Среда, 23.05.2018, 21:24
Приветствую Вас Гость

Форма входа

Меню сайта
Поиск
Мини чат
Внешние ссылки и реклама
в чате запрещена
Друзья сайта
Озвучка сериала
Команда Studdio.TV - перевод и озвучивание сериалов FilmGate.TV
Релиз-группа OTHfilm Релиз группа Паравозик. RG.paravozik
Статистика
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » Статьи » Pressroom » Статьи

Детально о кинофильме «Особо опасны»: часть 2
Доказательство жизни. Репетиции и исследования

"Адреналин – это натуральное средство, подсказывающее тебе: «не облажайся!»”

—Чон


Репетиции актеров шли за две недели до начала первых съемок, а также в течение производства Стоун использовал совместные разводные репетиции до начала съемок конкретной сцены. Периодически репетиции шли часами, он вместе с актерами проходил длинные эпизоды, которые снимались в следующие несколько дней. После того, как наедине прорабатывались эмоциональные и физические детали сцены, Стоун приглашал команду посмотреть, что было не так, выступая в роли рассказчика. В процессе просмотра он вовлекал всех присутствующих в процесс, давал всем инструкции для предстоящей работы. Для фильма с таким количеством персонажей и сюжетных поворотов, как «Особо опасны», такие репетиции были просто необходимы.

Для режиссера этот метод не нов: «Я всегда использовал разводные репетиции. - Рассказывает Стоун, - сцены в этом фильме сложносоставные. У нас было пять или шесть главных актеров, с равно важным влиянием на действие. Такие прогоны очень удобны. Во-первых, надо понимать, куда мы двигаемся в этой сцене, и о чем она вообще. В идеале, конечно, вы пришли к согласию еще заранее, но именно на разводках выплывают все недоработанные моменты. Настоящий план съемок вытекает прямиком из них. Если не подготовиться к разводной репетиции, будет бардак. Но вопросы возникают, и хуже всего в такие моменты – это скандалы на площадке… а в рабочем процессе обычно возникает множество таких моментов». Продюсер проекта Копелофф считает, что гибрид спонтанности и подготовки, - это то, что нравится Стоуну больше всего.

Он отметил: «Мы максимально планируем все заранее, но Оливер обожает сам практический опыт. Некоторые режиссеры хотят создать идеальный момент, а ему нравится видеть, как он рождается сам. За ним очень интересно наблюдать, потому что он дает сцене напористость и целеустремленность, вносит момент открытия. Он знает, в каком направлении хочет двигаться, но всегда тестирует его с актерами. Он искренне любит персонажей, сюжет и особенно диалоги. Для него очень важно, чтобы было правильно, и чтобы актеры это чувствовали. Дело не в нем и сценарии, все дело в том, как это будет выглядеть на экране».

Одна из самых тщательных репетиций прошла в пустынном Vasquez Rocks к северу от Лос-Анжелеса, месте, также известным под названием «Пустынная чаша». Стоун, большинство основных актеров и вся съемочная группа прорабатывали фееричный конец фильма. Подготовка началась после обеда под палящим солнцем и закончилась задолго после того, как солнце спряталось за горы.

Режиссер объяснил необходимость такого долгого рабочего дня: «Я знал, что репетиция будет долгой, потому что сцена была очень большой и невероятно важной. Я сократил ее до шести человек, пустыни, решающего столкновения и снайперов по внешнему кольцу. Все было просто как в вестерне. Но все это необходимо было проработать: когда раздаются выстрелы, где разбивается стекло, сколько должно вылететь пуль ».

Стоун давно уже является сторонником привлечения к съемкам технических консультантов, которые нужны для того, чтобы все выглядело достоверно. Одним из решающих людей на площадке был постановщик трюков Кит Вулард. Режиссер рассказал: «Кит был ключевой фигурой на площадке. Бывший морской котик, который никогда не терял самообладание, а ему приходилось порой нелегко. Он был самым терпеливым из всех мужчин на площадке».

Вулард больше всего работал с полным энтузиазма и способным Китчем, которому нравилось постоянное желание Чона использовать как можно больше оружия. В финальной сцене был сложный момент, где Чон должен выскочить из-за джипа и бежать зиг-загами по выжженной солнцем земле. Его пистолеты сверкают, он бежит в сторону своей цели, Ладо и Элены, на него направлены несколько камер. Китч настолько подстроился под характер своего персонажа и так четко осознавал свою цель, что мы сняли сцену с одного дубля. Помогло и то, что Китч очень спортивен и представляет, как нужно вести себя в драке.

Актеру повезло получить навыки методов и маневров настоящего бойца. «Я тренировался с «морским котиком» до начала съемок фильма «Особо опасны», - рассказал Китч, - и он был со мной очень открытым. Дело было не просто в том, чтобы понимать, как стреляет полуавтоматическое оружие. Он рассказывал мне истории об Ираке и Афганистане, о своих товарищах. Было просто невероятно получить такую возможность, которая помогла мне понять, что за человек Чон. Что мне нравится в «морских котиках» - это то, что когда проходишь мимо них на улице, точно знаешь, что это они. У них не написано это на лбу, но ты видишь, что они выделяются из толпы, они отличаются ото всех. Мне повезло, что теперь некоторых из них я могу назвать своими друзьями».

Для съемок картины «Особо опасны» Стоун привлек уникальную троицу для работы над персонажами Спина и Денниса: Ральфа Эчемендиа, эксперта фильма по хакерству, Патрика Фоурми, консультанта по марихуане и Эдди Фоллиса, недавно вышедшего на пенсию агента Управления по борьбе с наркотиками. Ни один из них не согласился бы в обычной жизни находиться рядом с другим, если бы не этот фильм.

Давний сторонник документального подхода чувствовал, что в материале присутствовал элемент достоверности, особенно когда дело касалось местных специалистов по выращиванию марихуаны и влиянием на них мексиканского картеля. Стоун объяснил: «Мы работали с темой торговли марихуаной, по которой не так много материала, и, честно говоря, тут много ложной информации и громких дел из СМИ. В фильме «Лицо со шрамом» я настаивал на деталях. Я хотел знать, сколько было фунтов кокаина, что перевозили, кто за этим стоял и т.д. Для съемок этого фильма я постарался разузнать все о торговле марихуаной, но эти факты намного сложнее отыскать».

«В этот момент присоединился Эдди, - продолжил режиссер, - принес мне несколько стоящих фактов и, конечно же, рядом какое-то время был Дон Уинслоу. Также рядом был Патрик, который крутился в бизнесе много лет, а также занимался музыкальной индустрией. Щедрый мужчина с поразительным интеллектом, для многих из нас он был как Свенгали на площадке. С их помощью и благодаря самостоятельным исследованием, я узнал многое о причудливом движении свободных разводчиков марихуаны. Это не картель, поэтому все растят свои растения, как им угодно. Ральф помог нам убедиться, что поворотные сцены, где Бен и Чон выходят в сеть и занимаются своим собственным кибер-шпионажем, точны… и актуальны. Это было для нас особенно важно, и мы старались как можно больше использовать это в фильме».

Вклад Эчемендиа заключался в помощи в вопросах отмывания денег, электронной и компьютерной безопасности и кражам в сети в 21 веке. «Таких как я называют этичными хакерами, - рассказал советник, - я специализируюсь в вопросах кибер-безопасности, в основном даже атакующей безопасности, что по сути является взломом системы. Оливер хотел убедиться, что сцены со взломом реалистичны. Он был заинтересован в слоях безопасности и хотел, чтобы в фильме мы рассказывали о реальных вещах. Сейчас, например, информацию можно хранить на носителях, которые внешне выглядят как маленькая кредитка, даже не флешка. Мы добавили это в фильм, так же как и реальные логотипы и реальные энергетические напитки, которые мы пьем, работая всю ночь».

Компетентность Фоллиса в вопросах борьбы с наркотиками послужила причиной того, что он побывал во многих местах, от Юго-Восточной Азии и Южной Америки до Ближнего Востока и Лос-Анжелеса, где он работал ассистентом специального агента по вопросам операций, проводимых посредством средств связи, операций, связанных с организованными группировками и общему усилению борьбы с картелями. Как сказал он сам: «Я по сути был Деннисом, только не был продажным».

Фоллис много работал со Стоуном и Траволтой, чтобы сделать мутного оперативника управления по борьбе с наркотиками убедительным. Бывший агент рассказал о своем опыте: «Я встретился с мистером Траволтой в Далласе и общался с ним четыре вечера. Во-первых, он – профессионал, доводящий все до конца. Во-вторых, он с легкостью поглощал любую информацию – даже как нужно двигаться, как контролировать комнату и показывать это невербально. Он хотел знать все. Он задал все вопросы, которые могли бы подготовить его к смене миров, в которых крутится Деннис. Это очень двуличный и мрачный мир, но Траволте удалось в него погрузиться».

«Я допрашивал его с особым пристрастием, - добавил Траволта, - ведь Эдди – это версия Денниса. Я хотел понять, каково это познакомиться с человеком и сблизиться с ним, а потом предать спустя несколько месяцев. Он сказал, что ему было трудно, потому что он привязывался к людям, с которыми начинал общаться, при этом понимая, что они никогда и не поймут, чем ты на самом деле занимался рядом с ними, секретность очень серьезная и высокая. Это завораживало: как далеко ты можешь зайти как актер, насколько постараешься, чтобы обмануть всех вокруг? Выясняется, что нужно очень и очень постараться, ведь на кону твоя жизнь. На кону правительство. Все поставлено на кон».

Фоллису также удалось организовать реальную галерею жуликов, чтобы актеры могли поговорить с настоящими бывшими членами картеля. Тейлор-Джонсон, чей персонаж проходит, пожалуй, через все стадии вовлеченности в индустрию марихуаны, из гуманного альтруиста он превращается в брутального головореза, этот бизнес открыл ему глаза. Британский актер получил вводный курс культуры и политики Американской индустрии марихуаны.

«У нас была отличная команда и на этапе пре-продакшн, и во время съемок. Нам всегда помогали,- объяснил Тейлор-Джонсон. – Мы садились с Эдди в самом начале, он рассказывал нам, кто есть кто в картеле и в Колумбийской мафии. Было интересно, но в то же время достаточно страшно слушать все эти истории. Оливер хотел, чтобы мы максимально подготовились к съемкам и выглядели естественно, поэтому нам пришлось все это узнать».


«Здесь нельзя снимать»: Дизайн и локации

«Все началось в этом раю на Земле, в Лагуне Бич, где, говорят, Бог парканулся на седьмой день, а на восьмой его эвакуировали»

—O


«Особо опасны» начинаются с идиллической Калифорнийской мечты, и чем дальше, тем больше мечта превращается в ночной кошмар. «Не было ни одной дикой идеи, которая не заинтересовала бы Оливера, - рассказал художник-постановщик Томас Вот. Так как это «Особо опасны», то и взгляд на реальность нужен был немножко другой. На раннем этапе мы решили, что будет тонкий подтекст двуличия: кто кого считает «Особо опасным» и понимание того, что любой может таким стать. К тому же в фильме есть сложное переплетение мексиканцев и американцев в Калифорнии. Есть граница, но они настолько уже стали частью друг друга, что она еле заметна. Идея была в том, чтобы перенести все это в визуальный ряд, нам нужны были сильные яркие цвета. Мы хотели резких переходов и не хотели монохромности. Это дало мне больше свободы, чем обычно».

Странствующее производство началось в доме в Малибу, но оказывалось в таких местах, как Pyramid Dam в горах к северу от Лос-Анжелеса, Дана Поинт и Лагуны Бич и до южных окраин долины Сан Фернандо и Pacific Palisades, а также в деловой части Лос-Анжелеса. Воту приходилось в срочном порядке декорировать все так, чтобы это было похоже на декорации фильма «Особо опасны».

«Я много занимался работой в павильонах, но в этом фильме было ощущение, что нам нужно совсем не это, - рассказал он, - Места съемок стали частью общего дизайна картины. Мы с Оливером были в восторге от локаций, когда мы впервые их увидели. Он начинал видеть сцену немного по-другому, благодаря дизайну дома или географии пейзажа. Каждое новое место влияло на динамику каждой сцены».

Копелофф добавляет: «Если нам нужно было строить – мы все равно пытались снять все в локации. Один съемочный день мы провели в павильоне, потому что мы хотели совместить 4 разных места, а это было единственным способом это сделать. Но 95 процентов наших декораций – это реальные места, максимально приближенные к тому, что описано в сценарии. Когда выглядываешь в окно, ты видишь настоящий океан и реальный закат. Возникают определенные сложности, но когда ты видишь, как в кадре пролетает птица, ты понимаешь что это по-настоящему… и очень помогает актерам».

Пока группа снимала на протяжении недели в Лагуне Бич и Дана Поинт, они столкнулись со сложностями, уникальными для съемок в тех местах. «Нашим планом было снимать треть фильма в том районе, в местности Ориндж, а две трети в Лос-Анжелесе, - рассказал продюсер. – Нам нужно было снять фильм весной и в начале лета, в связи с погодой и светом, который мы хотели получить. Но на пути мы спотыкались все о новые камни: люди в местах, где мы снимали, не очень радовались съемочному процессу такого фильма. А потом все уперлось в логистику. В Лагуне в это время сезон, они зарабатывают деньги, так что нас там ждали уже после Дня труда. Мы приехали на неделю, сняли все заявочные планы, а потом вернулись после Дня Труда и сняли сцены на пляже, где нужны были наши актеры».


Игровые площадки для богатых

Начались съемки в Малибу, которые были вместо съемок в Лагуне. Продюсер Борман объяснил: «Оливер любит снимать в хронологическом порядке, чтобы актеры могли развиваться. Это хороший способ, удобный с точки зрения логистики». Почти две недели актерский состав и съемочная группа обитали в доме бывшего бейсболиста, площадью почти 330 квадратных метров с видом на Тихий океан. Это предполагаемый дом Чона, Бена и О, со сводчатыми потолками, раздвижными стеклянными дверьми и уличным пространством для ужинов с камином и джакузи. Вот добавил немного Дзена и Рокнролла: цветастые индийские ковры на полу, маленькие индуистские алтари перемежались с яркими резкими картинами. Естественно, он добавил и атрибутов, необходимых для людей, выращивающих и курящих марихуану.

Воту также пришлось создать Мексику в Калифорнии: виллу Элены. Одно из многочисленных ее жилищ должно было отражать ее силу, богатство и уединенность. Команде постановщиков удалось найти удивительное место под названием Ранчо «Гнездо Колибри» в горах Санта Сусанна. Выдержанная в испанском стиле архитектура и декор удивительно похожи на мексиканскую гасиенду. В ней есть все: конюшни, фонтаны, бассейн, бесконечный фасад с окнами и огромная королевская спальня. Здесь могут разместиться 5000 человек, при этом кроме Элены и ее охраны там никого не было. Это место было изысканной тюрьмой.

Несмотря на всю свою власть и силу, Элена совсем одна, и это хотели подчеркнуть художники в декорировании ее виллы. «Ее желание быть «Королевой картеля», выжить, сохранить, то, что есть, и даже преуспеть и заработать больше – все это говорит многое о ее амбициях, - пояснил Вот. – Мы хотели, чтобы ее дом показывал это, а вместе с тем и то, от чего ей пришлось отказаться, добиваясь всего этого. Мы декорировали виллу исходя из ее характера. Я хотел, чтобы она была массивной, но элегантной, но в тот же время она должна отражать, как это, добиться всего, но остаться при этом совсем одной. К счастью, нам удалось найти прекрасное место в долине Сими, которое очень похоже на Тихуану, так что нам удалось добиться всего, что нам было нужно».

Художники Вота помогли Хайек понять персонаж задолго до того, как заработали камеры, даже не смотря на то, что в начале даже поставили в тупик мужа актрисы. Хайек рассказала: «Томас очень любезно сделал мне модели всего, что принадлежит Элене, они стояли в моей спальне и помогали разобраться в ее характере. Как-то раз мой муж увидел их и спросил, неужели мы покупаем еще один дом. На что я ответила, что ему не о чем волноваться, это все уже мое».


Необычный питомник

Во время изучения бизнеса Чона и Бена, Стоун и Вот посетили существующие питомники с марихуаной в районе Лос-Анжелеса. «Они были повсюду, от пригородов до делового центра, - рассказал дизайнер, - но там мы увидели просто растения, над которыми висели лампы. Если ты не знаешь, что это марихуана, в этом вообще нет ничего такого. Я начал задумываться о том, как сделать наш питомник более киношным. Я вернулся к идее использовать обычный дом и бассейн при нем. В Pacific Palisades мы нашли этот замечательный домик 60-х годов, с крытым бассейном во дворе, который нам отлично подошел».

Этот дом находится на самом верху извилистой и узкой горы в Palisades, просторный задний двор выходит на горы Topanga и на океан. Несмотря на то, что место не очень удобное в плане размещения техники и оборудования, это было идеальным местом для питомника высшего класса. Для съемок требовалась масса уникального реквизита: горшки с марихуаной, центрифуги, спектрометры, система орошения, специальные лампы, и на десерт крытый бассейн, заполненный просто огромным количеством фальшивой травки.

Наполнить все фальшивой марихуаной было трудной задачей для Вота и его команды. Нельзя взять на прокат плантацию марихуаны. Вот рассказал: «Из юридических соображений у нас не должно было быть ни одного настоящего куста. Мы месяцами придумывали способы, чтобы сделать фальшивки похожими на настоящие на общих планах. Когда имеешь дело с пластиком и шелком, часто очень трудно сделать что-то похожее на живое растение. Для более крупных планов мы использовали комбинацию из нескольких материалов, к которому пришли методом проб и ошибок, ни один из использованных материалов, впрочем, я бы не советовал курить».

Эффект был настолько ошеломляющим, что актеры и съемочная группа на секунду поверили, что все это настоящее. Арт-директор Лиза Васконселлос рассказала: «Было невероятно здорово наблюдать за приходящими на площадку людьми. Все они говорили, что это потрясающе. Все подходили к растениям, нюхали их, зная, что они ненастоящие. В этом крутость этого фильма. Мы видели, как далеко мы смогли зайти. Мы всегда могли вернуться назад, но мы даже не пытались».


Молитвы Санта Муэртэ

Кроме Элены Ладо служит еще одной хозяйке – Санта Муэртэ, богине смерти. Ладо занимается продвижением дела картеля в Северную Америку, второе его призвание – укреплять положение «Королевы» Элены, сея террор и хаос. Его прикрытие – обычная компания, которая занимается ландшафтным дизайном. Но если к вам подъезжает его команда на своем громыхающем перекошенном грузовике, забитом до отказа смертельным оружием, значит они приехали вырезать не сорняки. Он назвал компанию La Guadaña, что по-испанки значит коса, и огромный символ смерти, вместе с бензопилами и топорами, выситься сзади кабины. А на приборной панели сидит фигурка его зловещей покровительницы, Санта Муэртэ.

Красивый, но тревожный феномен Санта Муэртэ был описан как культ святой смерти в Мексике. Как объяснил Вот, это просто более темная интерпретация преклонения перед одной из самых почтенных икон в стране. Он рассказал: «Они взяли образ Девы Марии Гваделупской и заменили ее на скелет, а теперь молятся ей и просят о помощи. Это смесь мексиканской традиции празднования Дня Мертвых, Католицизма и оккультизма Карибских островов. Верующие просят самых обычных вещей: защиты от смерти и от огня, но кроме этого они просят, чтобы их пули попали в цель. Я решил, что это прекрасно передаст характер Ладо, и все, во что он верит. Эта машина – физическое проявление Санта Муэртэ. Я впихнул туда все, что имеет острую форму. Вместо того чтобы класть бензопилу внутрь, я поместил их под таким углом, что они образуют силуэт. Я хотел создать сиюминутное чувство того, что если у вас перед домом появляется этот грузовик, лучше вам начать молиться, потому что все для вас уже кончено».

В Ладо есть что-то от Гранд Гиньол, и ничто не вызывало больше ужаса, чем склад, который Ладо использовал как место для пыток. Любые муки и агония предоставлялись вашему вниманию в недрах подвалов. А наемник Элены здесь был ужасным работником цирка.

«Мне нужно было найти очень темное место, чтобы создать эту декорацию, вспоминает Вот, - в сценарии описан просто склад, но мы решили, что это должно быть нечто больше: это место, где они пытают и убивают людей с особой жестокостью и дикостью. Поэтому я хотел, чтобы это было подвальное помещение, жертвы отсюда не могут никуда сбежать. Я вдохновился Римским Колизеем: Люди могли бы наблюдать за происходящим со всех сторон, как зрители, которые наблюдают за львами».

Стоун предложил, чтобы люди Ладо держали там самодельную текилу. Вот объяснил: «Ладо и его команда численно превосходят человека, которому не посчастливилось стать их пленником, они постоянно это празднуют и выпивают за это. Мы решили, что это может быть местом, где они проводят все свое время. Они там готовят, смотрят телевизор, приводят туда женщин с неважной репутацией, даже несмотря на то, что полы и стены забрызганы кровью убитых здесь людей. Это как сцена из ада Данте. После того, как я провел там три дня, два на подготовку и один на съемку, мне нужно было оттуда выбраться. Я думал, моя голова взорвется».


Последняя съемка

Возможно, самым сложным местом съемки была Пирамид Дэм, западная часть Калифорнийского канала в северной части Лос-Анжелеса. Крутые холмы и долины, примыкающие к воде, три дня были местом, где снимали схватку между Беном и Чоном и людьми из картеля. Это был первый раз, когда разрешили провести съемки так близко к дамбе, при этом используя трюки и пиротехнику, и все это в сезон высокой опасности развития пожаров. Эти сцены снимались в августе, на второй день съемки температура поднялась выше 30 градусов по Цельсию. Стоун рассказал: «Там были прекрасные виды, но нам приходилось работать в бешеном темпе в не очень комфортных условиях. Было сложно, но все собрались».

Вместо того, чтобы накладывать много визуальных эффектах на этапе пост-продакшн или делить сцену разными локациями, Стоун просто использовал географию дорог и холмов, чтобы снять большую часть сцены нападения в одном месте.

Вооруженный до зубов взрывающимися машинами и серьезными огневыми средствами, которыми его обеспечили специалисты по эффектам, режиссер снял все, что хотел. Как выяснилось потом, это место команда нашла совершенно случайно. После того, как им неправильно подсказали дорогу, и они приехали в другое место, они все же уговорили охрану показать им место. К тому моменту, правда, им сказали, что снимать им там не разрешат. Копелофф сказал, что они нарушили главное правило съемки кино: «Нельзя привозить режиссера на место, где снимать нельзя, потому что именно здесь он и захочет снимать. Оливер просто не мог выбросить это место из головы. Мы показывали ему другие локации, но он твердил, что должно быть как там. Оливеру нельзя сказать «Мы не будем там снимать». Только: «Надо пойти и найти способ». Мы собрали несколько представителей местных властей, чтобы вместе обсудить идею провести там съемки. Мы собрали государственных представителей лесничества, представителей лесничества от штата, пожарную службу, представителя управления земельными ресурсами, представителей национальной безопасности, дорожный патруль Калифорнии, и все вместе обсудили идею съемок. Мы хотели снимать в сезон пожаров, и если бы из-за нас начался пожар, нам пришлось бы заплатить целое состояние».

Нестерпимая жара, потрескавшаяся земля и количество сцен, которые нужно было снять за короткий промежуток вымотали всех, кроме Китча. Копелофф рассказал: «Тейлору было недостаточно. Было впечатление, что он просто встал пройтись утром в субботу. Он чувствовал себя абсолютно комфортно».


Многократное экспонирование: Анаморфированные съемки

«Позволь тебе напомнить, что если придется, мне ничто не помешает перерезать им обоим глотки»

—Элена


Чтобы передать одурманивающий вид Калифорнийского берега и эпичное сражение между картелем с одной стороны и Беном, Чоном и О с другой, Стоун и оператор Дэн Миндел снимали фильм «Особо опасны» в полноэкранном формате, используя анаморфированные линзы. Изначально скептически отнесшийся к возвращению к подобному формату Стоун доверился оператору-постановщику фильма «Звездный путь», с которым он работал на съемках рекламы более 10 лет назад, и полюбил этот формат так же нежно, как его любил и его оператор.

Стоун снял в этом формате три своих более ранних фильма, среди которых «Рожденный четвертого июля» и «Дорз». Он признается, что забросил его и вернулся к тому, что ему казалось быстрее. «Но Дэнни настаивал на том, что можно снять и в том формате быстро и дорого, и он все снял, естественно, с той скоростью, которая нам требовалась. Фильм смотрится сексуально, страстно и не нужно связываться с супер-35. У нас была полная свобода съемок, а анаморфированная линза дает намного больше информации и лучшее разрешение, если все правильно настроено. Он прекрасно работает со светом, у него наметан глаз, и он один из самых трудолюбивых людей, которых я знаю. Он почти не уходил с площадки. Когда все хорошо освещено, не нужно много углов для съемки. Можно передать все что нужно и с одного угла, что хорошо и для актеров, ведь картинка остается свежей. Нет ничего более убийственного, чем слишком долго снимать сцену».

Миндел верит, что роль анаморфированной линзы нельзя недооценивать в изображении штата. Он видел пользу как с артистической, так и с практической стороны. Оператор объяснил: «Фильм «Особо опасны» снимался в Калифорнии, поэтому хотелось увидеть изображение высокого разрешения и ощущение, которое дает анаморфированная линза. Я хотел передать это ощущение, чтобы показать людям, занятым в этой индустрии, преимущество съемки в родном штате, и что это может дать фильму в плане палитры текстур и прекрасных задних фонов. Вид и ощущения этого формата в нашем случае привнесли в фильм чувственность и настроение, которое очень сложно передать другими способами».

Оператор старался передать настроение и более оригинальными искусными способами. Например, он использовал в съемке камеру с рукояткой. Он пояснил: «На эту камеру можно снять классный материал, с легким налетом тайны, который монтажеры потом используют в эпизодах, где хочется добавить импрессионизма. В контексте фильма «Особо опасны», мир глазами наших героев, одурманенных травкой, должен был отличаться, я хотел это показать с помощью эффекта кроцпроцессинга и многократного экспонирования».


Невероятное вдохновение. Костюмы и реквизит

«Да, это было в Мексике… а тут Лагуна. И копы здесь ходят в шортах и ездят на великах».

—Бен

Синди Эванс, художник по костюмам проекта постоянно работала со Стоуном и актерами, чтобы дать каждому из их героев особенный стиль, который идеально бы сочетался с общим настроением фильма. Стоун отметил: «Костюмы Синди действительно выделяются. У нее есть чувство сексуального пляжного стиля. Она работала над картинами «Короли Догтауна», «Тринадцать» и «Лорел Каньон», так что она хорошо понимает, какой менталитет у жителей Южной Калифорнии и в частности Лагуны».

Так как в фильме много персонажей и сюжетных линий, было важно разработать детальную библиотеку костюмов персонажей. Эванс рассказала: «Я изучала все, от округа Ориндж до Мексики, даже обращалась к классическим фильмам. Все это я свела воедино в созданных мной эскизах. Для меня это было важным визуальным инструментом, чтобы определить каждого из персонажей и их тон. Кроме того это нужно было для того, чтобы создать визуальный диалог между всей командой». Как и Вот, Эванс экспериментировала с границами дизайна. «Мы старались, чтобы все было естественно, с подчеркнутым реализмом, но при этом мы все-таки пытались раздвинуть рамки цвета и стиля».

Ее костюмы также были отражением совместной работы с режиссером. Например, немногословный Чон, чей гардероб в основе своей функционален, испытывает слабость к гавайским рубахам. Эта идея возникла в разговоре Эванс и Стоуна. «Для Чона мы подбирали грубые наряды. Я хотела, чтобы он одевался обычно и практично, - рассказала она, - многое из этого было обусловлено общим видом Тейлора, его осанкой и телосложением. Я хотела, чтобы было впечатление, что он в любой момент начнет драку. Оливер хотел, чтобы мы его подтолкнули немного в другую сторону, показать его немного более игривым, чтобы отразить более светлые и счастливые времена, когда он с друзьями. Оттуда и растут ноги у гавайских рубашек и некоторого количества цветных вещей».

И если в костюмах Чона была хоть какая-то структура, то костюмы Бена более свободны: болтающиеся, вытертые зеленые брюки, узорчатые рубашки и шарфы, сувениры из стран, которые он посетил на пути к своему прозрению. Дизайнер поделилась с нами: «Мы намеревались сделать его эдаким человеком мира, но при этом подчеркивая его связь с родными Калифорнийскими пляжами».

О любит модно одеваться, при этом, весь ее стиль с многослойными рисованными тканями – ее собственный. Эванс использовала такой стиль О намеренно. Пурпурное платье из шифона и поддетое под него нижнее платье стали ее костюмом на большую часть фильма. Вскоре после того, как ее схватил Ладо, на ней остается только белое нижнее платье, которое как и сама О, сильно помято и уязвимо. Платье сделано по мотивам картины, где изображена Шекспировская тезка О и по мотивам работы Сэра Джона Эверетта Милле в стиле прерафаэлитизма «Офелия».

В свою очередь Лайвли пригласила в съемочную группу художника Сэйджа Вона, который должен был создать татуировки О с изображениями природных мотивов. «О – свободна духом, - рассказала Лайвли, - может именно поэтому она любит сразу двоих мужчин, она хочет быть свободна и открыта новым идеям, и не желает оставаться глухой ко всему новому. В ее жизни было много привилегий, но не только, она испытала и много боли. Я хотела увидеть это в ее татуировках, ей ведь нужно напоминание, чтобы снова улыбаться изо дня в день. Сэйдж создал эскизы ее татуировок и даже нарисовал их на мне от руки. Потом Билл Корсо создавал по ним шаблон и у нас были татуировки».

Похититель О Ладо и его коллега Алекс абсолютные противоположности в стиле одежды. Ладо в огромных ковбойских ботинках и черной кожаной куртке – неуклюжая противоположность элегантному Алексу, который носит костюмы и галстуки, сделанные на заказ. Эванс объяснила: «Разница персонажей Ладо и Алекса основана на иерархических законах и привилегиях внутри картеля. Ладо должен создавать впечатление человека, который все время стремиться вверх по карьерной лестнице, но никогда не сможет добраться до самой вершины. На Демиане костюмы сидели идеально, он выглядел шикарно».

У их начальницы гламурный стиль, напоминающий о стиле актрис 1940-х годов: глубочайшие вырезы и наплечники, а также любовь к шелку, ярким цветам и высоченным шпилькам. Элена тратит кучу денег на солидных размеров побрекушки. Главный реквизитор Кирк Корвин отметил, что у Хайек были некоторые идеи насчет украшений. «Ее обручальное кольцо было для нас очень важным, - рассказал Корвин. – Сальма хорошо разбирается в дорогих украшениях, а я, как реквизитор, знаю толк в бутафории. Она мне сказала в самой милой манере, которая только возможно, что некоторые из бутафорских украшений очень хороши, а некоторые совсем не годятся. Мы остановились на этом, и я узнал от нее много нового».

Кроме того Корвин непреднамеренно послужил вдохновением для создания гардероба Денниса. Он объяснил: «Я встретился с Джоном сразу после его первой встречи с Синди, где они обсуждали костюмы. Они рассматривали для него более западный вид, то есть галстук боло и ботинки из змеиной кожи. Я вошел, чтобы обсудить с ним реквизит: часы, кольца и все такое. А он сказал: «А можно Синди посмотрит на твою одежду? И твою обувь, что это за обувь? Мне нравится». Так что его гардероб в итоге очень похож на то, в чем я ходил на площадке. Я далеко не образец, но для персонажа Джона в этом фильме я им стал».

Категория: Статьи | Добавил: gossip (28.01.2013)
Просмотров: 663 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форум
Твиттер
Наша кнопка