Понедельник, 26.06.2017, 18:42
Приветствую Вас Гость

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: mio-mio, художник№1 
Форум сайта gossipgirlonline.ru » Фанфики » Библиотека » Конкурс фиков "Лето, ах лето" (Конкурсные работы)
Конкурс фиков "Лето, ах лето"
mio-mioДата: Среда, 01.08.2012, 14:27 | Сообщение # 1
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4103
Награды: 1567
Статус: Offline
В данной теме фики присланные на конкурс
 
mio-mioДата: Среда, 01.08.2012, 14:31 | Сообщение # 2
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4103
Награды: 1567
Статус: Offline
-1-
Он, она и его собака.


Автор: eliv

лето после 5 сезона


Лето в Нью-Йорке ознаменовалось крайне жаркой и душной погодой. Воздух раскалялся изо дня в день, не давая его жителям перевести дух. Казалось, город пылает под собственным жаром. Местами асфальт превращался в свою исходную массу. Ритм города не давал возможности своим жителям убежать от жары. Только в пентхаусе Блэр Уолдорф, казалось, наступила зима. Холодный воздух проникал и обдувал каждый уголок дома.

Исключением не стала и спальня, где находились наши герои.

Разгоряченное от длительных ласк тело Блэр тесно прижималось к своему мучителю. Она лениво потянулась. Тело до сих пор пребывало в напряжении, но на лице играла умиротворенная улыбка.

- Я прощен? - промурлыкал Чак, ласково перебирая ее локоны.

- Может быть… - прошептала она ему в ухо.

- И после всего того, что я делал последние два часа, ты говоришь: «Может быть», - он поднялся на локте и, слегка щурясь, пристально посмотрел ей в глаза.

- Ты не в таком положении, чтобы ставить условия, - ласково укусила она его за плечо.

Чак прорычал, что эхом отдалось по всему телу Блэр, рождая в ней новые волны необходимой ей ласки и наслаждений. Но, к ее сожалению, им надо было вставать. Дрожь не отпустила ее из своего плена, поэтому сделать это было не просто. Чак лишь ухмыльнулся, и Блэр была готова ударить его. Если бы у нее были на это силы…

Она направилась в ванну, когда, не оборачиваясь, спросила:

- Ты не идешь?

- Ненасытная, - прохрипел он.

Она лишь рассмеялась.

Он провожал ее взглядом, стараясь разглядеть каждый изгиб ее стройного тела, улавливая каждое ее движение.

Это всегда оставалось для него загадкой. Непостижимой тайной, что навсегда останется запертой дверью в мире его подсознания.

Сколько бы времени он не проводил с нею, сколько бы раз не целовал и не обнимал, ему всегда было не достаточно. Ее всегда было слишком мало в его жизни, занимая при этом все его существование, являясь при этом центром его мироздания.

Но сейчас он не хотел думать об этом. Он был просто счастлив. Да, именно тем простым жизненным счастьем, испытав которое однажды, становишься его вечным пленником.

Чак отогнал от себя эти мысли. Он хотел просто жить… жить с ней. Хотя… Не просто жить, а разделить свою жизнь с ней.

Однако не все складывалось гладко. Нет, между ними было все прекрасно, конечно, не считая «бытовых» вопросов. Чак чуть не рассмеялся, когда мысленно вернулся к тому моменту, когда два часа назад он вышел из лифта и застал Блэр за весьма интересным занятием…

Два часа назад

Проблемы с отцом, его возвращение изменили все вокруг него. Он до сих пор не мог смириться с тем, что Барт забрал у него все.

Хотя это было не совсем так. Его больше беспокоила, мучила и готова была растерзать мысль о том, что между ними никогда не будет того, что связывает отца и сына.

С детства он привык быть лишь тенью в доме отца, лишь напоминанием о смерти любимой женщины. Но когда он потерял Барта, все это ушло на второй план. Тогда он мог думать лишь о том, что он уже больше никогда его не увидит.

Чак боялся больше всего того, что так и останется тенью, что не сможет создать такую же империю. Но он смог. Мелкими шажками он продирался сквозь этот мир бизнеса, теряя свое счастье и любовь, хороня надежду и теряясь в бездне безысходности.

Но Барт жив… Он больше не одинок. Ему поначалу показалось, что все изменится, что он наконец-то обретет семью. Ведь за этот, казалось бы, короткий срок его отсутствия, Чак стал совсем другим человеком. Цепочка событий, их собственная жизнь должна была развернуться иначе. Но когда дело касается Барта, всегда есть подтекст. И здесь он тоже имел место быть.

Барт вернулся… и вернулись прежние обиды, что вновь освободились из плена разума, когда отец собственными руками забрал то единственное, что Чак создал сам.

Чак горько усмехнулся, когда понял, что Блэр и Барта связывало намного большее, чем они могли предположить. Они оба всегда исчезали и возвращались словно ураган, снося, сминая, уничтожая все на своем пути.

И теперь они снова ворвались в его на первый взгляд размеренную жизнь, которую он каждый день строил по кирпичику, ломая то, что было и, создавая пригодное для существования. Да, не для жизни, а лишь для существования.

Но он не успел… Он не успел воздвигнуть барьер, что стал бы щитом от них, от той боли, что они всегда ему причиняли.

Чак вновь рискнул. И чем? Как бы это не звучало, но своим сердцем. На данный момент Чак старался просто жить. Он был счастлив с Блэр. Лишь рядом с ней он словно просыпался, чувствовал, видел все цвета вокруг себя, а не ту серую пелену, что окутывала его прошлый год.

Все было не так просто как прежде, но они старались. Они оба понимали, что время слишком многое отбирает. Поэтому они просто были вместе. Она помогала ему справиться с проблемами в семье. А он… Он просто хотел подарить ей то счастье, которое может дать только он. Да, он всегда ошибался, отпуская ее. Она никогда не будет счастлива без него. Это их наказание, это их вера.

Сейчас он возвращался домой. Так странно было называть ее пентхаус домом. Но он стал его убежищем от того внешнего мира, что без устали разрушал то, что он старался сохранить, восстановить, уберечь и завоевать.

Возвращение домой встретило его жутким лязгом, глухими вскриками и бормотанием. Он удивился. Чак не помнил, чтобы у них намечалось какое-то мероприятие или ремонт, а по-другому он этот грохот объяснить не мог.

Картину, что следующей он увидел, просто ввела его в ступор. Блэр Корнелия Уолдорф собственной персоной стояла на коленях перед Манки, что-то тщательно стараясь выдернуть у него из пасти, при этом что-то бормоча. Чак прислушался и различил часть ее проклятий.

- Пусть только вернется домой. Вы вдвоем будете спать на коврике в холле на первом этаже. Я не могу поверить. Это же моя кол… - она попыталась сдуть локон, что упорно лез ей в глаза.

Если честно, выглядела она просто потрясающе. Волосы не лежали как обычно в идеальной прическе, щеки слегка порозовели от усердных попыток.

Блэр наконец-то отвлеклась от своего «занятия» и обернулась на звук его шагов.

- А вот и ТВОЙ хозяин пришел!

Чак понял, что дела обстоят намного хуже, чем он предполагал. Блэр очень любила собак, а в особенности Манки. И как ему иногда казалось, заботилась о Манки больше чем, о нем.

Но сейчас то, как она подчеркнула слово «твой» говорило ему, что произошло что-то на самом деле ужасное и непоправимое.

- Блэр, дорогая, что-то случилось?

Чак понимал, что глупо спрашивать об этом. Сложно было не заметить разрушения, которые произошли за его пятичасовое отсутствие.

- Что-то случилось? С чего ты взял. Ты же знаешь, мы каждый день так провидим с ТВОЕЙ собакой. Вот видишь: нам весело! – прокричала она в конце фразы. - Посмотри нам мой дом! И ты спрашиваешь все ли в порядке?!

Картина была ужасающей…

Ваза, которая обычно стояла на столике около лестницы, теперь была лишь массой десятков осколков, которые лежали в лужице воды. Цветы из нее тоскливо обрамляли всю композицию, являясь завершающим элементом.

Подушки с дивана были разбросаны по полу, когда-то белоснежный диван был покрыт какой-то жидкостью. Здесь же он увидел что-то похожее на туфлю Блэр.

Одно из кресел было перевернуто, книги и журналы со столика были раскиданы по всей гостиной. У одной из штор не было шнурка, который позже он увидел в камине. Одна из кочерег для камина, словно пика, проткнула подушку.

Не предусмотрительно оставленный кем-то на софе плед теперь был лишь напоминанием о его прежнем виде. Но Чака больше всего удивило, что одна из картин упала на пол, а другая практически висела вверх ногами.

Ситуация становилась все острее. И он знал, что за секунду здесь все испепелится под гневом Блэр. Необходимо было спасти ситуацию, свою жизнь и жизнь Манки.

- Милая, ничего ужасного не произошло, - Блэр посмотрела на него как на умалишенного. - Все можно исправить.

- Это ты тоже исправишь? – воскликнула она, показывая на то, что все-таки смогла вытащить из пасти Манки.

Он понимал, что вот-вот случится срыв. Но ситуация была настолько комичной, что он не смог сдержать улыбки. Она появилась лишь на секунду, но Блэр успела ее заметить. И ничего хорошего это не предвещало.

- Значит, тебе смешно, да? – она продолжала трясти неопознанным объектом некогда белого цвета и имевшим форму полукруга?..

- Нет, Блэр, просто я не понимаю, что это было? В первоначальном виде.

Он из последних сил сдерживал свой смех, что рвался наружу.

Гнев Блэр сменился на отчаяние. Она что собирается плакать?

Чак испугался. Что же это могло быть, что он не мог ей этого купить и что, она готова плакать по причине утраты этой вещи?

Он присел около нее, потому что Блэр так и не поднялась с пола. Чак нежно заключил ее в свои объятия, стараясь упокоить ее дрожащее от всхлипов хрупкое тело.

Он понимал, что необходимо выяснить, что так расстроило Блэр. Но она была так не стабильна в своем состоянии. Минуту назад она была готова испепелить его своим взглядом, а теперь она оплакивала нечто в своих руках.

- Милая, успокойся, - он нежно проводил вдоль ее спины. - Милая, ну давай же, посмотри на меня.

Блэр уперто помотала головой в разные стороны, показывая свое несогласие.

- Красавица, расскажи мне что случилось и я тебе помогу. Ты же мне веришь? Мы все исправим.

Похоже, что это все-таки подействовало. Блэр крепко его обняла и прошептала:

- Ободки…

«Ободки?» Может, ему послышалось.

- Что? – переспросил он.

- Ободки… Он добрался до моей коллекции ободков…

Чак выдохнул.

- Блэр, ты же меня напугала. Я думал, что случилось что-то серьезное.

Она сразу же напряглась, и Чак понял, что только что подписал себе приговор. Он почувствовал смену ее настроения в ту же секунду и уже жалел о своих словах, что, по его мнению, могут стать последними в его жизни.

- Значит, это все не серьезно? Да?! Ну что ж, сейчас мы посмотрим, что ты скажешь на это!

Она воинственно поднялась с ног. Чак поднялся следом, стараясь взять ее за руку. Но Блэр, что секунду назад рыдала на его плече, и Блэр, что теперь стояла перед ним, были абсолютно разными людьми.

- Блэр, послушай меня. Это же собака. Манки в первое время тоже пытался стащить что-нибудь из моего гардероба и растерзать. Но я смог это предотвратить.

Но Блэр уже его не слушала: она торопливо поднималась по лестнице.

- Куда ты, Блэр?

Наконец-то Чак обратил свой взор на виновника происходящего хаоса. Манки продолжал играть со второй половиной ободка, которую он смог «отвоевать» у Блэр.

Чак огляделся вокруг себя и понял, что этот день еще не скоро кончится. Он уже хотел пойти за Блэр, когда она появилась на лестнице с чем-то в руках.

Когда Чак узнал этот предмет, то нехорошее предчувствие прокричало в нем: «Это КОНЕЦ!».

- Неееет, - до сих пор не веря, протянул он, - Ты этого не сделаешь.

- И почем же?

- Блэр, не делай этого, - он начал идти маленькими шажками по направлению к ней.

Блэр чуть не рассмеялась. Вот теперь и ее эта ситуация начала забавлять. Чак шел, словно по минному полю.

На секунду она задумалась, понимая, что если она это сделает, то ситуация осложниться вконец. Но потом Блэр вспомнила его слова о ее коллекции и нехороший огонек в ее глазах дал понять Чаку, что ему вынесен смертный приговор.

Без лишних эмоций и слов она открыла коробку. Из нее полетели сотни бабочек, что так рьяно покупал, любил одевать и собирать Чак.

- Фас, Манки! – практически пропела Блэр.

Манки приглашение не понадобилось. Увидев, что на полу оказались те странные штуковины, что любит носить его хозяин, но то, что никогда не попадались ему в зубы, он молниеносно устремился к своим «добычам», учитывая, что хозяйка была не против.

Чак стремглав побежал за ним, но к этому моменту несколько бабочек уже были потеряны в «бездне» пасти Манки.

- Блэр! – прокричал он.

- Чак, послушай меня. Это же собака! – изобразила она его.

Он подбежал к ней, но она увернулась. Чак не мог решить с кого начать: попытаться спасти хоть часть своей коллекции или наброситься на Блэр. Выбирать ему не пришлось. Он вспомнил, что на дне коробки лежал его фирменный шарф, что он так любил носить в школе. По движениям Манки Чак понял, что сейчас он доберется и до него.

- Блэр, - предостерегающе произнес Чак, при этом, почти не дыша и не двигаясь, - если мой шарф станет «жертвой» Манки, я не знаю, что я с тобой сделаю.

- Чак, - также отчетливо произнесла она. – Мне терять нечего. Мой дом разрушен, моя коллекция уничтожена. И знаешь, М-И-Л-Ы-Й, - отчеканила каждую букву Блэр, - это все не отменяет того факта, что во всем виноват ТЫ.

Пока его хозяева спорили о нем, Манки решил не терять время. Увидев яркий шарф, он кинулся прямо на него.

Реакция Чака его не подвела. Он бросился наперевес, при этом крича:

- Если ты поможешь мне, то я буду твоим вечным должником.

Насколько бы Блэр не была рассержена, подавлена и расстроена, она сразу смогла высчитать свою выгоду. Соблазн такого обещания был слишком велик.

Не раздумывая ни секунды, она бросилась в сторону Чака и Манки. Но кто сказал, что это будет просто. Сперва им пришлось побегать за ним. За это время Чак понял, что случилось с предыдущими картинами, потому что он сам лично сдернул одну из них в попытке догнать Манки.

В конце концов ухватив часть шарфа, началась игра в его перетягивание. В этот раз, к глубокому сожалению Манки, удача была не на его стороне. Они все-таки смогли вытянуть шарф. Но пока они праздновали свою победу, Манки схватил несколько бабочек и полюбившуюся вторую половинку ободка и исчез в неизвестном направлении.

Чак и Блэр пытались отдышаться.

- Надеюсь, ты помнишь свое обещание?

- Какое? – недоуменно произнес Чак.

- Даже не пытайся увильнуть, Чак Басс, - грозно произнесла Блэр, насколько это было возможно после такого забега.

Чак устало поднялся и помог встать Блэр. Затем неожиданно поднял ее на руки.

- Чак? – удивленно произнесла Блэр с ноткой предвкушения.

- Это ты забыла, я – Чак Басс.

Это было последним внятным предложением, что они произнесли за последующие два часа.

Чак поднялся с кровати и пошел к ванной, когда заметил, как в щель от не до конца закрытой двери, протискивается Манки.

Только сейчас он понял, что собака куда-то ретировалась после того, как им все-таки удалось спасти его шарф.

Чак сурово посмотрел на собаку, но тот лишь склонив морду на бок, состроил невинные глазки. Чак чуть не рассмеялся. Все-таки Манки знал, как разжалобить хозяина. Он уже хотел нагнуться к собаке, когда из ванны выглянула Блэр.

- Да, и если еще раз, ты или твоя собака, - она сперва ткнула пальцем в Чака, а потом и в Манки, - сделаете что-то не так, вы будете жить в другом месте, - отчетливо произнесла она каждое слово.

Улыбка не сходила с ее лица. Чаку стало не по себе.

- Да и еще, - она вновь приоткрыла дверь, - скоро вернется Дорота. Удачи вам!

И она захлопнула дверь. Черт! Дорота!

- Ну и кашу ты заварил, дружище, - произнес Чак. – Ты не мог взять у нее что-то менее важное.

Из-за двери ванны послышался кашель Блэр.

- Ну, почему именно ободки, - Чак перешел на шепот. – Ты же знаешь, что она становится невменяемой, когда дело касается ее коллекции.

Кашель усилился.

- И как мы будем оправдываться перед Доротой?

Он посмотрел на Манки. Тот, прижав уши, попытался незаметно выйти из комнаты.

Чак рассмеялся и зашел в ванную, где ждала его любимая девушка, которой он должен был сотню ободков и кое-что еще… Но это уже другая история…
 
mio-mioДата: Среда, 01.08.2012, 14:43 | Сообщение # 3
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4103
Награды: 1567
Статус: Offline
-2-
M.A.D.


Автор: Alex_Waldorf

С чего начинается ваше идеальное утро? С чашечки крепкого чёрного и безумно ароматного кофе в постель или с большой кружки полезного зелёного чая? Тщательных сборов на любимую работу или блаженного валяния в кровати? К чему все эти вопросы? Просто, надо развлечь себя, пока мы ожидаем, когда же невероятной красоты блондинка с шикарными ногами и шелковистыми волосами откроет свои небесного цвета глазки, и тогда начнётся представление, которое мы с вами назовём «Сумасшествием».

Полуденное солнце нетерпеливо заглядывало в окно, пытаясь разбудить некого иного, как Серену Ван дер Вудсен. Девушка лежала на большой кровати, застеленной белым бельём, во вчерашнем платье и с размазавшейся тушью. Она находилась на самом краю, что и предопределило следующие события. Серена незамедлительно оказалась на полу. С трудом разлепив веки, блондинка попыталась сесть, но тут же об этом пожалела. Идеальная кисть с музыкальными пальчиками запуталась в белокурых волосах. По телу пробежалась лёгкая боль, а девушка тихонько застонала. Она давно уже не ощущала себя так по утрам

- Боже! – вырвалась мольба из искривлённого ротика девушки.

Серена продолжала держать глаза закрытыми, потому что настойчивый и такой яркий свет точно убьёт её. Но через несколько секунд спина начала надрывно ныть, и пришлось разлепить веки, ведь из двух зол выбирают меньшее. Когда девушке удалось это сделать, в ней поселилось такое чувство, как будто бы её мозг медленно разрезают на кусочки ножом, победившим на выставке «Самые тупые ножи десятилетия». Преодолевая боль, Серена попыталась сфокусировать своё зрение хоть на чём-то, и тут её настигло новое не очень приятное открытие.

- Где я? – прозвучал вопрос, но никто не торопился на него отвечать.

Серена испуганно подорвалась с пола, но тут же рухнула на кровать. Из глаз полетели звёзды, которые не должны присутствовать в этом мире днём. Серена в который раз за утро переступила через себя, открыла глаза и протянула дрожащую руку к серебристому клатчу.

Мастерство не пропьёшь (прошу прощения за каламбур). Правило заядлой тусовщицы номер раз гласит: ни при каких условиях не выпускай сумочку из рук. Серена с трудом раскрыла всеми силами сопротивляющуюся застёжку. Правило заядлой тусовщицы номер два: ты должна знать один из телефонов друзей наизусть. Негнущимися пальцами блондинка достала телефон и, еле касаясь экрана, набрала цифры, словно генетический код, вбитые в её память. Гудки, не щадя миловидной девушки, кувалдами били по голове.

- Я слушаю, - наконец-то кувалды сменились таким любимым бархатным голосом, но страх неизвестности не сдавал свои позиции и всё ещё крепко держался за хрупкую шею девушки.

Песня: (Минус) Eminem (feat. Nate Dogg) – 'Till I Collapse - Instrumental 2 версия

- Чак, я не знаю где я!– жалобно простонала Серена, яростно давя в себе подкатывающие слёзы.

Парень, который находился в самом сердце Нью-Йорка, опустился в своём номере на кожаный диван, закрыл глаза и приложил руку ко лбу. Весь его вид говорил о том, что Чак Басс всеми силами пытается удержать рвущиеся наружу эмоции.

Он думал, что они прошли через это, что непонятные звонки с алкоголем в крови и просьбой спасти душу остались где-то там, в далёком прошлом, от двери которого ключ был выброшен в бескрайний океан. Чак верил, что сумасшедшая пара, в которой никто не был уверен: засыпают ли они в одной постели или разбежались по разным углам, была сожжена на костре, чтобы никогда больше не появляться осязаемым призраком. Ну что могло получиться из заядлой тусовщицы, Серены Ван дер Вудсен, у которой не имелись в наличии тормоза, и неисправимого ловеласа Чака Басса, который не считал слабый пол за людей. «Совершенно ничего», ответят обыватели, боящиеся заглянуть вглубь. Ну и правильно, не стоит этого делать, ведь вы слабы духом и больше никогда не выпутаетесь из сетей, которые они, тщательно подбирая каждую ниточку, плели на протяжении не одного месяца. Это было искромётно, ярко, опасно, они любили так, как не осмелился никто другой. Она водила его за нос, создавала вокруг себя облако порочности, а, как мы знаем, воздухом нельзя связать два сердца, но у неё, неземной нимфы, получилось это. Не думайте, что он оставался в долгу. Он проникал ей в сердце одним только взглядом, заставлял поверить, что принадлежит ей, а на следующее утро не оставлял никаких следов. Вы скажете: это не любовь. О, господа, поверьте, эта особа умеет менять свой облик и подбирать образ. Но однажды это всё зашло слишком далеко… О событиях тех дней никто не любит вспоминать, своеобразное табу или просто отрицание. Называйте как хотите, а на утончённом запястье белокурого ангела едким напоминанием всё же слабо розовеет длинный тоненький шрам. Её возлюбленному это простили все: она, её семья, их друзья, но простил ли себе Чак Басс ту ошибку? Нет… Она всегда останется скитаться по закоулкам его отнюдь не светлой души.

Песня: One Republic ft Sara Bareilles – Come Home

События меняют нас. Умные люди учатся на ошибках, а это пара была далеко не глупа. Их отношения поменяли свою сторону. И снова никто не мог поверить, а им по-прежнему было плевать. Наконец-то они стали жить друг другом, дышать друг другом… Любовь доказала своё мастерство в преображениях: меняя себя, она меняет и людей которые подчинились ей.

Чак выдохнул. Всё их прошлое, одно на двоих, пронеслось в минутном ролике у него в голове. Но этого хватило, чтобы щемящее чувство страха и подавляющее желание бороться за свою любовь уместились в совершенно обычном сердце. Таким мужчинам, как он не свойственно вставать на сторону страха, поэтому Чак Басс проговорил в трубку:

- Успокойся, милая, всё хорошо, ты жива и это главное. Тебе ничего не болит? – совершенно спокойным голосом, который внушал только уверенность, говорил парень на том конце провода.

- Да, болит, всё и очень сильно! Боже мой, я такая дура! Я… я совершенно не помню, что вчера случилось!– истерика подступала ближе и ближе.

Белокурая девушка прекрасно осознавала, что её мир больше не стоит на трёх китах, а лишь на хрупкой стеклянной подставке, которую она, никто-то другой, она, может опрокинуть одним неверным движением.

- Серена, ты слышишь меня? Постарайся успокоиться и осмотрись. Выгляни в окно. Что из себя представляет комната? – сыпал указаниями Чак.

Серена попыталась взять себя в руки и холоднокровно оценить обстановку.

- Ну, это вроде бы гостиничный номер, - девушка начала аккуратно, стараясь не делать резких движений, ходить по небольшой комнате.

- Хорошо. В любой гостинице есть рецепшен. Спустись вниз и спроси где ты, - давал указания Чак.

- Ага, и как это будет выглядеть? Здравствуйте, а вы не подскажете, где я нахожусь, - снова поддалась эмоциям Серена.

- Это, во всяком случае, будет быстрее, чем я буду искать тебя по всей стране, - невозмутимо отозвался Чак.

Нет, это не было быстрее. По спутнику в телефоне Серены он мог определить в два счёта её местоположение. Но эти методы были из той жизни, в которую он не хотел возвращаться.

Блондинка, забыв, что собеседник её не видит, надула губки и удручённо пошла к двери.

Песня: Yeah Yeah Yeahs – Kiss kiss

Чак сбросил вызов и удручённо покачал головой, стряхивая с себя оцепенение. Внезапно откуда-то со стороны дивана послышалось невнятное мычание. Чак оглянулся и увидел своего лучшего друга, развалившегося на кожаных подушках. Пиджак, которым он, видимо, укрывался ночью, а точнее уже утром, упал на пол, наверное, именно поэтому Нейт Арчибальд сейчас ворочался как уж на сковородке. Чак подошёл ближе.

- Пора вставать спящая красавица, - шутливо сказал парень и легонько ткнул друга в бок.

Нейт дёрнулся и чуть не упал с дивана.

- Ну, Блэр, ну ещё минуточку, - сквозь сон проблеял Арчибальд, а потом, ни с того ни с сего, подорвался и принял вертикальное положение.

- Конечно, мой сладкий, на выпей, чтобы головка не болела, - издевался Чак.

- Да пошёл ты! – взвился Нейт.

Его голова гудела, как водонапорная башня. В ушах была вата, и до приступа тошноты хотелось пить. Нейт попытался кинуть в Чака рядом лежащей подушкой, но, естественно, промахнулся и попал в телевизор, где сексуальная дикторша рассказывала о последних биржевых сводках. Чак протянул другу стакан с какой-то жидкостью. Нейт не глядя выпил залпом содержимое бокала. По телу моментально разлилось тепло, и можно было открыть глаза и оценить обстановку. Значит так, он находился в Empire в номере Чака, спал на диване, отчего было просто не пошевелиться, каждое движение вызывало поток искр из глаз. Ну и как итог всего вышеперечисленного навязывался вопрос:

- Что вчера было?

Чак, в отличие от Нейта, на котором красовалась белая мятая рубашка без нескольких пуговиц, сидящая наискось, и жеваные брюки, был одет, как обычно, в выглаженный костюм, светлую рубашку и подходящий по всем параметрам галстук. Он проснулся раньше друга, поэтому уже успел привести себя и свои мысли в порядок.

- Мы вчера праздновали наш отъезд на летние каникулы. Если честно, то я не помню всех подробностей, но помню, что мы точно посадили Серену и Блэр в такси и отправили к Блэр домой, а сегодня Серена оказалась неизвестно где…

- Стой, стой, стой, как неизвестно где? А где Блэр? – ясность мышления постепенно начала возвращаться к Нейту.

Чак задумался.

- Серена была очень взволнована, и из её рассказов я понял, что она одна…

- Но если они уехали вместе…, - снова перебил Чака Нейт.

Парень с голубыми глазами схватил с журнального столика телефон и утопил кнопку с цифрой один. Несколько гудков, а потом включился автоответчик. Повторный набор дал тот же результат. Следующий тоже. Глаза Нейта лихорадочно блестели, и он больше не мог усидеть на месте. Парень нервно мерил шагами комнату, в то время как Чак Басс спокойно сидел на диване и время от времени делал глоток из своего стакана.

- Да не паникуй, Нейт. Вы же ещё в ссоре, поэтому она и не отвечает, - Чаку надоел мельтешащий перед глазами друг.

- Нет, я еду к ней домой! – громко ответил Нейт.

- Ага, в таком виде тебя близко к её дому не подпустят, приняв за бомжа, который хорошенько прошуровал баки на Мэдиссон Авеню. Сходи прими душ и переоденься. И, я прошу тебя, перестань ходить туда-сюда у меня уже голова кругом.

Нейт швырнул телефон на диван и пошёл в ванную комнату.

Песня: Jessie James – My Cowboy

В коридоре попалось зеркало, и Серена невольно взглянула на своё отражение. Она не сразу поверила, что то, что смотрит недоумевающим взглядом из зеркала и есть сногсшибательная жительница Верхнего Ист-Сайда. Как только понимание достигло мозга, Серена начала яростно тереть под глазами, желая убрать ужасные угольно-чёрные круги, делающие миловидную блондинку похожей на панду. Затем Серена несколько раз укусила свои губы, чтобы они приняли аппетитный розовый оттенок, взбила руками волосы, которые, как по команде, аккуратно обрамили лицо девушки. А вот с платьем была проблема куда хуже проблемы под кодовым названием «Панда». Сбоку у некогда безумно дорогого творения рук Карла Лагерфельда красовалась огромная дыра, происхождение которой так и останется загадкой века. Серена крутила платье и так и сяк, но дырка никуда не хотела исчезать. Девушка была в отчаянии: она просто не могла появиться в таком виде перед толпой людей, только не сегодняшняя Серена Ван дер Вудсен. Ещё раз взглянув в зеркало, Серена приняла решение оставить всё как есть до поры до времени. В принципе, дырку не так уж и заметно, если не махать руками.

На лифте блондинка спустилась на первый этаж и тут же увидела перед собой стойку с милой девушкой за ней. Серена подошла к рецепшену.

- Чем могу вам помочь, мисс? – регистратор не дала даже рта раскрыть Серене.

- Вы не могли бы сказать название этого отеля, а то мой парень должен заехать за мной, - выпалила блондинка и для верности указала на телефон в своей руке.
- Ну, конечно! Отель называется Marriott, - вежливо ответила девушка.
- А точный адрес не подскажете? – Серена одарила девушку своей фирменной улыбкой.
- Кранстон, Чарльз стрит 17А – в голосе девушки улавливались странные нотки.
- Спасибо, - ответила Серена.
Ну не так уж и далеко от дома: всего лишь Кранстон. Она отошла на несколько шагов от стойки и снова набрала номер Чака. Сказав все данные и получив указание ждать и разрешение сходить выпить чашечку кофе, Серена вышла на раскалённую полуденным солнцем улицу и огляделась в поисках магазина одежды: не может же Серена Ван дер Вудсен расхаживать по городу в рваном платье. Поиски не затянулись надолго, потому что, к счастью, на противоположной стороне узкой улицы находился довольно прилично выглядевший магазин с огромными красными буквами «H&M».
Серена перебежала дорогу, не потрудившись найти зебру. Оказавшись на другой стороне улицы целой и невредимой, девушка с силой потянула на себя стеклянную дверь и зашла в прохладное помещение. От увиденной в магазине толпы, которая суетилась, как стая муравьёв, и шумела, словно бензопила, Серене пришлось поднимать свою челюсть с пола. Литры выпитого вчера алкоголя, снова дали о себе знать самым жестоким образом: они взяли все орудия для пыток сразу и сдавили виски железными тисками. Серена закрыла, глаза, пытаясь подавить приступ тошноты и головокружения. Она схватила первые попавшиеся вещи и забежала в примерочную. Там было немного тише и можно было сесть. Блондинка плюхнулась на пуфик и обхватила голову руками. Тут она вспомнила, что у неё в сумочке обязательно должен быть аспирин или ещё какая-нибудь таблетка от головной боли. Серена открыла клатч и стала яростно рыться в нём. Вы себе даже представить не можете, сколько всякого хлама могло поместиться в такой маленькой сумочке. Попадалось всё, но только не баночка со спасительными белыми таблетками. Уже практически отчаявшись найти хоть что-нибудь, онемевшие пальцы наконец-то нащупали гладкую поверхность и вытащили её наружу. Серена молниеносно открыла белую крышечку и высыпала две таблетки себе на ладонь. Они тут же исчезли во рту девушки. Воды не было, поэтому пришлось глотать так, но это лучше, чем мучиться от повторяющихся с одинаковой чистотой атомных взрывов в голове. Серена прислонилась спиной к холодной стене. Боль постепенно отступала, и мир перестал казаться настолько ужасным. Девушка посмотрела на вещи, которые схватила. Они были совершенно неподобающими, поэтому Серена вернулась в шумный зал и стала перебирать вешалки.
Песня: The Amplifetes – Somebody New
После получаса поисков девушка нашла себе подходящую одежду, туфли и даже солнечные очки, которые были просто необходимы, чтобы укрыться от этого навящевого солнца. Короткие джинсовые шортики позволяли миру насладиться идеальными ножками Серены, удлинённая белая летящая майка без рукавов мешала жаре изводить девушку, нежно-розовые замшевые босоножки на высоком каблуке и сумочка в тон, заставляли работать весь образ только на Серену. Расплатившись за покупки и выкинув порванное платье в ближайшую мусорку Серена приметила небольшую кофейню рядом с магазином, откуда она только что вышла. Крепкий чёрный кофе без сахара, то, что просто жизненно необходимо в данный момент. Девушка сорвалась с места и в несколько шагов преодолела расстояние, разделявшее её от кофейни. Она уже чувствовала, как обжигающая жидкость проходит через горло и разливается теплом по всему телу, насыщая каждую клеточку живительной энергией.
Серена зашла в кофейню и выбрала самый дальний столик у окна: внимание ей сейчас совершенно ни к чему. Помещение было маленьким, отчего очень уютным. На нежно-розовых стенах красовались нарисованные масляными красками пейзажи великолепной Флоренции. Серена не раз ездила туда отдыхать. Во истину божественное место. Маленькие столики из тёмного дерева и такого же цвета резные стулья – всё заставляло вас поверить, что вы в такой далёкой и солнечной Италии. Заказав двойной американо без сахара, девушка откинулась на спинку стула и стала без смущения разглядывать немногочисленных посетителей этого заведения. Благо её бесстыдные глазки скрывались за большими солнечными очками. Серена вообще очень любила рассматривать каждого человека и по его виду сочинять историю. Такое занятие отлично убивало время, хотя жительнице Верхнего Ист-Сайда вовсе не часто приходилось ждать в одиночестве. Наконец огромная кружка с дымящейся жидкостью оказалась перед девушкой. Поблагодарив официантку, Серена сделала маленький глоточек, чтобы не обжечься. Кофе оказался адски горячим, поэтому девушка начала нетерпеливо дуть на него.
Песня: The Rasmus – Night After Night (Out Of The Shadows)
Неожиданно на второй стул за её столиком кто-то тяжело приземлился. Не поднимая глаз, Серена сказала:
- Здесь занято, - она была не в настроении общаться со всякими провинциальными парнями.
Девушка дальше продолжила остужать ароматный кофе. Наглый незнакомец не сдвинулся с места. Тогда Серена, решившая высказать всё, что думает о хамах, оторвалась от кружки и уже открыла красиво очерченный ротик, но сказать ей не дали.
- Привет, красавица, помнишь меня? – сладко пропел парень напротив, да так, что у Серены чуть сахарная кома не приключилась.
Девушка осмотрела нахала надменным взглядом и процедила сквозь зубы:
- Нет, мы с Вами ни разу в жизни не встречались.
- Ошибаешься солнце, ты вчера забрала у меня очень важную штучку, отдай по-хорошему и все будут в шоколаде, - продолжал нести ахинею молодой человек.
- Как я могла у вас что-то забрать, если вижу Вас впервые? – Серене стало немного страшновато: она не умела разговаривать с психами.
Внезапно в её ногу упёрлось что-то твёрдое, и вот тут ужас по-настоящему завладел девушкой.
- Хватит строить из себя дуру! Отдай то, что забрала, или я прострелю тебе твою чудесную ножку, а этого мне ой как не хочется делать. И не вздумай кричать: эффект будет примерно таким же.
Надо отдать должное Серене, когда она оказывалась в экстремальной ситуации, её мозг не отключался, а работал с удвоенной силой. С инстинктом самосохранения у Серены было всё в порядке.
- Я хочу в туалет, - жалобно пропищала Серена.
- Верни мне моё и можешь идти куда хочешь, - парень сильнее прижал дуло к ноге блондинки.
- У меня с детства недержание, но если под моим стулом появится лужа, к нам обязательно подойдёт официантка, - воззвала Серена к логике сумасшедшего. На лице парня отразились все его мысли, было видно, что он колеблется. – Я никуда не смогу убежать. Я впервые в этом кафе, поэтому не знаю запасных выходов, - продолжала давить на парня Серена.
Не зря Блэр таскала её с собой на дополнительные по психологии.
- Хорошо, - сдался сумасшедший. – Я убираю пистолет, а ты аккуратно встаёшь и, не оборачиваясь идёшь в туалет.
Серена ощутила, как на её правую ногу перестали давить. Она сорвалась с места и быстрым шагом пошла в дамскую комнату. Девушка чувствовала на своей спине тяжёлый взгляд, который ни на секунду не переставал следить за ней. Забежав в пространство, обложенное плиткой, она облокотилась на раковину. Преступник остался за дверью. Дыхание было тяжёлым и сбивчивым, воздуха катастрофически не хватало. Девушка подняла голову и посмотрела в зеркало, мысленно отдавая себе приказы думать, как выбраться отсюда. Бегая глазами по небольшой комнате, Серена заметила открытое окно и тут же оказалась около него, не веря своему счастью. Она выглянула наружу и посмотрела вниз. Слава Богу, совсем не высоко. Серена открыла створки пошире и лихо перемахнула через подоконник. Она тяжело приземлилась на землю. Сердце бешено колотилось у Серены в ушах, и всё тело начинало трястись. И тут она наткнулась лихорадочным взглядом на чёрный лимузин. Её счастью не было придела. Она молниеносно выпрямилась и побежала к машине. Серена не оглянулась, но почувствовала на себе полный ярости взгляд. Она добежала до дверцы лимузина и с силой дёрнула ручку на себя. Проворно забравшись внутрь машины, она трясущимся голосом попросила:
- Поехали быстрее отсюда, пожалуйста!
Лимузин тронулся, а сидевший внутри Чак ничего не понимая во все глаза смотрел на Серену. Внезапно девушка крепко обняла его за шею и яростно впилась в губы. Она настойчиво целовала его, задыхаясь. Чак, недоумевая, ответил на поцелуй. Нет, его никогда не удивляло, что молодые особы вешаются ему на шею, но в этом порыве его девушки было что-то пугающее, сумасшедшее. Наконец Серена отстранилась и, тяжело дыша, уставилась перед собой. Чак пытался оправиться и понять, что же, чёрт возьми, происходит.
- Серена, - он аккуратно позвал девушку, - с тобой всё в порядке?
Серена перевела пустой взгляд на говорившего. Только сейчас, оказавшись рядом с ним, она поняла насколько испугалась. Весь страх, который она должна была испытать в кофейне нахлынул на неё здесь. Она попыталась отдать часть его с поцелуем, потому что думала, что сходит с ума. Но сейчас его родной аромат медленно проникал в лёгкие и заставлял организм поверить, что всё закончилось, что он остался жив. Серена откинулась на сиденье и закрыла глаза.
- Ты не представляешь, что сейчас со мной случилось! – прошептала она.
Песня: Livvi Franc – Now I'm that bitch and you're just a clown (feat. Pitbull)

На несколько мгновений оставим двух до потери пульса любящих друг друга людей, им есть, что друг другу рассказать. Переместимся на Верхний Ист-Сайд, где в одном из многочисленных пентхаусов девушка с аристократическими чертами лица и мягкими шоколадными локонами, с которыми играет летнее солнце, заставляя их переливаться золотом, собирается в далёкое летнее путешествие со своим верным спутником. Хм, вас ничего не смущает в последних словах?

- Мисс Блэр, я положила ваши солнцезащитные очки в сумку, - пухленькая полячка мелкими шажками забежала в комнату.

Она тяжело дышала, а её добродушное личико по цвету напоминало портьеры в Белом доме. Ведь она с самого утра на ногах, что же касается её работодательницы, та бдительно следила за каждым шагом Дороты.

- Молодец, возьми с полки пирожок. А после этого положи туда вот эти комплекты белья, - Блэр указала на кружевное нижнее бельё, которое было разложено на кровати и щеголяло ярлычками с названиями знаменитых модных домов.

- Но Вы же едете без мистера Нейта, - уточнила Дорота с лёгким налётом осуждения.

- Кто тебе сказал эту чушь! Перестань читать «Сплетницу» круглые сутки, а то я конфискую у тебя телефон, - заключила Блэр и зашла в гардеробную.

Дорота лишь пожала плечами. Она давно уже не пыталась понять свою подопечную.

Песня: Sara Bareilles – Breathe again

Блэр пробежалась пальчиками со свежим маникюром по разномастной, но одинаково дорогой ткани её любимых платьев. В глазах девушки плескалась грусть, которую она может показать лишь вещам. Ведь они в отличие от людей всегда будут хранить молчание, если сама хозяйка не попросит их заговорить. Каждое платье хранило свою неповторимую историю. Какая-то будоражила душу больше, какая-то меньше, но ни к одной истории истерзанное сердце девушки не было равнодушно. Невольно рука потянулась именно к тому белому платью, которое заставляло чувствовать трепет во всём теле. Тонкое кристально-белое кружево никому ничего не расскажет. Можете кромсать его на кусочки, бросать в огонь, лишь яркое пламя послужит вам ответом. А красивая история была… И два влюблённых человека ещё лелеют надёжду на то, что она не канула в лету. Вся трагедия в том, что эта история не о девушке и парне, эта история о холодной на первый взгляд королеве и о её принце на белом коне. Ссора, детская и глупая, но такая болезненная и рушащая, словно ураган, все планы. А, когда они разлетаются на острые камни, то непременно задевают душу острыми краями, больно оцарапывая. Но королева задыхалась от крика лишь внутри, в то время как её лицо сохраняло холодное безразличие, а из пухлых губ вылетали оскорбления, как отголоски тех криков. Какова же роль принца? Это он направил ураган на крепость своей прекрасной дамы. Его сводила с ума её холодность, ведь принц слишком хорошо знал королеву. Он ушёл, хлопнув дверью, а она сползла по ней с обратной стороны. Но, что бы не говорили люди, время всегда хорошо выполняет свою работу, расставляя всё на свои места. Только королева, внутренне подчинившись ему, внешне остаётся независимой.

Песня: Kaci Battaglia – Crazy Possessive

- Мисс Блэр, - голос служанки вернул девушку в реальность, - я упаковала все Ваши вещи, - запыхавшаяся полячка показалась на пороге гардеробной.

- Прекрасно, а ты положила мне книгу в дорогу? – на всякий случай уточнила Блэр и вернулась в комнату, чтобы ещё раз убедиться, что ничего из необходимых вещей не забыто в самых неожиданных местах.

- Да, я положила «La Vendette» в ручную кладь, - отрапортовала Дорота.

Блэр медленно развернулась к Дороте и тихо, но очень зловеще произнесла:

- Я её уже закончила, и не говори, что в доме нет другой достойной книги.

Дорота молчала. В глазах Блэр уже отплясывали искорки. Её любовь к хорошей литературе была предопределена светским воспитанием. Блэр Уолдорф не могла себе позволить провести большое количество мучительных часов в частном самолёте без томика классической литературы в руках.

- Почему ты молчишь? – голос шатенки не предвещал ничего хорошего.

- Ну, Вы же просили не говорить… - начало опасливо Дорота, но осеклась.

- До самолёта два часа, и дай Бог, чтобы я нашла себе книгу в «Gotham Book Mart», - процедила Блэр и вышла из комнаты.

Всё снова шло не так, и это становится довольно раздражающим.

Блэр вышла на улицу и была ослеплена палящим солнцем. Как люди могут оставаться в городе на всё лето, это же самоубийство! Быстро сев в такси, девушка назвала адрес, и машина тронулась с места.

Через полчаса Блэр оказалась прямо у входа в рай для книгоманов. Расплатившись с таксистом, она выпорхнула из авто и сделала шаг к тяжёлой дубовой двери. Второй девушка сделать не успела, её кто-то сильно сжал за талию, а потом произнёс слова, которые не имели никакого смысла:

- Ну, наконец-то любимая, я тебя уже заждался, - эта бессмыслица была сказана совершенно неприятным баритоном.

Блэр попыталась вывернуться, но руки, словно тиски, держали её хрупкую талию, готовую сломаться под их давлением в любой момент.

- Что Вы себе позволяете! Немедленно отпустите меня! – Блэр применила другое оружие, которое не причиняло физической боли.

Неожиданно новое ощущение возникло в районе правого бока: туда что-то настойчиво упиралось, грозя оставить уродливый синяк.

- Тише, красавица, не кричи, - прошептал парень ей на ухо, он был настолько близко, что его губы практически касались нежной кожи Блэр, рвотный рефлекс не заставил себя ждать, а ужас тем временем атаковал душу, которая трусливо спряталась в пятки. – Вот умница. Теперь ты тихо садишься в эту машину, иначе я нечаянно нажму на курок пистолета, который находится у тебя прямо под рёбрами.

Парень легонько подтолкнул Блэр вперёд, и она на негнущихся ногах подходила всё ближе и ближе к чёрному джипу с тонированными стёклами. Всё, как в плохих боевиках, которые так любит Нейт. Дверь распахнулась и теперь уже девушку грубо впихнули внутрь. Дверь захлопнулась, а машина тронулась с места.

Песня: Porcelain Black – I Feel Perfect

Блэр всё ещё ощущала давление под рёбрами, отчего её тело как будто бы парализовало. Оно боялось совершить лишнее движение, чтобы случайно не вызвать на себя гнев этого по виду не совсем адекватного парня, но Блэр пыталась оглядеться на столько, насколько позволяло её боковое зрение: по обе стороны от неё сидели два бугая в костюмах, строгий покрой которых совершенно не сочетался с их лицами. Этим парням больше бы подошёл оранжевые куртка и брюки и серебристые наручники в качестве аксессуара. На переднем сиденье, рядом с водителем, сидел ещё один парень, но насколько удавалось его рассмотреть, он был не так могуч, как эти двое в костюмах, но всё же он сразу же можно было сказать, кто здесь главный. Вот оно превосходство разума над силой.

- Здравствуй, Блэр, - начал парень на переднем сиденье, а Блэр поёжилась. – Я не имел чести побеседовать с твоей подругой, но очень рад, что удастся это сделать с тобой, - голос у парня был мягкий, но от этого он становился более опасным.

- А Вы не пробовали просто прислать мне приглашение, - адреналин ударил девушке в голову и выключил её инстинкт самосохранения.

- Меня предупреждали, что ты любишь поязвить, но, поверь, когда к твоему боку приставлен пистолет, этого делать не стоит. Тем более мы совершенно не хотим портить твою замечательную фигурку. От тебя требуется лишь вернуть то, что вы с подругой украли, я надеюсь, по ошибке, у очень влиятельного человека.

- Во-первых, я не имею ни малейшего понятия, о чём Вы говорите, во-вторых, прикажите своим ручным обезьянкам убрать от меня руки, а в третьих не надо считать меня дурой: пока я не отвечу вам на вопрос, они не посмеют выстрелить в меня, - сыпала умозаключениями Блэр.

- Полегче на поворотах, красавица, - подала голос одна из «обезьянок». – Дырку в боку я тебе, конечно, не сделаю, но вот руку или ногу могу запросто продырявить.

И именно на этом моменте Блэр испугалась по-настоящему. Срочно нужен был план, и, желательно, умный. Как-то в один из зимних вечеров они убежали с Нейтом в Хэмптон. Дом Арчибальдов пустовал, а в этот вечер стал принадлежать только им двоим. Блэр была в хорошем расположении духа, поэтому экран телевизора показывал не спокойный завтрак Холли у ювелирного магазина, а пару мускулистых парней то ли с винтовками, то ли с ружьями, Блэр было совершенно плевать, бегающих по какой-то заброшенной фабрике и вопящих что-то типа: «Стреляй, Джон, он справа!», «Нет, ты стреляй, он ближе к тебе». В общем, как положено во всех боевиках: никакого смысла, лишь реки крови и взрывающие мозг звуки перестрелки. Суть этого с первого взгляда совершено ненужного отступления в том, что одного из парней точно так же прижали два уголовника, а он недолго думая, разыграл приступ астмы, правда его жизнь это не спасло, но может нашей красавице стоит попробовать?

Актёрский талант этой девушке был дарован при рождении, ей нужно было лишь развивать его, что она с блеском и делала всю жизнь, даже не подозревая, что этот дар придётся использовать в подобной ситуации, но жизнь совершенно непредсказуемая штука, поэтому камера, мотор и поехали…

Красивой лицо шатенки исказилось, и она начала задыхаться. С новым вздохом Блэр вонзилась коготками в руку одного из бугаёв.

- Что с ней? – безразлично спросил парень, сидящий на переднем сиденье.

Охранники не без страха на своих не обезображенных интеллектом лицах, вытаращив глаза, словно близнецы, смотрели на задыхающуюся девушку.

- Мне… нужен… ингалятор, - еле выдавила из себя Блэр и для пущей убедительности закатила глаза.

- Эээ, босс, - проблеял один из парней, а Блэр усмехнулась про себя: точно, как в том фильме, - она же сейчас задохнётся…

А Блэр тем временем по-настоящему стало не хватать воздуха. Она видела, как парень на переднем сиденье колебался. Всё встало на свои места: он тоже всего лишь пешка в какой-то пока совершенно непонятной Блэр игре.

- Вон там аптека. Сходи и купи ей ингалятор, - наконец-то решился «главный», а Блэр еле удержалась от победной ухмылки.

Машина остановилась, и «обезьянка» ринулась в аптеку. Всего на секунду второй парень отвлёкся, но этого на удивление хватило Блэр для того, чтобы заехать локтём ему точно между ног, а пока парень корчился от боли выскочить на раскалённую улицу и раствориться в толпе.

Она бежала, не оглядываясь, продираясь через толпу, которая потоком людей текла ей навстречу. Блэр уже осознала, что погони за ней нет, но не снижала темп. Какая-то невидимая сила гнала её вперёд, шепча в голове, что её могут догнать. Ноги начали заплетаться, и девушка еле удержалась от падения на грязный асфальт. Точнее её удержали, портье возле отеля Empire. Даже оказавшись в лифте, ведущим в номер Чака, Блэр не смогла унять бешено колотящееся сердце, так и норовившее выпрыгнуть из груди и убежать, куда глаза глядят.

Песня: THE RAPTURE – No sex for Ben

Нейт Арчибальд спустился в гараж и нажал на кнопку брелка сигнализации от красного Porsche, который был любезно презентован дедушкой Ван дер Билтом полгода назад. Гордость, конечно, стоящее качество, но любовь к спортивным машинам и редким дозам адреналина по венам пересилит любые человеческие чувства. Ключ легко вошёл в зажигание, и мотор зарычал как голодный тигр. Нейт достал модные солнцезащитные очки и прикрыл ими свою щенячьи глазки, которые могли заставить любую девушку отдать свою самую любимую пару лабутенов, и они с лёгкостью могли стать оружием массового поражения.

Недолго думая, Нейт нажал на газ. Это было так похоже на него. Машина выехала из гаража, не издавая ни единого звука. Чтобы не угодить в Нью-Йоркские пробки, которые являются такой же достопримечательностью этого манящего города, как и статуя Свободы, Нейт собирался накрутить несколько лишних километров на спидометре. В обычном городе уравнение предельно просто: чем больше расстояние, тем больше и время, затраченное на его преодоление, но в Большом Яблоке никогда не было заключено слово «обычный».

До пентхауса Уолдорфов Нейт добрался без приключений, зато всю дорогу провёл, копаясь в своей голове и подыскивая адекватное оправдание своему появлению на пороге уважаемой семьи Верхнего Ист-Сайда в (Нейт посмотрел на часы известной марки, удобно устроившиеся на его запястье)десять часов утра. Для большинства жителей Манхеттена это ещё еле забрезживший рассвет, но у него и Блэр самолёт через два часа, поэтому его возлюбленная уж точно не нежится в своей постели. Они с Блэр собирались провести великолепное лето, перебираясь с одного богемного курорта на другой. Но он всё разрушил. Зачем? Поверьте, ответ на этот вопрос известен лишь высшим материям. Нейт мечтал провести целое лето с Блэр. Хоть они и встречались со времён Французской революции, но по-настоящему ощутили себя одним целым только в этом году. Только в эти 365 дней Нейт осознал, насколько ему дорога утончённая шатенка с вечными бесятами в шоколадных глазах. Она не выносила лжи, а он слишком боялся её потерять, чтобы врать в лицо. Поставив на правду всё, что у него было, Нейт Арчибальд проиграл. Но, даже не имея ничего за душой, он не перестал бороться за свою любовь. Его любовь была жестока, и как только Нейт приближался к ней на один шаг, она протыкала его насквозь острым ножом и отходила на два шага назад. Многие бы на месте парня послали бы всё к чёрту и утопили бы себя в бескрайнем море алкоголя, но Нейт не был из числа многих. Он поднимался в пентхаус своей девушки, которая его не желает видеть и обязательно заставит страдать, но он готов вынести всё, лишь бы заслужить благосклонность этой особы. Нейт наизусть выучил Блэр и знает, что та тоже изводит себя только ночью, под шёлковыми простынями, которые не пропускают лунный свет.

Двери лифта распахнулись, и Нейт ступил в холл. Дорота, услышавшая звук прибывшего лифта, выбежала из кухни.

- Мисс Блэр, Вы уже…, - служанка осеклась, увидев вместо стройной шатенки в платье модного дома Chanel мускулистого парня, чьё телосложение с первого взгляда выдавало опытного игрока в лакросс. – Ой, доброе утро мистер Нейт, а мисс Блэр нет дома, - спокойно отрапортовала полячка.

- Доброе утро Дорота, - в вежливости парню нельзя было отказать, - а где же Блэр? Она скоро вернётся?

- Она пошла в книжный магазин, ей срочно понадобилась новая книга. Я думаю, она вернётся и сразу же отправится в аэропорт, Вам лучше ждать её там, - Дорота таинственно улыбнулась.

- Я не думаю, что она хочет меня там видеть, - задумчиво сказал Нейт, пытаясь вытянуть из служанки хоть какую-нибудь информацию.

- О, да бросьте, мистер Нейт, Вы же хорошо знаете мисс Блэр, - на этот раз Дорота подмигнула и исчезла в кухне.

Яркая улыбка заиграла на губах Нейта, ведь эти слова Дороты означают конец холодной войне. Опомнившись, Нейт спустился на первый этаж и поехал в Empire за вещами, но принц пере
 
mio-mioДата: Среда, 01.08.2012, 14:44 | Сообщение # 4
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4103
Награды: 1567
Статус: Offline
продолжение:

- Сначала мы поехали в Webster Hall, - начала Серена, - там выпили пару коктейлей, - Чак недоверчиво поднял брови, - ну ладно, не пару, - быстро сдалась Серена. – Мы там танцевали и встретили моих знакомых, - Чак сильно сжал стакан, аж костяшки пальцев побелели, все сделали вид, что не заметили этого. – Потом мы вроде бы поехали в Cielo…
- Нет, - вмешалась Блэр, - потом был магазинчик сладостей на West End, мне дико захотелось макарун именно оттуда, а потом был Cielo, где мы встретили Картера, - теперь напрягся Нейт. – Он пригласил нас к себе домой…
- Как… - взорвался Арчибальд и встал с дивана, - объясните мне, как можно было так… - Нейт запнулся, подбирая слово, которое можно было употребить в обществе дам, - напиться! Мы же посадили вас на такси! Почему бы просто не поехать домой?! Ладно Серена, у неё ветер в голове, но ты! – парень посмотрел на Блэр, которая уже полностью взяла себя в руки и теперь безразлично смотрела в стену.
- Знаешь что, Нейт! За такие слова можно и между глаз получить, - взвилась Серена.
- А: я полностью согласна с С и помогу ей если что, и Б: я тоже надеялась, что ты меня любишь, но что в этом мире стоит надежда, - отозвалась Блэр, переведя свой взгляд на Нейта.
- Так, стоп, брейк, - в разгорающийся пожар ссоры вмешался Чак. – Слушайте, за нами тут чуть ли не мафия гоняется, так что не время выяснять отношения. – Что было дальше?
- Эй, народ, тут какая-то подозрительная машина. Блэр, ты не на такой каталась? – спросил Нейт, высматривая что-то в огромном окне.
Все сорвались с места, и подошли к стеклу. Внизу из чёрного хромированного джипа выходили довольно внушительных размеров парни.
- Это они, - с нотками страха в голосе отозвалась Блэр. – Но у тебя же тут куча охраны, ведь так? – обратилась почти полностью охваченная страхом девушка к Чаку.
- Так то оно так, но ты говоришь, что у этих парней оружие… Мои люди, конечно, преданы мне, но я бы не стал переоценивать их чувства. Выйдем через запасной лифт и задний выход.
Чак оторвался от окна взял, одну из лежавших на полу возле выхода сумок и пошёл куда-то вдаль, вторую же сумку он кинул Арчибальду, тот, как превосходный игрок в лакросс, поймал кусок кожи. Серена незамедлительно последовала за Чаком. Нейт посмотрел на Блэр, и пошёл на выход.
- А зачем вам сумки? – крикнула вслед парням Блэр.
Но так как отвечать ей никто не собирался, девушка пошла вслед за друзьями, медленно закипая.
Песня: the Heavy – Short Change Hero
Неподражаемая четвёрка, которую так любят приключения, спустилась в огромный гараж, размещающийся под зданием знаменитого отеля Empire. Чак галантно открыл переднюю дверь перед Сереной, а Нейт заднюю перед Блэр. Две девушки повели себя совершенно разным образом, полностью оправдывая свои создаваемые всю сознательную жизнь амплуа: мисс Ван дер Вудсен, одарив любимого лучиками своей улыбки и невзначай коснувшись его гладко выбритой щеки, запрыгнула в машину, мисс Уолдорф же сковав своего возлюбленного (так или иначе он им оставался) холодом своих глаз, цвета молочного шоколада, грациозно опустилась на кожаное сиденье. Парни одновременно захлопнули дверцы баснословно дорогого Доджа. И опять же мы наблюдаем две совершенно разные эмоции: один молодой человек снова вернулся к поискам чёрной кошки в тёмной комнате, другой же с грустной улыбкой пытается скрыть своё счастье от посторонних глаз. А теперь угадайте: кто из них кто.
Наконец, все справились со своими чувствами, восстановив маски, и машина плавно покатила их к выезду. Как только отполированного чёрного кузова Доджа коснулся обжигающий луч летнего нью-йоркского солнца, машина была взята под прицел.

Песня: Rasmus – Shot
- Чак, машина позади нас, это же тот джип, - подал голос Нейт.
Чак взглянул в зеркало заднего вида и нахмурился. Он не любил, когда за его действиями следят, тем самым беря своеобразный контроль над его жизнью.
- Пристегнитесь, - со злостью в голосе промолвил Чак и практически вдавил педаль газа в пол.
Мотор Доджа весело урчал, довольный, что его наконец-то спустили с привязи и дали полностью проявить себя. Совершая один манёвр за другим, машина как будто бы растворялась в воздухе.
- Ты совсем с ума сошёл, Басс!!! – зазвенел крик ужаса, плавно переходящий в ультразвук. – Ты угробить нас решил! Не получилось у мафии, так ты решил взять на себя это дело?! Осторожно!!! – Блэр в ужасе закрыла глаза ладошками: прямо на них с неимоверной скоростью неслась фура.
Чак резко вывернул руль – машину повело в сторону, и она развернулась на сто восемьдесят градусов. На несколько секунд остановившись, Додж снова слился с ветром.
- Блэр, перестань нести чушь, - железным голосом сказал Чак. – Натаниэль, успокой свою девушку.
- Я не его девушка, - уже не так громко и всё ещё с закрытыми глазами отозвалась Блэр.

Песня: Leighton Meester ft Check In The Dark – Heart Strings

Нейт посмотрел на неё. Эта брюнетка всегда такая воинствующая, сильная, словно амазонка, сейчас сидела рядом с ним и по-детски прятала своё личико в маленьких ладошках. Мягкие кудри, на тон темнее глаз, закрывали девушку от того, кто не мог отвести от неё глаз. Нейт не смог подавить в себе желание. Он протянул руку и, чуть касаясь нежной кожи, заложил прядь за ушко Блэр. Она убрала ладошки и растеряно посмотрела на парня. Всего секунду он видел ту, в кого влюбился давным-давно и которою больше никогда не хотел отпускать, а потом она снова спряталась за свою броню.
- Мы оторвались, теперь уже не надо так гнать, Чак, - оторвав взгляд от Блэр, сказал Нейт.
Чак посмотрел в зеркало и снизил скорость.
- Почему мы едем по шоссе, которые ведёт из города? – посмотрев в окно, незамедлительно задала вопрос Блэр.
- Потому, что пока мы не выясним, что вы украли у мафии, нам оставаться в Нью-Йорке не безопасно, - ответил Чак и посмотрел на Серену.
Её взор был тоже устремлён в окно, но в отличие от Блэр, девушка хранила молчание. Её голова была откинута на сиденье, а мысли находились в свободном полёте, где-то между обвинениями себя во всём происходящем и вопросом: как из этого выбраться.
Чак медленно сплёл свои пальцы с музыкальными пальчиками Серены. Электрический разряд заставил её выплыть из омута раздумий. Прошло так много времени, а эти, щекочущие душу, искорки всё ещё напоминают о своём существовании. Чак улыбнулся. Таким его видеть дозволено было только Серене Ван дер Вудсен, у других не было пропуска к сердцу Басса. Он сильнее сжал руку девушки. Это было совершенно ни к чему: она и так чувствовала его поддержку каждой клеточкой. Простое переплетение пальцев? Нет, что-то большее. Что-то, что принадлежит только двум сердцам.
Машина начала сбрасывать скорость и вскоре совсем остановилась около здания, которое вовсе не напоминало Ritz.
Песня: Ke$ha – Run Devil Run (2010)
- Мы остановимся здесь. Пока на одну ночь, а там посмотрим, - рассказал о своих планах, которые автоматически стали общими, Чак.
- Ха-ха, хорошая шутка. Все оценили твоё чувство юмора, - съязвила Блэр.
Проигнорировав едкое выражение, Чак вышел из машины и открыл багажник. Все с немалым удивлением следили за его действиями. Нейт опомнился первым. Закрыв за собой дверь, он подошёл к другу.
- Чувак, Блэр, конечно, не очень корректно выразила своё мнение, но она права. Тут же не далеко есть приличный отель с пентхаусом и всем, что к нему прилагается. Зачем нам ночевать здесь?
- Для того, чтобы получить пентхаус, тебе нужно предъявить паспорт. Если с этим ещё можно справиться по средствам нашего с тобой обаяния, то как же ты выйдешь из ситуации с оплатой. У тебя же из налички сто долларов, не больше, - как маленькому ребёнку разъяснял Чак.
- Ты действительно думаешь, что эти парни настолько круты и опасны? – Нейт достал свою сумку из багажника.
- Поверь, то, что рассказала мне Серена было достаточно, чтобы удостовериться, что эти ребята не шутят, - Чак достал вторую сумку и захлопнул багажник.
Серена вышла из машины и огляделась. Её, перспектива остановиться в придорожном мотеле, вовсе не вдохновляла, как и всех. Блондинка привыкла к тёплой ванне перед сном, мягкой кровати, застеленной шёлковым бельем, стоимость которого сравнима со стоимостью неплохой квартиры в Квинсе, и приятному запаху, источаемому букетами на тумбочках. Наш милый ангел не раз бывал в местах, которые вовсе не приветливо, как это подобает гостиницам, смотрели на мир, но тогда голова была задурманена всевозможными запрещёнными веществами, и было всё равно, где спать, главное, что бы была кровать. Серена вздохнула и подошла к ребятам.
Блэр сидела в машине и не делала даже попыток выйти наружу. Да как здесь вообще можно ночевать! Это же опасно для жизни! Она вообще жутко злилась из-за всей этой истории. Это чувство то разгоралось диким пламенем, своими языками обжигающими душу, то затухало, уступая место ноющему страху. Блэр даже не понимала, кого нужно обвинять во всём происходящем. Где-то в глубине души она знала ответ, но он ни за какие соблазны этого мира не выплывет наружу.
- Блэр, ты идёшь? – услышала она крик подруги.
Говорят, выбор есть всегда. Это утверждение невозможно оспорить. Но позвольте сделать приписку, как подобается, мелким шрифтом: как правило, вам подходит только один из предложенных коварным роком выход. Да и тут люди нашли оправдание судьбе: из двух зол выбирают меньшее. А что если эти двери обе сделаны из ваших самых страшных кошмаров?
Блэр нажала на ручку. Её утончённая лодочка коснулась асфальта стоянки дешёвого мотеля. Две вещи из разных миров, которые никогда не должны были встретиться. Судьба снова смеётся над вами.

Песня: Dan Black – Yours
Первым в холл мотеля зашёл Чак. Не спеша он подошёл к стойке с криво повешенной надписью «Рецепшен» и стал очаровывать девушку за ней, которая начитавшись глянцевых журналов от безделья на работе, уже с центовой точностью подсчитала стоимость костюма Басса. Следом зашла Серена, которая, не заметив маленький порожек возле входа, споткнулась и чуть не опрокинула хлипенькую деревянную полку, предназначавшуюся для зелёных растений. Они там и стояли, только уже давно не зелёные от недостатка влаги и света. Чертыхнувшись про себя Серена подошла к Чаку. Нейт, следовавший за Сереной, легонько придержал её, чтобы её носик не познакомился с грязным ковролином холла, но Серена даже не заметила этого. Арчибальд прошёл вглубь и с присущим ему пофигизмом уселся в кресло и стал разглядывать брошурки, лежащие рядом на столе. И, наконец, порог отеля, доселе неведовавшего такого наплыва посетителей, переступила Блэр Уолдорф, которая всеми силами пыталась ни до чего не дотрагиваться, чтобы не подцепить что-нибудь. Шатенка так и застыла на том пороге. Всё оказалось ещё хуже, чем она себе представляла: стены были покрашены бледно фиолетовой краской, если присмотреться, то можно было увидеть, что она кое-где облупилась, пол застелен тёмным ковролином, определить его истинный цвет было практически невозможно, несколько кресел с потёртой обивкой, заляпанный журнальный столик и куча совершенно отвратительных картин, развешанных по всему периметру. Сказать, что Блэр была ошеломлена, это не сказать ничего. Перспектива переночевать в машине уже не казалась такой бредовой. Девушка попыталась стряхнуть с себя оцепенение и подошла к стойке администратора.
- У нас остался один номер для новобрачных на последнем этаже, - перекатывая во рту жвачку, ответила видимо на заданный Чаком вопрос девушка, которой давать в руки косметику должно быть строго запрещено.
- Неужели у вас все номера заняты, вы же не Palace? – стоял на своём Чак, по время от времени выступающей вене у него на лбу можно было понять, что терпение Басса скоро лопнет.
- Да, вы выбрали очень неудачное время. Вчера начался съезд лесорубов, и они заняли все номера, - невозмутимо ответила «красавица», пытаясь состроить глазки Чаку. Серена, заметив это, громко выдохнула и отошла к Нейту.
- Так выселите их! – вступила в полемику Блэр.
- Девушка, я не могу их выселить! - вытаращила и без того уродливо большие глаза администратор.
- Вы предлагаете нам вчетвером спать на одной кровати? – задал риторический вопрос Чак. – Нет, я, конечно не против, провести ночь между этими красавицами, но вот у старины Арчибальда спина будет болеть после ночи на полу, - сказал Басс в своей обычной манере.
- Ага, а у кого-то челюсть, - Нейт, оказывается, всё слышит.
- Ну, я не знаю, - девушка снова принялась перекатывать жвачку.
Чак повернулся к ней спиной и посмотрел на друзей, мысленно посылая им вопрос. Серена пожала плечами: одна ночь их не убьёт, а до завтра они придумают, что делать. Нейт опять уткнулся в проспекты, видимо нашёл в них что-то очень интересное. В глубине души он вообще ликовал, что сможет провести с Блэр ночь в замкнутом пространстве.
- Нет! Даже и не думайте! – зазвенел голос Блэр, отбиваясь от картонных стен. – Почему мы не можем проехать пару метров до другого отеля, этот же не единственный на окраинах Нью-Йорка, - говорила Блэр Чаку, потому что видела, что его перспектива ночевать вчетвером в комнате метр на метр тоже не радовала.
- Тут в радиусе ста километров нет ни одного отеля, - вклинилась администратор. – Наш хозяин – идиот. Он скупил всю землю, чтобы построить такие же маленькие мотели, но денег у него не хватило, а потом он умер и…
- Давайте ключ, - прервал Чак поток ненужной информации.
Глаза Блэр расширились, но она понимала, что взывать к разуму друзей бессмысленно, поэтому она лишь молча убила каждого лесоруба, приехавшего на съезд в своих мыслях и не один раз.
- У нас горячую воду отключают в одиннадцать, - крикнула вслед удаляющейся компании администратор.
На второй этаж пришлось подниматься пешком. Это неподражаемая четвёрка сделала в давящей тишине. Когда дверь в номер была отперта, Блэр заскочила туда первая.
- Значит так, мы с Сереной спим на кровати, - расставила она точки над i, брезгливо морща носик.
- Ну, прекрасно, а мы с Нейтом спим рядом с вами, - бархатный голос сотряс воздух, и Чак швырнул сумку с вещами в угол.
Затем он расстегнул пуговицу на пиджаке и посмотрел на вид из окна.
- Нет, Басс, мы с Сереной – это значит я и Серена, а в вашем распоряжении эти, - Блэр театрально задумалась, - неудобные кресла. Располагайтесь, - она изобразила улыбку и похлопала Чака по плечу.
Чак тоже, не скрывая фальши, улыбнулся в ответ и посмотрел на Серену. Та подняла брови, говоря, что Блэр в любой ситуации остаётся Блэр. Затем она села на кровать и начала расстегивать ремешок на босоножках.
- Боже, мои ноги! – застонала блондинка, вытянув идеальные конечности.
Серена легла на кровать и уставилась в потолок.
- У нас есть что-нибудь выпить? – спросил Чак у Нейта.
Тот отрицательно покачал головой, а потом добавил:
- Я видел магазин внизу. Там точно должно быть что-то, - Чак многозначительно смотрел на друга. – Виски? – уточнил Нейт.
- О, да, - подтвердил Чак, и Арчибальд скрылся за дверью.
Песня: The Amplifetes – Somebody New
Единственный оставшийся в комнате парень сел в кресло, как и говорила Блэр, ужасно неудобное и продолжил свой допрос, который так нагло прервали.
- Ну и что было после Cielo? – задал вопрос Чак двум нимфам на кровати.
Серена приподнялась на локтях и слишком быстро выпалила:
- Я не помню.
Чак приподнял бровь и перевёл свой взгляд на Блэр. Она не прятала свои шоколадные глаза, но сквозь них нельзя было пробиться, по ним нельзя было ничего прочитать.
- Серена!, - растягивая, гласные позвал Чак.
Девушка удручённо села в позу лотоса и сначала посмотрела на Блэр. Какое-то секундное изменение в мимике темноволосой девушки, которое Чак не успел уловить, заставило Серену заговорить.
- Там к нам подошли два парня, ну, и мы… - Серена теребила пододеяльник, - мы пригласили их за наш столик, - скороговоркой оттароторила Серена и добавила: - Но это всё!
Она подняла свои голубые, словно норвежские озёра, глаза и опасливо взглянула на Чака. Тот даже не поменялся в лице, хотя внутри что-то пыталось царапать его душу, но он приказал этому чувству исчезнуть.
- Ну, а что было дальше? Почему ты оказалась одна на Род-Айленде? – ничуть неизменившимся голосом задал напрашивающийся вопрос Чак.
На пороге появился Нейт. Как раз вовремя.
- Это самое дорогое, что я там нашёл, - сказал парень и поставил бутылку на тумбочку рядом с Чаком. – Ещё я захватил стаканы и пирог, - Нейт потряс хрустящей упаковкой.
- Мы должны прыгать от счастья? – безразлично уточнила Блэр, переводя взгляд со своего маникюра на Нейта.
- Так, ладно, Серена, ответь мне на вопрос, - Чак встал и подошёл к кровати.
Он стал прямо над Сереной. Она не смогла удержаться от того, чтобы не развернуться и не утонуть в его глазах. Они действовали на неё как сыворотка правды.
- Блэр стала засыпать и я отправила её домой, - Серена посмотрела на Блэр, будто бы хотела, что бы та подтвердила её слова, Блэр кивнула и, улыбнувшись, взяла Серену за руку. - К тому времени мы уже отшили тех парней, потому что они стали нас раздражать. Я хотела было тоже ехать домой, но тут появилась Джорджина…
- Прямо вечер встреч, какой-то! – послышалось восклицание Нейта, который разливал по бокалам виски.
Все лишь скептически посмотрели и оставили без ответа язвительное замечание Нейта, а Серена продолжила:
- Ну, а потом я, честно, ничего не помню. Там снова было много выпивки и танцев и снова выпивки, - девушка заглянула в глаза парню, ища там что-то, что могло либо убить её прямо на месте, либо прекратить её душевные терзания.
Чак боролся с собой. Он боролся с той лавиной прошлого, которая грозилась пробить в таких муках построенную стену. Ощущение того, что то прошлое вот-вот может снова ворваться в его настоящую счастливую жизни, заставило его глаза потемнеть. Но Чак до потери пульса не хотел возвращаться туда, и он смог снова затолкать прошлое в самый потайной уголок души. Отчасти ему помогли её голубые глаза, наполненные молитвой и поисками понимания. Слияние двух сердец прервал звонок телефона. Чак отошёл от кровати и ответил на звонок. На том конце провода была Лилли Ван дер Вудсен.
- Чарльз, я не могу дозвониться до Серены, она с тобой? – голос женщины на том конце провода сквозил волнением.
- Да, Лилли, она со мной, не волнуйся, - Чак покосился на Серену, давая понять, что речь идёт о ней. – Твоя дочь затащила меня в кофейню в Бруклине, соблазняя отменным чизкейком, - Серена удивлённо подняла брови.
- А, ну тогда всё прекрасно, просто она не отвечает на звонки, поэтому я подумала… - Лилли замолчала.
- Она просто потеряла свой телефон, - ложь всегда нужно перемешивать с правдой, чтобы добиться идеальной консистенции. – И, да, Лилли, не жди её сегодня, она, пожалуй, останется у меня ночевать.
- Ох, хорошо, Чарльз, я знаю, что могу тебе доверять, - уже полностью успокоившись, сказала миссис Ван дер Вудсен.
- Конечно, до свидания, Лилли, - у Басса был дар убеждения, подкреплённый феноменальной вежливостью.
- До свидания, Чарльз, - попрощалась Лилли и повесила трубку.
Чак спрятал телефон в карман и взял бокал с тумбочки. Сделав из него глоток, Басс поперхнулся и неодобрительно посмотрел на Арчибальда.
- Что? – возмутился Нейт. – Я же сказал, что это лучшее, что там было, - закончил парень.
Песня: The Kills – Cheap And Cheerful

- Это была моя маменька? – спросила Серена и, поднявшись с кровати, покачивая бёдрами, приблизилась к своему парню. Чак кивнул. – А почему она не позвонила на мой телефон? – снова озвучила вопрос блондинка и, отобрав у парня бокал, сделала маленький глоток.
Серена не ценила виски и, как любая девушка, представляла лишь парня с граненым стаканом, наполненным янтарной жидкостью в руках. Но сейчас ей надо было привести свои нервы в порядок, поэтому она и отпила из бокала. Для неё напиток был вполне сносным.
- Может, потому, дорогая, - Чак забрал обратно свой стакан, - что ты его действительно потеряла.
- Да ничего я не теряла, - Серена подошла к кровати, залезла в свою сумочку и вытащила оттуда белый ай-фон. – Видишь, вот он! – девушка покрутила телефоном в воздухе.
Но, когда она повернула телефон другой сторон корпуса к себе, она не нашла еле заметной царапины, которой собственноручно пометила телефон, когда положила в один кармашек с ключами. Перестав вертеть ай-фоном в воздухе, Серена провела пальчиком по экрану и окончательно убедилась, что это не её телефон.
- Что такое? – увидев, как поменялась в лице Серена, спросила Блэр.
- Это не мой телефон, - задумчиво ответила Серена и зашла в меню ай-фона.
Парни окружили девушек и уставились на экран. Понажимав несколько кнопок, Серена добралась до карты памяти, но открыть её не удалось: при любой попытке на экран выскакивало сообщение с требованием ввести пароль.
- Так вот зачем гонялась мафия, - Нейт сегодня выступал в роли капитана Очевидность.
Серена подняла глаза на Чака, вид которого выражал полную задумчивость.
- В принципе, мои ребята смогут подобрать пароль, - сказал Чак и подошёл к журнальному столику, где располагался ноутбук Нейта.
Чак пробежал пальцами по клавишам и жестом попросил Серену поднести телефон, что она и сделала. Чак подключил телефон к компьютеру, а сам начал набирать какой-то номер на своём мобильном. После нескольких секунд беседы, которая содержала большое количество непонятных для Серены слов, Чак повесил трубку, а монитор компьютера сообщил о запуске какой-то программы.
- На это потребуется время, но Гейб сказал, что защита тут не очень серьёзная, - отрапортовал Чак трём удивлённым донельзя парам глаз.
- Слушайте, а может не надо этого делать, - подала голос Серена. – Во всех фильмах люди делают тоже самое, а потом их убивают, потому что они слишком много знают, - Серена покосилась на Чака.
- Да, действительно, ребята, давайте просто завтра вернём им телефон и всё, - откликнулся Нейт.
- Молодец, Нейт! А как ты собираешься отдавать телефон, если не знаешь кому, - остудила пыл парня Блэр, которая стояла около окна, скрестив руки на груди.
- Я уверен, что у ваших домов вас ждут, чтобы отобрать телефон. Вот тогда мы им просто отдадим его, - спокойно разъяснил свою позицию Нейт, а Блэр фыркнула.
- Чак, действительно, мы и так уже вляпались по самые уши, а пока мы не влезли в телефон у нас есть шанс выйти сухими из воды, - Серена решила давить на Чака, а тот собирался убить двух зайцев одним выстрелом.
Он закрыл ноутбук, который всего лишь перешёл в спящий режим, продолжая подбирать пароль. Чак просмотрит файлы ночью, в одиночестве, и только он один будет знать, что в них.
Блэр снова фыркнула и посмотрела на Басса. Она не произнесла ни слова, но тот понял, что она хотела сказать: «Боже мой, Басс, когда ты успел стать таким подкаблучником!» Чак лишь усмехнулся про себя: Уолдорф всегда судила людей по тому, что видела, не желая заглянуть внутрь целлофановой обёртки.
Песня: Robyn – Dancing on My Own
А тем временем на окрестности Нью-Йорка опустилась ночь, делая всю ситуацию ещё более зловещей. В номере зажёгся свет. Серена обняла Чака сзади и чмокнула в щёчку, а потом, резко выпрямившись, сказала:
- Вы как хотите, а я в душ, пока не отключили горячую воду.
- Я с тобой, - промолвил Чак и удержал уже собирающуюся убегать Серену.
- О, нет! Я прошу вас, не надо устраивать оргию! Моя психика этого не выдержит, - запротестовала Блэр.
- Ты скучная, Уолдорф, - отозвался Чак и с улыбкой на губах отпустил Серену.
- А ты мерзкий, - не осталась в долгу Блэр.
Серена и Нейт не обратили никакого внимания на эту словесную дуэль, ведь это было в порядке вещей, но сколько бы Блэр и Чак не оскорбляли бы друг друга, сколько бы подлянок не устроили друг другу, они оставались лучшими друзьями, готовыми в трудную минуту прийти на помощь.

Серена тем временем залезла в сумку Чака, достала оттуда рубашку и гордо направилась в ванну, один раз оглянувшись и состроив глазки Чаку. Он проводил её взглядом и усмехнулся. Чак пересел в кресло. Рядом на уродливой тумбочке, видимо рук того же плотника, ожидал своего часа бокал с виски. Хотя напиток в стакане совершенно не имел право носить такое гордое имя. Взгляд парня устремился в давно не мытое окно, за которым обозначила свои владения подкрадывающаяся ночь. Чак, не глядя, потянулся к бокалу и крепко сжал его в своей руке. В глазах Басса томилась глубокая задумчивость. Создавалось такое впечатление, что молодой человек старается найти решение важнейших проблем человечества. Но это всего лишь иллюзия. Если вы хорошо знаете Чака Басса, то вас ничуть не обеспокоит такое выражение лица.
Нейт посмотрел на Блэр, которая лёжа на кровати переключала каналы на допотопном телевизоре. Картинки мелькали, сменяя друг друга, но Блэр было совершенно плевать, что идёт по телевизору: она углубилась в свои невесёлые мысли. С наступлением темноты, всё стало казаться совсем уж не радостным: они застряли в каком-то отеле с мафией на хвосте и с тем, что они хотят заполучить. Просто голливудский фильм какой-то! И совсем не «Римские каникулы», которые себе представляла Блэр. Она тихонько вздохнула, думая, что никто не заметит, но Нейт заметил. Он заметил, что Блэр волнуется и не может найти себе место. Как же ему хотелось лечь рядом с ней, крепко обнять и прошептать на ушко, что всё будет хорошо. Желание собиралось переродиться в действие, но из ванной выпорхнула Серена. За ней тянулся шлейф из пара и запаха чистоты. Чак полной грудью вдохнул этот аромат и стал любоваться белокурым ангелом. Не до конца высушенные волосы изгибались лёгкой волной и красиво обрамляли личико девушки. На нимфе была надета его белая рубашка в тонкую синюю полоску. Этот кусок ткани бесстыдно выставлял на всеобщее обозрение шикарные ножки Серены. Девушку ничуть не смущала такая открытость. На лице Чака Басса появилась едва заметная улыбка. Он наслаждался одним её видом, её лёгкими движениями, её мимолётными взглядами. Она словно порхала по комнате, не касаясь голыми ступнями грязного пола.

Песня: Fun. – We Are Young (feat. Janelle Monáe)

Как только Серена отошла на несколько шагов от ванной, за дверью этой комнаты тут же исчезла Блэр. Она уже было собиралась ударить деревянной створкой об косяк, но, видно, не судьба. Нейт задержал дверь и, легонько подталкивая девушку внутрь крошечного помещения, зашёл туда.

- Что ты творишь, Арчибальд! – незамедлительно послышался возмущённый вскрик Блэр.
Она всегда называла его по фамилии, когда злилась, а его это возбуждало. Блэр пыталась отстраниться от Нейта, но в таком маленьком пространстве это было просто невозможно. Тогда она просто отвернулась и сложила руки на груди, подыскивая очередную колкость.

- Блэр, - позвал Нейт и взял девушку за плечи.

От прикосновения по коже пробежали мурашки, но не на ту напали! Блэр нервно дёрнула плечами и открыла кран на полную мощность. Из него с оглушительным шипением полилась вода. Блэр уставилась на сильно бьющую струю. Если честно, то она уже давно не злилась на Нейта, а всего лишь продолжала играть. Гордость, та черта, которая разрушила немало судеб, которая восхвалялась ровно столько же раз, сколько и осуждалась, и которую Блэр Уолдорф ценила в себе больше всего. Нейт нажал на кран, отчего струйка мутной воды стала тоньше. Ведомая внутренними инстинктами Блэр вернула кран в прежнее положение и с вызовом посмотрела на Нейта, тот лишь ухмыльнулся. Пара вела излюбленную ими игру в молчанку, когда твой рот остаётся плотно закрытым, но кончиками пальцев и уголками губ ты выражаешь всё, на что не способны слова. В этой игре только они вдвоём знали правила, но Нейту спектакль не настолько нравился, поэтому он решил покинуть подмостки:

- Я не выйду отсюда, пока ты не перестанешь злиться на меня, - твёрдо заявил парень.

- Ну, тогда тебе придётся закончить свои дни в ванной дешёвой гостиницы, - сказала Блэр своему отражению в зеркале.

Вода шумела и проглатывала слова, но они слишком хорошо друг друга знали, поэтому льющаяся жидкость не смогла помешать разговору двух сердец, бьющихся в унисон.

- Ну, ты же знаешь, что ради тебя я сделаю всё, что угодно.

- Нейт, я прошу тебя, не надо пафосных речей. Они хороши только тогда, когда концентрация людей в комнате составляет два человека на сантиметр, - в голосе девушки сквозило безразличие.

- Хорошо, но скажи, что ты больше не сердишься на меня, - продолжал гнуть свою линию Нейт.

- Я больше не сержусь на тебя, потому что злиться можно только на того, кто тебе не безразличен. Я вот только не могу понять: ты же не хочешь быть со мной, к чему тогда весь этот разговор? А, нет, я, кажется, догадалась, это ничего более, чем самовлюблённость, да?

Блэр повернулась спиной к зеркалу и опёрлась о раковину. Её и Нейта, который сидел на краю ванной, разделяли считанные сантиметры.

- Я хочу быть с тобой! – повысил голос Нейт и встал на ноги. – Я пытаюсь доказать тебе это всю неделю!

- И поэтому ты будешь учиться в Колумбии! – Блэр тоже не удержалась от громкого восклицания, благо вода продолжала шуметь, пряча наполненные эмоциями голоса.

- Но мы будем видеться на выходных, созваниваться каждый день, Блэр. Ты же не в Канаду уезжаешь, - Нейт сумел совладеть со своими чувствами и теперь говорил нежно и мягко, как будто бы разговаривая с маленьким ребёнком.
Блэр молчала. Она никогда не была дурой и прекрасно знала, что вынужденное их нахождение в разных штатах ни в какой степени не было даже намёком на Армагеддон, но всё сводилось к банальным принципам. Это была ЕЁ мечта учиться с Нейтом в одном колледже и жить в одной комнате. И этот ЕЁ воздушный замок просто обязан был превратиться в крепость с каменными стенами. У Блэр в плане даже мелким шрифтом не было приписки, что Нейт захочет учиться в другом месте. Стадия отрицания накрыла её с головой неделю назад, но волна постепенно возвращалась в море, и вся ситуация переставала казаться катастрофой, сравнимой с крушением Титаника. Блэр хотела быть с Нейтом, и самым большим страхом в её королевской жизни был ужас потерять его. Этот страх никогда не тревожил её сознание и спал, свернувшись калачиком, в уголке души Блэр. Но беспринципная реальность разбудила его и заставила показать когти. Они вонзались в душу и заставляли ярость застилать шоколадные глаза девушки. Но здесь и сейчас Нейт произнёс нужные слова вслух, и страх снова был убаюкан.

Блэр молчала, опустив глаза на когда-то белую плитку. Нейт понял, что его девушка сдалась в плен и снова стала тем нежным цветком, который требовал, чтобы его защищали. Такой она была только рядом с ним, и он наслаждался этим. Нейт приблизился к девушке и нежно дотронулся до её подбородка. Она подняла голову и посмотрела ему в глаза. Ей не нужно было голубое небо над головой, ведь она при первом же желании могла окунуться в глаза Нейта.

- Я люблю тебя, милая, - тихо сказал Арчибальд и прикоснулся своими губами к алым губам Блэр.

Изначально лёгкий, словно весенний ветерок, поцелуй становился всё более глубоким. Именно в этот момент, когда их губы двигались в такт их сердцам, Нейт ощутил, как сильно ему не хватало Блэр, его девочки. Она запустила руку в его отливающие золотом волосы и больше не хотела отпускать. Дыхание стало частым, а воздух наэлектризованным. Упиваясь друг другом, они оба проклинали потребность в кислороде. Блэр резко отстранилась.

- Мы же не хотим сделать это в ванной захудалой гостиницы, где за стеной находятся Серена и Чак, - тихо спросила она, пытаясь восстановить дыхание.

Нейт улыбнулся, сдерживая в себе огонь, который она уже успела разжечь, и провёл пальцами по фарфоровому личику девушки, а следом оставил отпечаток своих идеальных губ на её порозовевшей щёчке.

Блэр закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Она уже порядком устала от состояния войны с Нейтом. Теперь, когда белый флаг выставлен, можно расслабиться.

Песня: Iwan Rheon – Be My Woman

Серена подошла к кровати и откинула одеяло. Она постояла несколько секунд в раздумьях, смотря на пустое место для сна. Она чувствовала, как с наступлением темноты возвращается страх. И хоть она находилась в окружении самых сильных и смелых парней, это чувство, которое заставляло сердце тихонько ныть, не желало покидать тёплого места в глубинах души девушки. Она села на кровать и попыталась взбить подушку. Ничего хорошего из этого не вышло. Серена положила подушку на место. Погружённая с головой в свои мысли девушка и не заметила, что Чак наблюдает за ней. Серена встала с жёсткой кровати и подошла к Бассу. Она, не раздумывая, опустилась к нему на колени и крепко прижалась к его тёплой груди. Страх постепенно начал ослаблять хватку. Чак поставил стакан на тумбочку и обнял девушку. Он поцеловал ангела в макушку, касаясь губами шёлковых белокурых волос.

- В чём дело милая? - бархатный голос создал защитный ореол вокруг девушки.

- Мне страшно, - прошептала Серена, пряча своё лицо у Чака на груди.

- Эй, - парень взял девушку за подбородок и нежно повернул так, чтобы кристально чистое озеро её глаз смешивалось с выдержанным бурбоном его, - всё будет хорошо, я обещаю. Ты в безопасности, - уверено говорил Чак. – Ты мне веришь?

Серена кивнула. Она верила безоговорочно. Страх стыдливо поджал хвост и забился в самый дальний уголок сердца, чтобы попытаться напасть снова. Чак немного наклонился и легко коснулся нежных губ Серены. Она закрыла глаза. Ни в одном месте в мире она не будет чувствовать себя в безопасности, кроме как на коленях у Чака Басса. Он защитит её даже ценой своей жизни. Не открывая глаза, Серена снова положила голову на грудь Чака и почувствовала, как Морфей всеми средствами пытается затащить её в своё царство. У Серены больше не было сил сопротивляться.

Чак слушал мерное сопение ангела на своей груди. Он мог чувствовать стук её маленького сердечка. От Серены исходил такой любимый запах фрейзий. Этот аромат кружил ему голову. Его девушка была так уязвима сейчас, любой мог причинить ей вред, но никто не осмелиться, ведь её сон охраняет сам Чак Басс. Он, еле касаясь, провёл рукой по блестящим в тусклом электрическом свете волосам Серены и, удостоверившись, что она уснула довольно крепко, аккуратно взял на руки и уложил в кровать. Девушка что-то пробормотала, но всё ещё оставалась в мире сновидений. Чак бережно накрыл её и сел обратно в кресло. Он по привычке взял бокал и сделал большой глоток коричневатой жидкости. Парень с трудом заставил проглотить себя, так называемое, виски. Он снова посмотрел в окно.

продолжение...
 
mio-mioДата: Среда, 01.08.2012, 14:44 | Сообщение # 5
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4103
Награды: 1567
Статус: Offline
Песня: Adele – Rolling In The Deep

Дверь ванной немного приоткрылось, и в комнату вышел Нейт. Он переглянулся с Чаком. По довольной улыбке на лице Арчибальда Басс всё понял и шутливо салютовал другу бокалом. Нейт подошёл к тумбочке и, взяв в руку бутылку, налил её содержимое в рядом стоящий стакан. Сделал глоток и закашлялся.

- Боже, большей гадости в своей жизни не пил! – возмутился Арчибальд.

Чак приложил палец к своим губам и подбородком указал на кровать. Нейт недоумённо оглянулся, и непонимание тут же прошло.

- Аааа! Чёрт! Чёрт! Чёрт! – послышались дикие крики из ванной. – Боже, как холодно!!! Будьте, вы, прокляты, предприниматели среднего класса!!! – неистовствовала Блэр за дверью.

Чак и Нейт покосились на часы, висящие над дверью. Ровно одиннадцать часов вечера. Появление злющей Блэр в комнате не заставило себя ждать, парни постарались слиться с мебелью, ведь никому не хотелось попасть под артобстрел из жестоких колкостей и обвинений во всех смертных грехах. Словно разъярённая фурия она вылетела из ванной и тут же оказалась под одеялом рядом с Сереной. Чак и Нейт даже толком не успели разглядеть, что было одето на девушке. Невольно Блэр оставила им пищу для не очень нравственных снов.

Через полчаса, когда парни наконец-то осилили бутылку псевдовиски, а разномастные ангелы тихонько посапывали на жёстких подушках, свет в номере 221 погас, как бы намекая, что его обитатели на несколько часов покинули непривлекательное место, ради путешествия по своим запретным мирам.

Блэр не спалось. Она перевернулась на другой бок и заметила какой-то странный свет, исходивший от журнального столика. Девушка немного приподнялась и увидела Чака, сидящего рядом со столиком и что-то увлечённо читающим на мониторе ноутбука. Стараясь не издавать ни звука, Блэр села в кровати, обвернула вокруг себя белую простынь и спустила ноги на пол, Басс даже не повернул головы. Немного удившись, Блэр на цыпочках подошла к нему.

- Ты что делаешь?! А как же обещание Серене?! – стараясь вложить как можно больше осуждения в голос, спросила Блэр довольно громко.

Чак дёрнулся и хлопнул крышкой ноутбука. Затем обернулся и метнул в Блэр молнию, которой мог позавидовать даже сам Зевс.

- Ну ты и лжец, Басс! А Серена тебе верит, она просто… - понеслась Блэр, а Чак встал, одной рукой схватив ноутбук, второй он зажал рот Блэр, которая просто оторопела от такой наглости, и, поэтому, когда Чак начал подталкивать её к выходу на балкон, Блэр не сопротивлялась.

Блэр и Чак вышли на балкон. Лето уже полностью вступило в свои права, поэтому на улице было вовсе не холодно, лишь лёгкий ветерок напоминал, что это всё-таки ночь. Чак осмотрел Блэр с ног до головы и усмехнулся:

- Милая пижамка.

- Заткнись, Басс! – всё внутри Блэр уже кипело от возмущения. – Ты совсем уже обнаглел! Как тебя вообще Серена выносит! Я бы и вовсе выстрелила бы в тебя из гранатомёта, пока ты спишь! – кричала Блэр в ночную пустоту.

- Всё? Выпустила пар? – спокойно спросил Чак, оперевшись о перила балкона. – А теперь смотри, что я нашёл.

Блэр нехотя приблизилась к Чаку и посмотрела на монитор. Из большого количества слов и цифр она выделила то, что обрело смысл.

- Неужели это то, о чём я подумала? – воскликнула Блэр, переведя своё взгляд на Чака.

Тот лишь кивнул.

- Здесь всё, - коротко добавил он. – Помнишь то дело, которое мы провернули месяц назад? – обратился Чак к Блэр. – Так вот тут все его материалы.

- Но почему они оказались у него? – недоумённо спросила Блэр, разглядев инициалы в названии документа.

Кажется, мы только что узнали, что у друзей, которые испытывают взаимную показную неприязнь, есть секреты. Блэр была не только спарингпартнёром Басса, но и его верным компаньоном в делах бизнеса. Никто не принимал миловидную брюнетку всерьёз, а она у вас за спиной не моргнув глазом разоряла ваши капиталы, не оставляя ни единого цента на счету в швейцарском банке. Естественно, все так называемые «операции» проходили под строгим руководством Чака.

-То, что мы с тобой с блеском проделали, было направлено на спасение филиппинского филиала, - спокойно ответил Чак.

- Замечательно! – взвилась Блэр. – Я изображала из себя проститутку для спасения того, что уже через несколько месяцев снова окажется на дне.

- Ты же знаешь, что я не могу отстранить его от дел, а филиппинский филиал это то место, где он причинит меньше всего ущерба, - разъяснил Чак, продолжая нажимать на кнопки ноутбука.

На несколько секунд воздух перестал сотрясаться немного приглушёнными голосами. Блэр задумалась. Она не любила признавать свои ошибки, пусть даже и совершённые сгоряча.

- Хотя… похоже, нам повезло, - задумчиво промолвил Чак и повернул ноутбук так, чтобы то, что было на мониторе видела Блэр.

- Господи! Убери эту гадость! Меня сейчас стошнит, - снова перешла на повышенные тона Блэр и резко отвернулась в другую сторону.

Чак тихо рассмеялся, но воздержался от комментария.

- И что ты собираешься с этим делать? – уточнила Блэр, приведя свой желудок в порядок.

- Ничего, - пожал плечами Чак. – Завтра отдам владельцу, предварительно стерев записи о наших делах. Но сначала вежливо попрошу его подписать договор о передаче пакета акций тебе. У него не будет выбора, ведь если я покажу эти фотографии комитету правления, то мой дорогой родственничек останется вообще на улице, - закончил парень и устремил свой взор в комнату.

-Мне нравится ход твоих мыслей, - лёгкая полуулыбка скользнула по губам Блэр. - Спокойной ночи, Чак, - промолвила девушка.

- Приятных снов, Блэр, - отозвался парень.

Песня: Kyle Andrews – You Always Make Me Smile

Наутро Чак придумал довольно правдоподобную легенду про то, что ему на электронную почту пришло письмо с указанием адреса и того, что нужно будет сделать, чтобы отдать телефон и остаться в живых. Четвёрка быстро собралась и покинула отель, в который им больше никогда не суждено вернуться.

Чак связался с обладателем телефона и договорился о передаче его на карнавале, который устраивало нью-йоркское высшее общество этим вечером. После завёз Блэр и Серену в петхаус Уолдорфов, договорившись вернуться ровно в девять вечера.

Девушки тщательнейшим образом подбирали себе платья. Весь гардероб Блэр после долгих поисков был на её шикарной кровати. Туфли, которые несколько часов назад были неразлучны со своими парами, теперь уже теряли надежду их найти, но всё это дало великолепный результат, который должен был оставить незаживающий отпечаток на сердцах всех особей мужского пола, которым представится честь лицезреть двух неземных красавиц, лица которых будут скрыты под утончёнными масками, а имена так и останутся загадкой на века.

- Мисс Серена, мисс Блэр, мистер Чак и мистер Нейт уже ожидают вас внизу, - заглянула в комнату, которая выглядела как после самых страшных катаклизмов Земли, которые могли бы обрушиться на неё все сразу, Дорота.

- Спасибо, Дорота, - поблагодарила служанку Серена и позвала подругу, которая наносила последние штрихи, - Блэр!

Песня: Сhristina Aguilera – Primadonna

Девушки вышли из комнаты и, пройдя по длинному коридору, оказались на лестнице. Парни, услышавшие звук каблучков, отбивающих дробь на мраморном полу, как по команде подняли головы и лишились дара речи. Таких искушённых женской красотой молодых людей трудно было ей удивить, но у этих девушек это вышло как нельзя лучше. На медовой блондинке красовалось чёрное платье, выполненное из тонкой органзы, но обшитое сверкающими чёрными камнями, напоминающими чешую, платье повторяло все изгибы идеальной фигуры Серены и спускалось в пол, отсутствие шлеек компенсировала выполненная в таком же стиле накидка, волосы девушки были убраны назад и завязаны в хвост, золотая кованая маска не смогла скрыть блеск голубых глаз. Миловидная брюнетка же была одета в бальное платье, верх которого был почтением к сороковым годам прошлого века, а пышная юбка молочного цвета была обшита чёрным плиссированным тюлем, верх платья так же был молочным с крошечными бриллиантами, словно капельки дождя, блестевшими в электрическом свете, молочный цвет плавно перетекал в чёрный, переход осуществлялся на уровне талии, волосы, которые мягкими шоколадными волнами спускались к белоснежным плечам девушки, придерживала чёрная кованая маска. Девушки, как по команде, таинственно улыбнувшись, стали спускаться к своим кавалерам. Они, как подобает светское общество, подали дамам руки. Кавалеры, к слову сказать, тоже были совсем недурно одеты: им обоим одинаково хорошо шли смокинги, и парни умели их носить.

Оказавшись в лимузине, четвёрка откупорила бутылку шампанского и выпила за будущий успех. Вскоре они уже кружились по залу в медленном танце, разбившись на пары и ожидая, когда часы соизволят пробить десять.

Песня: Nikelback – I love you

- Боишься? – спросил Чак, нагнувшись к ушку Серены, которая крепко впилась в его плечо.

- Немного, - призналась Серена и сделала следующее па, которое требовал танец.

Чак нежно усмехнулся.

- Не бойся, всё будет хорошо, - он крутанул Серену вокруг своей оси и прижал к себе. – Я люблю тебя, - промолвил Чак, проникая взглядом точно в сердце.

- И я тебя люблю, - прошептала Серена.

Они оба светились счастьем, ощущая себя на своём месте.

- Боишься? – спросил Нейт, кружа Блэр по залу.

- Совсем нет, - ответила девушка, которая крепко сжимала руку парня и прятала глаза.

- Блэр, - Нейт заставил её посмотреть на себя, - Мы всегда будем вместе.

- Ты обещаешь? – прошептала девушка, не способная оторваться от нежного моря глаз.

- Обещаю, ведь я люблю тебя, Блэр Уолдорф, - уверенность наполняла каждое слово.

- И я тебя люблю, Нейт Арчибальд, - улыбка осветила лицо девушки.

Перед вами два сердца, которые никогда не перестанут биться в унисон.

Песня: Kevin Rudolf – In the city

Огромные часы в зале пробили десять, и одна красивая блондинка осталась на несколько мгновений без пары.

Чак пошёл на второй этаж, где в одной из комнат его должны были ждать, чтобы забрать ту вещь, которая не принадлежит Чаку. Он быстро нашёл комнату и переступил её порог, закрывая за собой дверь. Сюда не проникала музыка, была полная тишина. Чак разглядел мужскую фигуру, стоящую около окна. В комнате стоял полумрак.

- Добрый вечер, Чарльз, я ждал тебя, - сказала фигура и повернулась к Чаку. – Хочешь выпить?

- Да, пожалуй, - Чак решил позабавится со своей новой мышкой, так глупо угодившей в капкан.

Он сел в кресло напротив стола и взял с тяжёлого дубового стола наполненный стакан. Фигура перестала любоваться ночным Манхеттеном и тоже села за стол, только с другой стороны.

- Как же благосклонна к нам судьба Чарльз, - растягивая слова, проговорил мужчина. – Ведь этот телефон мог попасть в руки кому угодно.

- Я всегда считал, что не стоит полагаться на судьбу, - ответил Чак сухо. – И думал, что ты умеешь подбирать персонал. Кажется, отец тебя оставил в кампании только из-за этого умения, - совершенно не оскорбительный по отдельности, Басс складывал эти слова в предложения толстым хлыстом, бьющим по самолюбию.

- Все мы люди, Чак, а мои ребята не хотели шума. Я ошибся и приношу свои извинения за то, как поступили с твоими прекрасными леди. Кстати, твой отец гордился бы тем, что ты прибрал к своим рукам таких достойных дам, - фирменная улыбка сверкнула на долю секунды, разрезая полумрак комнаты.

Чак крепко сжал бокал.

- Твои извинения, конечно, очень лестны, но любая ошибка подразумевает определённую расплату. Так что, одна подпись и мы квиты, - Чак положил на стол некогда девственно-белый лист, который теперь был исполосован мелкими буквами.

Фигура взяла лист и углубилась в чтение. В процессе её лицо совершенно не менялось: оставалось таким же каменным с застывшей ухмылкой. Прошло несколько секунд прежде, чем Чака начала раздражать затянувшаяся тишина.

- У тебя нет выбора, Джек, - покончил с тишиной Басс и подал своему дяде Parker

- Выбор есть всегда, - решил пофилософствовать Джек, но взял ручку и подмахнул бумагу.

Несмотря на все свои пороки, Джек Басс был не глуп. Он встал из-за стола и обошёл его. Чак тоже поднялся с кресла. Джек протянул ему руку, а Чака накрыло волной ненависти, которую он пытался удержать внутри, сидя в этой комнате и ожидая, когда Джек подпишет бумаги. Но теперь дело сделано и больше ничто не связывает руки Чака Басса, а ярость готова уже развязать на них последний шнурок.

Чак схватил Джека за дорогой пиджак и, сжав кулак, ударил им по ухмыляющемуся лицу. Послышался хруст.

- Это тебе за мою девушку, дядя! – выплюнул Чак и оттолкнул Джека, который упал прямо на кожаный диван.

Больше не говоря ни слова и не желая оставаться в комнате, Чак вышел из оттуда и вернулся в зал. Схватив Серену в охапку, он потащил её к выходу. Заметив это, Нейт и Блэр тоже поспешили вон из здания.

Песня: Veronicas – Take Me On The Floor

- Отдал? – одновременно спросили три голоса, которые уже стояли на ступеньках величественного здания Метрополитен музея.

- Да, теперь всё позади, - с улыбкой на губах ответил Чак, незаметно потирая руку и смотря на Серену.

Все как один облегчённо выдохнули.

- А пошлите отсюда куда-нибудь, - предложил улыбающийся Нейт.

Четвёрка начала спускаться по ступенькам, разбившись на пары. Серена задержалась на последней и ни с того, ни с сего залилась смехом.

- Серена, что с тобой? – удивлённо озвучила вопрос, которой сформировался и в двух других головах, Блэр.

- Это были самые сумасшедшие два дня в моей жизни! – сквозь хохот выдавила Серена.

- Да уж, - вставил Нейт.

И теперь уже смех четырёх таких разных голосов насыщал воздух над Манхеттеном.
 
mio-mioДата: Среда, 01.08.2012, 14:47 | Сообщение # 6
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4103
Награды: 1567
Статус: Offline
-3-
Новости для Чака.

лето после пятого сезона


Автор: Minimina

Чак плечом толкнул дверь своего кабинета, не поднимая глаз от бумаг в руках. Продолжая вчитываться в довольно мудреный текст договора на поставку строительной техники, он прошел к столу и, только упав в удобное кресло, заметил, что в кабинете он не один.

- О, привет.

И без того сияющий словно новенький золотой червонец Нейт расплылся в улыбке еще больше. Чак напрягся.

- Чувак?

- Как ты мог мне не рассказать?!

Блондин наклонился к столу и перешел на шепот, видимо предполагающийся заговорщическим, но от избытка эмоций не сильно отличающийся по громкости от разговора в полный голос.

- О чем? - удивился Чак, тоже из уважения переходя на что-то подобное.

- Ну, о Блэр! О том, что... А! - понял парень. - Хочешь вечеринку? Хорошо, - кивнул он. - Мы с Лолой устроим. В субботу?

Чак молча моргнул два раза. Потом подумал и моргнул еще раз.

- Нейт...? - осторожно начал он, еще не до конца решив, как ко всей этой ситуации относиться. - Блэр в Европе. Ищет Сирену...

- Понял-понял, - блондинистый друг поднял ладони, словно сдаваясь. - Раз хочешь объявить на вечеринке, так тому и быть.

Парень встал и шагнул к двери.

Потом обернулся. Снова расплылся улыбке, не выдержал, подскочил к другу и сгреб его в объятия, вытащив из кресла.

Чак немного повисел на чужом плече под жуткой клетчатой рубашкой, рассеянно моргнул, задумался, моргнул еще раз. Потом попытался пошевелиться. Руки, как тряпичные, безвольно дернулись и снова повисли. Носки дорогих туфель едва доставали до пола. Чак крякнул, похрипел, дернулся еще раз.

Нейт разжал хватку и, вытянув руки, взглянул в лицо друга. Его физиономия при этом была такой довольной и счастливой, что Чак всерьез начал вспоминать, сохранился ли у него телефон той психиатрши, с прошлого лета.

- Чувааааак! - радостно проревел молодым бизоном Нейт и снова сгреб друга в объятие. - Как я рад!

Осознав, что сделать видимо уже ничего нельзя и звонить кому бы то ни было однозначно поздно, Чак смиренно повисел в крепких руках еще пару минут.

Когда похлопав друга по плечу и, поздравив его еще раз, Нейт наконец-то вышел из кабинета, брюнет обреченно упал в кресло, рассыпавшись по подлокотникам, как сломанный пластиковый робот из Лего.

***

Чак задумчиво почесал макушку. Лифт перед ним поочередно моргал циферками на табло, показывая, что еще чуть-чуть и он приедет.

- Может, Лоле позвонить? - вслух сказал парень и уже достал телефон, когда металлическая дверца перед ним отъехала в сторону, и на этаже начался ураган.

- Как я рада! Как я рада! - прыгала по коридору Сирена на шпильках.

Золотые явно не расчесанные волосы летали по воздуху, яркий подол короткого платья то и дело задирался чуть не до шеи, каблуки попадали в стыки между коврами, скользили по офисной плитке и регулярно приземлялись на ноги Чака. Парень морщился, хлопал глазами, оценивал странную траекторию, по которой сестра носилась по коридору и терпеливо ждал.

Через 15 минут ждать надоело.

Сирена за это время уже перецеловала всех случайно проходящих мимо сотрудников, снесла со стены картину, вслух решила, что купит Чаку минивен, передумала покупать минивен, испугала своим энтузиазмом уборщицу и пригласила фикус в углу жить у нее, потому что сама она теперь, конечно же, переезжает в Нью-Йорк навсегда.

Решительно шагнув наперерез восторженно попискивающей Сирене, Чак схватился за яркий подол и подтянул сестру к себе.

- Эс! - решительно сказал он, надеясь хоть чуть-чуть отрезвить явно находящуюся под кайфом девушку.

И тут же пожалел о том, что сделал.

Замолчав на какую-то долю секунды, та подпрыгнула и повисла на его шее, умудряясь радостно сучить ногами, подпрыгивать и целовать Чака куда придется одновременно.

- Я так рада, я так рада, - продолжила пищать она, сжимая в объятиях братскую гортань.

Чак захрипел. В глазах потемнело. Сквозь шум в голове он едва слышал то, что щебетала ему Сирена в оба уха разом, целуя его то в нос, то в глаз, и начиная брачный танец бабуинов на его многострадальных туфлях.

- Как ты мог мне не сказать, засранец! Такое я должна узнавать не от Пенелопы! Но все равно я так рада, так рада!

Чак понял, что еще чуть-чуть и реанимация ему уже не поможет. Он жалобно дернул левой пяткой. Упал задетый фикус.

- Ой! - на секунду отвлеклась Сирена. - Мы спасем тебя! - объявила она то ли брату, то ли потенциальному сожителю. - Когда ты хотел мне рассказать? А! я поняла! Ты хочешь вечеринку! - она радостно захлопала в ладоши. - Точно! Для всех! С прессой! Иииииииии!

Чак молча сполз спиной по стене, держась двумя руками за горло. Блондинка пошла на очередной круг радостного пританцовывания, опять целуя по пути случайно забредших на этаж сотрудников, которых почему-то стало намного больше, сметая со стен остатки плакатов, по второму разу пугая уборщицу и приглашая всех на глобальную вечеринку в честь их босса и его девушки.

- Ээээс, - прохрипел Чак.

- Ничего не говори! - решительно остановилась она. - Я все сделаю сама. А ты с Блэр просто радуйтесь жизни! Вечеринка в четверг! Хорошо?

- Нееееейт, - снова прохрипел Чак.

- Нет? - Сирена удивленно наклонила голову, в своем ярком платье и со взъерошенными волосами напомнив озадаченного попугая. - Почему?

- Неееейт...

- А! Нейт! Поняла! Я все сделаю!

Наклонившись и снова чмокнув брата, в этот раз в макушку, ураган «Сирена» двинулся в сторону лифта.

Чак остался сидеть на полу.

***

Очень озадаченный наследник многомиллионного состояния шел по улице, пытаясь дозвониться до своей девушки. Ее телефон равнодушно сообщил, что хозяйка сейчас занята, «То есть плевать она хотела на чьи бы то ни было проблемы, кроме собственных», – мысленно «перевел на общечеловеческий» Чак, но она обязательно перезвонит, «Если, конечно, сочтет нужным», а пока можете оставить ей сообщение, «Или развлечься каким-нибудь другим бестолковым способом».

- Блэр, перезвони мне, - сказал он, останавливаясь посреди тротуара. – Тут что-то… странное творится. Сирена только что пыталась меня задушить, Нейт поздравляет, устраивается какая-то вечеринка, а я… - он грустно вздохнул. – Блэр, мне нужна ты, твое умение читать между строк и твоя поддержка. Я понятия не имею, что происходит, и меня это пугает. Я… - он поднял глаза и… забыл, о чем думал.

За прозрачной витриной магазина, у которого он незаметно для себя остановился, перед заваленным разноцветными товарами прилавком стояли сияющие, словно тульские самовары, Барт и Лили Басс. Улыбаясь друг другу и радостно переговариваясь, они выбирали детский чепчик.

- П-п-перезвони, - заикаясь, повторил в трубку Чак и толкнул стеклянную дверь с логотипом крупной сети магазинов детских товаров. - Отец?

Приемная мать оторвалась от вороха ползунков и распашонок и через весь зал бросилась к сыну.

- Чааааарльз!

В голове младшего Басса в этот момент как-то совсем некстати всплыла статья о генетической предрасположенности к насилию, прочитанная им классе в седьмом, воспоминания о поведении дочери той, что сейчас летела к нему, снося по пути детские коляски и корзины с плюшевыми носорогами, и неожиданно четкое осознание, что он, на самом-то деле очень хочет жить. Чак судорожно оглянулся, ища укрытие.

- Лили! – громко позвал Барт.

Женщина остановилась, словно наткнулась на стену. Чак сглотнул.

- Да-да-да! – закивала Лили. – И правда! Прости меня!

- Да ничего… - пролепетал парень, не в силах отвести взгляд от отца, которого еще ни разу в жизни не видел таким довольным.

- Мы поздравим тебя в субботу, - Большой Басс подошел к притоптывающей в страстном желании сорваться с места жене и приобнял ее. Чак немного расслабился. Возможно, сегодня его не убьют в радостном экстазе, и он успеет понять, что вообще происходит. – Как договаривались, - продолжил Барт и уверенно кивнул.

- С кем договаривались? – уточнил Чак, осторожно прощупывая почву в попытках найти в этом городе хоть одно адекватное сознание.

- С Лолой, конечно же. Она видела Пенелопу! – словно это объясняло все, ответил Барт. Чак понял, что его мечты только что рухнули. – Как же здорово, сын!

- Да, - выдавил он из себя улыбку, - все просто супер…

- Ты ведь рад?

- Безумно…

Телефон в его кармане зазвонил. Чак равнодушно достал его. Все, о чем он сейчас думал – где тут ближайшая психиатрическая клиника.

- Да? – сказал он в трубку.

- Ты ничего не знаешь! – голосом его девушки ответила та.

- Блэр?

- Оооо, - чета Басс перед парнем едва не растеклась розовой лужицей от умиления. – Это Блэээээр, - Лили повернулась к мужу и хлопнула его ладошкой по плечу. – Пошли. Пусть они поговорят. А нам еще к флористу ехать, такое событие!

- Да, - согласно кивнул Барт. – Такое событие, - улыбка на его лице доказывала, что вот именно этого самого и ждала вся династия Бассов поколений этак 18.

Глядя в спины удаляющихся родителей, Чак уже даже не пытался вспомнить, не было ли у них в роду какого семейного предания. Ну, там, потерянной рукописи, или младенца, похищенного пиратами.

- Милая? – уточнил он у трубки. – Это был вопрос?

- Это приказ, - отрезала та. – Басс! Ты ничего не знаешь! Ты понял меня?!

- Тебя я понял, - послушно кивнул он. – А…?

- Никаких уточнений! Я вернусь через пару недель, только пойму, куда делась Сирена.

- Сирена в Нью-Йорке, устраивает в честь нас вечеринку вместе с Нейтом. И Лолой. И Лили. И отцом.

Блэр с той стороны ахнула.

- А Пенелопа?

- С нее все началось. Кажется…

- Дрянь.

Чак подумал, что если он сейчас закроет глаза, он в буквальном смысле увидит, как его любимое темноволосое проклятие сейчас кивнула, приняв очередное королевское решение. В этот раз – расстрельный список. Пока на одну персону.

- Блэр, - осторожно заговорил Чак, - а все-таки, что случилось?

- Эта сплетница была со мной в Европе. Мы Сирену искали. Пенни написала СМС, что нашла и что извиняется. Но я думала, у нее хватит мозгов не портить мой вечер!

- Твой вечер?

- Ну да, - подтвердила Блэр, видимо удивляясь, почему ее любимый не пришел к этому простому логическому выводу сам. – Так, ладно. С ней я разберусь позже. Когда там эта вечеринка?

- Ээ… в субботу…

- Перенеси. Я вернусь, как только поговорю с дизайнером.

- С дизайнером?

- Чак, ты НИЧЕГО не знаешь! – отрезала Блэр и положила трубку.

Чак смиренно вздохнул и, приняв свою судьбу, решил просто нести свой крест. Сколько придется.

Он набрал номер Нейта и спокойным голосом сообщил ему, что только что говорил с Блэр, и она велела перенести вечеринку.

Потом отключил телефон, пошел в ближайший бар и крепко напился.

***

Сентябрь’12

Чак сидел в своем кабинете и изо всех сил пытался выбросить из головы множество косых взглядов, умильных улыбок и сотни поздравлений, которыми засыпали его все встреченные им за последние две недели люди, половину из которых, он мог поклясться, видел впервые в жизни.

Дверь открылась. Не удосужившись притормозить даже для элементарного стука, в его кабинет вошла разговаривающая по двум телефонам разом и едва не по макушку увешанная пакетами с логотипами детских фирм Блэр.

Чак встал, чтобы помочь ей скинуть свой объемный шебурщащий упаковочной бумагой груз на диван у стены, но… замер на полпути.

Под обтягивающим ярким платьем его девушки явно проступал красивый округлый животик.

- Нет, - словно не заметив ступора любимого, Блэр продолжала самозабвенно отчитывать кого-то по телефону. – Я обсудила этот вопрос с вашим начальством, а значит не вам все переигрывать. Ну и что, что голубых пионов не бывает! Найдите, покрасьте, выведите новый сорт, в конце концов! Да. Да. Именно так. Замечательно.

Она положила трубку и повернулась к парню. Тот продолжал смотреть на ее талию и хлопать глазами.

- Молчи, - приказала брюнетка, потом подошла и поцеловала его. – Ты ничего не знаешь, пока Я тебе не скажу!

- А… эээ… мм…?

- Как только организую достойный вечер.

- Эээ… ууу… а?

- Чак! – уперла она кулаки в округлившиеся бока. – Я планировала, КАК сообщу тебе о первенце с 17 лет. Не смей портить мне МОЙ вечер!

- Ээээ. Так это… - он глазами показал на ее животик.

- Ну и что? Мы же договорились – ты ничего не знаешь.

- Причем, судя по всему, я ЕДИНСТВЕННЫЙ, кто ничего не знает.

- Это мелочи, - отмахнулась Блэр и, подойдя к столу, устало опустилась в кресло. – Значит так, сейчас мне нужно встретиться с Сиреной, потом найти Пенелопу, потом поговорить с Нейтом.

- Эээ. А я? – с надеждой уточнил Чак. – Со мной – когда?

- Как только все организую.

- То есть примерно…?

Блэр скинула туфлю и начала растирать лодыжку. Чак шагнул к девушке, опустился перед ней на колени и обнял ладонями немного отекшую от нагрузки ступню. Брюнетка блаженно закрыла глаза.

- Точно не знаю, - расслабленно выдохнула она, удобно растекаясь в кресле, - я хочу открытое небо, звезды, скрипку и голубые пионы. Но чертов скрипач на гастролях в Китае и отказывается вернуться раньше!

- Может, - осторожно предложил Чак, - другого возьмем?

- Нет! Я его пять лет назад выбрала. Никаких корректировок! У нас с тобой и так вечно все не по плану!

- Но… дело может затянуться…

Блэр распахнула глаза и резко выпрямилась, ее взгляд проткнул Чака, как стальной прут. Парень удивился, откуда в тепле горячего шоколада может быть столько холода и непоколебимости.

- Ладно, - быстро кивнул он. – Я подожду. Сколько скажешь.

Девушка счастливо улыбнулась и наклонилась, чтобы поцеловать стоящего перед ней на коленях и, наконец-то понимающего, что происходит, Басса.

***

Чак пару раз перечитал предмет счета. Потом посмотрел в потолок. Потом снова опустил глаза на страничку факсовой бумаги.

Потом достал телефон и набрал номер на первой кнопке быстрого набора.

- Алло, Блэр?

- Да.

- Я тут… ммм… мне тут счет принесли. Цитирую «услуги дизайнера по проектировке детской» Ниже – наш адрес. Мне как, подписывать?

- Конечно.

- Но я все еще ничего не знаю?

- Нет.

- И даже не догадываюсь? – с надеждой уточнил он. – А то мне сегодня адвокат звонил, спрашивал, когда будет удобно встретится по поводу трастового фонда для…

- Чак!

Он резко замолчал, прикусив язык.

- Ну то есть, я имел в виду, что даже не знаю, для чего… по поводу какого-то трастового фонда. Который традиционно родители создают для детей, - добавил он, не в силах сдержать улыбку, - и адвокат почитал газеты и позвонил мне...

- Непонятно почему! – отрезала Блэр.

- Совершенно непонятно, - тут же кивнул Чак. – Но можно я соглашусь на встречу? У меня как раз «окно» завтра…

- Нет! Пусть этим займется… не знаю, Барт. Или Элеонор.

- Блэээр!

Девушка с той стороны вздохнула.

- Милая, ВСЕ уже знают. И все наслаждаются приготовлениями. Покупают пинетки и шлют нам цветы корзинами…

- Ладно, давай так. Я еще раз позвоню агенту нашего скрипача и попытаюсь устроить все до конца недели. Хорошо?

- Ладно, - кивнул Чак. – Я люблю тебя.

- Я тебя тоже.

***

Октябрь’12

Чак положил трубку рабочего телефона и сразу же достал из кармана мобильный.

- Блэр?

С той стороны что-то грохотало и падало, перекрикивались рабочие, трещали перфораторы и отбойные молотки. Чак прикинул, не решила ли отчаявшаяся найти достойную события открытую веранду девушка выстроить ради такого случая новый ресторан. Те, что существовали в городе, ее по разным причинам не устроили.

- Да. Привет, Чак. Плинтуса тоже под замену. И унесите уже этот кошмар из угла!

- Могу я предположить, чем ты сейчас занята?

- Нет. Ну то есть да, но позже. Я уже почти нашла для нас голубые пионы, так что ты сможешь уточнить, подо что я переделываю бывшую комнату Нейта уже на следующей неделе. Или чуть позже.

- Хорошо, - согласился Чак, вспоминая свой недавний срочный переезд в пентхаус отца, больше похожий на выдворение на улицу с зубной щеткой в кармане.

«Я не могу тебе сказать, зачем, но так надо, - отрезала тогда Блэр, заталкивая его в лифт, - скрипач приехал, но всю неделю будет пасмурно, а мне нужны звезды. Потерпи еще чуть-чуть, - добавила она и поморщилась, кладя руку на свой пятимесячный животик. Чак тоже потянулся к ней из лифта, но брюнетка хлопнула его по ладони и шагнула назад. – Нет! Трогать без повода живот своей девушки – странно!».

Чак вздохнул, слушая, как Блэр на том конце провода раздает очередные указания и подавляя зевок.

Последнюю неделю он почти не спал, воруя у своей капризной любимой минуты, когда та тихо сопела у него под боком и не возражала, если его рука касалась упругой теплой округлости. Иногда ему везло, и он чувствовал, как под надежной защитой из его любви и ее упрямства в его ладонь толкается кто-то, кого он уже сейчас любил больше жизни. Пусть и не знал официально о его или ее существовании.

- Что-то случилось? – спросила Блэр из трубки и вернула парня в реальность.

- Э, да. То есть нет. Я не знаю, как сказать... Мне только что звонил репортер из Нью-Йорк Таймс, спрашивал, выбрали ли мы имя и какие у нас планы.

- Ты, надеюсь, ничего не сказал?

- Нет, но… Блэр, - осторожно заметил он, - ты ведь понимаешь, что наши фотографии с открытия нового крыла Костанс были перепечатаны всеми изданиями, альманахами, журналами и газетенками по обе стороны океана? Барт уже месяц откликается на «дедушка», а Лили с Сиреной каждый день при нас ругаются за завтраком, выбирая имя на случай, если будет девочка. И ты, кстати, в спорах участвуешь, - обиженно добавил он.

- Ну и что? – он почти увидел, как его глубоко беременная любовь равнодушно пожала плечами, стоя посередь строящейся в его пентхаусе детской. – Пока я тебе официально не сообщу, ты ничего не знаешь.

- Ладно, - обреченно кивнул Чак. – Тогда буду держать оборону. Нам, кстати, предлагают миллион за эксклюзив.

- Скажи, что мы пока не готовы.

- Хорошо. Солгу ради тебя. Опять.

- Спасибо. Я люблю тебя.

- Я вас тоже.

- Чак!!!

- Ой. Прости. Я ТЕБЯ тоже люблю.

***

Чак в очередной раз одернул пиджак, вошел в лифт и нажал на кнопку с «R». Пока стальная кабина везла его на крышу здания, адрес которого он сегодня утром получил по СМС, парень понял, что волнуется.

- Что за глупость, - вслух сказал он сам себе. – Я готов. Давно.

Осознав, что врет, он сглотнул.

Лифт звякнул и остановился. Медленно разъехались в стороны дверцы, открывая парню прекрасный вид на крышу под кристально-чистым небом, усыпанным миллионом сияющих звезд. Где-то тихо играла скрипка. Пока еще теплый осенний ветер успокаивающе погладил темные волосы. Чак набрал полную грудь воздуха и пошел на звук.

Блэр сидела за круглым столиком и смотрела на панораму города. В паре метров от нее, закрыв глаза, играл так и оставшийся для Чака безымянным скрипач в смокинге.

Белая скатерть. Хрустальные бокалы. Серебряное ведерко с торчащим из него горлышком. Голубые пионы в низкой вазе.

- Идеально, - подтвердил Чак.

Девушка повернулась. Парень на миг задохнулся от восхищения. В суматохе и глупых играх последних месяцев он едва замечал, какая же Блэр у него красивая. Сейчас ему очень сильно захотелось подойти к ней, встать на колени и обнять ее животик под летящим платьем, напоминающим одеяние богини.

Она словно прочитала его мысли и встала.

- Ты такая красивая.

Она довольно улыбнулась, позволяя ему обнять себя и кладя ладошки на его грудь. Чак почувствовал, как прижался к его телу ее почти шестимесячный животик. Он опустил глаза.

- Так, - тут же разорвала объятия Блэр, - мне нужно тебе кое-что сказать.

- Я весь внимание, - заверил он, помогая ей сесть на стул.

Потом протянул руку и налил в два высоких бокала заигравшего искорками в свете свечей шампанского. На секунду его рука замерла.

- Один глоток, - пообещала Блэр. – Я спрашивала у врача, на этом сроке уже можно. Все месяц как сформировалось.

Чак удовлетворенно кивнул и сел на второй стул. Скрипач начал играть что-то совсем уж романтично-трогательное. Нижняя губа Блэр затряслась от умиления.

- Милая, - через пару минут позвал Чак, - давай уже к новости, а то нам в Ленокс Хилл скоро звонить…

- Не скоро, - возразила она. – Еще три месяца. Даже больше.

- Но детская уже готова.

Девушка нахмурилась.

- Чак! Не порти мне вечер.

- Ладно. Прости, - он взял с блюда ягоду клубники, - но все равно, не тяни. Я в нетерпении, - он наклонился к девушке, она в ответ потянулась к нему и обняла губами красную сладость в его руке, - я уже устал принимать поздравления, туманно отвечать на вопросы и не иметь права читать «Как назвать ребенка» в открытую. Да и на УЗИ с тобой съездить хотелось бы успеть.

- Успеем, - заверила его девушка, облизывая губы.

Потом подняла со стола лист бумаги и развернула его. Чак сглотнул, осознавая, что это, видимо ее речь. Дописываемая пять лет. Две страницы. Мелким шрифтом.

Блэр чуть покашляла, готовясь к выступлению.

- Эээ… а может? – с надеждой предложил парень.

Девушка резко смяла листок и швырнула его на стол.

- Вот что ты за человек! – закричала она, вставая так стремительно, что стул за ее спиной удивленно крякнул и свалился. – Я продумывала этот вечер пять лет, а ты не можешь подождать 10 минут? Ты просто… А! – пискнула она и прижала ладонь к животу.

Чак, едва не снеся по пути стол, ринулся к девушке и подхватил ее на руки.

- В больницу! Быстро!

- Нееет, - жалобно всхлипнула Блэр, - я тебе еще новость не рассказала…

- Говори сейчас, - он занес ее в лифт и, как-то изловчившись, несколько раз подряд надавил на кнопку первого этажа. – А то время, сама видишь, поджимает…

- Нет, - решительно ответила она и сразу же вскрикнула и нахмурилась, прижимая обе руки к животу. – Да поставь ты меня. Ничего страшного. Это бывает. Мне доктор рассказывааааал… Аааай!

- А МНЕ он ничего не рассказывал!

- Потому что ты не в курсеееее! Ооооой!

- Блэр! Ты убиваешь меня своим упрямством! Говори уже!

- Нет!!!

***

Февраль’13

Держа Блэр за руку, Чак кое-как вытащил из кармана свой телефон.

- Ааааааа! – сказала девушка рядом с ним.

- Лили? – спросил Чак у трубки.

- Ээээ…. – ответила женским голосом та.

- Ублюдок! - крикнула Блэр, изворачиваясь, чтобы дотянуться до чего-нибудь тяжелого и запустить этим в парня, - никогда больше не позволю тебе даже прикоснуться к…. аааааааа!

- В общем, я буду папой, - сказал Чак в трубку, - Блэр сказала мне об этом пару минут назад.

- О! – расплылась в улыбке имеющая представление о ситуации Лили. – Это замечательно! А… вы где вообще? Там кричит кто-то…

- Мы в больнице. Кричит Блэр. Мы рожаем.

- Ой, - сказала Лили.

- Аааа!!!! – сказала Блэр.

- Позвони всем, - сказал Чак.

Потом повернулся к упрямице на больничной койке и крепко сжал ее руку в ладонях.

- Все будет хорошо, любимая.

- Ааааа! – возразила та.

- Ну, не без этого, конечно, - кивнул Чак. – Ты лишила меня множества приятных вещей, которые я имел право делать, но из-за твоего упрямства не делал…

- Иииии, - тоненько уточнила девушка.

- Придется повторить. Через годик, думаю…

- Аааа!

- Ну или два, - великодушно согласился Чак. - Но повторить придется! И в следующий раз Я узнаю ПЕРВЫМ!

- Аааааааааааааа, - пообещала, что подумает, Блэр.

- Уии-уи-уиииииииииии! – безоговорочно принял сторону папы новорожденный.
 
mio-mioДата: Среда, 01.08.2012, 14:51 | Сообщение # 7
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4103
Награды: 1567
Статус: Offline
-4-
Дневник одного репортера.


Автор: Minimina

лето после пятого сезона

День первый.

Всю дорогу до работы терзало какое-то смутное предчувствие. Чуйка не подвела. Когда зашел в офис так растерялся, что вышел обратно. Посмотрел на табличку. Нет, все верно, «Обозреватель. Редакция».

Но все почему-то украшено шариками, а на каждом столе стоит по бутылке виски.

Странно.

День тот же, но позже.

Выяснилось, что лучший друг шефа обрел, наконец, любовь. Проставился, молодец какой.

Сегодня выпьем. Это хорошо.

Может быть, объяснюсь наконец с Молли.

День второй.

Дома не был. Выяснилось, что проставился друган нехило. Каждому по ящику. Во люди воссоединению радуются! Мне б так!

Молли весь день выглядит очень серьезной, подойти так и не решился.

Долго рассказывал историю своей несчастной любви фикусу в углу.

А он классный пацан, оказывается! Как он понимающе мне кивает и трясет листьями! И почему я раньше считал его растением?

День пятый.

Смеркается. Пишу с трудом.

Из редакции за пять дней так никто и не вышел. Пьем всем коллективом. Сдвинули столы. Так, оказывается, еще и спать можно.

Хотели повесить на стенку график дежурства по доставке закуски, но никто не смог найти компьютер.

Говорят, что заходил друган шефа под руку со своей любовью. Сам не видел, но диван в кабинете почему-то оказался жутко расшатанным. Они прыгали на нем, что ли?

Фикус в углу начал со мной разговаривать и представился Джимом.

С Молли так и не объяснился.

День восьмой.

Дома не был.

Нашли компьютер в кладовке. Сейчас вспоминаем, кого как зовут, чтобы вбить имена в график.

Звонил сосед по квартире, спрашивал, все ли у меня в порядке и не похитили ли меня. Заверил, что я на работе и что сегодня появлюсь. Только поговорю с Молли.

Стал очень близок с Джимом. Никогда раньше не встречал такого понимающего фикуса. Разговариваем с ним часами. Он тоже предпочитает пить бурбон неразбавленным и не любит снег.

День десятый.

Оказывается, Молли завела себе канарейку. На ее столе стоит красивая клетка. Надо подойти и сделать комплимент птичке, может это растопит лед между мной и Молли.

Снова заходил друган шефа с пассией. Уточнили на месте ли шеф, потом прошли в его пустующий кабинет и включили на полную громкость какое-то классное порно. После их ухода мы все тоже зашли в надежде, что они не унесли диск с собой, но не нашли в кабинете ни телевизора, ни компьютера, ни проектора.

Странно.

Наверное, на телефоне смотрели.

NB! Хочу такой же телефон! - звук у него обалденный просто!

Дома так и не был. С Молли еще не поговорил.

День двенадцатый.

Перед разговором с Молли решил сначала найти общий язык с ее птичкой.

Хотел налить ей в поилку виски, но не успел - пришла Молли и с криком «Какая дрянь его сюда засунула?!» забрала из клетки свой желтый степлер.

Распечатали график дежурства по доставке закуси. То есть, пустили на печать. Все слышат, что что-то где-то шумит, но принтер найти не можем пятый час.

Снова приходили друган шефа с пассией. В редакции после этого почему-то не осталось ни одного устойчивого стола, спим на табуретке по очереди.

Думаю, не заказать ли себе по интернету надувную кровать.

Фикус Джим предлагает просто спать с ним и отдает мне свою кадку вместо подушки. Думаю, не будет ли это слишком? Он мне друг все-таки...

День двадцатый.

Звонила мама. Сказала, что скучает.

Заходил шеф. Говорил про какие-то рейтинги и что мы их бьем.

Долго пытался понять, о чем вообще речь. Пока обсуждали это с Джимом, случайно встретили вместе рассвет. Боюсь, не поймет ли он это неправильно...

День двадцать третий.

Кажется, заходил шеф. Точно никто сказать не может, потому что пьют все, даже степлер Молли и откуда-то появившаяся в редакции мартышка.

Попытка уйти домой провалилась с треском - по пути обнаружился ноутбук и интернетом и выяснилось, что кто-то установил в редакции веб-камеру и все это время вел прямую трансляцию на сайт Обозревателя, назвав реалити-шоу - «Репортеры». Мы бьем все рейтинги. Я со стороны просто красавчик. Всю ночь смотрел все сезоны. Дома так и не был.

Джим советует забыть уже про Молли и обратить внимание на других. Думаю, намекает на себя.

День двадцать пятый.

Достал из ящика последнюю бутылку. Судя по хмурым лицам коллег, у них тоже заканчивается.

Выяснилось, что благодаря другану шефа, его пассии и камере в кабинете, нас выкупил еще и какой-то ночной канал для взрослых.

Звонил сосед по квартире, сказал, что сдал мою комнату милой паре из Канзаса.

Решил поделиться новостью с Джимом и застукал его в обнимку с младшим редактором. Тот подливал ему в кадку виски и говорил о любви. Сильно поругались. Как он мог так со мной поступить! Друг называется... Может для них, фикусов, это и нормально, но я хочу стабильных отношений!

День тридцать первый.

Начал говорить с Молли!

Рассказал ей об измене Джима. Потом, придерживая друг друга и часто икая, пытались выяснить, откуда в офисе взялась клетка для канарейки.

В результате совместного мозгового штурма решили, что ее инопланетяне принесли. За что сразу же выпили.

Приходили какие-то люди с камерами. Поздравляли с тем, что «Репортеры» взяли главный приз как лучшее реалити-шоу. Потом пришел шеф, налил всем шампанского. Потом пришел лучший друг шефа, принес три новых дивана. Потом пришла его пассия, забрала у всех телефоны, вырвала из ноутбуков все камеры, и много кричала.

День тридцать третий.

Потихоньку трезвею.

Выяснили отношения с Молли. С Джимом не разговариваем, изменник продолжает спать, обнимая листьями младшего редактора. Наверное, сегодня вечером схожу домой.

Тот же день. Позже.

Заходил шеф.

Его лучший друг и пассия помирились и объявили о помолвке.

В честь этого каждому в редакции ставится по ящику халявного виски...
 
Форум сайта gossipgirlonline.ru » Фанфики » Библиотека » Конкурс фиков "Лето, ах лето" (Конкурсные работы)
Страница 1 из 11
Поиск: