menu
person
[ Обновленные темы · Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Модератор форума: gagoshka, LiluMoretti  
Диснэйленд для ублюдков
LiluMorettiДата: Понедельник, 26.11.2012, 23:11 | Сообщение # 16
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 7686
Награды: 966
Статус: Offline
Как неблагоразумно. А впрочем благоразумность - х*йня. Не правда ли?
Я усмехнулся. Слово "благоразумие" из наших уст звучит как самое откровенное и вызывающее богохульство и кощунство. Право говорить о чести мы выебали ещё подростками, когда напивались до тех пор, пока не казалось, что сердце вытечет едким ядом наружу, разъев мясо и кожу, порвав вены, как нижнее белье проститутки. После каждой вечеринки всегда кто-то умирает, и мы давно отплясали свое, отправив мораль агонизировать в раю для онанистов.
Как всегда глаголишь истину, Ники.
Я предпочитаю "эпично". Париж нуждается в пороке. Здешние шлюхи нагоняют на меня тоску.
Я ухмыльнулся, оборачиваясь к Каваллини и наблюдая за тем, как сумеречное солнце обтекает её профиль. Закусив губу при виде обнаженного тела и от восхитительной вульгарности туфлей на шпильке, я проследил за её взглядом. Ах да, куколка. Крыши. Тебе бы невероятно пошло быть сброшенной с одной из них. Так сочно и со вкусом. Шлюхи должны лететь с небоскребов, как предписывал пафос.
Мой член солидарен с тобой. Французский минет такой убогий, - я захохотал, идя мимо Каваллини и перехватывая её руку, тяня за собой. Вскоре мы подошли к черному входу в Лувр и я повернулся к Ники, упираясь голой спиной в железную дверь и окидывая её шальным взглядом. - Оскверним святые места искусства, куколка? Картины, романтизм, классицизм - такая скука. Люди запирались в своем одиночестве, никому не нужные семяизвержения, и оправдывали это геном гения. - Я запрокинул голову, выдыхая хриплый раскатистый хохот.


 
DshDДата: Суббота, 01.12.2012, 22:43 | Сообщение # 17
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 6992
Награды: 386
Статус: Offline
Как всегда глаголишь истину, Ники.
Вскинув бровь, я апатично кивнула, рассматривая неровный изгиб крыши и гадая, видно ли с той точки, на которую я так упорно смотрю весь Париж или хотя бы ту часть, которую можно было назвать таковой. Ту часть, до которой не доходили туристы и романтику, те единственную честную часть Франции.
Мой член солидарен с тобой. Французский минет такой убогий,
Беззвучно рассмеявшись, я тащусь следом за Бейзеном, вскидывая бровь, когда он оборачивается ко мне, откидываясь на железную дверь. Интерес почти заполнил мои капилляры и это чертово безумие, рвущее меня на части и жаждущее снова выплеснуться наружу. Мне ведь нравилось это, так чертовски нравилось идти напрочь против системы, так что бы все вокруг плевались и не понимали, что бы им было гадко даже смотерть и она хотели упечь меня в психушку. Placebo взрывается в моем мозгу, словно навязчивый рингтон и я делаю маленький шаг к Картеру, становясь в полуметре.
Оскверним святые места искусства, куколка? Картины, романтизм, классицизм - такая скука. Люди запирались в своем одиночестве, никому не нужные семяизвержения, и оправдывали это геном гения
Расхохотавшись, я коротко кивнула, толкая железную дверь за его спиной и легко толкая его внутрь, наклоняясь и выдыхая в самые чертовы губы:
Непременно, Карти. Побьем рекорд мечтателей.
Заходя следом, я премило улыбаюсь охраннику, который ошалелым взглядом осматривает нас, говоря что-то в рацию и подходя ближе.
Бонжур. - сладко тяну я, откидывая прядь волос с груди на спину. Шоу маст гоу он, сладкий. Мы все равно попадем вовнутрь.


 
LiluMorettiДата: Воскресенье, 02.12.2012, 00:57 | Сообщение # 18
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 7686
Награды: 966
Статус: Offline
Она хохочет, как булгаковская Маргарита. Я думаю, что она конченая и маниакально-депрессивная сука и ей давно впору застрелиться из двустволки, разрисовав полотно стены пятнами крови. Её губы возле моих, безумные серые глаза напротив, я ухмыляюсь ей в лицо: - Непременно, Карти. Побьем рекорд мечтателей.
Мы кубарем летим в Лувр. Эта шлюха бывает довольно забавна местами. Кто бы мог подумать, что малолетние проститутки способны на нечто большее, чем просто послушно влажнеть, когда надо, и умело орудовать пальчиками вокруг члена.
Новое действующее лицо. Тривиальный охранник, а мы были бы рады загону французских хранителей правопорядка, чтобы нас пытали словить очередями пуль, а вертолеты вырисовывали мертвые петли, провозглашая спичи о том, что нам следует сдаться. Но это всего лишь поджарый мужчина, явно шокированный нашим присутствием. Сладкая хрипотца Ники разносится по мраморному залу и я танцующей походкой направляюсь к одной из статуй языческих божков, пользуясь временной атрофацией мозга охранника. Все же, шикарная грудь моей маленькой шлюшки иногда чертовски спасала из бедственных положений.
Бонжур.
Я фамильярно обнимаю фигуру Апполона, пренебрежительно окидывая его шальным взглядом и кладя свободную ладонь на его каменный член. Пошло поглаживаю его, оскаливаясь, а после небрежно кидаю Каваллини: - Он такой ма-аленький. Малышка, ты ведь любишь большие члены? - Я раскатисто смеюсь, слыша эхо хохота по залу и пренубредительный возглас охранника, явно успокоенного мыслью о том, что мы всего лишь больные аутизмом студенты-туристы.
Ребята, покиньте помещение, иначе мне придется отвести вас в отделение.
Я деланно округляю глаза, крепко ухватившись за хуй мсье Апполона. - Воу. Правда? - Пожимаю плечами, отстраняясь от статуи и идя к охраннику, виля своими бедрами. Сделав резкий выпад, я выхватываю у него железную палку, смеясь и протягивая: - Отберешь, а?
Я поворачиваюсь к Николь, подмигивая ей. Её чертовые огненные волосы разметались по спине, как долбаные змеи. Иногда мне казалось, что я ненавидел в ней это. К черту.
Я пячусь назад, снова настигая фигуру Апполона и взмахом руки лишая его мужского достоинства. - Ай-яй. Вандализм - такая прелесть.


 
DshDДата: Воскресенье, 02.12.2012, 01:29 | Сообщение # 19
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 6992
Награды: 386
Статус: Offline
Он такой ма-аленький. Малышка, ты ведь любишь большие члены?
Рассмеявшись, я почти не слушаю фарса Бейзена, почти не обращаю внимания на охранника, расхаживая по этому маленькому залу и слыша, как цокот каблуков эхом разносится по всему Лувру. Такое очаровательно старье, в котором на самом то деле нет ничего шедеврального. Откровенно ничего.
Проведя кончиками пальцев по какой-то статуе, форму которой я не рискнула бы даже описать, я слышу грохот и оборачиваюсь, одобрительно вскидывая бровь на манипуляции Бейзена и медленно выскальзывая из туфель, когда охранник недоброжелательно качает головой и гневно проходит к нам, непременно окидывая взглядом мою грудь.
Как банально.
Он направляется прямиком к Картеру и я подхватываю один туфель, свистом призывая мужчину обернуться.
Не стоит мешать настоящему искусству.
Пожимаю я плечами и запускаю в него одной туфлей, почти оглушая, что бы вторая слишком метро пробила ему висок и массивное мужское тело осело на пол. Закусив губу, я поднимаю взгляд на Картера и выбегаю в следующий зал, натыкаясь на толпу туристов и мимолетно целуя какого-то паренька в губы. Его маман явно останется недовольна.
Бежим, Бейзен, у нас одна минута.
Хохочу я, отступая назад спиной и нашаривая его силуэт в соседнем зале.


 
LiluMorettiДата: Воскресенье, 02.12.2012, 01:54 | Сообщение # 20
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 7686
Награды: 966
Статус: Offline
Я, захлебываясь, хохочу. Смех - бурный, пенящийся, грубый, осязаемый и плотный, как топленое масло, блевотой вырывается из глотки, пока охранник идет ко мне, а я махаю его палкой, подмигивая и склоняя голову на бок. Контрольный выстрел - меткость Каваллини поражает меня в самое сердце, когда охеренно высокая шпилька едва ли не вонзается в висок security. Она сопровождает свой абсурд бессмысленной и столь авангардной ремаркой: - Не стоит мешать настоящему искусству.
Я бегу вслед за Николь, попадая в зал, битком набитый туристами. Замедляю шаг, медленно вышагивая вдоль стены, увешанной картинами, и подражая моделям на подиуме. Посылаю воздушный поцелуй хорошенькой девушке лет семнадцати и резко поворачиваюсь вокруг своей оси, слыша шепотки и удивленные восклицания. Давай те же, твари, запоминайте; будете рассказывать своим внукам о том, как увидели однажды в Лувре двух голых идиотов, и это затмило все впечатления от Моне и Ван Гога - увольте, никогда не различал этой тоски.
Бросаюсь сквозь толпу, заметив очередного охраннника, и вижу, как Каваллини отлепляется от губ какого-то паренька. Ухмыляюсь, слыша её: - Бежим, Бейзен, у нас одна минута.
Я останавливаюсь, расправляя плечи и выкрикивая возглас, подобный, наверняка, кличам индейцев, а после с хохотом бегу к Николь, хватая её за руку и сбивая по пути какую-то чудную инсталляцию из зубочисток. Шумный выдох прокатывается по залу оглушительной волной, а мы бежим с Николь и я кричу через плечо, буквально таща её за собой: - Я - Тео, а ты - моя Изабель!
Мы пересекаем главный зал, все люди смотрят на нас, снимают нас на камеры своих смарт/ай/херфонов, они просто смотрят, потому что знают - им никгда не повторить того же. Им остается наслаждаться безумствами других.
Я поворачиваюсь к Каваллини, скривливая довольную рожу и чувствую, как врезаюсь в чье-то тело, по инерции пятясь назад.
- Парни, арестовывайте этих кретинов.
- Попрошу вас быть уважительней к даме, мсье. Она иногда так чувствительна. - Смеюсь я в лицо начальнику охраны и шепчу на ухо Николь, пока мои руки заламывают и заковывают в наручники. - Особенно когда я делаю ей куни, не так ли?


 
DshDДата: Воскресенье, 02.12.2012, 02:20 | Сообщение # 21
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 6992
Награды: 386
Статус: Offline
Расхохотавшись в ответ на его вскрик, я оборачиваюсь и его ладонь врезается в мою, обхватывая её и мы бежим, слишком быстро для нормальной скорости, слишком ненормально хохоча и опрокидывая всё вокруг. Долбанные туристы смотрят и хватаются за сердце, когда очередная ваза падает с пьедестала. Они ничего не знают о свободе, они ничего не знают о том, как на самом деле охуенно делать то, чего нельзя по всем долбанным правилам и канонам, они на самом деле настолько глупы, насколько и тупы.
Я - Тео, а ты - моя Изабель!
И мне так чертовски хорошо, так, мать вашу, весело, что хочется порвать на себе кожу и выбросить её вместе с ошметками той нормальности, которая сочится из этих идиотов. Она впитывается подкожно, ядом расползаясь по венам, а я отторгаю её. Я плевать хотела на ваши устои, господа.
Картер с размаху врезается в охранника и я отступаю, вскидывая бровь и качая головой, кривя губы в оскале, когда он шипит мне на ухо.
Попрошу вас быть уважительней к даме, мсье. Она иногда так чувствительна. Особенно когда я делаю ей куни, не так ли?
Ухмыльнувшись, я ответно выдыхаю ему:
Ах,если бы только моя чувствительность была в состоянии спасти твои жалкие потуги..
Отстранившись, я поднимаю прямой взгляд на охранника, который только и качает в воздухе указательным пальцем, произнося:
Без глупостей, девочка.
На чистом французском, с этим отвратительным акцентом, который я ненавижу.
Вскинув руки перед собой, я поднимаю их ладошками к верху и невинно закусываю губу, кивком головы отбрасывая волосы с лица.
Мне так страшно. - эхом разношу по комнате свой голос и заливаюсь хохотом. - Господин секьюрити, вы не могли бы согреть меня, здесь так холодно в этом вашем гребаном музее.
Увернувшись от его рук, просто играясь, я вижу их замешательство и снимаю с одного шляпу, вогружая её на свою голову и склоняя в реверансе, исподлобья одаривая их хищной улыбкой.
Берите меня, суки, вам никогда не научиться проигрывать с шиком. Этот идиот всё же прав. Я люблю большие члены.
Мужчина резко приближается ко мне сзади и заламывает руки и я широко улыбаюсь, подмигивая Картеру и по инерции шагая вперед, когда мужчина толкает меня в спину.


 
LiluMorettiДата: Воскресенье, 02.12.2012, 02:39 | Сообщение # 22
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 7686
Награды: 966
Статус: Offline
Ах,если бы только моя чувствительность была в состоянии спасти твои жалкие потуги..
Я расползаюсь в улыбке. Пожалуй, я предпочел, чтобы острый язык этой суки занимался только тем, чтобы орально принести мне удовольствие, потому что, черт подери, я начинал привыкать к этим вечным диалогам кто кого. А я ненавижу привыкать. Я признаю преданность только Хенесси, Честеру и Вене. Остальное может спокойно глотать сперму при желании что-то сказать.
Я наблюдаю за представлением Каваллини, пока охранник сзади меня возится с наручниками. Мне показалось или тот славный рядом с боссом малый смотрит на мой член? Я театрально облизнул губы, прищелкивая зубами в возьми-меня-сейчас-же жесте. Он скривился, отворачиваясь.
Да, запишите в ваших хрониках о том, насколько ужасен и мерзок был этот парень. О том, что его хотелось выебать дубинкой в зад за одну его нахальную рожу.
Я снова возвращаю взгляд к Каваллини, которая уже успела нахлобучить на себя кепи полицейского. Расхохотавшись, я слушаю её последующую реплику: - Берите меня, суки, вам никогда не научиться проигрывать с шиком. Этот идиот всё же прав. Я люблю большие члены.
Я с усмешкой наблюдаю за тем, как её подталкивают вперед. О да, детка, ты любишь большие члены и именно поэтому ты так сладко стонешь каждый раз, когда я тебя трахаю.
Меня весьма грубо пихают вперед, и я начинаю орать на весь зал: - Спасите! Спасите, этот мудак смотрит на мой член и хочет меня изнасиловать! Я не хочу в столь юном возрасте становится чьей-то Сладкоежкой! - Я вырываюсь из захвата охранника и кидаюсь под ноги к какой-то пожилой леди: - Бабуля, пожалуйста, объединимся вместе против коррупции! Эти гниды заполонили мир, житья не дают, требую смены власти, долой президента, у нас в стране свобода слова! - Последние несколько слов я ору уже будучи снова в крепком захвате трех охранников, а потом перебиваю самого себя свои же диким хохотом.
Люди требовали хлеба и зрелищ.
Люди получили их.

После весьма нелестного осмотра наших тел на предмет обнаружения бомбы или оружия (в вагину Николь мы бы что ли его засунули?) и выдачи оранжевой формы, нас затолкнули в кабинет допросов. Я сказал, что убьюсь головой об стену, если меня разлучат с моей сестренкой Никалеттой Сучистос и после получасового концерта полицейские уже готовы были взвыть от сумасшествия и дали нам поблажку.
И вуаля - мы сидем рядом друг с другом на жестких сиденьях, а перед нами - коп, вальяжно восседающий на кресле. Я широко улыбаюсь, под столом начинаю гладить ногу Каваллини.
- Кхм... ваш... эмм... брат сказал, что вас зовут Никалетта ибн Шалалэ Сучистос. Вы подтверждаете это? - Спросил он, обращаясь к Николь.


 
DshDДата: Воскресенье, 02.12.2012, 15:53 | Сообщение # 23
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 6992
Награды: 386
Статус: Offline
Я заливаюсь безумным хохотом и откидываю голову назад, подмигивая одному из охранников и проходя дальше, пока Бейзен разыгрывает очередную сцену, очередной шикарный фарс, в котором слишком много фальши и хорошей актерской игры одновременно.
Нас заталкивают в машину и я вальяжно упираюсь спиной в стенку авто, закидывая ноги на колени Картеру и вскидывая бровь.
Поверьте, господа хранители порядка, с нами вы сойдете с ума гораздо быстрее, чем где либо еще.

Кхм... ваш... эмм... брат сказал, что вас зовут Никалетта ибн Шалалэ Сучистос. Вы подтверждаете это?
Чувствуя ладонь Картера, скользящую по ткани этих отвратительно оранжевых брюк, я спираюсь локтями в стол, задумчиво отодвигая воротник рубашки аналогично тошнотворного цвета и смотрю прямо в глаза следователя. Весьма скучный субъект, весьма скучное помещение и мы будем играть столько, сколько нам заблагорассудится сегодня.
Наши родители были такими... неординарными. Знаете, как эти художники-сюрреалисты. Может быть поэтому им отрубили головы. Ночью. Во сне. - Округлив глаза для большего эффекта, я безумно впиваюсь взглядом в мужчины, чье имя на табличке так же слащаво, как и вся французская нация. - Правда, Катини? - повернувшись к парню, я мимолетно закусываю нижнюю губу и чуть шире развожу в сторону колени. - Вы знаете, его назвали так гордо в честь нашего деда. Кажется, он сдох под мостом где-то в Вильнюсе. Катини Мудачос Базини. Ему подошел бы титул рыцаря.
Тяну я одним из самых идиотских тонов, на которые способно, изрядно приправляя свои слова тем, что теребила расстегнутую сверху рубашку, наверняка отвлекаю мистера следователя.
Еще вопросы?
Вскинув брови в деланном восторге, я всплеснула руками, ударяя ладошками по гладкой поверхнсоти стола.
Хотите расскажу вам о нашем дядюшке Эндрю?!
Превысив лимит допустимого восторга, я широко улыбнулась, когда следователь почти рявкнул мне в лицо своё: Хватит! - и побогровел на несколько тонов.




Сообщение отредактировал DshD - Воскресенье, 02.12.2012, 15:54
 
LiluMorettiДата: Воскресенье, 02.12.2012, 16:08 | Сообщение # 24
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 7686
Награды: 966
Статус: Offline
Наши родители были такими... неординарными. Знаете, как эти художники-сюрреалисты. Может быть поэтому им отрубили головы. Ночью. Во сне.
Я закусываю губы, силясь не захохотать. Эта сука шикарно умела издеваться над людьми своим трепом, мимикой и существованием. Натягиваю на лицо горестную мину и, поддерживая, киваю головой. - Катини? Вы знаете, его назвали так гордо в честь нашего деда. Кажется, он сдох под мостом где-то в Вильнюсе. Катини Мудачос Базини. Ему подошел бы титул рыцаря.
Я сжимаю свободную руку в кулак на столе, чувствуя, что скоро все моя напускная серьезность разлетится в швах диким хохотом. Поглаживаю ногу Каваллини, скольжу ладонью к внутренней части бедра, подпирая кулаком висок и смотря на копа. Ему явно не понравилось мое итальянское имя.
Еще вопросы? - Тоном оракула, больного кретинизмом, изрекает Николь и я скашиваю взгляд в сторону, ощущая, что сейчас буду бить в припадке на полу. - Хотите расскажу вам о нашем дядюшке Эндрю?!
Мужчина яростно взревел, хлопая ладонью по столу и наклоняясь через него к нам: - Хватит!
Я, скрыв за кашлем смех, невозмутимо прохрипел: - Он воспитывал нас. Ночью мы спали с трупами в склепе, знаете, рядом кости, гниющая плоть, мухи, в общем, полный кордебалет. Он научил нас сестрой любви. Ко всему живому. И мертвому. Я с детства любил собирать жучков, а потом смотреть, как они занимаются любовью... после я заливал их кислотой. - Я вздохнул, пальцами поддевая пуговицу на брюках Николь и скользнув под них к её паху. - Когда дядюшка Эндрю был жив, он рассказал мне, что моя дражайшая Сучистос уронила меня головой об батарею, когда пыталась вырезать мне в глазу узор эпохи рококо. Творческая, знаете ли, натура. Так вот...
- Господи, заткнитесь вы уже! - Мужчина откинулся обратно на стул, взъерошивая волосы. - Так... У вас есть постоянное место проживания? Родственники?
- Да нет же! Говорим вам - им отрубили головы, а дядюшка два года назад вскрыл себе пятку и истек кровью.


 
DshDДата: Воскресенье, 02.12.2012, 16:26 | Сообщение # 25
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 6992
Награды: 386
Статус: Offline
Слыша неуловимый смех в покашливании Бейзена, я улыбаюсь еще шире и ещё безумнее, укладывая руки на стол и наклонив торс к мужчине. Мне ведь так нравилось смотреть в глаза идиоту, которого я убивала сегодня или позавчера, мне всегда нравилось смотреть, а сейчас мне нравилось смотреть на замешательство следователя, который похоже был готов удушить нас французским багетом, усыпав при этом чередой французского мата, который в сущности даже не похож на ругательства.
Он воспитывал нас. Ночью мы спали с трупами в склепе, знаете, рядом кости, гниющая плоть, мухи, в общем, полный кордебалет. Он научил нас сестрой любви. Ко всему живому. И мертвому. Я с детства любил собирать жучков, а потом смотреть, как они занимаются любовью... после я заливал их кислотой.
Спокойно пожав плечами, я утвердительно кивнула, кусая нижнюю губу и силясь не разразиться смехом. Черт тебя дери, Бейзен, какой очаровательный маразм ты умел нести, когда только тебе заблагорассудится. Интересно, если бы мы устроили состязание, говорить три часа без остановки кто-нибудь, хоть один из нас сдался бы раньше чем через шесть?
Чуть выровнявшись в спине, я чувствую, как моя бровь скользит вверх, когда пальцы Картера забираются в мои брюки. Играем по честному, малыш.
Опустив одну свою руку, я быстро поднялась ею от его колена к паху, прикасаясь кончиками пальцев к ткани брюк, скрывающей его член.
Когда этот идиот наконец заметит, что мы просто безумные наркоманы, которых давно пола пристрелить, как непослушную скотину?
Когда дядюшка Эндрю был жив, он рассказал мне, что моя дражайшая Сучистос уронила меня головой об батарею, когда пыталась вырезать мне в глазу узор эпохи рококо. Творческая, знаете ли, натура. Так вот...
Беззвучно рассмеявшись, я покачала головой, слвоно ударяясь в воспоминания детства.
Господи, заткнитесь вы уже! Так... У вас есть постоянное место проживания? Родственники?
Да нет же! Говорим вам - им отрубили головы, а дядюшка два года назад вскрыл себе пятку и истек кровью.
Задумчиво поднеся к губам пальцы левой руки, я прикусила ноготок большого, после задумчиво играя им с нижней губой.
Насчет места проживания... - лениво начинаю я, сжимая ладонь на члене Картера и чуть подаваясь вперед к следователю. - Вообще-то да. Есть одно. У нас конечно нет прописки, но... Знаете есть такой очаровательный город - Братислава. Там много крыс и...
Что за чушь вы несете?! - он снова кричит, пыхтит, закатывает глаза, а я возмущенно добавляю. - Мой отец отсек бы вам руку за такое обращение с дамой.
Притворно фыркнув, я откинулась назад, корча недовольную рожицу и произнося:
У вас не найдется сигареты? Эти разговоры о семье меня удручают. К тому же Мудачос плохо справляется.
Поиграв бровями я кивнула вниз, словно указывая на руку Бейзена и расплываясь в широкой улыбке, наблюдая за лицом идиота в форме.


 
LiluMorettiДата: Воскресенье, 02.12.2012, 21:38 | Сообщение # 26
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 7686
Награды: 966
Статус: Offline
Братислава? Ход конем, красавица. Только оттуда и должны были выйти такие, как мы - больные на голову кретины. Братислава это же почти что Челябинск, в котором мы однажды напились до той степени, которая байконуром отправила нас куда-то в Румынию.
Рука Николь ответно гладит мою ногу, а после упокаивается на моем члене. Я широко улыбаюсь, слушая крики копа. Возможно, мы были детьми Сатаны, потому что заставить себя ненавидеть мы могли в рекордные тридцать секунд, а иногда хватало лишь моей кривоватой пошлой усмешки или надменного взгляда Каваллини. Кто же потерпит насмешки от чокнутого неудачника и высокомерие от дешевейшей из шалав?
Что за чушь вы несете?!
Мой отец отсек бы вам руку за такое обращение с дамой.
- Обращаясь в возмущение тянет Ники, а после нахально требует: - У вас не найдется сигареты? Эти разговоры о семье меня удручают. К тому же Мудачос плохо справляется.
Я пожимаю плечами, щенячьим взглядом смотря в зеленоватые глаза копа, который, едва не вывалив из орбит белки, уставился прямиком в пах Каваллини. Я пошевелил под её оранжевой формой пальцами, сипя: - За восемнадцать лет так и не научился ублажать сестренку. Но как мужчина вы должны со мной согласиться - мы ведь рождены для того, чтобы удовлетворяли нас, а не для того чтобы вылизывать дам? Кстати да, я бы не отказался от сигаретки. Пачку Честера, будьте добры.
И тут француз взрывается, едва ли не забираясь на стол и резким ударом в челюсть сбивая меня со стула. Пол и потолок перед моими глазами совершают немыслимую рокировку, а в следующий момент я оказываюсь в позе тюленя на разломанном стуле. Расхохотавшись, я резко замолкаю, начиная дергаться и мелко биться головой о ковролин, тихо сипя: - Сучи... Сучистос... умираю... приступ... - Я что есть сил выпучиваю глаза, пытаясь нашарить взгляд Каваллини и разыгрывая одной ей понятный спектакль. Дрожу всем телом, судорожно дергаясь: - Похорони в Братиславе... рядом с глазом дядюшки Эндрю.
- УВЕДИТЕ ЭТИХ ИДИОТОВ В КАМЕРУ!!!


 
DshDДата: Воскресенье, 02.12.2012, 22:08 | Сообщение # 27
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 6992
Награды: 386
Статус: Offline
За восемнадцать лет так и не научился ублажать сестренку. Но как мужчина вы должны со мной согласиться - мы ведь рождены для того, чтобы удовлетворяли нас, а не для того чтобы вылизывать дам? Кстати да, я бы не отказался от сигаретки. Пачку Честера, будьте добры.
Возведя глаза к потолку, я покачала головой, натягивая на лицо скучающую гримасу и подпирая рукой свой висок.
Какая до тошноты предсказуемая реакция.
Грубо,мсье. Очень, очень грубо.
Укоризненно произношу я, улыбаясь шире под постанывания и хрипы Картера, который, кажется, корчился в конвульсиях.
Обернувшись к нему, я начинаю дышать гулбже, театрально кривя лицо в беспокойстве и обращая агрессивный взгляд на следователя. Малыш, ты очень ошибся, решив допросить двух сумасшедших подростков.
Ты... - остервенело шиплю я, вскакивая на ноги и жестикулируя, словно долбаная итальянка с перепоя. - Ты, долбаный старикашка, посмотри, что ты сделал с моим братом!!! Что я по твоему должна сказать его жене и детям, когда приду к ним на могилу?
УВЕДИТЕ ЭТИХ ИДИОТОВ В КАМЕРУ!!!
Рухнув на колени, я подаюсь вперед и успеваю склониться над лицо Бейзена прежде, чем в комнату врываются двое в форме.
Переигрываешь, сладкий.
Шепнула я, обхватывая его подбородок пальцами и насмешливо чмокая его в губы, прежде, чем меня грубо поднимают на ноги и снова надевают наручники, выталкивая вон из кабинета.
Оревуар, месье психопат.
Сладко протягиваю я следователю, начиная оглушительно хохотать и следовать за весьма, надо признать, неплохими собой парнями, одному из которых явно пригляделось то, что он видит в распахнутой рубашке. Используем это чуть позже.
наручники размыкаются и я влетаю в камеру с легкой руки красавчика, почти врезаясь в стену и размашисто садясь на лавку.
Возбуждение от недавнего спектакля всё ещё бежит по венам и я перекидываю ногу на ногу, ловя пристальный взгляд копа и начиная расстегивать пуговицы на его рубашке.
Темно-карие глаза округляются в ужасе и он спешно исчезает, позволяя накачанному идиоту втолкнуть Картера в камеру следом.
Сидите тихо, ребята, или будут последствия.
О, это мы умеем, правда, братец?- Восхищенно хлопнув в ладоши, я смотрю на Кратера, а затем перевожу взгляд на надзирателя или кто он там по званию, мать его в ногу. - Не волнуйтесь, если Мудачос ко мне прикоснется, вы и звука не услышите.
Подмигнув мужчине, я падаю спиной на лавку. качая в воздухе вытянутой ногой и слыша, как захлопывается решетка.


 
LiluMorettiДата: Воскресенье, 02.12.2012, 22:31 | Сообщение # 28
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 7686
Награды: 966
Статус: Offline
Переигрываешь, сладкий. - После очередной порции восхитительной хуйни Каваллини валится на колени и склоняется надо мной, прошипев свою ремарку мне в губы, после коротко чмокая меня в них.
Я усмехаюсь. - Жена и дети сделали меня слишком нервозным и чувствительным, сестренка. Всего лишь последствия, - Каваллини берут под руки и выносят под аккорды дикого хохота из камеры допросов, в котором теряется насмешливая безумная фраза: - Оревуар, месье психопат.
Следом охранники разбираются со мной, грубо и так неделикатно в который раз заламывая мне руки и постоянно пихая мне в спину. Кидаю взгляд на мсье копа, качающего головой и вытирающего ладонью взмокший лоб, и широко улыбаюсь ему окровавленным ртом. Надеюсь, его пенальти таки исправило мою с детства кривоватую челюсть. - До встречи, сладкий. Твой животик такой возбужда... - Меня буквально вышвыривают из камеры. Дискриминация, господа. С моей малолетней рыжей шлюхой они обращаются гораздо более лестно, чем с бедным американским парнем. А все потому, что у неё грудь больше.
Пройдя бесконечные лабиринты коридоров, мы наконец попадаем в переполненный обезьянник. Меня вталкивают в камеру и захлопывают решетку. Я, усмехнувшись, приветствую моих коллег и жму руку грязному субъекту, завидев у него в семейках колоду карт.
Сидите тихо, ребята, или будут последствия.
О, это мы умеем, правда, братец?- Я лишь ухмыляюсь, садясь на противоположной лавке и кивая, как я уже успел выяснить, Толстому Хрену, чтобы тот сдавал карты. - Не волнуйтесь, если Мудачос ко мне прикоснется, вы и звука не услышите.
Я широко улыбаюсь, отдавая честь надсмотрищку. - Так точно, сэр. Наш дядюшка учил её не трепаться во время того, как её трахают.
Перевожу взгляд на Николь. Её растрепанные волосы свесились с железной лавки, достигая пыльного пола, ярким пятном оглашающие блеклую камеру. Очередной фарс в очередном дурдоме, притворяющимся КПЗ, пожалуй, был весьма восхитителен. Если бы нас выпустили отсюда до того, как отойдет паром в Вену, было бы великолепно.
Поворачиваюсь к небольшой компании, собравшейся сыграть в покер, и тут же чувствую возбуждающий раскат внутри. Карты всегда были моей страстью, одной из тысяч зависимостей, одной из миллиона болезней. Это передалось мне от моего дражайшего отца и уже в десять лет я был готов отдать все, что возможно, только бы закончить гребаную партию.

Уже во время второй партии я нервозно и апатично заламывал пальцы и постоянно взъерошивал волосы, чувствуя как ломка постепенно овладевает телом. Испарина выступила на лбу, а в гортани пересохло. Чертовы надсмотрщики сразу поняли, что скоро в камере начнется представление от очередного торчка и уже устроили некое подобие тотализатора. Я лишь криво усмехался, а под конец третьей партии сел на пол между железной койкой и стеной, запустив пальцы в волосы и спрятав голову в коленях. Бездумно улыбнувшись, я прохрипел: - Ну как тебе такой Париж, красотка?


 
DshDДата: Воскресенье, 02.12.2012, 22:44 | Сообщение # 29
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 6992
Награды: 386
Статус: Offline
Ну как тебе такой Париж, красотка?
После часа или двух проведенных в одном положении мне кажется, что моё тело атрофировалось и его пора заменить. Кости ломит и я понимаю, что скоро буду почти в том же состоянии, что и Картер. Что мне тоже рано или поздно будет ломать и выворачивать наизнанку, поэтому сдохните или смиритесь, я понимала, что он чувствует прямо сейчас.
Поморщившись, я села на лавке, слыша, как хрустит моя шея и позвоночник и с трудом поднимаясь на ноги, проходя к койке. у которой сидел Бейзен и садясь у края на колени, чувствуя, как прогнулись подо мной пружины. Перегнувшись через спинку к Картеру, я провожу пальцами по его влажным волосам и чувствую, какая чертовски горячая его кожа.
Как его лихорадит прямо сейчас.
Он никогда мне не нравился, Бейзен. Ни-ког-да.
Спокойно протягиваю я, резко выравниваясь и свешивая ноги с кровати, бросая только.
Иди сюда, Картер. Я умею долго разговаривать. Это отвлекает, правда?
Бросив взгляд на мужчин за столом, я приторно улыбнулась, понимая, что на самом то деле им не мешает решительно ничего, что бы жестко избить меня и вытрахать во все щели. Может быть единственное, что удерживало их и был этот покер, в который у меня не было ни малейшего желания играть прямо сейчас. Даже от скуки.
Могу рассказать тебе сказку, если хочешь.
С усмешкой бросаю я, поворачивая голову к парню и вскидывая брови. О, поверьте, лучшей панацеи не найти во всей Франции.


 
LiluMorettiДата: Воскресенье, 02.12.2012, 23:05 | Сообщение # 30
High Society
Группа: Проверенные
Сообщений: 7686
Награды: 966
Статус: Offline
Я слышу её шаги, уставшие и меланхоличные, они грохотом тамтамов раздаются в моей голове. Свобода - та ещё сука, не так ли? Замкнутый круг зависимостей, из которого не выбраться. чтобы избавиться от общественной зависимости, ты самолично вписываешь себя в список тем-табу, оказываясь на панели рядом с отбросами. Желая вырваться из их круга, ты уходишь в себя, запираясь в своем коконе, а потом ты бежишь от себя - топишься наркотиках, похоти, убийствах, книгах. Где выход? Я бы сказал - в том, чтобы застрелиться одним вечером из револьвера, но я, сука, Картер Бэйзен, а не депрессивная любительница Кафки.
Он никогда мне не нравился, Бейзен. Ни-ког-да.
Я скупо ухмыляюсь, не поднимая взгляда. А что же тебе нравилось, красотка? Чем тебе не угодил Париж, если он такой же, как и все остальные города? Только, пожалуй, наркота здесь не комильфо.
Иди сюда, Картер. Я умею долго разговаривать. Это отвлекает, правда? Могу рассказать тебе сказку, если хочешь.
Я буквально отрываю голову от колен, упираясь в них подбородком и скашивая взгляд на Каваллини. - Какая прелесть, - хриплю я, упираясь пустым взглядом в её волосы. - Маленькая шлюшка хочет помочь своему другу пережить всю живописность ломки.
Откашлявшись, я встаю на ноги и сажусь рядом с Каваллини, обойдя её. Пьяно посмотрев в её глаза, я непременно мерзко ухмыляюсь и укладываю свою голову ей на колени, улегшись на кровать и сглотнув. - Валяй свою сказку, Ники.


 
Поиск: