконечными, минут полумрак номера наполняли только поскрипывания матраца и хриплые стоны двоих.
Потом океан удовольствия стал наполнять ее все полнее и полнее.
Чак самодовольно усмехнулся, услышав, как громко стонавшая минуту назад девушка почти затихла. Блэр закрыла глаза, прислушиваясь к ощущениям, потом таким привычным, таким знакомым ему движением запрокинула голову, захватив приоткрытыми губами глоток воздуха. Иногда он любил злить ее и целовать в этот самый момент, не позволяя окунуться в подступающее удовольствие, но сейчас он был просто рад, что за время их перепалок и ссор ничего не изменилось.
Чак закрыл глаза, стараясь не сбить ритм, к которому она уже привыкла, дожидаясь, когда она начнет ожидаемо подмахивать бедрами ему навстречу. Когда это произошло, он стиснул зубы и шумно выдохнул.
Блэр застонала.
Он почувствовал, как острые ноготки впились в его бедро, заставляя его толкаться в зовущее тело резче. Он ласково погладил ее напряженно сокращающийся животик, подавляя острое желание забыть сейчас о ее удовольствии и получить свое сию же секунду, повернул голову и поцеловал горячий шелк кожи ее ноги.
Он зарычал, едва не сойдя с ума от спазма удовольствия, когда почувствовал, как сладко сжались ее мышцы вокруг его плоти, как Блэр напряглась под его рукой, выгибаясь на раскаленных простынях, как она запрокинула голову, теряя себя и хрипло выкрикивая бессвязные слова страсти.
Он закрыл глаза, понимая, что может просто не выдержать вида ее рассыпанных по влажным плечам волос, мелкой дрожи ресниц и закушенной нижней губы. Чак замер внутри нее, наслаждаясь сумасшедшими волнами ее удовольствия, подождал еще несколько секунд, потом позволил себе медленно отпустить ее.
Блэр упала на спину, раскинув руки. Ее бедра все еще были широко раскрыты перед ним.
Чак сполз к краю кровати и поцеловал девичью коленку. Потом разрешил ее все еще поднятой ноге бессильно лечь на его плечо. Далее спустился к ее внутреннему бедру. Ее мышцы были расслаблены. Невесомо касаясь кончиками пальцев и нежно лаская кожу приоткрытыми губами, он слышал, как Блэр тихо дышит, восстанавливая дыхание.
Через несколько секунд она опустила одну руку, зарываясь в его темные вихры.
Чак проложил дорожку из поцелуев от чувствительного местечка над твердым холмиком ее лобка к середине все еще подрагивающего от каждого прикосновения животика.
- Ну что, королева, - сказал он, поцеловав ее пупок, - моя очередь. Как ты хочешь продолжить?
Запустив пальцы глубже в темные волосы, Блэр потянула его голову вверх и поцеловала искусанными в попытках не кричать губами. Чак почувствовал, как она снова обнимает его ногами. Он удобно оперся на локти, скользнув ладонями по простыням и сжав нежные девичьи плечи, и вернулся в обжигающе-тесное тепло.
Блэр целовала его то нежно, обнимая губами его нижнюю губу, то покусывая гладкую упругость, то просто прижимаясь к его дыханию, то страстно изучая его рот языком. Чак едва отвечал, полностью сосредоточенный на собственных ощущениях. Блэр не возражала. Она крепче обняла его, когда он с силой сжал ладони, царапая вздрогнувшие плечи, и хрипло зарычал, ныряя в изгиб ее шеи и наверняка оставляя следы от зубов.
Они замерли, прислушиваясь к себе.
Через несколько секунд Чак приподнялся на локтях и посмотрел в ее лицо.
- Ну как ты, Уолдорф? - с улыбкой спросил он, продолжая наслаждаться ровным, в такт дыханию, движением ее груди под своей.
- Все еще ненавижу тебя, Басс, - ответила она и легонько ударила его кулачком по предплечью, сталкивая с себя.
- Значит, я все так же хорош, - ухмыльнулся он, скатываясь на простыни и расслабленно раскидываясь.
Блэр осталась неподвижно лежать рядом, то ли сомневаясь, то ли наказывая его. Он немного потянулся и погладил ее по плечу.
Вместо того, чтоб прижаться к нему, она встала и пошла в душ.
Чак повернулся на бок, с самодовольным интересом рассматривая, как дрожат при ходьбе ее колени. Он уже открыл рот, чтобы съязвить по этому поводу, но Блэр опередила его.
- Скажешь сейчас хоть слово, - бросила она, не поворачивая головы, - и все оставшиеся разы будешь смирно лежать на спине.
- Хм, - проглотил он несказанную колкость, - а я вообще-то не против наездницы. Ты должна помнить, - не сдержался он.
- Я помню, что ты против однообразия, - сказала она, хлопнув дверью ванной.
Чак снова раскинулся на кровати, глядя в потолок.
Он подумал, что следующие несколько недель будут интересными. Потом он подумал, что Уолдорф по-прежнему хороша. Потом он решил, что, пожалуй, будет играть честно.
Когда через несколько минут Блэр на цыпочках вернулась в номер, надеясь проскользнуть мимо Чака незамеченной, она поняла, что предосторожности излишни - он уже ровно сопел, распластавшись на кровати.
Блэр быстро оделась и ушла.

2.8.

Стоя в лифте отеля, Блэр вздохнула и достала из сумочки телефон.
24 неотвеченных вызова ее волновали мало, так же, как и почти 30 СМСок с разных номеров ее телефонной книжки.
Кроме одного.
Блэр в сомнении смотрела на клавиатуру, держа палец над кнопкой быстрого набора. Потом еще раз вздохнула и решительно нажала на вызов.
- Алло, - ответили ей после первого же гудка, - Блэр! Куда ты пропала? Я целую вечность пытаюсь до тебя дозвониться! Ты видела, какой бред говорит про тебя Сплетница? Это просто ужасно...
- Сирена, Сирена, - перебила поток слов Блэр. - Это правда. То есть... не совсем правда, но...
С той стороны трубки повисло молчание.
- Ты хочешь сказать...
- Я, - снова вздохнула Блэр, - хочу сказать - прости меня. Я вела себя ужасно, говорила то, что не думаю. Я... - Несколько секунд она снова слушала молчание и уже прикусила губу, сдерживая подступающие слезы. - Сирена, прости меня.
Тишина в трубке казалась бесконечной.
Блэр прижалась спиной к стене лифта, мысленно прощаясь еще с одним человеком в своей жизни. Горечь осознания уже грозила стать горечью слез, когда девушка на том конце снова заговорила.
- Блэр, ты же моя лучшая подруга, - сказала она так, словно это была прописная истина. - Я приезжала к тебе еще вчера вечером, но дома не было ни тебя, ни Элеанор, и Дорота ничего не смогла сказать про то, где вы обе. Потом я приезжала на вертолетную площадку, но и там тебя не было. Сплетница написала, что утром тебя видели в клинике на Семьдесят второй, но приложила такую фотографию, что я не поверила... Блэр, где ты?
- Прямо сейчас выхожу из лифта в лобби «Palace».
- Жди там!!! - крикнула Сирена так, что вздрогнула не только Блэр, но и проходящий рядом коридорный.
Она почти секунду трясла головой, оценивая, не лопнули ли ее барабанные перепонки, когда дверь отеля распахнулась и в холл влетела до крайности возбужденная блондинка.
- Блэр! - крикнула она и повисла на ее шее.
- Сирена... - немного растерялась та от такой встречи. - Я думаю...
- Ты что, принимала душ? - удивленно отстранилась блондинка. - О, Господи! - зажала она рот рукой, - так это правда! Но... но... Как???
- Он был сверху, если ты о позе, - ответила Блэр, понимая, что это окончательно ее добьет, - или ты о чем-то другом?
Сирена встала напротив нее, держа обе ее руки.
- Мне кажется, - сказала она, наконец, - ты хочешь мне многое рассказать.
Блэр послушно кивнула.


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©
 
MiniminaДата: Среда, 28.09.2011, 22:47 | Сообщение # 14
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
3. Школьная ложь.

3.1.

- Чак! – снова застучала в дверь ванной Сирена. – Я серьезно! – она отодвинула тяжелую створку. – Чак! Это моя ванная.
- Мою заняла Блэр, - возразил тот, растирая в ладонях крем. – Я вообще не понимаю, что вы, девчонки, там столько времени делаете…
- Блэр? - удивилась Сирена. - Она сейчас у тебя?
- Ну, вообще-то у тебя, - обернулся тот. - По крайней мере, для Дороты. Она почему-то все еще категорически отказывается мне доверять.
- И почему бы это? - съязвила Сирена. - Уходи.
- Мне нужно еще 10 минут.
- Отлично, - развела руками она и выскочила из комнаты, подхватывая по пути свою одежду с кровати.

хохо

- Блэр? – позвала она, войдя в комнату Чака и стараясь не смотреть на смятую постель. Раздался щелчок замка. – Что ты делаешь?
- Даю серьезный шанс домашнему обучению, - выдохнула та, опираясь на раковину и глядя на себя в зеркало.
- О, Би, - обняла ее подруга. – Перестань. Все будет хорошо. Никто уже и не помнит о том скандале. Я приму душ? – та равнодушно мотнула головой на полупрозрачную дверцу. – Кроме того, - продолжила Сирена, скидывая халат, пока Блэр открывала блеск для губ, - та бомба, что вы скинули Сплетнице потом, перекрыла все. Чак Басс и Блэр Уолдорф теперь вместе, - Блэр показалось, что она тихо хмыкнула.
- Не смешно! – тут же крикнула она.
- Конечно нет, - быстро согласилась Сирена, - за эти три недели было много смешных сплетен. Но вы – нет. Вы – это НЕ СМЕШНО.
- Сирена! – снова крикнула Блэр, и та рассмеялась.
Под шум льющейся воды брюнетка нервно мерила ногами комнату.
Сирена молчала, понимая, что подруга на нервах. Последние три недели были достаточно тяжелыми для нее. Она старательно изображала любовь с Чаком Бассом, заново налаживала отношения с матерью и Бартом, строила планы возвращения в школу, и при всем при этом, как она однажды ей призналась, больше всего на свете хотела запереться в своей комнате, обнять коробку конфет и не видеть никого из людей еще пару десятков лет.
- Перестань, - снова повторила она, выходя из душа и заворачиваясь в полотенце. – Я же говорю тебе, все давно все забыли.
- Думаешь?
- Уверена, - кивнула блондинка. - Кстати, - заметила она, включая фен, - я не знала, что ты ночевала у Чака.
- Я не ночую у него, - ответила Блэр, останавливая, наконец, свое бессмысленное метание и опираясь бедрами о край раковины. - Приехала минут двадцать назад, чтобы вместе ехать в школу. Мы не отрепетировали наш выход, - она нервно постукивала пальцами по светлой керамике. - Меня это здорово напрягает, мы должны появиться так, чтобы ни у кого и сомнений не возникло.
Она снова повернулась к зеркалу. Увидев, что за прошедшие минуты полностью съела с машинально искусанных губ весь блеск, она, вздохнув, в очередной раз за сегодня достала из сумки косметичку.
- О, не переживай, - сказала Сирена. - Вы столько раз появлялись вместе за эти три недели, что... - Подожди, - словно только осознав, уточнила она. - Ты приехала к Чаку Бассу утром, выгнала его из его комнаты, заняла его ванную, и он сейчас повезет тебя в школу изображать любовь?
- Ну да, - равнодушно пожала Блэр плечами, ближе наклоняясь к зеркалу. - Сирена, - повернулась она через минуту, - скажи, что все будет хорошо, пожалуйста, скажи. Вся моя школьная жизнь будет зависеть от того, поверят ли нам. Если все поймут, что мы играем, я пропала.
Сирена выключила фен и собрала волосы в низкий хвост, все еще обдумывая неожиданную мысль, что возможно она не так хорошо знает своего новоявленного брата.
- Сирена!
- А? Ой, прости, - торопливо сказала та, забирая из рук подруги блеск для губ, который она все еще вертела в пальцах, едва не ломая от волнения пополам, - все будет хорошо, Блэр, - она взяла ее ладони. - Ты всегда была лучшей актрисой на всех школьных спектаклях, а Чак любит деньги. Кроме того, - заметила она, выходя из ванной и поднимая с кресла ворох своей одежды, - репетиций нежных прикосновений, я так понимаю, было предостаточно.
Блэр вышла за ней следом и обессилено упала в освободившееся кресло. Дожидаясь, пока подруга оденется, она снова съедала только что нанесенный блеск, нервно покусывая губы.
- Ну перестань, - Сирена села на подлокотник и обняла ее за плечи. - Все будет хорошо. Читая сообщения от Сплетницы, я сама бы поверила.
- В то, что я могу встречаться с Бассом? - скривилась Блэр. - Кто ты, и где МОЯ Сирена?
Блондинка весело рассмеялась и, встав, потянула подругу за руку.
- Пошли. Все уже внизу.

3.2.

Лимузин замедлил ход, сворачивая на перекрестке. Уже пару кварталов его пассажиры могли видеть учеников, идущих попутно в форменных пиджаках. Некоторые, едва завидев авто, сразу начинали перешептываться, многие просто привычно провожали его завистливыми взглядами.
На очередном повороте Блэр нервно поджала губы.
Сирена потянулась к ней с бокового сидения и ободряюще погладила по руке.
- Перестаньте обе, - поморщился Чак, - Уолдорф, если хочешь, мы в любой момент прекратим всю эту игру.
- Сплетница с ума сойдет, - заметил Эрик, прячась на всякий случай за спиной сестры.
- Я тоже, - тихо добавила та, снова выпрямляясь на сидении.
- Нет уж, - решительно отрезала Блэр и повернулась к сидящему рядом Бассу. - Я три недели таскалась с тобой по кабакам и позволяла прилюдно себя тискать.
- А я умирал от скуки на каких-то бессмысленных бранчах, - поморщился от воспоминаний Чак, - без возможности потискать у тебя хоть что-то, кроме ладони.
- Я была с тобой на хоккее!
- Я устроил тебе романтический уик-энд вместо Потерянных выходных!
- Ты просто само самопожертвование, - съязвила Блэр, заканчивая спор. - Никаких остановок и прекращений, Басс. Мне нужна эта школа, этот город и мой Йель.
- Так может, прорепетируем выход? - наклонился к ней Чак, - на всякий случай, - он взял двумя пальцами ее подбородок и потянулся к ее губам.
Блэр резко повернулась к нему всем телом и замахнулась. Чак уже почти привычным движением перехватил ее запястье и ухмыльнулся.
- Знаешь, Уолдорф, тебе стоит предложить свои услуги нашей олимпийской сборной, - сказал он, - общение с тобой здорово улучшает реакцию.
Она попыталась замахнуться на него другой рукой, но Чак молча пригнулся, глядя в окно. Блэр сделала то же самое и поняла, что автомобиль остановился перед зданием школы. Она опустила руки.
- Вы такие милые, - заметил Эрик, открывая дверцу. - Надо бы, на всякий случай, продумать, что наденем на возможные похороны, - шепнул он вышедшей следом за ним сестре.
- Да уж, - вздохнула та, - день будет тяжелый.
Она оглядела толпу школьников.
Форменные пиджаки, одинаковые галстуки, яркие ободки.
Новая королева со свитой у перил.
И всеобщие изучающие взгляды, устремленные на открытую дверцу черного сияющего символа богатства за ее спиной.
Внутри авто Блэр нервно сжала колени. Чак видел, как дрогнули ее ресницы, как она снова прикусила губу.
- Давай, милая, - чуть толкнул он свою девушку. - Твой выход.
- Не смей называть меня так! – возмутилась Блэр, но осеклась. – Только на людях. – Чак посмотрел в сторону водительской шторки, Блэр закатила глаза. – Я сказала – людях…
Чак вышел из лимузина и протянул девушке руку.
- Ну, Уолдорф, - шепнул он, прикасаясь к ее спине, - ты же актриса.
Она повернулась к нему, глядя в его глаза с такой благодарностью, что Чак на секунду удивился. Потом она поднялась на цыпочки и прикоснулась губами к его губам.
- Ммм, - протянул он, - трехнедельные репетиции прошли не зря.
- Заткнись, Басс, - шепнула она в его губы, - все смотрят?
- Угу.
- Тогда продолжаем, - она медленно провела ладонью по его груди, - проводи меня к крыльцу. Потом поздороваешься со своими типа друзьями, держа меня за руку, я постою с тобой минуту и мило попрощаюсь до ланча. Ты скажешь комплимент, а я пойду к директрисе.
- Разве ты не подойдешь к девочкам? – шепнул Чак в ее волосы, обнимая Блэр за талию. – Я думал…
- Нет, Басс. Думаю здесь Я, - она улыбнулась ему так нежно, что Чак почти смог не поморщиться, когда ее ногти впились в его ногу. - Пусть эти псевдо-стервы поварятся пока в собственном соку.
Все четверо подошли к белой полукруглой лестнице.
Блэр слышала, как с каждым ее шагом все громче бьется в висках пульс. На секунду она пожалела, что отказалась от предложения Чака взять с собой в лимузин шампанское.
Она подняла голову и посмотрела на своих бывших фрейлин, Пенелопа смотрела с недоверием, Дженни с раздражением, остальные - с любопытством. Удивленно остановился на полпути Нейт. Начали перешептываться группки младших школьников. Поздоровался с кем-то из одноклассников Эрик. Сирена весело замахала Дэну, подходящему к школе с другой стороны.
Кивая ей и глядя на ее удаляющуюся спину, Блэр нервно сжала пальцы Чака. Тот ответил крепким дружеским пожатием, и она немного расслабилась.
- Псевдо-стервы готовы тебя растерзать, - заметил Чак, незаметно кивнув в сторону свиты.
- Конечно, - ответила она счастливой улыбкой. - А на что ты бы мне иначе сегодня понадобился?
- То есть я - твое сильное мужское плечо? - улыбнулся он, глядя на трех парней, опирающихся на перила.
- Ага, - рассмеялась Блэр. - Да ты еще и шутить умеешь. Как мне повезло, - громко добавила она, поднимаясь с ним по лестнице. - Начали, - шепнула она и приветливо поздоровалась с его друзьями.

3.3.

Первый день учебы прошел довольно быстро. Как всегда.
Преподаватели старались загрузить учеников по максимуму, надеясь, что те быстрее забудут про весенние шалости на каникулах и войдут в рабочий ритм. Директриса провела привычное собрание с объявлением дат итоговых тестов. Ученический комитет, как всегда, требовал идей и времени, а Блэр, как всегда, пришла на ланч на ступеньки Метрополитена.
- Ты уверена в том, что делаешь? - спросила Сирена, опускаясь рядом с ней.
- О чем ты? - словно не понимая, уточнила Блэр, принимая стакан с кофе.
В нескольких метрах от них на такой же ланч собрались ее бывшие фрейлины. Яркие наряды и введенные Блэр ободки притягивали взгляды, словно солнечные зайчики на фоне угрюмой серости камня.
- Да, - кивнула Сирена, проследив за взглядом подруги, - именно о них. Я думала, ты сделаешь вид, что ничего не произошло, и подойдешь сама.
- Неееет, - протянула Блэр. - Они этого и ждут.
- Думаешь, они сделают первый шаг? - уточнила блондинка.
- Конечно.
- Ну, пока толпа почитателей вокруг тебя не такая большая.
- Это временно, - отмахнулась Блэр, отпивая кофе. - Я даю им время до завтрашнего вечера.
- А потом?
- Потом придется предпринимать шаги, чтобы подтолкнуть их в нужном направлении, - ответила она, отворачиваясь. - Не переживай, Сирена, - тряхнула она темными прядями, - на моей стороне ты, Чак и Эрик. Кстати, ты ведь не рассказала Дэну?
Блэр поставила стаканчик на ступеньку и расправила синие складки плаща на коленях. Вокруг них город жил привычной жизнью. Она изо всех сил старалась соответствовать новым для себя правилам.
- Нет, - опустила глаза Сирена, - я ничего ему не рассказала, но я уже говорила, мне не нравится врать своему парню ради тебя.
- Ты не лжешь, - возразила Блэр. - Ты просто не говоришь правды. Это разные вещи.
Она замолчала, когда заметила, как к ним поднимается Дженни. Сирена сначала посмотрела на Блэр, удивившись оборванному разговору, потом проследила за ее взглядом и радостно помахала поднимающейся блондинке.
- Привет.
- Привет, - ответила за Блэр Сирена.
Дженни открыла рот, чтобы продолжить мысль, но подошедший к ним человек в привлекающем внимание шарфе заставил ее неуверенно замолчать.
- Леди, - на ходу поздоровался он с блондинками.
Он остановился на ступеньке перед Блэр и чуть наклонился, опираясь на одно колено. Ей захотелось отшатнуться, но она быстро вспомнила, что взгляды минимум десяти человек сейчас прикованы к ним двоим. Она мило улыбнулась своему «парню» и позволила ему взять свою ладонь.
- Моя королева, - он наклонился еще ниже и коснулся губами нежной кожи. – Ты что-то хотела, Дженни? – снова выпрямился он.
Та неуверенно помялась, покосившись на него, но потом продолжила мысль.
- У нас сегодня ужин в «Баттере», - сказала она. – Блэр, не хочешь присоединиться?
- Ну, - ответил за нее Чак, - вообще-то у нас уже были планы, - перехватив испепеляющий взгляд брюнетки, он резко осекся. - Могу отменить.
- Пожалуйста, Чак, - просяще посмотрела на него Блэр, снова входя в роль. - Предполагается девичник? - уточнила она у Дженни.
- Эм... да, - кивнула та и посмотрела на Сирену.
- Нет-нет, - подняла ладони блондинка. – Я уже говорила. Мы с Дэном не виделись все каникулы, поэтому простите, но…
- Перенесем, Чак? - снова снизу вверх посмотрела на него Блэр.
- Конечно, - улыбнулся тот и снова покорно склонил голову, - все, как ты скажешь.
- Здорово, - довольно пожала она плечами и снова посмотрела на откровенно рассматривающую их блондинку.
Дженни была явно растеряна. Эта сценка преклонения Красного барона перед казалось бы свергнутой Королевой заставила ее нервничать. Идея, казавшаяся ей такой хорошей минуту назад, начала показывать свои изъяны. Одно дело, если Чак и Блэр иногда появляются вместе на страничках «Сплетницы», но совсем другое, если он и правда готов защищать свою девушку. Да и подруга ее брата явно на стороне этой брюнетки. И не факт, чью сторону примет Дэн, если холодная война и взаимное игнорирование перерастет-таки в открытую конфронтацию.
Почувствовав на себе пристальный взгляд, Дженни тряхнула головой, откладывая тревожные мысли.
- Ну и отлично, - кивнула она. – Значит, мы рассчитываем на тебя. Да, Блэр?
- Конечно, - улыбнулась та в ответ.
Дженни скомкано попрощалась и вернулась к остальным.
Чак тоже выпрямился, собираясь уйти, но Блэр остановила его, взмахнув рукой.
- Кстати. Хорошо, что ты меня нашел.
- И теперь мы будем идти вместе по жизни? – предположил он, снова улыбаясь фирменной улыбкой.
- Не мечтай, Басс, - привычно скривилась она. - Я поговорила с преподавателем по экономике.
- При чем здесь я?
- При том, что ты готовишь доклад, - снова улыбнулась она ему с тем самым выражением лица, не допускающим никаких возражений. - И выступишь с ним на экономической олимпиаде.
Чак нахмурился.
- Зачем мне это?
- Затем, - раздраженно пояснила она, забывая на минуту, что надо улыбаться, - что это покажет какой ты ответственный ученик, хороший управленец и будущий достойный студент. В добавок, это поможет тебе получить плюсик, а точнее единственный огромный плюс в глазах директрисы, - она наклонилась к лежащей в ногах темно-синей сумке с коричневыми вставками и достала несколько листов бумаги. - Это твоя тема, список литературы и некоторые мои мысли по этому поводу.
- А разве это ни накануне теста? - удивилась Сирена.
- И при чем здесь твои мысли? - удивился Чак.
- Мы справимся.
- Мы? - еще больше удивился Чак.
Сирена просто открыла рот и посмотрела на нее. Блэр, как всегда спокойно, выдержала два пронизывающих взгляда.
- Ну я же твоя девушка, - растянула она губы в приторной улыбке. - Помогу тебе, «парень».
Чак продолжал просматривать листы с заметками на полях, когда Блэр встала и взяла его под руку.
- Ну, без году выпускник, - похлопала она его по рукаву, - пошли. Покажу тебе, где в этом здании библиотека.
Сирена молча смотрела им вслед, допивая из картонного стаканчика свой чай. Первый раз за три недели, что она знала о фиктивности этих отношений, она начала сомневаться. Сирена тщательно перебирала в памяти все, что случилось только что, пытаясь понять, что заставило ее уверенность пошатнуться, но ничего не получалось.
Разозлившись на себя, она встала и подняла со ступенек свою светлую сумку.

3.4.

Сирена и Дэн удивленно посмотрели друг на друга.
- Он серьезно? – спросил Дэн.
- Пошли проверим, - предложила Сирена.
Они, держась за руки, вышли в гостиную. Чак не обманул. На небольшом прозрачном столике и правда было сервировано семь мест.
Снова удивленно переглянувшись, парочка заняла два черных стула у стойки с телефоном. На мягком светлом диване рядом с местом Сирены в уголке сидела, выпрямив спину, Блэр.
- Эм, - растерялся Дэн при виде руки Чака на ее плече, - привет.
- Привет, - растерянно кивнула она.
В комнату вошли Лили с Бартом и Эрик, все мило друг с другом поздоровались, и, едва всеобщее внимание переключилось на них, мужская рука с плеча брюнетки незаметно для других съехала на спину. Блэр напряглась, но продолжила обмениваться ничего не значащими комплиментами с Лили. Когда ладонь, успешно миновав изгиб талии, опустилась еще ниже, она не выдержала.
Под испепеляющим взглядом Чак отступил.
- Ну, что ж, - хлопнул он в ладоши, выпрямляясь, - приступим.
Официант послушно принес первое блюдо.
Пока все осторожно пробовали красивые завитушки из тонких мясных полосок, в комнату неслышно вошел еще один служащий отеля с большой светлой коробкой. Сирена, радостно кокетничая, открыла ее.
По ее виду Блэр поняла, что что-то не так.
Она наклонилась к подруге, но та уже выхватила из коробки блестящие наручники и черную кожаную игрушку.
- Порно? Серьезно? – взорвалась та презрением в сторону сидящего рядом с Блэр парня. – Это низко, Чак. Даже для тебя.
Тот непонимающе покачал головой, когда на его колени приземлилась коробка с пикантным содержимым.
- Я не посылал это, - швырнул он ее на стол.
Блэр вскочила и пошла вслед за подругой.
- Сирена, - позвала она, заходя в ее комнату. – Подожди. Успокойся, - она попыталась остановить нервно нарезающую круги блондинку, но та вырвала ладони и продолжила метание.
- Блэр, он хочет меня достать! – почти кричала она, откидывая ладонью волосы с лица. - Как можно было послать такое, да еще вручить при Лили!
- Сирена…
- Он просто гадок! Он отвратителен! Я не понимаю, как ты можешь играть с ним…
- Сирена! – прервала ее Блэр.
Та наконец-то остановилась и повернулась к ней.
– Что?! – возмутилась с новой силой она. - Эта выходка, это просто…
- Это не я, - раздался от двери бархатных голос, и обе девушки повернулись.
- Убирайся из моей комнаты, Чак! Я не хочу, чтобы ты приближался ко мне ближе, чем на десять метров! Как ты мог!?
- Да, говорю же, - шагнул он к почти сестре, - это не я!
Блэр быстро встала между ними, положив обе ладони на грудь Чака. Тот опустил глаза на наманикюренные пальчики.
- Я тебе верю, - сказала она и повернулась к подруге. - Сирена. Успокойся.
- Перестань защищать его! – возмутилась та. – Ты ведешь себя так, будто не знаешь его.
- Или будто знаю, - парировала она. – Почему ты думаешь, что это он? Твое прошлое хранит армии скелетов! Может, какой-то из них увидел тебя на улице, вспомнил о былом и прислал напоминание о совместных деньках? Почему ты думаешь на Чака?
- Потому что он Чак!
- И что?
- И он вполне способен на что-то такое, просто, чтобы позлить меня! Вспомни, что он сделал с тобой!
- Это здесь не при чем!
- Ты до сих пор исправляешь это, играя с ним в отношения!
- Чак сказал бы мне, если бы послал тебе эту коробку.
- Да, - согласилась Сирена, - если бы вы были настоящей парой, сказал бы! Вот только сейчас я не думаю, что он будет перед тобой отчитываться в своих… - она осеклась, глядя куда-то за спины Чака и Блэр.
Растерянный Дэн стоял у приоткрытой двери и явно не знал, что ему делать.
- Хамфри, - нахмурилась Блэр. – Не сейчас.
- Да, - согласился Чак, поворачиваясь к двери, - давай позже.
- Хм, - приподнял Дэн брови, - для ненастоящей пары вы так единодушны.
Чак резко шагнул к нему, рывком затащил в комнату и плотно закрыл дверь.
- Что ты слышал? – спросил он, прижимаясь спиной к деревянной створке.
Дэн медленно перевел взгляд с него на Сирену. Потом на Блэр. Потом снова на Чака. Если минуту назад он был просто озадачен и удивлен, то сейчас он стоял перед Чаком уже почти испуганным.
- Ничего, я просто пришел к Сирене…
- Что. Ты. Слышал?
Дэн снова неуверенно посмотрел на свою девушку. Блэр стояла перед ней, отрезая ему все пути к помощи, Чак загораживал дверь, делая невозможным и побег тоже.
По виду этих двоих Дэн понял, что когда Сирена говорила про игру, она видимо не так выразилась, речь шла о чем-то очень и очень серьезном. По крайней мере, за ставку в этой игре кое-кто готов убить его прямо сейчас.
- Вы ругались, - признался он. - Сирена сказала, что вы ненастоящая пара.
Блэр выразительно посмотрела на нее.
Та смотрела на Дэна.
- Мне кажется, нам надо поговорить, - она попыталась подойти к своему парню, но Блэр преградила ей дорогу.
- Нет, Сирена! Когда ты сделала это в прошлый раз, Дженни испортила мои отношения с Нейтом, может не будем рисковать?
- Тогда все получилось случайно, - начал было оправдываться Дэн, но Блэр взглядом заставила его замолчать.
- Вот именно для того, чтоб таких случайностей больше не было, мы тебе и не говорили.
- Не говорили? – удивился он. – То есть это все не один день тянется?
Чак и Блэр обменялись коротким взглядом. Как всегда в экстренных ситуациях, они обошлись без слов и жестов, просто прочитав мысли друг друга. Блэр все еще сомневалась, с другого конца комнаты Чак приводил ей свои доводы: «Дэн не отстанет», «Сирена все равно ему расскажет», «Он и так уже почти знает».
Немного посовещавшись, они приняли одно на двоих решение.
- Хорошо, - неохотно сказала брюнетка, отступая и позволяя Сирене подойти к своему парню. – Во-первых, Хамфри - если хоть слово из того, что ты сейчас услышишь, выйдет из этой комнаты, я уничтожу тебя, твою сестру и твое будущее. Поверь на слово, я это сделаю, даже зная, что рискую потерять подругу, - добавила она, глядя как та взяла его за руку.
- А я, - продолжил Чак, подходя к своей «девушке», - разрушу твое настоящее, ее будущее и жизнь твоего отца. Он ведь все еще влюблен в Лили, не так ли? О, - заметил он в ответ на удивленно взлетевшие брови, - ты не знал. Ну что ж. Пусть это будет примером того, что в моем шкафу хранится намного больше грязных секретиков, чем у тебя.
- И на двоих у нас намного больше возможностей, - закончила его мысль Блэр. – И намного меньше милосердия.
- Перестаньте его запугивать, - возмутилась Сирена, но сразу же опустила глаза под двумя испепеляющими взглядами. – Дэн. Они хотят сказать, что… это все и правда очень важно. Для них.
- Это я уже понял, - кивнул он. – Я никому ничего не скажу. Но я не понимаю, вы же…
- Нет, - покачала головой Блэр. – Мы не пара. Все наши «отношения» - показуха для наших родителей и школы.
- Что? Но… но…
- Тебе не обязательно знать причины этого, - сказал Чак, - достаточно того, что ты знаешь нынешнее статус кво.
Дэн и Сирена переглянулись.
Потом парень медленно кивнул.
Блэр довольно вдохнула и улыбнулась своей подруге.
- Ну вот, - пожала она плечами, - он почти в безопасности. Ты едешь со мной?
- Куда? – удивилась та.
- По магазинам. У меня же сегодня девичник в «Баттере».
- О, - словно только что вспомнила та. – Нет, прости. Я бы хотела остаться здесь.
По тому, как судорожно та сжала руку своего парня, Блэр поняла ее назаконченную мысль.
- Ладно, - поморщилась она, - воркуйте, голубки. А ты, - повернулась она к своему брюнету, - готовишь доклад.
- Помню, - поморщился в свою очередь тот. – Уолдорф, с каждой написанной строчкой я все меньше понимаю, зачем мне это надо.
Она растянула губы в фирменной сейчас-прибью-улыбке и толкнула его ладошкой в грудь.
- Идем, объясню.
Спиной вперед она дотолкала его до двери.
- Увидимся вечером, Сирена, - сказала Блэр, не оборачиваясь.
- Пока, Хамфри, - успел сказать Чак.
Когда за ними закрылась светлая створка, оставшаяся пара все еще смотрела в ее гладкую поверхность.
- Слушай, - повернулся, наконец, Дэн к девушке, - а они точно уверены, что играют?
Та лишь задумчиво покачала головой.
Потом повернулась и поцеловала обнимающего ее парня.

3.5.

Сирена сладко потянулась. Серая простынь, прикрывающая ее грудь, от движения чуть съехала, и взгляду парня, по чьему животу были рассыпаны золотые локоны, открылся розовый сосок.
- Ты похожа на сытую кошку, - сказал он, погладив ее по голове.
Пальцы сразу утонули в россыпи прядей.
Девушка перевернулась на живот, сложив ладони на его груди.
- Это потому, что я чувствую себя как довольный котенок, - улыбнулась она и, потянувшись, поцеловала его. – Три недели не видеться – это ужасно.
Она на секунду недовольно надула губы, но сразу же снова рассмеялась, потому что Дэн сгреб ее в охапку и повалил на смятую постель. В волнах серых простыней она обняла его и уже почти ответила на еще один страстный поцелуй, когда зазвонил телефон на ее тумбочке.
- Ммм, - разочарованно простонала она в любимые губы, - это Блэр. Надо ответить.
- О, да, - покорно согласился он, подавая ей дребезжащую трубку, - я не хочу быть тем, из-за кого она не поделится с тобой новостью.
Она снова рассмеялась и легонько шлепнула его ладонью по макушке.
- Алло.
- Сирена. Это война.
- Что? - непонимающе переспросила она.
- Дженни бросила мне вызов, - пояснила Блэр. - И я его принимаю. Я уничтожу эту выскочку.
- Но, подожди, - все еще рассеянно потрясла головой Сирена. - Только Дженни? Я думала, твоя главная соперница Пенелопа.
- О, нет, - прошипела Блэр. - Пенни просто хранит мой трон. Она и девочки пойдут за мной на край света по первому зову, но эта маленькая дрянь... Так, Сирена, я звоню сказать, что б вы с Дэном были предельно осторожны. Это война, - повторила она и повесила трубку.
Блондинка несколько секунд слушала короткие гудки прежде чем сама нажала на отбой.
- Что такое? – взволнованно спросил Дэн, глядя в ее обескураженное лицо.
- Я… честно говоря, я не знаю. Кажется, Блэр разворачивает боевые знамена.
Он погладил ее по голому плечу.
- Знаешь, - с сомнением протянула она, не реагируя на ласку, - наверное, я поеду к ней.
- Я думал, ты останешься на ночь…
- Я… мне кажется, я нужна ей.
- Слушай, - Дэн вытянулся рядом с нею, - позвони Чаку.
- Чаку?
- Ага. Они типа пара, расскажи ему.
- Но ты же знаешь, что они…, - начала она, но потом задумалась.
Дэн продолжал гладить ее предплечье. Скользнув по теплой коже, его ладонь опустилась к тонким пальцам. Глядя на нежное сплетение их рук, Сирена в сомнении сжимала свой телефон. Когда он неожиданно снова зазвонил, она едва не вскрикнула. Взглянув на имя вызывающего абонента, она не удержалась и показала дисплей Дэну. Тот лишь уверенно кивнул.
- Чак?
- Ты говорила с Блэр? - вместо приветствия спросил тот.
- Тебе какая разница?
- Она моя девушка, - напомнил он.
- Перестань, - поморщилась Сирена, словно он мог ее видеть. - Мне можешь не врать.
- И тем не менее, - ответил он. – Я читал «Сплетницу». Что с девичником?
Сирена подтянулась и села на кровати. Дэн терпеливо дожидался окончания разговора.
- Серьезно, Чак, - с сомнением спросила она, - почему тебя это волнует? – Молчание в трубке длилось несколько бесконечных секунд. - Я не знаю, что там произошло, - призналась, наконец, Сирена, - но Блэр очень зла и расстроена.
- Сильно?
- Да.
- Спасибо, сестренка, - ответил Чак. – И кстати, - добавил он, словно между прочим, - я сказал Барту и Лили, что ты сегодня собиралась ночевать у Блэр. Так что, не торопитесь. Хамфри привет.
Сирена положила трубку и несколько минут смотрела на ждущего ее слов Дэна. В который раз за сегодня она подумала, что возможно, она не так уж хорошо знает своего почти что брата.
- Ну что? – не выдержал Дэн.
- Я остаюсь, - улыбнулась в ответ Сирена и потянулась к нему за поцелуем.


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©

Сообщение отредактировал Minimina - Воскресенье, 02.10.2011, 00:37
 
MiniminaДата: Пятница, 30.09.2011, 11:34 | Сообщение # 15
Elite
Группа: Сплетница
Сообщений: 532
Награды: 123
Статус: Offline
4. Танго на стеклах.

4.1.

Чак вышел из комнаты и прошелся по коридору. Потом вернулся к себе, в сомнении ходя по кругу, останавливаясь то у кровати, то у стола с компьютером, то у высокого комода.
Рядом с открытым ноутбуком лежал его мобильный телефон. Чак подошел и посмотрел на темный дисплей. Потом развернулся и снова вышел из комнаты.
Он спустился в столовую и налил себе виски. Встал, опираясь на край стола и несколько минут смотрел на нетронутый низкий стакан с янтарной жидкостью. У самого дна, там, куда не падал свет, цвет напитка был не прозрачно-золотистым, а густым, шоколадным.
- К черту, - сказал, наконец, он, быстро вернулся в свою комнату и взял телефон.
Бесконечные гудки здорово пошатнули его уверенность, но когда он уже собирался положить трубку, девушка с той стороны устало выдохнула «Алло».
- Привет, Уолдорф, - сказал он. - Как твой девичник?
- Я не хочу об этом говорить, Басс. Зачем ты звонишь?
- Поговорить о твоем триумфе.
- Значит, разговор окончен.
- Уверена?
- Абсолютно.
Короткие гудки резанули слух.
Чак положил трубку, сразу же начав набирать еще один номер.
«Я делаю глупость», - успел подумать он, прежде чем ему ответили.

хохо

Чак в очередной раз подумал, что делает глупость, когда выходил из лимузина. Нажимая кнопку лифта, он думал, что это не глупость, а бессмысленный поступок. Выходя в холл с полом в черно-белую клетку, он думал, что эта бессмыслица тем не менее может здорово ударить по нему позднее.
Когда он уже решил, что пожалуй, оставит все так, как есть, он понял, что сделать этого уже невозможно.
- Мистер Чак, - поприветствовала его женщина.
- Дорота, - почтительно склонил голову Чак.
- Мисс Блэр не принимает, - решительно заявила она. – Она дала на этот счет…
- И все-таки, - перебил Чак. - Можно я поднимусь? - он посмотрел на нее с самой милой и дружелюбной улыбкой, какую только смог изобразить. - Если она не откроет, я просто уйду. Пожалуйста.
- Но...
- Я могу сказать, что тебя не было, - добавил он.
Дорота поджимала губы и посматривала наверх бесконечную минуту, прежде чем неуверенно кивнула.
- Спасибо, - улыбнулся ей Чак и в несколько шагов взбежал по лестнице.
Перед белой дверью он в сомнении остановился, словно натолкнулся на стеклянную преграду. Потом все-таки поднял руку и постучался.
- Уходи, Дорота, - раздался раздраженный голос, - я же сказала, что не хочу... - Блэр удивленно смотрела на стоящего на пороге парня. - Какого черта ты здесь делаешь, Басс?
- Приехал подставить свое плечо, - хмыкнул он, проходя к ней.
Блэр нервно прошлась по комнате. Чак сел на ее кровать и несколько минут просто ждал.
- Да ладно тебе, Уолдорф, ты на взводе, - сказал, наконец, он, - явно что-то просчитываешь. Одна голова хорошо, как говорится... Рассказывай.
Блэр села рядом с ним и долго смотрела на ковер. Чак осторожно убрал с ее плеча длинную прядь темных волос.
- Они просто не пришли.
- Я знаю, - Блэр удивленно посмотрела на него. – Это уже в «Сплетнице». Что планируешь делать?
- Уничтожить Дженни.
- Думаешь, виновата во всем она?
- У других просто мозгов не хватит, - раздраженно ответила Блэр и снова встала. – Эти девочки мои выкормыши, я сама их выбрала, выдрессировала, сама сделала их такими, а Дженни… Дженни другая.
- Так покажи им это, - Чак наклонился вперед, опираясь локтями на колени.
Блэр удивленно остановилась перед ним.
- А смысл? – спросила она. – Она явно не тянет на королеву. Она просто мешает МНЕ вернуться на трон.
- И мешает девочкам вести привычный образ жизни, - напомнил Чак. – Сегодня они не пошли в «Баттер»…
- Но завтра они, - начала Блэр, но осеклась и задумалась. – Завтра ее день рождения, - словно про себя сказала она, - они будут там, где будет она.
Она снова села рядом с ним. Чак лег на кровати, подложив ладонь под голову. Рассматривая спину девушки, он терпеливо дожидался, пока план в ее голове обретет более-менее четкие очертания.
- Ты ведь решила использовать ее происхождение? – уточнил он через несколько минут.
- Я организую вечеринку в честь ее дня рождения, - согласно кивнула Блэр, поворачиваясь к нему. – Я поговорю с ее отцом, мы украсим их бруклинскую квартиру воздушными шариками, - она легла рядом с ним на живот, опираясь на локти, - купим разноцветные колпаки…
- Не забудь торт с ее портретом, - поймал мысль Чак. – Причем масляный, из домашнего бисквита.
- А на стол - бумажную скатерть…
- Розовую.
- Точно! – щелкнула она пальцами. – Много розового! Что еще?
- Девочек пригласишь в самый последний момент, - продолжил Чак, - чтобы они не успели выяснить, что их ждет, и отказаться.
- И пусть это будет кто-то незнакомый им, услышав мой или твой голос, они могут что-то заподозрить.
- Я закажу для тебя столик в «Трех комнатах»...
- Нет. «Баттер»!
- Хорошо, «Баттер», - равнодушно пожал он плечами. – Хочешь реванш?
- Да. Хочу, чтобы Пенни поняла, ради кого она отказывается от меня. Контраст между тем, что доступно Дженни и тем, что предлагаю я, будет таким разительным, что маленькая Джей мигом вылетит из свиты.
- Или будет существенно понижена в правах, - осторожно добавил Чак.
- Когда я стану королевой, она вылетит со ступенек, как…
- Держи друзей близко, - перебил Чак, - а…
- Знаю, - поморщилась она и хотела закончить известную мысль, но отвлеклась на тихий шорох открываемой двери.
- Мисс Блэр, - недовольно нахмурилась Дорота, глядя на развалившегося на постели Чака и свою хозяйку, лежавшую у его плеча, как мирный котенок.
Девушка удивленно посмотрела на нее, потом проследила за ее взглядом до парня в сантиметрах от себя.
– Эй! – словно только что увидев его, воскликнула она. – Какого черта ты делаешь на моей кровати?!
- Вообще-то, помогаю тебе, - поморщился он, когда Блэр прыжком села перед ним и с силой пихнула его двумя руками к краю высокой постели. – Ладно-ладно, - встал он, потирая ушибленное предплечье. – Ухожу. Спасибо, что зашла, Дорота, - съязвил он.
- Мистер Чак, - упрямо сжав губы, ответила та, - уже поздно, и я услышала голоса. Хотя дверь в комнату была закрыта, - многозначительно добавила она.
- Я ухожу, - повторил Чак. – И кстати, мы и правда, просто поговорили.
- Пошел вон, Басс! - возмутилась Блэр. - И спасибо за помощь.
Он обернулся от двери на сидящую на кровати девушку.
- Если тебе вдруг понадобится еще что-то, - сказал он с многозначительной улыбкой, от которой у большинства женщин города неизменно по спине начинали маршировать мурашки, - ты знаешь, где меня найти.
- Я вас провожу, мистер Чак, - встряла Дорота, едва не хватая парня за воротник.
Он послушно вышел из комнаты, пару мгновений на полном серьезе ожидая почувствовать задом пинок удобной домашней туфли.
Уже спускаясь с лестницы, он услышал короткий окрик.
- Чак.
Он повернулся, прикидывая, безопасно ли будет сейчас остановиться, учитывая, что Дорота шла за ним по пятам. Потом быстро преодолел оставшиеся ступени и встал возле столика с цветами, подняв глаза на стоящую на самом верху Блэр.
- Да, моя королева?
- Мне нужен адрес галереи отца Дженни.
Чак тут же достал телефон и начал набирать СМС.
- Будет у тебя через 10 минут. До завтра, дорогая.
- Убирайся, милый.

4.2.

Чак вошел в знакомый холл с черно-белой клеткой на полу. Он вдохнул, как перед прыжком с вышки, и шагнул навстречу выходящей к нему из кухни женщины.
- Мистер Чак, - хмуро поздоровалась она, не считая нужным скрывать свое к нему отношение.
- Дорота, - учтиво склонил он голову, старательно изображая раскаяние и смирение.
- Мисс Блэр еще не встала, - ее взгляд практически прилип к большому свертку в яркой упаковке в его руках. - Но я могу передать ей ваш подарок.
- О, - словно только вспомнил о нем Чак, - это не Блэр. Это тебе.
- Мне? - замерла женщина.
Он молча протянул ей яркий сверток. Она осторожно развернула блестящую упаковку, словно ожидая увидеть внутри семейство змей или бомбу с часовым механизмом.
Чак терпеливо ждал.
- О, - восхищенно выдохнула Дорота. - Это же... это...
- Ага, - кивнул он, словно вручил ей грошовую брошку, - мне сказали, что издание довольно редкое, и я подумал, что тебе должно понравиться. Смотри, - шагнул он, и открыл толстую книгу в ее руках, - здесь автограф автора. А вот это, - он ткнул пальцем в оглавление, - говорят, его любимый рецепт. Может, приготовишь его мисс Блэр на завтрак?
- Ммм? - Дорота погрузилась в изучение текста и едва заметила, как Чак осторожно повел ее из холла в кухню.

хохо

Блэр сладко потянулась и сняла с глаз нежно-лиловую повязку. Она села на кровати и посмотрела на часы.
- Ух ты, - удивилась она сама себе.
Накинув полупрозрачный пеньюар, она спустилась на кухню, следуя за урчанием в животе и аппетитным запахом. На пороге она резко остановилась.
- О, мисс Блэр, - засуетилась Дорота, - вы уже встали? Все почти готово.
Блэр продолжала смотреть на сидящего перед кухонным столом Чака в как всегда идеальном школьном костюме.
- Что ты здесь делаешь? - спросила она, проходя в кухню и садясь на стул рядом с ним.
- И тебе доброе утро, любимая, - ответил тот.
- Не называй меня... - она осеклась, глядя на спину готовящей кофе Дороты. - Что ты здесь делаешь?
- Мистер Чак был так любезен, - ответила за него Дорота, - что предложил мне помощь.
- Я - подопытная мышь, - пояснил тот. - Мы нашли немного странный рецепт закуски и решили опробовать его заранее, прежде чем Дорота приготовит его для тебя.
- Мне казалось, ты знаешь, что я предпочитаю на завтрак? - раздраженно посмотрела на служанку Блэр.
Та заметно стушевалась.
- Милая, - наклонился к ней Чак, - это я виноват. Я подарил ей новую книгу рецептов, и, естественно, мы не удержались. Не ругай Дороту.
Блэр повернулась к нему и уже открыла рот, чтобы высказать все, что думает об этой ненормальной коалиции, когда Чак, словно спохватившись, достал из кармана листок бумаги.
- Кстати, я приехал, чтобы отдать тебе это.
- Что это? - она быстро пробежалась глазами по справке от лечащего врача Бассов, подтверждающей, что Блэр Уолдорф пропускает сегодня занятия в школе по медицинским показаниям.
Она удивленно подняла на него глаза.
- Подумал, что тебе понадобится сегодняшний день, - пожал он плечами. - Ты ведь хотела сделать сюрприз подруге. На ее день рождения, - напомнил он. - Хочешь, - он встал, забирая у нее справку, - я отвезу ее директрисе?
- Эм, да, пожалуй, - она смотрела, как он на ходу откусил от сэндвича, что протянула ему Дорота и глазам своим не верила.
Чак восхищенно начал нахваливать ее таланты, та засмущалась и затеребила белый передник. Мило попрощавшись с обеими, Чак пошел к выходу, но потом, словно что-то вспомнив, вернулся и, наклонившись со спины к Блэр, чмокнул ее в щеку.
- Не забудь позвонить Сирене, милая. Все, теперь точно все. Дорота, будь осторожна!
- Что вы имеете в виду, мистер Чак?
- Теперь, когда твой талант огранен новыми знаниями, тебя вполне может выкрасть из этого дома какой-нибудь знакомый гурман Элеанор. Если почувствуешь угрозу, сразу скажи, я приставлю к тебе охрану.
Та снова зарделась и опустила глаза.
Когда в холле звякнул, открываясь лифт, Блэр продолжала испепелять женщину взглядом.
- Эм... э... - растерянно протянула та, - завтрак, мисс Блэр?

4.3.

Нейт устало смотрел на мелькающие за окном огни города. Вечеринка в «Баттере», куда затащила его Дженни, оказалась совсем не такой, как он рассчитывал.
Сначала милая девочка, что едва не рыдала на его плече вечером и клялась, что заедет в это заведение максимум на 20 минут, куда-то испарилась, едва они сели за столик, а на ее месте появилась типичная фрейлина. Потом Пенни настойчиво вытаскивала его на танцпол, не слушая никаких отговорок. Потом его едва не силой заставили позировать для фотокамер мобильников, обнимая то одну подружку именинницы, то другую. А когда через час мучений он напомнил Дженни о том, что уже поздно, она лишь отмахнулась, продолжая болтать с Хейзел о «Valentino» и «Dior».
Закончилось тем, что он просто сбежал, поймав такси.
Нейт вздрогнул от неожиданности, когда в его кармане завибрировал телефон. Он посмотрел на имя, мигающее на дисплее, поморгал, посмотрел еще раз.
Имя не изменилось.
- Чак? - удивленно поднял он трубку.
- Привет, Нейт, - от шума мотора он не слышал интонации знакомого голоса. - Ты в курсе, зачем маленькая Дженни привела тебя сегодня в «Баттер»?
- Что? - не понял тот. - У нее день рождения, и она сказала, что не хочет быть одна. Подожди, - потряс он головой, - откуда ты вообще...?
- И привела тебя к подружкам? – перебил Чак. В этот раз Нейт ясно услышал издевку и злость. - Ты не подумал, что если бы они ее ждали, она не была бы в этот день одна.
- Что ты хочешь сказать? – нахмурился он. - Что она использовала меня, как пропуск? Чак, прекрати.
- Я просто предупредил.
- Я тебе не верю, - он уже собирался положить трубку, но не сдержался и добавил. - И вообще, мои отношения с Дженни - не твое дело.
- Мое, если это касается моей девушки.
- При чем здесь Блэр? – снова вступил в разговор Нейт. - Я просто провел время со своим другом.
- Провел время? - уточнил Чак. - Она потанцевала с тобой? Поговорила? Вы общались, если рядом не было кого-то из свиты?
- Иди ты к черту, - через несколько минут молчания зло ответил Нейт.
- Значит, я прав, - сделал вывод Чак. - Ты был нужен Дженни только за тем, чтобы насолить Блэр.
- А, ну да, Блэр, - повторил когда-то любимое имя Нейт. - Вы ведь теперь сладкая парочка.
- Да, - подтвердил Чак. - А ты ее бросил. Кстати, прилюдно.
- А ты значит, пришел на помощь? Рыцарь в блестящих доспехах, - хмыкнул он. - Я думал, это не твоя роль.
- Да уж, - процедил Чак. - Обычно принцем был ты. Пока не разрушил ее день рождения.
- Она простила меня.
- Она всегда тебя прощала. Все года, что вы были вместе.
- Тебе не кажется, - попытался съязвить Нейт, но в очередной раз понял, что у него это не особенно получается, - что ты не имеешь никакого права меня осуждать. Это ты переспал с моей девушкой.
- Она не была твоей девушкой.
- Да? Долго? Сколько вообще стоит ждать, прежде чем подкатить к бывшей друга?
- Тебе правда интересно? – голос на том конце становился все злее и злее. - Хочешь знать на будущее?
- Конечно! – вспылил Нейт. - Так сколько? Час?
- Нет! - разозлился Чак. - Вообще-то минут двадцать. Это в наш с ней первый раз. Если тебе все еще интересно, был и второй. После того, как она послала меня к черту и захотела вернуться к тебе. После Сирены. После кольца. После того, как ты практически сказал ей, что не любишь. Она захотела вернуться к тебе, мать твою. И ты кинул ее снова. И когда ей было так хреново, что хуже и быть не может, я просто был рядом. Черт возьми, ты думаешь, я не понимаю, что мы стали парой почти случайно? Ты думаешь, я этого не понимал, когда на котильоне она снова побежала к тебе? Знаешь что, - осекся он, - ты можешь ненавидеть меня, если тебе будет от этого легче, хоть я и не сделал ничего ужасного, а по сравнению с тобой я вообще ангел. Ты можешь задуматься и начать ненавидеть себя, потому что ты постоянно делал Блэр больно и продолжаешь это делать. Но, черт тебя дери, Арчибальд, не смей ненавидеть ее! Не смей, слышишь!
- Я не ненавижу Блэр, - тихо ответил Нейт, удивленный этой неожиданной тирадой.
- Тогда постарайся больше не участвовать в интригах Дженни, - сказал Чак. - Ну или хотя бы убедись, что они не касаются Уолдорф. И держись от нас с ней подальше.
Нейт положил трубку и с удивлением заметил, что такси уже стоит у его дома.
- Плюс доллар за ожидание, - равнодушно сказал водитель. – Итого…
- Знаете что, - перебил парень. – А отвезите меня лучше еще по одному адресу.

хохо

Лимузин медленно подъехал к отелю.
Чак перекинулся с Артуром несколькими словами по поводу завтрашнего утра и попрощался, услышав традиционное «Доброй ночи». Он вышел из авто и замер, когда от резной решетки чугунных ворот главного входа «Palace» отделилась темная фигура.
- Нейт? - удивился он. - Какого черта ты здесь делаешь?
Тот подошел и несколько секунд переминался с ноги на ногу.
- Слушай, чувак, - начал он, и Чак напрягся еще сильнее.
- Хочешь набить мне морду еще раз? - хмыкнул он, обходя бывшего друга. - Прости, но в этот раз я тебе отвечу.
Нейт обернулся и схватил его за рукав. Тот, как пружина, развернулся ему навстречу и замер, потому что блондин уже примирительно поднял обе руки вверх.
На пустом тротуаре залитом ночной темнотой они стояли друг перед другом несколько бесконечных секунд.
- Чувак, - снова начал Нейт. - Я по поводу нашего разговора... Я это... Ты... я просто подумал...
- Что?
- Выпить не хочешь? - словно шагнув в пропасть, выпалил он.
Чак недоверчиво прищурился и наклонил голову.
- С тобой?
- Ага.
- Выпить?
- Ага.
- Сейчас?
Нейт подождал еще несколько секунд, потом понял, что бывший друг совершенно ему не верит.
- Нет никакого подвоха, - сказал он, - просто... сегодня... - обречено развел он руками, силясь подобрать слова. - Я никогда не слышал от тебя ничего такого.
- Какого? - уточнил Чак.
- Ты... ты будто защищал ее.
- У меня серьезные отношения, - хмыкнул тот, радуясь, что отблески огней отеля не разгоняют мрак нью-йоркской ночи полностью, и Нейт, скорее всего, не увидит непрошенную горечь в его улыбке. - Они предполагают что-то подобное, не считаешь?
- Знаешь... - снова начал Нейт, но замолчал, глядя, как Чак достает телефон и набирает СМС. - Что ты делаешь?
- Прошу Артура вернуться, - ответил он, отправляя сообщение и набирая сразу после этого «Я в бар. С другом. Просто выпьем, никаких шлюх». - И спрашиваю разрешения у Блэр, - добавил он, нажимая на «Отправить».
- Спрашиваешь разрешения? - удивился Нейт. - Чувак, да она крепко тебя стреножила, даже со мной она... то есть, я хотел сказать, - стушевался он.
- Все в норме, - хмыкнул Чак. - Ты можешь упоминать, что встречался с моей девушкой. Не поверишь, но она мне говорила что-то такое.
Нейт рассмеялся, опустив голову.
- Здорово. Кстати, - заметил он. – Откуда ты знаешь про «Баттер»? Этого ведь даже в «Сплетнице» еще не было.
- От Блэр, - неохотно ответил Чак. - Она позвонила мне с час назад, я забрал ее оттуда. Отвез домой.
- Так ты едешь от Блэр?
- Да.
- Я даже не знал, что она сегодня там была…
- То, что столик был заказан на ее имя, тебя не смутило?
Нейт задумался.
- Когда мы с Дженни приехали туда, она сказала, что забыла в такси сумочку и отправила меня за ней. Когда я вернулся, она просто повела меня в зал. Знаешь что, - тряхнул он головой, - пошли в «Socialista». Там сегодня...
- Извини, чувак, но перечень кабаков строго ограничен.
- Серьезно? - снова удивился Нейт.
- Ага.
Телефон в руке Чака коротко пискнул.
«Никаких шлюх», - прочитал он, взглянув на экран. К тротуару на другой стороне улицы медленно подъехал черный лимузин.
- «151» или «V»? - спросил Чак.
- Да без разницы, - махнул рукой Нейт.

4.4.

Утром Блэр была зла.
Очень зла.
Едва проснувшись, она еще приветливо поздоровалась с Доротой, принесшей ей завтрак. Потом, сладко потягиваясь, приняла душ, оделась, тихо улыбаясь некоторым особенно любимым платьям. Не торопясь, привела себя в порядок и села за компьютер проверить сообщения.
И через минуту после этого она уже нажимала нервно трясущимися пальцами на кнопку быстрого набора, нетерпеливо притоптывая, пока слушала гудки.
- Доброе утро, милая, - раздался в трубке знакомый голос, - хочешь пригласить меня…
- Где ты, ублюдок? – перебила она.
- Может, объяснишь, что случилось?
- Где ты? – повторила она, едва сдержавшись, чтобы не закричать.
- В «Palace», - удивленно ответил тот, - в своем номере на… - он удивленно слушал короткие гудки, прикидывая, успела ли разъяренная фурия с той стороны услышать его последние слова.
Потом потянулся в постели и решил просто подождать развития событий.
Через пару минут разглядывания потолка, он понял, что заснуть снова ему уже не удастся. Вздохнув, Чак откинул край одеяла и сел на постели.
Быстро собравшись, он взял с прикроватной тумбочки телефон и набрал номер. Трубку с той стороны взяли буквально через пару гудков.
- Ты что-то узнал? – взволнованно спросила девушка.
- Пока нет, сестренка, - ответил Чак. – Информация будет к понедельнику, пока только предварительные данные, но я не хочу тебя обнадеживать. Я звоню за другим – ты не в курсе, что случилось с Блэр?
- Нет, - не успев скрыть разочарование, протянула блондинка. – Я не видела ее уже два дня, вчера она не появилась в школе и…
- Она была занята, - заметил Чак, - готовила день рождения для подруги.
- Да, Дэн рассказал мне, чем это закончилось, - недовольно ответила Сирена, - вам не кажется, что это было немного жестоко?
- Что именно? Привести девочек в Бруклин? Да, ты права, редкостный садизм. Ты, кстати, все еще там?
- Нет. Мы с Дэном в моей комнате.
- В девять утра? Он что…
- Нет, Чак, - ответила она. - Не то, чтобы это твое дело, но он не ночевал у меня. Мы договорились вместе позавтракать, и он заехал за мной.
- Кстати, о Бруклине, - сказал Чак, - как малышка Джей провела свой день рождения? А впрочем не отвечай. Давай я поднимусь к вам. Буду через пару минут.
Сирена положила трубку и повернулась к ждущему окончания разговора Дэну.
- Что-то случилось? – уточнил он, сидя на ее кровати и удобно опираясь на подушки у изголовья.
- У нас? Нет. У них? Да, - ответила она, забираясь в его объятия в коротком домашнем халатике. – Чак сказал, что хочет подняться, чтобы поговорить о Дженни. Если хочешь, я могу не пускать его.
- Нет, - он поцеловал ее в светлую макушку, - не можешь. Тебя мучает совесть за то, что Барт его выселил. Кстати, ты так и не рассказала мне, кто посылал тебе все эти гадости.
- Чак выясняет, - ответила она почти что правдой и погладила его грудь в клетчатой рубашке, - я не могу тебе пока рассказать о не… об этом человеке.
Она подняла к нему лицо. Он нежно провел кончиком пальца по ее щеке, потом наклонился и поцеловал приоткрытые, все еще ненакрашенные губы.
- Какая идиллия, - услышали они через несколько минут, когда Сирена уже почти что сидела верхом на своем парне, а он вовсю обнимал ее, притягивая к себе все ближе. – Продолжайте, я только схожу за попкорном.
- Я уже говорила, что ты гадок? – спросила Сирена, разворачиваясь к Чаку и садясь на кровати рядом с Дэном.
- Много раз, - он продолжал опираться плечом о косяк открытой нараспашку двери. - Что случилось с Блэр? Она позвонила с утра, разъяренная как сотня фурий, сказала, что едет, и я так понимаю, вооруженная минимум парой ножей.
- О, - рассмеялась девушка и посмотрела на Дэна, - может останемся, кажется, скоро нам прямо здесь покажут фильм ужасов. 5D! - радостно захлопала она в ладоши.
- Нет уж, - возразил Чак, - давайте вернемся к кино для взрослых. Хамфри, снимай рубашку, Сирена, твоя задача…
Он не договорил, резко наклонившись вперед и зашагав к кровати. Едва поймав равновесие, он обернулся к разъяренной брюнетке на пороге комнаты.
- Как ты мог? – уперев руки в бока, посмотрела на него Блэр. - Пить с Нейтом? Серьезно, Чак?
- Ты сама мне разрешила! - возмутился тот.
- И тебе здравствуй, Блэр, - заметила с постели Сирена.
- Я не знала о ком речь! – пропустила она приветствие мимо ушей. - Я думала, это Эрик, или Картер, или... да даже пьющий с тобой Хамфри столько сплетен не вызвал бы!
- Я вообще-то здесь, - заметил он.
- Я вижу. Чак!
- Да в чем к черту дело?! - ответил тот. - Это ничуть не вредит тебе. Может, хватит думать только о собственных амбициях?
- Может, хватит думать только о том, как напиться вечером?
- Нейт нужен мне! – незаметно для себя повысил голос Чак. - У нас есть свои традиции, и я не намерен от них отказываться, если подвернулся случай все исправить.
Сирена поморщилась, глядя на перепалку.
- Прекратите! - возмутилась она, вставая с кровати. - Вы просто как...
- А, по-моему, - встрял Дэн, - они похожи на семейную пару.
Чак и Блэр посмотрели друг на друга.
- Алкаш!
- Стерва! - одновременно прошипели они.
- Ну, - уточнил тот, - где-то году на двадцатом совместной жизни. И кстати, вы оба можете больше не отвлекаться на оскорбления меня, я подожду Сирену в гостиной.
- Не стоит, - ответил Чак, - мы спустимся ко мне. Да, любимая?
Блэр скрестила руки на груди и растянула губы в фальшивой улыбке.
- Я тебя сейчас ударю, - спокойно констатировала она факт.
- Опять? – уточнил он. – Давай тогда уж у меня. И кстати, у Сирены где-то есть наручники.
- Так все, - подскочила к нему блондинка и начала выталкивать к двери, - вон из моей комнаты. Оба!
Она схватила подругу за рукав платья и тоже развернула к выходу.
- Поговорим, когда вы разберетесь между собой, - она захлопнула дверь и повернулась к сидящему на кровати Дэну. – Дай мне пять минут, ОК?
- Конечно, - он снова удобно лег на ворох мягких подушек.


Нам оставалась всего неделя, и она уже прожита ©

Сообщение отредактировал Minimina - Пятница, 30.09.2011, 11:36
 
Форум сайта gossipgirlonline.ru » Фанфики » Библиотека » Мини от Minimina (Chair)
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Поиск: