Среда, 13.12.2017, 19:37
Приветствую Вас Гость

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 2 из 3«123»
Модератор форума: mio-mio, художник№1 
Форум сайта gossipgirlonline.ru » Фанфики » Библиотека » Мини в переводах mio-mio (Переводы)
Мини в переводах mio-mio
mio-mioДата: Суббота, 04.08.2012, 19:00 | Сообщение # 1
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline
 
mio-mioДата: Вторник, 28.08.2012, 13:32 | Сообщение # 16
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline


Soaking

Оригинал

Автор: MegamiTenchi

Рейтинг: NC-17

Бета: Macaron

Обсуждение


Примечание:


Я таки добралась до перевода MegamiTenchi, в планах перевод трех миников из ее коллекции One-Shots, но тут как пойдет, я буду ориентироваться на Вашу реакцию. Этот же фик из серии "ну как я мола пройти мимо?" - 2х8, сон про лимо и Бассы, шикарные в их мучении друг друг друга. Вообще-то это вариант от Megami Бог все видит, мисс Блэр Kensley-Jacksons, и кстати этот мне понравился даже больше оригинала.

Майклу мой поклон, и огромное спасибо за то, что ты делаешь для меня, дорогая.

Приятного чтения.


Он спускался поцелуями по ее руке, скользя губами все ниже и ниже по ее телу. Все ближе... и ближе... ее дыхание сбилось. Сердце бешено колотится в груди, даже отчетливо слышен его стук…

…стук в дверь.

Блэр вскочила в кровати, ее щеки горели.

- Вы опаздываете! Пора завтракать. - Дорота зашла в комнату.

- Я спущусь через минуту, - поспешно ответила Блэр, - Только закончу кое-что.

Горничная шагнула к двери и, вдруг задержавшись, осуждающе взглянула на молодую хозяйку:

- Бог все видит, мисс Блэр.

Блэр обреченно вздохнула, прежде чем улыбнуться и вновь упасть на подушки. Если Бог все видит, то, наверняка, знает, ЧТО  Чак и Блэр уже делали друг с другом, а это означает, что и эти ее утренние потребности вряд ли станут сюрпризом для Всевышнего. Ее рука скользнула обратно под одеяло, затем под  прохладный шелк сорочки. Ее собственные пальцы были жалкой заменой ЕГО, но она все же проникла ими в свое влажное тепло.

- О... Чааак! - выдохнула она.

Она представила давление его горячей кожи на свою собственную, его парфюм; представила все то, что он мог проделать с ней своим ртом...

Его язык...

Его руки...

Его пальцы...

Его...

Ее губы приоткрылись, дыхание участилось, подталкивая ее руки сильнее, быстрее… Ее воображение отчаянно пытается заменить холод атласных простыней на ЕГО разгоряченную кожу; одинокое удовольствие на взаимную дикую страсть, которую мог утолить только Чак Басс. Одна только мысль о нем распаляла, делая ее еще более влажной, заставляя низ живота сжиматься все сильнее.

Освобождение. Ликующий, бессознательный  крик сорвался с ее губ. На мгновение ее губы расплылись в блаженной улыбке, но только на мгновение… Она снова нахмурилась. Чертов Басс!!! Своим равнодушием он сделал ее сексуально одержимой. Своим «НЕ желанием» он толкал ее на безумные вещи, и это было на самом деле странно, потому, что она влюблена в него, а он, вообще-то, влюблен в нее!

Она откинула одеяло и раздраженно фыркнула. Все это просто нелепо. «Я - Блэр Уолдорф!». Она продолжала твердить себе это, пока смотрелась в зеркало, изучая свое лицо. Но даже после ее утреннего «дополнительного» времени в постели, мысли о Бассе все еще не покидали ее, мучали ее, пока она одевалась, завтракала и когда шла в школу. И она воспламенялась, лишь подумав о нем.

Манхеттен заливал дождь, но Блэр все же решила прогуляться. Шагая под зонтиком, она пыталась отвлечься, и постаралась думать об уроках на сегодня; о том, как она будет отчитывать свою свиту за что-нибудь, и о том… «О чем угодно, только бы не думать о нем», - она стиснула зубы, не думать о нем, НЕ думать о нем! Об ее пальцах, блуждающих в его волосах в то время, как его рот заявляет свои права на нее…

Ей нужно в школу. НЕМЕДЛЕНО.

Но, вспомни о дьяволе, и он тут же появится в своем блестящем черном лимузине с теплыми кожаными сидениями.

- Не хочешь присоединиться? Я бы с удовольствием подвез тебя, - самоуверенный, дерзкий тон, который она любит так сильно.

Идеально накрашенные глянцевые губы сложились в милую улыбку, когда она обернулась к нему.

- О, я не сомневаюсь в этом. Но условия, созданные тобой, делают это невозможным.

- Кстати об этом… Возможно, я поторопился.

Блэр остановилась и повернулась к нему; Басс прочитал на лице девушки, что та усердно обдумывает варианты.

- Ну же! Садись. – Басс не упустил шанса воспользоваться заминкой.

- А что, если я больше тебя не хочу? – даже не пытаясь выдать ложь за истину, парировала Блэр.

Он склонил голову набок и слегка надул губы, поднимая на нее свои красивые карие глаза.

- Не мучай меня. Я умираю!

Ее улыбка исчезла и Блэр сделала несколько шагов к лимузину. Но, стоило ей дотронуться до ручки, как Чак заблокировал дверные замки, оставив их лица разделенными друг от друга всего несколькими дюймами.

- Все, что ты должна сделать, это сказать три волшебных слова.

- Я тебя ненавижу! - казалось, ее возмущению нет предела.

Раздражающе довольное лицо Чака скрылось за тонированным стеклом, оставляя шокированную Блэр с открытым ртом и... разочарованием. Он уехал, и она, обхватив себя руками, поплелась в школу. «Я тебя ненавижу!»

Весь день Блэр пыталась отвлечься и разобраться в этой унизительной для нее ситуации. Разговор с Дэном и Сереной ничем ей не помог, от этих двоих толку оказалось мало. Позже она наткнулась на Чака в холле, который, каким-то непостижимым образом, умудрился скользнуть украдкой ей под юбку, задев кончиками пальцев ее попку, обтянутую шелковым La Perla . Ей понадобилась вся сила воли, чтобы не накинуться на мерзкого придурка прямо там, в школьном холле. Но, сделав недовольное лицо «ты потерял рассудок, извращенец?!», она, как ни в чем не бывало, продолжила свой путь по коридору. Но, как только он скрылся из виду, она поспешила к ближайшей дамской комнате. Потребовалось всего лишь пара-тройка минут: несколько яростных движений за дверью кабинки и она довела себя до оргазма. Ей нужна была разрядка, чтобы пережить оставшиеся уроки.

И все же, она едва дотянула до конца дня. Все напоминало ей о Чаке, каждая вещь в ее классе, казалось, была связана с ним. Блэр задыхалась, она едва могла дышать.

Позже, Чак заметил ее в холле, когда макушка Уолдорф промелькнула у лестницы, ведущей на крышу. Басс уже собирался последовать за ней, когда Арчибальд остановил его, чтобы в очередной раз поныть о чем-то. К счастью, Нейт не задержал его надолго, и вот Чак уже поднимается по лестнице.

Ей просто было нужно немного воздуха. Она смотрела на серое небо и на простирающийся под ногами Madison Avenue. Прохлада немного остужала огонь, горящий внутри…. Блэр закрыла глаза, и просто дышала несколько мгновений.

- Что ты делаешь здесь одна? - промурлыкал Чак ей на ухо. - Думаешь обо мне? Ты же знаешь, как я люблю крыши.

От ощущения, что он стоит позади, от тепла его тела всего в нескольких дюймах от нее, по коже Блэр поползли мурашки. Однако, голос ее был тверд, когда она ответила:

- Размечтался!

- Значит, тебя не отвлекали мысли обо мне? Но ты совершенно точно намокла. – услышав усмешку в его голосе, Блэр сильнее сжала бедра в отрицании.

- Я??? Нет! – она повернулась к нему. Глаза Блэр потемнели, оспаривая его обвинения.

Чак протянул к ней руку, и ее сердце начало колотиться сильнее от понимания того, что он собирается коснуться ее.

Он неторопливо намотал прядь ее влажных волос на палец, и его ухмылка стала еще более дьявольской.

- Хочешь сказать, что не заметила, что идет дождь?

«Черт тебя дери, Басс! Ты опять «сделал» меня», Блэр поджала губы в отчаянии, и раздраженно фыркнула:

- Ты мне противен!

Она оттолкнула его. Басс попытался схватить ее за руку, но девушка легко вырвалась, и без промедлений кинулась обратно к лестнице.

- Блэр!

Девушка убегала, она почти плакала от обиды и неудовлетворенности – его пальцы, смыкающие ее запястье, ЕГО прикосновение… Когда дверь захлопнулась за спиной, она, наконец, остановилась и прислонилась к стене на лестничной клетке. Блэр знала, Басс не относился к тому типу парней, которые побегут за девушкой, и поэтому у нее были пара мгновений, чтобы закрыть глаза, и собрать все свое самообладание прежде, чем вернуться в холл. «Идиот!» мысленно кричала она, расстроенная и промокшая... во всех смыслах этого слова.

Внезапно дверь распахнулась. Открыв глаза, она удивленно уставилась на Чака, который выглядел таким же пораженным, глядя на нее. Сердце снова начало бешеную гонку, и она мысленно ругала себя за эту слабость. Чего она не могла знать, так это того, что у Чака были такие же проблемы с самообладанием в ее присутствии… или отсутствии ее.

Именно поэтому, в мгновение ока, его руки обвились вокруг ее талии, а его губы яростно смяли ее рот. Ее пальцы впились в его плечи, когда его язык ворвался в нее, вызвав ее низкий стон откуда-то из глубины. О, Боже... ее мысли растворялись среди жарких вспышек света и желания. И она не собиралась это останавливать, пока не получит свое. Ее руки прошлись по его груди, вниз, к ремню, чтобы резко потянуть его и отшвырнуть в сторону, прежде чем, с жадной поспешностью, приняться расстегивать его брюки.

Теперь была очередь Чака стонать. Не прерывая отчаянных поцелуев, он обхватил ее руки и завел их назад, к стене. Его губы опустились на любимое место на ее шее, а руки проникли ей под юбку, обхватывая ее попку, сдвигая в сторону ее La Perla. Одним отточенным движением он легко приподнял девушку. В ответ на его движения, Блэр обхватила парня ногами, и он тут же вошел в нее, мгновенно погружая обоих в пламя наслаждения. Он прикусил ее шею в момент блаженной агонии, прежде чем простонать:

- Блэр!

- О Боже, Чак! - Блэр итак уже была на грани, как только он вошел в нее.

К счастью для нее, он замер внутри на несколько невероятных мгновений, позволяя страстной девушке насладиться ощущением того, как он полностью заполняет ее. Но ненадолго… Блэр сама начала нетерпеливые движения бедрами, желая большего, требуя большего.

- Пожалуйста... - молила она, шепча ему на ухо, а ее тело дрожало в его руках. Он медленно вышел из нее, наслаждаясь ее тихим вскриком, хотя каждая клеточка его тела кричала "нет", протестуя против разлуки. И он поспешно вернулся обратно, увеличивая их наслаждение. И так он покидал ее тело, и возвращался в нее, снова и снова, не делая движения бедрами достаточно сильными, или достаточно быстрыми, что бы оба получили то, о чем они так страстно мечтали.

Блэр вцепилась в него, тяжело дыша, ее разум тонул в чистом экстазе от того, что она сейчас с ним... с Чаком. Его губы были прижаты к ее, его язык нежно ласкал ее губы. Ей хотелось плакать от счастья. Его руки обнимали ее, крепко прижимая к себе, сливаясь с ней, заполняя ее.

Чак почувствовал, как она тихо застонала. Он ухмыльнулся и, оторвавшись от ее губ, мурлыкнул ей на ушко:

- Да, Блэр.... давай, сделай это для меня!

И от этой его маленькой просьбы, огонь, бушевавший внизу ее живота, пронесся вверх по спине, охватывая каждый нерв ее тела, сжимая все ее мышцы, сводя руки и ноги; и растворился глубоко внутри нее. Голос надломился, когда Блэр выкрикнула его имя.

Почувствовав девушку на пике, Чак сильней сжал ее тело в своих руках, врываясь в нее все глубже и яростнее, до тех пор, пока огонь внутри него не превратился в ослепляющую вспышку. Он простонал ее имя, и вцепился зубами в нежную шею, чтобы задержать момент удовольствия, разрывающий его на части.

Они молча прижались друг к другу, дожидаясь, пока бешеный рев их сердцебиения в ушах у обоих не станет ровным и тихим. Когда он отпустил ее и позволил ей, наконец, встать на ноги, они не смели взглянуть друг на друга, сосредоточившись на приведении в чересчур идеальный порядок своей изрядно помятой одежды. Чак первый решился встретиться с ней глазами.

- Я же говорил, что ты промокла, - ей вовсе не обязательно было смотреть на него, что бы понять - вернулась его фирменная ухмылка.

Блэр резко повернула голову и лукаво глянула на парня.

- Нууу… Едва ли я одинока в этом вопросе, не так ли?

Его усмешка едва заметно изменилась, превращаясь в улыбку... улыбку, которой он изредка надевал только для нее. Блэр решила не реагировать на это, и, поправив волосы, начала спускаться по лестнице.

Обернувшись и посмотрев на него, все еще стоящего на площадке лестницы, она выгнула бровь и небрежно спросила:

- Басс, ты идешь или как?

Обсуждение и примечание переводчика №2 на форуме.
 
mio-mioДата: Четверг, 27.09.2012, 20:36 | Сообщение # 17
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline



Скучая по Чаку

Chucksick

Aвтор: suspensegirl

NC-17

Бета: PollyS

Примечание переводчика:

Моим любимым девочкам Team Chair в ожидании премьеры сезона посвящается.

Еще один сладкий миник от автора Over the Rainbow .
3х11, Чак остался в Нью-Йорке с Нейтом лечить разбитое Сереной сердце, Блэр поехала навестить отца во Францию на День Благодорения. 96 часов разлуки... Иногда это слишком много. Она скучает. Она хочет домой.

Бета с этим текстом PollyS, и ей мое мерси за отличную работу.

И, Приятного чтения.


* * *


- Скучаешь по дому? - спросил Гарольд, садясь рядом со своей дочерью на скамейку у окна.

Она мягко улыбнулась и покачала головой.

- Нет... - вздохнула она - У меня тяжелая форма Чакозависимости.

Гарольд наклонил голову и улыбнулся.

- Ты любишь его.

- Слишком сильно, - вздохнула она, смеясь. - И мерзавец тоже это знает.

Его глаза весело блеснули.

- Почему он не приехал? - спросил он.

- У Нейта проблемы. - сказала она. - Он расстроен из-за Серены - добавила она, заметив недопонимание на лице отца.

- Он хороший друг, - сказал он. Блэр согласно кивнула. - Я не думаю, что смог бы выбрать кого-то вместо тебя, даже Романа. - усмехнулся он.

- Ты выбрал. В школе, - напомнила она ему.

Его лицо стало серьезным.

- Я сожалею об этом, Блэр, - прошептал он. Она повернулась, чтобы посмотреть ему в глаза. - Я никогда не оставлю тебя снова. Я обещаю. - Блэр прикусила нижнюю губу. - И вообще, ты можешь даже жить здесь, если захочешь – заразительно улыбнулся Гарольд. - У нас есть большие университеты в округе, некоторые даже лучше Йеля.

Она не знала, как реагировать, и не находила слов, пока ее отец расписывал преимущества жизни в Париже и Франции.

- Но все это не имеет значения, потому что у тебя Чакозависимость, - заключил он.

Она снова прикусила нижнюю губу и мягко улыбнулась.

- Боюсь, что так.

Он покачал головой, но все же улыбнулся в ответ.

- Такая любовь, как у вас, часто не случается.

- Он именно для меня, папа.

Он кивнул и обнял дочь.

- Я знаю, - сказал он, целуя ее в макушку.

Они посидели так некоторое время, глядя, как листья падают с деревьев, а ветер разносит их по всей округе.

- Почему бы тебе не вернуться пораньше? Мы можем отправить тебя сегодня вечером, сразу после ужина.

- Нет, папа, я не могу. Мы итак мало видимся друг с другом. - Она надула губы, напоминая ему еще раз, что иногда она может быть обычной маленькой девочкой. Блэр вздохнула и закатила глаза. - И мне, наверное, надо будет позвать сюда Чака как-нибудь, чтобы вы двое, ну не знаю, подружились, что ли.

- Мы подружимся, - улыбнулся Гарольд. Но она все еще выглядела неуверенной. - Если тебе нужно мое магическое слово "одобряю", - продолжил он, - то оно стопроцентно у тебя есть.

Она моргнула.

- Но он - не Нейт, - сказала она, удивившись. Ее отцу всегда так нравился Нейт в качестве ее парня.

- Я хочу, чтобы моя маленькая девочка была с тем, кто делает ее счастливой, - сказал он, стукнув ее указательным пальцем по носу.

Она почувствовала тепло, разливающееся где-то внутри, и поняла, что сейчас она счастливее, чем когда-либо.

- Я люблю тебя, папа, - сказала она, позволяя обнять себя снова.

- После ужина? - спросил он.

Она кивнула и, обняв его в ответ, прислонилась к нему спиной, чтобы они могли вместе наблюдать красивую французскую осень.

* * *


Было уже поздно, когда Блэр, наконец, добралась до Нью-Йорка. Она прилетела гораздо позже, чем ожидала. По пути она гадала, где сейчас Чак. Проводит ли он ночь в городе, напиваясь с Нейтом, или они в пентхаусе Empire.

Неожиданно ей пришло в голову, что, может быть, он слишком занят улучшением настроения Нейта в это время суток, чтобы найти время для нее. Она нахмурилась, потому что такая возможность по-настоящему огорчала ее. Как-никак, она дала ему целых три дня. Неужели нельзя утешить за это время?

Она вздохнула и нажала на кнопку пентхауса в лифте.

В гостиной и на кухне горел свет, когда она вошла. Блэр ступала осторожно, стараясь не производить много шума своими туфлями на высоких каблуках. Она подумала, что, вообще-то, это было не очень умно, заявиться сюда только в одном белье и плаще, тем более, что Нейт вполне может быть где-то поблизости.

Но она умирала без Чака и его прикосновений, и надеялась, что то же самое происходит и с ним. Она решила, что обидится, если он не заметил их разлуки на целых 96 часов.

Она тихонько шагнула в его спальню, и обрадовалась, увидев силуэт в постели.

Когда она подошла ближе, ее настроение резко ухудшилось.

Там было два силуэта.

Один из них принадлежал Чаку, другой - Нейту.

Это могло бы быть очаровательно, ну, или смешно, в зависимости от ситуации, но не сейчас.

Несмотря на то, что Чак не имел понятия, что она сегодня приедет, и она вообще никого не предупредила, она пришла в его любимом белье! Вернулась пораньше! Уехав от отца, которого, между прочим, она очень любила.

И тут он... отсыпается после пьянки с его лучшим другом (по совместительству ее бывшим, между прочем) в их постели.

Не сдержавшись, она раздраженно фыркнула, и Чак открыл сначала один глаз, потом оба. Она плотнее запахнула плащ.

- Блэр? - прошептал он и заморгал. Он потянулся, чтобы коснуться ее и погладил по бедру, когда она не исчезла. - Ты реальная.

Несмотря на то, что ее не было всего три дня, ему не хватало ее, и он постоянно думал о ней. Сама мысль об этом согрела ей сердце.

- Я хотела сделать тебе сюрприз. - сказала она, не в силах сдержать улыбку.

Она гадала, как сделать так, чтобы Нейт не проснулся. Ответ нашелся сам собой - быстро. Чак откинул одеяло, встал и притянул ее к себе. Его губы прижались к ее губам, горячо и сильно. Его язык ласкал ее, заставляя прижиматься к нему еще сильнее. Потом он стал подталкивать ее в холл, затем отвел на кухню, где, усадив Блэр на стойку, стал раздевать ее и себя.

- Ты не собираешься спросить меня, как прошло мое путешествие? - пробормотала она, пока его губы спускались по ее шее.

- Я думаю, не очень-то и хорошо, учитывая то, что ты вернулась домой так быстро, - хрипло ответил он, посылая по ее телу дрожь.

- Это не та причина, по которой я приехала домой так рано, - сказала она.

Блер закусила губу, когда его рот стал опускаться по ее шее к плечам, и ахнула, когда его губы сомкнулись вокруг покрытого кружевом соска.

- Мое любимое белье, - заметил он с ухмылкой, - Я одобряю.

Она улыбнулась.

- Я знала, что тебе понравится, - она тихо застонала, когда он опустился ниже и начал прокладывать дорожку поцелуев к ее бедрам.

- Ты хорошо меня знаешь, - сказал он глухо, прижавшись к ее пульсирующему центру, с восторгом понимая, насколько она влажная сейчас, что он ощущает это даже через белье. Требовалось немалое самообладание, чтобы удержаться и отступить немного, но он решил помедлить, прежде чем попробовать ее полностью.

- Я удивлена, что ты все-таки проснулся для этого, - поддразнила его она.

Он поднял голову и уже хотел ответить ей колкостью, потому что как она вообще могла обвинять его, что он может быть не готов для секса.

- Ты отключался, - настаивала она. Он приподнял бровь в удивлении. - Как свет, - продолжила Блэр. - И единственная причина, по которой ты проснулся, это то, что я фыркнула слишком громко.

- Единственная причина, почему я открыл глаза, это то, что слышал, как ты фыркаешь. Но я не спал. - Он опустил голову еще раз.

- Так сильно по мне скучал? - лукаво улыбнулась она.

- Как будто ты в это не веришь.

И тогда его язык вошел в нее, и она потеряла способность дышать. Ее ногти впились в его спину, она толкнула его голову еще ниже, усиливая одновременно и невыносимые, и невероятные ощущения.

- Я тоже по тебе скучала, - простонала она, надеясь, что это не похоже на тихий крик.

Он поднялся на ноги, когда ее накрыл первый оргазм.

- Почему бы тебе не показать мне? - спросил он, прожигая ее взглядом.

Она схватила его за шею и накинулась на него поцелуем. Потом обхватила ногами его талию и прижалась к нему всем телом, бормоча что-то насчет дивана. Вместо этого, он понес ее к окну и сильно прижал к стеклу. Она ахнула от ощущения холодной поверхности на ее коже. Затем она чуть было не сказала ему, что кто-нибудь может увидеть их через окно, но он увидел сомнение в ее глазах, прежде, чем она высказала это, и ухмыльнулся, не давая возможности возразить.

Вместо этого она снова поцеловала его, умоляя его самыми грязными словечками, чтобы он быстрее оказался внутри нее.

И он сделал это, заставляя кричать от второго и третьего оргазма за ночь.

Затем он отнес ее на диван и начал любить ее медленно и мучительно-сладко, получая свое собственное освобождение, даря ей еще одно. А придя в себя, он украсил ее кожу легкими поцелуями, бормоча нежные слова.

- Я скучал по тебе, - повторил он снова, но на этот раз говоря о эмоциях, а не о тоске по ее телу.

Она прижалась к нему ближе и обняла.

- Я тоже по тебе скучала, - прошептала она. - Вот почему я вернулась раньше.

Он обнял ее в ответ, поцеловав в лоб и позволяя ей наконец уснуть. Засыпая сам, он надеялся, что это все не окажется иллюзией, в отличие от остальных, что были у него в эти дни.

Было что-то удивительно совершенное в ней, когда она была в его руках. Как будто он знал, что так должно быть всегда, и без этого он не будет чувствовать себя целым.

- Я люблю тебя, Блэр, - прошептал он на ее коже.

Она застонала во сне.

- Ммм, я тебя тоже люблю.

Его сердце затрепетало.

Бабочки.

Они никогда не исчезали.

Буду очень рада увидеть Вас в Обсуждении
 
mio-mioДата: Среда, 31.10.2012, 18:19 | Сообщение # 18
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline


Незаконченный пентхаус
The Incomplete Penthouse


Оригинал

Автор: Disco Shop Girl

Симари: 4 сезон. Блэр готовится стать женой принца.

Примечание переводчика:
На этот раз мне нечего сказать… Это просто Его незаконченный пентхаус.

Посвящается моему Майклу. Спасибо за то, что ты есть, дорогая.


Приятного чтения.


-1-


Блэр стерла с глаз слезы, когда лифт остановился на верхнем этаже отеля Чарльз. Здесь ее хотя бы никто не мог увидеть. Она огляделась по сторонам в поисках ванны, ей нужно было исправить макияж, и немного времени для жалости к себе. Еще ей нужно немного побыть вдали от ее жениха. Борьба за то, чтобы присутствовать на приеме в честь открытия нового отеля Чака была невообразимой. И вообще-то ненужной. Луи получил ее. И почему Луи должен был делать все еще сложнее, когда к "ничего кроме дружбы" с великой любовью ее жизни и так было нелегко привыкнуть?

- Чак? - позвала она, зная, что его нет внизу, в зале приемов.

Блэр огляделась по сторонам с любопытством. Его пентхаус был совсем не таким каким она ожидала его увидеть. Светлый, стильный, шикарный. Не в силах сопротивляться любопытству она стала осматривать помещение заглядывая в комнаты. Большинство из них были не закончены, тут и там валялась бумага и стояли ведра с краской. И здесь было гораздо больше чем стандартные две спальни, - по меньшей мере пять комнат, если не считать ту, что была уставлена полками (очевидно, предназначенную для библиотеки) и ту, что с письменным столом и видом на реку (уже использующуюся как кабинет).

- Многовато для тебя и Нейта - пробормотала она.

Последняя дверь по коридору была явно хозяйской спальней. Ее любопытство вышло за все рамки приличия, когда она взялась за ручку и приоткрыла дверь.

- Чак? - тихо позвала она, как будто искала Его здесь.

Не услышав ничего в ответ и убедившись, что путь свободен она открыла двери и вошла внутрь.

Комната не разочаровала. Она была современной, но роскошной - одеяла и покрывала, со вкусом сделанная атаманка в ногах кровати. Через другие открытые двери она увидела изысканную мебель ручной работы. Ее глаза расширились, когда она вошла в них - гардеробная была почти такого же размера, что и спальня. Подоконник низкого окна, сделанный как диван, туалетный столик напротив, великолепный но пустой. Ждущий кого-то, кто еще не переехал. Взгляд Блэр метнулся к противоположной стене. Комод Чака явно использовали, запонки и мелкие деньги, были разбросаны по поверхности. Подойдя к нему она увидела браслет, что подарила ему в первый месяц их отношений, в великолепной шкатулке под зеркалом и разные безделушки разбросанные тут и там.

Она открыла ящик, чтобы проверить живет ли Он на самом деле тут, и обнаружила аккуратно разложенную одежду. А потянув за дверь шкафа, ряды наглаженных рубашек.

- Ты определенно заселился - пробормотала Блэр открыв следующую дверь и обнаружив ряды Его начищенных ботинок на полках от пола до потолка.

Это было бы не совсем правдой, - сказать, что она не завидовала.

Она заглянула в каждый шкаф, просто чтобы глянуть что там. И потому, что она была хочу-все-знать женщиной. Одна сторона комнаты была заполнена Его аккуратно разложенной одеждой. Но шкафы на другой стороне были абсолютно пусты. Не одного галстука, пальто или даже плечика.

Она выдвинула роскошный стул от туалетного столика и осторожно села. Ее длинное синие вечернее платье упало волнами вокруг ее ног, а она посмотрела в зеркало. Все было не так уж плохо. Слезы высохли, тушь не размазалась. Вместо этого глаза были ярче, чем они были в течение нескольких месяцев до этого. Волнение, пропавшее из ее жизни уже больше чем год, теперь блестело в ее глазах.

Довольная своим отражением она оглянулась через плечо, заметив, как именно было расположено зеркало над комодом Чака - оно висело так, чтобы ловить отражение того, что было прямо перед ней. Грустная улыбка проскользнула по ее лицу, когда она представила себе упущенные возможности.

Она бы седела за этим туалетным столиком по утрам, расчесывая волосы или надевая украшения. А за ее спиной был бы Чак, делая то же самое - поправляя волосы, надевая часы. И все это время, они могли бы смотреть друг на друга, делится интимными улыбками, через их гардеробную.

Фантазия взволновала ее сердце, больше, чем волновал Луи, все это лето. Ее руки заскользили по полированной столешнице стола, осторожно чтобы не царапнуть ее своим обручальным кольцом.

Все здесь было прекрасно. Она дотронулась до медной ручки верхнего ящичка, заметив, что на нем есть защелка, ее самые любимые украшения лежали бы здесь, если бы это был ее дом.

Что-то мелькнуло внутри деревянного ящика, приглядевшись она пришла в замешательство. Одна черная коробочка, скрытая от мира. Приподняв бровь она посмотрела вокруг, - на этой стороне комнаты не хранилось никаких вещей.

Она вытащила коробочку, и открыла ее чуть трясущимися пальцами. Блэр замерла, когда коробочка открылась. Кольцо. Оно было похоже на то, что подарил ей Луи, за исключением того, что было значительно менее габаритным чем то, что сейчас украшало палец ее левой руки. В качестве защиты ее разум тут же стал радостно перечислять недостатки этого кольца по сравнению с королевским подарком, но ее сердцу было все равно.

Это был пентхаус Чака. Гардеробная спальни Чака. У него никого сейчас не было. И она видела это кольцо Harry Winston в Париже. Уже почти видела его, когда Ден Хамфри решил попытаться разобраться с Чаком, и в день своей помолвки.

Она чувствовала себя больной, вцепившись в это кольцо, которое Чак никогда не давал ей в руки. Зачем Он хранит его у себя? Здесь? И самое главное - почему он его не вернул?

Она поспешно закрыла коробку вернув ее обратно в ящик, резко его закрыв. А вот удалить его образ из сознания было не так-то просто. Ее желудок сжался при мысли, что Чак был свободен от нее уже несколько месяцев, но все равно делал это с собой.

Он что решил провести всю свою жизнь так? Просто ожидая ее? Для сказки, которая никогда не наступит?

- Мне надо выбираться отсюда - она поднялась из-за туалетного столика и, спотыкаясь, пошла к двери.

Не желая возвращаться через спальню, она спотыкаясь вошла в третью дверь, и замерла. Это не была спальня в стиле декадент. На стенах не было обоев, как в королевских дворцах. Они были окрашены в очень нежный сиреневый цвет. Блэр остановилась, пытаясь понять. Все было, как то особенно, в этой комнате. Арки были выкрашены в цвет топленого молока, а свет заливал комнату через великолепное окно. Она подошла ближе, стараясь понять, что именно отличало это окно от других и поняла, что оно отличается ото всех окон в здании. Настоящие французские двери с деревянной отделкой и стекла, открывались на огороженный дворик, отделанный состаренным кирпичом и заставленный цветами.

Она выглянула, удивляясь, почему Чак сделал такую классическую архитектурную вставку в свой новый брендовый отель. Затем она повернулась к двери и от настигшей ее мысли желудок подступил к ее горлу.

Там была она.

Кресло-качалка. С детской книжкой «Элоиза» лежащей на сиденье.

- Элоиза, - сказал Чак ей однажды, - это я и ты, в одном лице. Она идеальная принцесса, которая всегда добивается своего - это ты. И она выросла в отеле, без какого-либо контроля со стороны взрослых.

- Это Ты, - прошептала тогда Блэр.

Она в тот момент была очень сонная после бурного секса и не очень связно мыслила, чтобы поддерживать разговор.

- Когда мы ... - начал говорить Он, но Блэр так и не услышала остального. Она была уверена, что он остановил себя, хотя, мгновение спустя ,Чак заявил, - Это детская сказка. Я хотел бы прочесть ее снова когда-нибудь, я думаю, ты и я в одном лице понравится…

Колени Блэр ослабели, и она не могла стоять, даже, когда облокотилась на стену. Она медленно сползла по ней. Глядя на кресло качалку.

Такие ставят только в детскую.

- Ребенку - прошептала она.

Плюшевый белый ковер был удивительно мягким, по нему сейчас рассыпался шелк ее платья.

Чак был загадкой для большинства людей, даже его лучшего друга. Но не для нее. Она могла посмотреть на него и сказать, что он чувствует, для этого им необязательно было говорить. И эта комната была мечта, которой он никогда бы не осмелился бы поделиться ни с кем, даже с ней. Она была красивой, невинной, и говорила о надеждах, о которых Он делал вид, что их нет.

Она посмотрела через романтические стеклянные двери на террасу и сад. Ей нужен был воздух. Потянувшись она схватила за ручку, чтобы снять блокировку, и стеклянная дверь распахнулась. Слабый ветер медленно принес тонкие ароматы сада в детскую. Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох не в силах справится с эмоциями нахлынувшими на нее, как прилив, на борьбу с которыми, она не могла даже надеяться.

Пахло замечательно.

Сама не зная как, она снова встала на ноги и пошла к гардеробной. Только сейчас заметив, что детская всего в нескольких шагах от большой пустой кровати. Только если ты намерен вставать посредине ночи, чтобы позаботиться о своем ребенке, нужно быть так близко. И никаких нянь неподалеку.

Ее сердце сжалось от того, что она видит. Пальто Чака было брошено на кровать. Он живет здесь, это Его дом. Он спит на этой кровати. Он одевается в этой гардеробной. А за дверями, в нескольких шагах от нее, находится нетронутая комната ребенка.

Она думала, что она знала все секреты Чака. Она была очень, очень не права.

Уходя она споткнулась у антикварного столика и ее взгляд выхватил инициалы выгравированные на золотистом дереве под безупречной лакировкой. Пара букв, которые она никогда не осмеливалась написать на полях своей школьной тетрадки. ББ. Блэр Басс. Она закрыла глаза на секунду, а затем рванула на себя ящик комода, отказываясь останавливать себя.

Блэр схватила кольцо, и прошла обратно в детскую, опускаясь в центре пола. Обосновавшись она открыла коробочку и вновь задохнулась видя его. Затем она осторожно положила его на пол. Кольцо притягивало к себе последние лучи света, проникавшем через открытую дверь, разливая разноцветные радуги вокруг.

Затем она сняла обручальное кольцо и положить его рядом, сравнивая. Оба от Harry Winston, как будто она собиралась их коллекционировать. Одно показушное, желтое, и одно с классическим алмазом. Одно дано ей от чистого сердца, открыто и с любовью, другое, куплено в отчаянной попытке убежать от своих грехов. Одно, носится с гордостью на пальце, и почти выставляется напоказ всему городу. Другое, спрятано в гардеробной, о которой она не имела не малейшего понятия. Скрыто на пути в детскую, которую Он построил, но спрятал, слишком напуганный, чтобы признать, каксильно Он этого хочет.

Она посмотрела снова в окно , на цветы. Даже не будучи специалистом в домашнем хозяйстве, Блэр знала, что сады не терпят пренебрежительного отношения - им нужен уход, постоянное внимание садовника. Никто, кто вырос на верхнем Ист-Сайде не знал, что такое сад. А это значит, у Него есть специальные сотрудники, чтобы ухаживать за этим крошечным уголком мира, хотя его главного хозяина даже не существует.

Но здесь к нему готовы.

Она думала об этом, когда услышала, как открылась дверь и послышался голос Чака.

- Здесь кто-то есть?

- Здесь - ответила Блэр не задумываясь.

Она почувствовала Его взгляд на себе.

- Что ты делаешь? - спросила она, со слезами, наконец потекшими из ее глаз. - Твоя гардеробная ждет кого-то. У тебя есть детская.

Он не сказал ни слова, просто закрыл глаза, а потом опустился на пол рядом с ней. Он не трогал ее, не смотрел на нее. Просто уставился на французские двери во внутренний двор.

- Ты не должна была этого видеть. - все что Он смог ответить.

- Я выхожу замуж в этом году, - обвинила она его. Так, как если бы комната была уловкой чтобы вернуть ее назад.

Ни один из них ничего не сказал. Чак не собирался оправдывать себя перед ней. Вместо этого они просто сидели.

- Зачем ты делаешь это с собой? - наконец заговорила Блэр. - Через четыре месяца я стану его женой.

Уголком глаза она заметила, как Чак подтянул колени к груди. Защитный инстинкт пнул ее глубоко в живот. Как недавно, сделало это место.

- Я не могу перестать надеяться.

Он повернулся, и посмотрел на нее. Действительно смотрел на нее, как будто не имел на это право в течении нескольких месяцев.

- Я умру, если даже не буду хотеть что-то больше.

- Я делаю тебе одиноким? - тихо всхлипнула она.

- Ты делаешь меня… С тобой я надеюсь на что-то еще… - сказал Он снова поворачиваясь к саду. - Больше, чем удобство и хороший разговор. Вечеринки и бизнес встречи. Однажды, я хочу настоящего счастья, и, когда мне кажется, что этого никогда не будет… у меня есть эта комната. Незаконченный гардероб. И незаконченный пентхаус, ожидающий, что его заполнят.

Он повернулся, чтобы посмотреть на нее, но увидел похожие кольца на полу. Его сердце сжалось от надежды в которой Он так отчаянно нуждался, и от потока адреналина. Закрыв глаза, Он заставил себя дышать. Блэр сделала свой выбор и счастье было не в Его ближайшем будущем.

Не в состоянии оставаться здесь больше, он поднялся на ноги.

- Увидимся внизу, на вечеринке, - он позволил себе вдохнуть аромат ее волос, и поцеловать ее в макушку.

Хотя бы еще один раз.

Затем он вышел, оставив ее в одиночестве, с ее похожими кольцами, и ее противоречивым сердцем.
 
mio-mioДата: Пятница, 02.11.2012, 22:54 | Сообщение # 19
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline
-2-


Блэр проскользнула в лифт нажав кнопку пентауса и приложив украденную карту ключ к считывающему устройству. Двери закрылись, и лифт начал движение. Она умоляла Нейта увести Чака отсюда на пару часов, отвлечь Его. Завтра частный самолет увезет в Монако, а через две недели она станет принцессой. Она фыркнула, почти не веря, что однажды, Анна Арчибальд отвергла ее, потому, что она была девушкой Чака Басса, остановив ее от возобновления самых близких и доверительных отношений, которые у нее когда либо были.

Если Чак Басс затенял ее, и она пыталась с этим бороться, то Луи Гримальди был просто солнечным затмением. И ее девичья фамилия больше никогда не будет произнесена. Но она не собиралась отказываться от себя, потому, что она любила Его.

Это было большее, что она могла сделать для Чака. Чака, который сделал гораздо больше для нее.

- Прекрати, - попыталась она встряхнуть себя.

Она собиралась стать женой Луи. Она хотела быть счастливой. Ей просто нужно было взглянуть хотя бы разок на то, что было наверху. Она была уверена, что второй раз в Его доме, убедит ее, что это вовсе не так, как хотела заставить ее поверить ее память.

Двери лифта открылись, и она решительно зашагала по направлению к спальне. Постель была застелена - прислуга работала исправно, но комната выглядела намного более жилой. Цветной шарф был прикреплен к одному из столбиков кровати. Блэр закатила глаза, надеясь, что у Чака не осталось следов на запястьях - это так вульгарно, а все потому, что ты не умеешь привязывать мужчину правильно.

Она поспешила, прямо через открытые двойные двери в гардеробную. И хотя, она собиралась пойти прямо в детскую, что-то остановило ее. Один шкаф на пустой стене был открыт. И в нем висело платье. Великолепное платье. Безусловно, сделанное на заказ, и она никогда не видела ничего подобного. Цвета красного вина с множеством слоев шелка, каскадом спадающего на пол.

Она сделала шаг к нему, но уловила движение краем глаза. Резко повернувшись Блэрс облегчением осознала, что это лишь ее отражение. Это было новое зеркало, от пола до потока, в позолоченной раме, оно стало еще одной частью безупречной обстановки этой комнаты.

Она снова повернулась к платью и осторожно дотронулась до него, словно оно было проклято. Вкус Чака в одежде от кутюр безупречен. Она не удержалась и взяв платье приложила его к себе вновь повернувшись к зеркалу, разглядывая себя в изумлении. На ее щеках загорелось смущение, но она не смогла себя остановить от того, чтобы стянуть свою одежду и осторожно надеть на себя это творение.

Оно подходило ей, как перчатка. В памяти вновь всплыло отвратительное платье, что презентовал ей Луи пару дней назад, которое не польстило бы никакому бюсту, меньше чем у Серены. Теперь же, она восхищалась обхвату талии и со вкусом сделанному декольте. Вновь взглянув на вешалку, она увидела последний штрих этого платья, который на секунду заставил ее растеряться. Только приглядевшись она поняла, что на самом деле, это галстук- бабочка сделанная из той же ткани, что и платье. В растерянности она взглянула на комод Чака, поймав в зеркале свое отражение с порозовевшими от счастья щеками, и глазами которые сверкали от волнения. Она быстро отвела взгляд. Блэр поспешно дернула молнию платья вниз, так что едва не вырвала ее, и бросила платье на свой туалетный столик.

Как и в прошлый раз она резко почувствовала себя больной, а ее желудок сжался.

Когда она взглянула на себя в зеркало еще раз, все, что она увидела, было ее несовершенное тело, на которое она поспешно натягивала свое прежнее платье. Грудь, которая вовсе не заполняла, как нужно, верх платья, и бедра на которых было слишком много жира. Она не смотрела на себя после этого. Вместо этого, она оставила платье, и пошла в детскую.

Двери были закрыты, но на этот раз, она, не колебалась ни секунды, перед тем как открыть их. Деревья во внутреннем дворике теперь были украшены тысячами крошечных серебристых лампочек, мерцающие сейчас, как небо полное звезд. На ее глазах выступили слезы когда они подмигнули ей, будто светлячки.

- Ты можешь сделать это, - подбодрила она себя, нащупывая на стене выключатель. Найдя клавишу она ожидала что загорится яркий свет над головой, но вместо этого ожили два светильника с приглушенным светом, которых не было, когда она была здесь в последний раз. Теперь же, по обе стороны двери в патио стояли часовые.

Это были гигантские игрушечные солдатики, каждый из которых держал фонарный столб, которые создавали мягкое, ненавязчивое освещение в детской.

Блэр не могла оторвать взгляд от этих фигурок чуть меньше человеческого роста. И ее, и так слабое сейчас сердце, практически таяло. Они были такие причудливые, но каким-то образом именно такие, как нужно. Она никогда не видела ничего подобного, в цилиндрах и ярко-красных мундирах, они выглядели так, буд-то охраняли Букингемский дворец.

Она выглянула за дверь и увидела, что кресло-качалка все еще здесь. Блэр села в кресло отмечая насколько идеально оно. Оно было не просто красиво, но еще и невероятно уютным, положив руки на подлокотник, она осознала, что у тебя должен быть в руках ребенок, когда ты сидишь здесь. Ее резко перестало восхищать кресло. Вместо него она сосредоточилась на комнате.

Она больше не была пустой. Кроме оловянных солдатиков появились теперь и ряд полок. На них стояла «Элоиза» и несколько ее друзей. К ней присоединилась Анджелина балерина, Клайв в стране крокодилов, Спокойной ночи луна.

А так, большинство полок цвета топленого молока были пусты, и это было хорошо, потому, что последнее название заставило ее отшатнуться.

Маленький кузен Луи читал ее несколько недель назад, она видела, как книга лежала в гостиной. Но название было по-французски.

Bonsoir Lune.

Тогда она посмотрела на книги, которые были на полках Грейс Гримальди, ей пришло в голову, что, даже если она будет читать своим детям эти истории, они не поймут. Конечно, они могут быть двуязычными, но их родной язык не будет ее языком, они вырастут среди французской речи, и будут думать по-французски.

Ни какой Спокойной ночи луна.

Никаких книг, которые приходили ей сейчас на ум.

Она не понимала, сколько прошло времени, пока мягкое "Привет," от двери, не заставили ее подпрыгнуть.

- Боже мой, - она прижала руку к груди пытаясь успокоить ее выпрыгивающие сейчас сердце - Ты напугал меня.

- Это моя квартира, - возразил Он.

- Мне не позволено быть здесь? - огрызнулась Блэр.

Чак помолчал. Она застала Его врасплох. Он закрыл глаза и прислонился спиной к двери, медленно опустившись на пол.

- Ты можешь придти в любое время когда захочешь - спокойно уступил Он, уронив голову назад, чтобы прислониться к косяку.

Блер изучал его, пока он не замечал этого, прикрыв глаза и сильно сжав челюсть. Она уже сделала свой выбор, и отвергла Его. Выбрав другого. Но Он все еще был так красив, так трагичен сейчас, и, как всегда, так обаятелен. Ее сердце щемило, прося, быть с ним еще раз, чтобы почувствовать снова, то, что она чувствовала в ночь бармитцвы. Чтобы почувствовать, как она почувствовала себя второкурсницей Колумбии, когда Он решил пожертвовать своим деловым успехом и выбрал ее, а не свои амбиции.

- Мне нравятся солдаты - прервала она молчание. - Хотя они больше для мальчиков. Ты так уверен, что не будет мисс Басс в твоем будущем?

Чак улыбнулся, но ей казалось, что она не видит всего. Будто что-то происходит в его голове, что она не понимает.

- Джек был здесь. Опять. - признался Он. - Можно сказать, что к тому времени как Он закончил, я чувствовал что мне необходимо немного защиты. И вот они здесь.

- Мне они нравятся - призналась Блэр тихо, как будто не желая разбудить несуществующих владельцев комнаты.

- Мне тоже, - улыбка Чака погасла. Он протянул руку к книжной полке и протянул ей красочную книжку в твердой обложки. - Одна из моих нянек читала мне это.

Блер посмотрела на обложку.

- Волшебный магазин игрушек,- прочитала она. - Я такую не знаю.

- Это глупо, - пытался Он скрыть свои слабости. - Но там были раскладывающиеся страницы, с двигающимися фигурками. Мне нравилось.

- О чем она? - спросила Блэр, заинтересованная, Его личными переживаниями, которыми Он решил сейчас с ней поделится.

- О балерине, которая продается в магазин игрушек. Она ждет своего оловянного солдатика, который придет за ней. Но он потерялся, и прежде чем он смог дотронуться до нее, наступил день и магия исчезла. Он был сломлен и оказался на улице.

Блэр как раз открыла книгу на первой странице, и дотронулась до маленькой куколки балерины, когда его слова дошли до нее. Ее глаза метнулись к Его, наполняясь слезами.

Чак улыбался, но выглядело это так, буд-то это Он потерял магию. Тускло и печально.

- Он решил, что лучше потеряться в снегу, чем жить в безопасности в магазине игрушек, зная, что им никогда не быть вместе опять.

Он поднялся на ноги и подошел к солдатику. Блэр смотрела в изумлении, как Он осторожно потянулся к тому, что она не видела раньше. Заводная фарфоровая балерина стояла на раскрытой ладони солдата. Зачарованная, она поднялась на ноги и пошла в его сторону, а он повернул ключ несколько раз и вернул балерину в руку солдатика.

Хрупкая фарфоровая статуэтка, начала вращаться на месте, ее сопровождала, нежная мелодия.

- И оказалось, что даже на заснеженной улице, он может видеть, как она танцует. И этого достаточно для него.

Они оба смотрели на танец балерины, не смея отвести взгляд, пока ее песня не подошла к концу. Затем они одновременно повернулись, и из глаза одинаково блестели. Чак потянулся и поцеловал ее в лоб.

Потом сказал нежно и искренне:

- Спокойной ночи, Блэр. - и исчез.

Когда она выходила из пентхауса спустя несколько минут она не видела Его не где. Но она и не заметила, что длинное красное платье было возвращено в шкаф.
 
mio-mioДата: Суббота, 03.11.2012, 18:28 | Сообщение # 20
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline
-3-


- Блэр! - рявкнул голос Элеонор в телефоне. - Ты вообще думаешь, что ты делаешь?

- Расслабься, мама. Я кое-что забыла в Нью-Йорке. Вернусь завтра утром. Скажи всем, чтоб не скучали без меня.

Еще до того, как очередная порция выговоров донеслась до нее она сбросила вызов. Потом еще раз быстро проверила Сплетницу. Чака не видели с тех пор, как Он сел на рейс до Белиза, неделю назад. Очевидно в попытках забыть себя, пока она выходит замуж за другого, или чтобы никто не смог обвинить Его в этом.

До свадьбы оставалось еще двадцать четыре часа и ей едва хватало времени, чтобы проникнуть в Его пентхаус и оставить свой драгоценный подарок. Поэтому она приехала сюда в середине утра. Зашла в лифт, как обычный гость и, нажав на кнопку своего этажа, приложила свою карту-ключ.

Слава Богу, в пентхаусе было тихо. Она могла рассмотреть мельчайшие детали. Аккуратные стопки деловых бумаг, бар заставленный рядами бутылок - привычные вещи окружавшие Его. Однако были вещи которые не были перевезены сюда из Empire. Больше никаких фотографий, известных бейсболистов или трофейных шарфов. Вещи, которые Он любил. Их не было, или по крайней мере их не было на виду.

Она заметила, что ее любимый Ренуар висел в коридоре, по пути к его комнате. И она надеялась, что он не думал о ней каждый раз, когда приводил женщину в свою постель. Но глубоко внутри Блэр знала, что картина будет мучительно напоминать ему о ней каждый раз, когда Он будет делать это.

В спальне царил беспорядок, и это было странно. Возможно Он разогнал обслугу.

В гардеробной, в центре ее туалетного столика, лежала черная ювелирная коробка, резко выделяясь на фоне полированной поверхности. Из любопытства Блэр отложила свой пакет и открыла ее. Она была пуста. И это был сюрприз.

Удивленная она осмотрела ящик комода, перевернув все там, - но ничего. Где же ожерелье, которое скорее всего было в ней?

Стряхивая свое любопытство, она закрыла коробку и вернула ее на место, решив закончить начатое и внести свой маленький вклад в детскую. Думая, что она здесь одна, Блэр решительно направилась к сиреневой комнате. Войдя же в комнату она обнаружила распахнутые настежь двери во внутренней дворик, через которые комнату заливал теплый утренней свет.

- Чак, - она была потрясена.

Он лежал на спине глядя в небо и выглядел ужасно. Небритый, усталый в помятой одежде, а Его обычно безупречные волосы были в диком беспорядке. Но хуже всего было то, что Он выглядел опустошенным.

Пока Он не заметил ее.

- Блэр? - прошептал он, не веря собственным глазам.

Он быстро поднялся, но не смел войти внутрь, будто боясь уничтожить хрупкую иллюзию.

- Ты должна быть в…

- Монако, - закончила она за него. - Я знаю. Самолет Луи уже готов и я вылетаю туда поздно вечером. Выходить замуж за моего принца! - голос ее звучал неестественно бодро. Потом она споткнулась и фасад пал. - Ты должен быть сейчас в Белизе.

- Я хотел побыть один, без материнской заботы, постоянных «ты порядке?», и звонков каждые пол часа. Пусть думают, что я уехал из города.

Он посмотрел на нее с опаской, когда она вышла во внутренний дворик. Пытаясь спасти свое, и так уже разбитое, сердце, от рассыпание на еще большее количество осколков, пока пряди ее волос ловили солнечный свет и становились золотыми.

- Если ты возвращаешься в Монако, тогда почему ты здесь?

Блэр опустила глаза на свои руки в которых она держала пакет.

- У меня есть кое что, для…

Она не могла заставить себя сказать это священное слово. После паузы она повернула голову и посмотрел назад, в дверной проем, чтобы указать, что именно она имеет в виду. Снова повернувшись к нему она развернула обертку коробки. Чак с любопытством смотрел, как она обернула кусочек шнурка вокруг пальца и осторожно подняла. Это был мобиль с необычными фигурками из стекла и дерева. Хотя присмотревшись Он понял, это не стекло, это были алмазы, рубины и сапфиры.

- Это карусель,- объяснила Блэр, покачивая пальцами, чтобы распутались лески.

Распутавшись, там показались семь разных фигурок зверюшек, каждая меньше чем с кулак, идеально вырезанные из светлого дерева. В середине каждой фигурки было полое отверстие куда был вставлен драгоценный камень, достаточный, чтобы ловить свет. Это было завораживающе, великолепно и совершенно уникально. Чак был ошеломлен.

- Я думаю ее можно повесить у окна, чтобы попадал свет, - кивнула Блэр собираясь вернуться в комнату.

- Нет, - он остановил ее, поймав за запястье.

Блэр повернулась, явно не ожидая такой реакции. Он осторожно забрал мобиль из ее рук. На секунду прикрыв глаза, собираясь с силами. Потом открыл их и встретился с ее удивленными взглядом.

- Тебе разрешено принести только одну драгоценную вещь в эту комнату.

Глаза Блэр распахнулись.

- И это не то, что можно купить, - попытался повысить голос Он.

Блэр быстро заморгала. Это конечно приходило ей в голову, она знала, что так может быть. Но она не готова была столкнутся с этим сегодня. Он должен был быть в отъезде.

Как истинная Уолдорф она попыталась спорить.

- Это было в моей семье на протяжении пяти поколений, - сообщила она ему, тем самым сводя на нет условие "не покупать".

- То, что я ищу было в вашей семье больше, чем пять поколений, - прошептал он ей на ухо проходя мимо нее, в комнату. Мгновение она стояла, ошеломленная, пытаясь понять, что же только что произошло.

- Эй! - с возмущением крикнула она ему вслед.

Его не было в гардеробной, но он быстро вернулся с чем-то в руке. Девушка пришла в восторг, когда он протянул ей верхнюю часть мобиля и небольшой крюк. Блэр взяла их, затем взвизгнула от неожиданности, когда он схватил ее за талию.

- Там болт, торчащий чуть выше дверного косяка, - было единственное объяснение, которое она получила, прежде чем Чак крепко обхватил ее за талию и поднял в воздух.

Блэр быстро прикрепила крючок к действительно оказавшемуся там болтику, - его просто не было видно снизу. Затем она аккуратно прикрепила животных на мобиль, чтобы они двигались в дверях детской. Она не сказала в слух о том, что коллекция зверушек в детстве украшала ее собственную спальню, Чак и так догадался.

Как только она их закрепила, руки Чака опустили ее и она вновь коснулась пола. На мгновение его руки задержались там, где были. Очарованная, она потянулась и нежно толкнула мобиль, наблюдая за тем, как животные молча начали описывать танцующий круг.

- Я любила их, - улыбнулась она, наблюдая, как свет играет в гранях камней. - Папа всегда называл вот этого медвежонок Блэр - она коснулась медведя с рубиновым сердечком.

Он обхватил ее руками за талию и прижался к ее спине, не производя ни звука. Потом его лоб коснулся ее плеча, и он шепотом признался:

- Больно.

Она сделала глубокий вдох и запустила руку в его волосы.

- Я знаю. Мне тоже, - призналась она.

Она нежно гладила его по шее в течение долгого времени. Зверушки иногда ловили ветер и меняли направление своего движения, но ничто уже не могло изменить их путь - путь Чака и Блэр. Через полчаса, Блэр сделала шаг вперед, покидая его объятья.

- Мне надо идти, - сказала она ему.

Он просто прошел мимо нее, снова во внутренний дворик, не сказав ни слова. Блэр кивнула. Что еще она могла ожидать? Завтра день, когда она окончательно разобьет ему сердце, выйдя замуж за другого, а не за свою великую любовь.

Уходя, она вновь заметила пустую ювелирную коробочку, и не смогла сдержаться и не спросить. Как мазохист она взяла шкатулку и вышла на улицу.

- Что здесь было? - спросила она.

- Ожерелье, - улыбнулся он, фыркнув, словно не веря сам себе. - К красному платью.

Очевидно был какой-то подтекст в его словах, что-то что она пропустила. Блэр не понимала.

- Куда оно делось?

Он закатил глаза.

- Он теперь покупает тебе Harry Winston, не я.

Этого ничего не объясняло. Но Блэр ощутила, как его слова словно ударили ее в живот.

Не говоря ни слова, она бросилась к туалетному столику и бросив коробочку из-под ожерелья и потянулась к ящику стола. Он застрял и не желал открываться, что заставляло ее тянуть еще сильнее. Страх нарастал. Когда фарфоровая ручка наконец поддалась и ящик открылся она оглядела темную поверхность. Там было пусто. Отчаянный поиск руками подтвердил догадки, которые скручивали ее желудок сейчас.

Ее кольцо исчезло.

Она закрыла глаза, понимая, что она определила свою судьбу. Огорчало, только что она определила и его судьбу тоже. И он, наконец, сдался и Его пустой пентхаус ждет обитателей, которые, возможно, никогда не появятся здесь. Она дошла до ванной и ее вырвало. Само ее тело восставало против того, что Чак сдался. Он смирился - они никогда не смогут быть вместе.

Он не пришел, чтобы подержать ее волосы или просто признать, что она все еще здесь. И после того, как спустила воду и прополоскала рот, она поняла, что не может выйти туда и утешить его. Блэр не могла сказать, что все будет хорошо, или, что она оставит своего принца. Вместо этого она села в лифт, не говоря не слова, и оставила свою карту-ключь на стойке регистрации для дезактивации.
 
mio-mioДата: Суббота, 03.11.2012, 18:45 | Сообщение # 21
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline
-4-


Последние три года, Луи, человек, который должен был любить ее больше всех в мире, умудрился испортить ей три дня Благодарения. Он держал ее в Монако, вдали от друзей и семьи. В то время, как она тосковала по парадам и тыквенным пирогам, она получала ужины с напыщенными главами государств и встречи с простым народом. Когда стало похоже на то, что он собирается испортить еще и рождество, она взбунтовалась. Села на коммерческий рейс в Нью-Йорк, приказав Дороте подготовить пентхаус ее матери.

Она строила планы, как проведет эту неделю и была неприятно удивлена, когда Луи явился в канун рождества полный сожалений и рвения все исправить. Но даже он не смог ее остановить, когда она собралась на рождественскую вечеринку Чака Басса. В итоге ему просто пришлось следовать за ней.

Это было очень неудобно. Его семья и все Его друзья были там. И хотя они знали, что это был решение Чака позволить Блэр быть счастливом с Луи, это не выглядело нормальным - вернуться и явить им того, из-за которого Чак пожертвовал своим счастьем.

На Луи бросали довольно презрительные взгляды и он старался держаться рядом с Блэр, а это означало то, что ей приходилось терпеть неловкие разговоры. В итоге ей это все надоело и, извинившись, она удалилась в ванну. Но туда уже ушла Серена, поэтому подойдя, Блэр обнаружила, что ванна занята. Не желая возвращаться на вечеринку Блэр обернулась и посмотрела в конец коридора. Дверь в спальню Чака была закрыта. Похоже сейчас у него никого не было, Сплетница не сообщала ни о чем серьезном уже несколько месяцев.

Ее распирало любопытство, она взглянула через плечо, затем прошла по коридору, открыла дверь спальни и прошмыгнула внутрь.

Серена выходя из туалета, увидела лишь ее спину, когда дверь закрылась.

В это время Блэр пыталась определить, что изменилось. На первый взгляд изменений было не так уж много: несколько картин исчезло и стены были другого цвета, а так все было, как раньше. Заправленная постель и книга с его стороны. И никаких признаков постоянного присутствия кого-то. Двери в гардеробную были открыты и Блэр переступила через порог. Первое, что бросилось ей в глаза: её комода больше не было. Инициалов на полированном дереве, которые она не приняла, тоже нигде не было видно. Оглядев помещение, она поняла, что их здесь больше не было вовсе, и почему-то это очень расстроило ее.

Пытаясь найти, что же еще исчезло, она открыла шкаф, где когда-то было красное платье. Шкаф больше не пустовал, но он использовался для хранения разного барахла. Строительные чертежи стояли внизу, и дополнительные простыни и подушки были на верхней полке.

Ее вещей больше не было в его гардеробной, очевидно, как и его планов на них. К сожалению, то же нельзя было сказать о месте которое по-прежнему свято хранилось в ее сердце.

Она открыла дверь и щелкнула выключателем. Свет за французскими дверьми немедленно ожил и, секунду спустя, загорелся в лампах ,в руках двух игрушечных солдатиков. Она прижала ладонь к губам, пытаясь заглушить всхлип. Блэр была потрясена, что сиреневая комната все еще была скрыта здесь.

- Би? - голос Серены испугал ее и она нервно обернулась.

Серена подошла ближе и протянула руку к сверкающей карусели на дверях.

- Она восхитительна, - оценила Серена, глядя на мерцающие огоньки на балконе, и город вдали. - Что это за место? - спросила она, присаживаясь в кресло.

Серене пришлось взять на колени плющевого Винни-пуха, который был посажен в кресле, прежде чем сесть в него.

- Он приходит сюда, когда расстроен, - Блэр печально осматривала все вокруг, отмечая все изменения.

Небольшой Ван Гог с изображением полевых цветов, теперь украшал одну из стен. Книжная полка великолепного антикварного шкафа из беленого дерева почти вся была заполнена книгами.

- Покупает плюшевых мишек? - пошутила Серена, обнимая Винни-пуха, уводя тему в сторону. - Это то, что я бы никогда не ожидала от Чака. Как думаешь стоит предупредить Сплетницу?

- Это наша детская, - уточнила Блэр для своей неосведомленной лучшей подруге, приглушенным голосом. - Он не обидел ее.

Это была не шутка. Комната для их ребенка все еще была тут, целая и невредимая. Это означало лишь одно: Он не сдался. Она бессознательно потянулась к балерине оловянного солдатика, поправляя так, чтобы он мог наблюдать, как она танцует.

- Подожди, ты об этом знала!? - в голосе Серены явно слышалось неодобрение.

Блэр кивнула.

- Карусель, - показала она, повернувшись. Ей потребовалось некоторое время, чтобы не разрыдаться прямо здесь и сейчас, и нормально сложить звуки в слова. - Карусель моя, - это все, что она могла, наконец, выговорить.

Она долго смотрела сквозь слезы на Серену в тусклом освещении комнаты. И, наконец, попросила:

- Приведи Чака. - все, что сказал Блэр, прежде чем отвернутся от подруги к большим стеклянным дверям.

- Хорошо, - подчинилась Серена.

Все таки она была подругой Блэр задолго до появления Луи, и будет долго после того, как он исчезнет. Серена вернулась в гостиную и тронула хозяина за плечо. Чак посмотрел на нее вопросительно, девушка кивнула головой в сторону кухни.

- Могу я поговорить с тобой минутку?

Чак не сказал ни слова, лишь нахмурился, и, поставив свой стакан, проследовал за ней на кухню.

- Послушай, сестренка. Если тебе нужно… - начал он раздраженно.

- Блэр ищет тебя, - прервала она его, исключая всякий двойной смысл, возможный при этом разговоре.

Чак долю секунды молчал, прежде чем спросить:

- Где?

Серена посмотрела на него долгим, понимающим взглядом. Потом она наклонилась к нему и крепко обняла. Она немного взвизгнула и не удержалась от того, чтобы подпрыгнуть пару раз.

- Ты опустошила бар, перед тем как прийти сюда сегодня? - спросил он снисходительно.

- Нет! - возразила она. - А теперь иди к Блэр. Она в сиреневой комнате с игрушечными солдатиками. Мне кажется она говорит о ней, как о живой.

Чак глубоко вздохнул.

- Она в детской? - перефразировал он, не в силах поверить, что Блэр пошла туда охотно.

Серена кивнула.

Чак тут же выскочил в другую дверь, избегая своих гостей. Он мчался по коридорам, и через свою комнату до тех пор, пока не увидел ее. Остановившись он осторожно подошел к ней сзади:

- Блэр?

Она повернулась, в ее руках был желтый плюшевый медвежонок.

- Я любила в детстве Винни-пуха, - со слезами сказала она.

- Я тоже, - признался он.

Он подождал немного, прежде чем спросить то, что могло буквально уничтожить его, но больше всего он хотел знать ответ. Сглотнув, Чак посмотрел на карусель Уолдорф.

- Ты все еще хочешь привнести что-то... кого-то, в королевскую семью Монако?

Она ответила не сразу. И, когда заговорила, это не прибавило ясности.

- Когда ты взрослеешь, ты понимаешь, что Винни-пух, вообще-то, наркоман, подсевший на мед, и, вероятно, кончится все это диабетом или болезнью сердца.

Блэр глубоко вздохнула, а затем полностью сменила тему:

- Здесь нет кроватки, - она посмотрела ему прямо в глаза. - Когда ты принесешь в дом ребенка из больницы, ему нужно место где спать.

Чак посмотрел на нее ошеломленным взглядом. Ему все это снится? Он неуверенно кивнул Блэр.

- Я думал, ты должна сказать что-то очень важное. Но теперь, когда я услышал твое мнение о Винни-пухе, я уверен, что начиная с этого момента, вероятно, лучше принимать все решения вместе.

- Справедливо, - кивнула Блэр в ответ. - Мне нравится эта картина, - она повернулась и посмотрела на Ван Гога.

Чак подошел к ней и, обняв ее за талию, положил подбородок ей на плечо.

- Я знаю, - прошептал он ей на ухо. - Тебе кажется, что она успокаивает. Мне пришлось шантажировать Рокфеллера, чтобы наложить на нее руки.

- И ты думаешь, что доказательство твоей изворотливости уместно в комнате нашего ребенка? - спросила она, прижимаясь к нему, нежась в его объятиях.

- Я думаю, что наш ребенок будет достаточным доказательством моей изворотливости, и живопись импрессионистов в детской не повредит его будущему.

- Так красиво, - прошептала она, давая ему понять, как очарована она была, даже сейчас, после всего.

- Так и должно быть. Это для тебя.

Блер повернулась, и взяла в ладони его лицо.

- Я хочу подождать еще месяц, - потребовала она решительно. - Чтобы мы могли быть уверены, что он твой. Я хочу, чтобы мои вещи вернулись в гардеробную прежде, чем мы купим детскую мебель. И я хочу стать свободной и выйти замуж за тебя до того, как, кто-то сможет понять, что я беременна.

Чак медленно кивнул. Теперь он точно знал, что это сон. Потому что Его женщина не была такой решительной и властной с тех пор, как вышла замуж за принца.

Блэр погладила его по щеке и спросила:

- Твои условия?

Он несколько раз моргнул, а потом озорная усмешка озарила его лицо.

- Я хочу быть сверху, когда мы решим забеременеть.

Блэр тихо улыбнулась и кивнула:

- Согласна.

Как только это слово сорвалось с ее губ, Чак взял ее лицо в ладони и впился в губы. Их губы соприкасались и расставались, затягивая друг друга в омут безумной страсти. Они едва смогли оторваться друг от друга, чтобы выгнать гостей. Луи задержался чуть дольше, пока охрана отеля «Чарльз» не сопроводила его до выхода. В то время, как его будущая бывшая жена в сопровождении хозяина отеля вернулась обратно в спальню, где они уничтожили все его заначки презервативов.


* * *


Она проснулась в рождественское утро, с ним, двигающимся внутри нее.

- Я не могу ждать целый месяц, - он выскользнул, а затем вернулся обратно. Подчеркивая, отсутствие между ними преград.

Его язык скользнул к ее губам. Лаская ее, нежно.

- Когда был твой последний раз с ним? - отчаянно спросил Чак. Его взгляд стал жестче, отражая его усилия держать ситуацию под контролем.

- Три недели назад, - застонала Блэр.

Ее зрачки расширились в недоумении, когда он не вышел из нее после ее заявления, а наоборот придвинулся ближе.

- Достаточно, - простонал он. - Мы просто, - он нервно сглотнул, потому что в этот момент Блэр положила свои ноги ему на плечи. - Сделаем тест на отцовство, после рождения ребенка, чтобы не волноваться.

- Удостоверимся, что малыш Басс вырастет королем Нью-Йорка, а не Монако? - дразнила Блэр.

- Точно.

Она засмеялась, обнимая его.

- Я все еще на таблетках - призналась Блэр.

Чак нахмурился. Повернувшись он лизнул кончиком языка ее лодыжку. Блэр простонала, неожиданно вспомнив о их недавнем совместном душе и ее руках вокруг его члена.

- Больше нет, - попытался диктовать условия Чак.

- Ты обещал мне месяц, - напомнила ему Блэр. Она погладила его по щеке уговаривая. - И я хочу быть твоей женой, когда мы, наконец... - замолчав, она показала взглядом на их переплетенные тела.

Чак закатил глаза и быстро перевернул их, усаживая свою королеву-манипуляторшу сверху.

- Разведись с ним, - Чак схватил телефон рядом с кроватью и сунул ей в руку. - Немедленно.

Она взяла трубку, но потянула его за руки укладывая их себе на бедра. Затем отбросила телефон в сторону и собрав волосы в пучок, подняла их, открывая свою соблазнительную шею.

- Уммм. Так хорошо, - простонала она, двигая бедрами вверх и вниз.

Когда она опустила глаза вниз, на подчинившегося ей Чака, Он смотрел на нее, будто она была ангелом. За почти четыре года брака, Луи никогда не смотрел на нее так. Он просто выбрал ее на роль принцессы и сделал частью королевской семьи.

А Чак Басс считал, что недостоин быть рядом с ней. Вот почему ее дети будут управлять манхетанской империей, а не французским княжеством. Начиная с девочки, которая родится через десять месяцев.

 
mio-mioДата: Среда, 09.01.2013, 12:16 | Сообщение # 22
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline

A little bit of Heaven, but a little bit of Hell


Оригинал

Даже после всего, что было, у нее все еще нет иммунитета против него.

АУ. Взрослая тематика.

Бета первых двух частей Julia77 за что ей мое мерси
лирика в фике Happy Ending-MIKA

От меня совет послушать с ним вот это чудо, сделанное СВ фанатами Chuck and Blair – It's just a game (I love you, too) идеально вписывается в момент

Приятного чтения.



- Не испытывай удачу, Уолдорф, - тихо с угрозой в голосе сказал Чак. Он смотрел на нее через комнату, с побелевшими пальцами, вцепившимися со всей силы в стакан с виски. Ему было все равно, даже если стакан лопнет и порежет его ладонь. На самом деле, он, наверное, насладился бы сейчас болью, все что угодно, только бы не фокусировать свое внимание на миниатюрной брюнетке, которая застала Его, врасплох, в пустой библиотеке дома Арчибальдов.

Конечно, она сейчас испытывала удачу. Это было словно болезнь, или какая-то извращенная игра в которую Господь играл с ним. Каждый раз, когда он видел ее, она была такой неотразимой, красивой, просто совершенной. Ни одного локона выбивающегося из укладки, никаких проблем с макияжем, всегда модная одежда. Казалось, она выглядела все лучше и лучше со временем. С каждой минутой, что приближала ее все ближе к тому, чтобы стать миссис Натаниэль Арчибальд.

Блэр стояла в дверях комнаты, уперев руки в бока, поджав свои соблазнительные губы, и сардонически смотрела на него. Она выглядела восхитительно. И она это знала. Красное платье Valentino облегало ее высокую грудь, идеально сидело на талии, подчеркивая насколько она тонка, и спускалось на стройные бедра и аппетитный зад. Боже, как же он хотел схватить сейчас ее и притянуть к себе, что бы ее длинные ноги обернулись вокруг него. Входить в нее снова и снова, пока она не забудет свое имя. Пока он не сможет забыть ее лицо. Для этого, он уже знал, требуется очень много секса, чтобы хотя бы приблизиться к цели. Он слегка улыбнулся своим мыслям.

- Я задала тебе вопрос, Басс. Что ты здесь делаешь!? - Блэр повысила голос. Она отошла от двери и подошла к столу, присев на край и скрестив руки на груди.

Глаза Чака тут же опустились на ее грудь, которая стала видна ему на несколько сантиметров больше из-под шелкового платья. Он не знал, сделала она это специально или нет, да его это и не волновало. Его рука дернулась, как и что-то внутри него, когда он попытался совладать с собой, подавить внезапное желание, которое расплывалось сейчас по его венам.

Чертова баба!

- А я сказал - не испытывай свою удачу. Что ты делаешь здесь? - игнорировал Чак ее вопрос спокойным тоном, что было конечно притворством. Он дрожал внутри. Его сердце грохотало, как копыта лошади бегущей голопом. Его член пульсировал так же сильно, как его сердце. Все его существо сфокусировалось на Блер.

Какого черта она здесь?

Он не видел ее в течение шести месяцев. Шесть месяцев. С тех пор как она сказала ему, что выходит замуж за Натаниэля, и что их «отношения» должны прекратиться. Он ушел из ее жизни в тот день. Он поклялся, что никогда не будет видеть ее снова, проклиная ее и Натаниэля. Она покончила с тем, что у них было не задумываясь. Поняв, что ее детские фантазии, наконец, воплотятся, она просто отшвырнула его. Он поклялся, что никогда не заговорит с ней снова, никогда не станет думать о ней. Он посвятил следующие три месяца тому, что трахал всех женщин которые только попадались ему на пути. Его дни состояли из случайных женщин и выпивки. Он напивался, пока не отключался. Если он не пил и не занимался сексом, он принимал любую наркоту, которую только мог найти, и это всегда приводило к еще большему количеству выпивки и секса.

После трех месяцев жизни, как в замедленном падении в ад, он решил вытаскивать себя из ямы, в которую сам же себя и загнал. Он уехала в Лондон, где начал новый бизнес подобный Victrola и наконец заслужил уважение своего отца. Он как раз работал над стартом новой компании, когда, несколько дней назад, услышал от Серены и Эрика о вечеринке в честь помолвки Нейта и Блер.

И вот он здесь.И она спрашивает его, что он тут делает. Да он понятия не имел, что он здесь делает.

Может быть, он хотел видеть, как его бывший лучший друг и его бывшая любовница пройдут к алтарю под звон свадебных колоколов. Может быть, он хотел поздравить их и помучить себя. А может, просто хотел увидеть ее. Еще раз. Потому что, когда она выйдет замуж, станет миссис Уолдорф-Арчибальд, у него уже не будет права смотреть на нее.

- И как же интересно я испытываю мою удачу - спросила Блер, вновь повышая голос - Это, в конце концов, мой дом. И я еще раз спрашиваю тебя - что ты здесь делаешь? Тебя не приглашали. С чего ты решил появиться на репетиции моей свадьбы, после всего этого времени? Прошли месяцы! Так что я повторяю.... Какого черта ты здесь делаешь, Басс?!

Чак приблизился к столу, но уловил запах ее духов и выругался. Это был тот же аромат. Тот же аромат, что всегда был ее. Аромат, который, и она это знала, был пыткой для него.

- Я повторяю ... не испытывай удачу. Я не думаю, что ты представляешь, сколько я выпил сегодня - протянул Чак, подойдя к ней еще ближе, остановившись в нескольких дюймах от стола.

- И что это должно означать? Мне что начинать бояться? - Блер рассмеялась. Ее тон был снисходительный, именно его он ненавидел больше всего. Сука. Такая же, как всегда.

- Я не знаю. Может быть, - протянул Чак буднично - А почему ты здесь, Уолдорф? Почему не развлекаешь своих гостей? - спросил он,и допив скотч, поставил стакан на стол с глухим стуком.

Блер слегка вздрогнула, но не сдвинулась с места. Главным образом потому, что ей некуда было отступать.

- Я просто хотела убедиться, что ты пришел не для того чтобы устроить сцену. А так же чтобы сказать, что твое присутствие здесь вовсе не желанно.

- Не волнуйся, принцесса. Я здесь, не для того чтобы устроить сцену. И вообще-то меня приглашали. Натаниэль. Так что мое присутствие желанно. - Чак поднял руку и провел линию по ее руке, наслаждаясь ощущением шелковистой кожи.

-Не трогай меня, - предупредила Блэр, она еще чуть повысила голос и теперь в нем явно слышалась дрожь. Чак знал, что это значит. Он знал ее лучше, чем она знала себя сама. Она реагирует. Даже после всего того что было, у нее до сих пор не было иммунитета к нему.

- Ты еще не замужем - парировал Чак, и его рука легла на ее бедро.

- Чак, я же сказала тебе - все кончено! Еще несколько месяцев назад. Не начинай все снова... - Блер перешла на шепот. Ощущение его рук на ее бедрах не добавляли ей решительности.

Шесть месяцев назад она сказала ему, что приняла предложение Нейта. Шесть месяцев назад она сказала ему, что выйдет замуж за Нейта Арчибальда. Шесть месяцев назад она надеялась, что он будет умолять ее не выходить замуж за Нейта. Она надеялась, что он попросит ее остаться с ним, что он будет бороться за нее.
Но он ее отпустил.

Он отпустил два года любви, секса и страсти. Он выбросил годы поддержки друг друга, одержимости друг другом, жгучего желания. Он никогда не считал их отношения большим, чем просто грязная интрижка, а она не могла продолжать жить так. И не важно, как сильно она хотела его. И не смотря на то, как сильно она его любила.

А она любила его. Любила его, с тех пор, как впервые занималась с ним любовью. С той ночи, когда она потеряла девственность с ним. Когда она вернулась из колледжа, она снова начала встречаться с Нейтом. По привычке. Но потом в город вернулся Чак и началась их связь. Снова и снова. Чак хотел оставить все, как есть. Обыденно. Он был не против делить ее с Нейтом. Это приводило в бешенство Блер, но она не могла держаться от него подальше. Поэтому она терпела годы секретов, измен и тайных свиданий. Темные углы. Шкафы. Ванные. Спальни. Она терпела годы лжи и обмана. Все, что угодно, ради магии Его прикосновений. Ради того, как он заставлял ее чувствовать себя. Живой. То, что Нейт никогда не мог сделать. Но когда Нейт сделал ей предложение, пообщав исполнить ее мечты, она не смогла отказаться. Чак давал ей все. Все что угодно. Кроме этого. Она просто не могла отказаться от предложения.

- Блэр ... Ты же знаешь, это никогда не закончится - прошептал Чак, кладя руку ей на шею. Он наклонился ближе, и его теплое, пахнущее виски, дыхание полоснуло по ее шеке.

- Чак, пожалуйста! - Ее голос выдавал ее слабость. Он выдавал ее отчаянье. Ей нужно чтобы он ушел. Если он этого не сделает... она будет не состоянии контролировать себя.

- Только еще один раз, - хрипло шепнул Чак ей на ухо. Ощущение его теплого дыхания отзывалась в каждом ее нерве. Она почувствовала, как ее тело вздрагивает в ответ на его слова. Она слишком долго отрицала магию его прикосновений.

- Чак ... нет ...- Блэр практически перестала дышать, когда почувствовала, что ее тело уперлось в стол.

- Да ... - выдохнул Чак, приподняв ее лицо и захватив ее губы своими.

Не было никакой мягкости, романтики, нежности или обещания. Он хотел ее. Хотел доказать, что она все еще может быть его. Хотел доказать себе, что он может трахнуть ее и уйти. В последний раз. Он хотел оказаться внутри нее, пока это безумное желание, которое тянет его к ней, не отпустит, чтобы он мог дальше жить своей жизнью. Ему нужно вывести ее из своей системы.

Он резко провел руками по ее бедрам задирая платье, пока не достиг края нижнего белья. Его встретил тонкий кусочек черного кружева через которое поблескивала ее бледная кожа. Простонав, он прикоснулся к ней через материал.

Боже, она была мокрой. Она промокла насквозь, только после одного грубого поцелуя. Он ласкал ее через кружево и чувствовал, как она пульсирует в ответ, показывая, насколько насколько она возбуждена.

«Я не должен. Я не могу!»- Его ум кричал ему. Но это было бесполезно.

- Ммм, ты почти кончаешь, правда детка? - Чак застонал ей на ухо, пока его рука продолжала ласкать ее. Медленные круги, сменяющиеся жесткими и быстрыми прикосновениями.

- Чак ... нет ... Боже ... - она извивалась под ним, пока ее кульминация обрушивалась на нее. Она разбросала по полу содержание стола, придвигаясь к нему. Чак прижал ее ближе к себе. Когда ее движения затихли под ним, он поднес свои пальцы к ее губам и провел по ним, оставляя на коже ее собственный запах. А потом завладел ее ртом, со вкусом секса и желания в каждом движении.

Блэр отчаянно стонала под ним, пока ее руки пробирались под его одежду. Рванув молнию, она крепко обхватила его член и начала мастерски двигать своей маленькой рукой. Оттолкнув его от себя, она опустилась на колени на пол и глядя на него, с озорным, ох-каким-знакомым, блеском в глазах, прикоснулась к нему языком.

Чак почти взорвался прямо тогда и там. Он не чувствовал, что этого сладкого рая так долго. Ее теплый язык, полные губы, умелые движения. Все это было слишком в его нынешнем состоянии. Когда она начала ускоряться, Чак потянул ее в сторону и легко поднял на стол.

- А вот теперь я тебя трахну - сказал он тихо и она развела бедра в молчаливом согласии. Он легко скользнул внутрь ее, наслаждаясь ощущением плотно сомкнутых стен вокруг него. Громкий, хриплый стон сорвался с его губ, когда он почувствовал то изысканное совершенство, которое он ощущал, только находясь глубоко внутри нее.

- Скажи мне ... - прохрипел он, его дыхание сбивалось, но необходимость знать заставляла говорить.

- Что? - выдохнула она. Он как раз вошел еще глубже, касаясь ее в месте, где никто не мог.

- Неужели он может трахнуть тебя как я? - спросил Чак грубо, замедляя движения, когда их взгляды встретились. Блэр застонала от отчаяния, потеряв так нужный ей сейчас темп.

- Скажи мне, - повторил Чак сквозь зубы. Ощущать ее под собой было трудно, и он боялся, что потеряет контроль раньше, чем ему бы хотелось.

- Чааааак ... - Блэр была в отчаянье. Как он мог вообще ожидать, что она станет говорить в этот момент?

- Скажи мне, Блэр. Кто трахает тебя лучше? - повторил он.

Теперь Блэр смотрела на него широко раскрытыми глазами.

Чак улыбнулся и слегка пошевелился в ней, достигая той точки, которой он коснулся минуту назад, заставляя ее резко вдохнуть.

- Он делает так? - спросил Чак, начиная медленные дразнящие движения, которые забрали ее дыхание и заставляли задыхаться и стонать под ним. Она схватила его бедра, пытаясь ускорить темп, но он продолжал наслаждаться ощущением медленного скольжения. Блэр начала двигать своими бедрами, чувствуя себя на грани.

Чак позволил, чтобы она подвела себя совсем близко к оргазму. Когда же он почувствовал, как она начинает пульсировать вокруг него, он схватил ее бедра, крепко удерживая на месте. Блэр вскрикнула от потери контакта, от потери волны, которая уже захлестывала ее.

- Или делает так? - Чак поднял ее ноги себе на плечи и ускорил темп. Несколько быстрых движений и она кричала под ним, цепляясь, задыхаясь, царапая его спину. Она будто распадалась на осколки. Она была ...

Он замедлил свои движения еще раз.

- Неужели он трахает тебя, как я? - спросил Чак снова. Его дыхание резкое, а самоконтроль на грани.

Блэр почувствовала слезы на глазах. Ее тело выгибалось под его весом.

- Нет .. нет ... никогда, - прошептала она еле слышно, зная, что это правда, независимо от того, как сильно она хотела это отрицать.

- Кто трахает тебя лучше? - настаивал на своем Чак.

- Ты! - закричала Блэр - Всегда ты. - она схватила его лицо и утянула в грубый поцелуй. И Чак потерял себя внутри нее. Снова, снова и снова.

Он был на небесах.

Она была его адом.
 
mio-mioДата: Четверг, 17.01.2013, 17:21 | Сообщение # 23
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline
-2-


Wake up in the morning, stumble on my life
Can't get no love without sacrifice
If anything should happen, I guess I wish you well
A little bit of heaven, but a little bit of hell

This is the hardest story that I've ever told
No hope, or love, or glory
Happy endings gone forever more
I... feel as if I'm wasted
And I'm wasting every day


- Я знал, что милый старый Натаниэль не может справиться с этим - пробормотал Чак восстанавливая дыхание - Я всегда знал это.

Блэр открыла глаза, а ее ладони на его рубашке, сжались в кулаки.

- Отвали от меня - попыталась отхнуть его Блэр - Сейчас же!

Чак отчаянно застонал, покидая ее, и прислонился к разрушенному столу, выглядя довольным и удовлетворенным. Его волосы растрепались от того, как она запускала туда пальцы и, как безумная, тянула за них. Его губы припухли и на них были следы ее красной помады. Его рубашка распахнута и вся помята. Мерзавец. Даже когда он злит меня, он выглядит так соблазнительно.

Блэр отскочила от стола и начала поправлять свою одежду. О чем я только думала? Боже мой, я же выхожу замуж. И я занималась сексом с Чаком Бассов на вечеринке в честь своей помолвки!

- Да ладно тебе, Блэр, давай не будем портить хорошую вещь. - дразнящим голос начал Чак - У тебя есть еще минут пять, прежде чем твои гости даже заметят, что тебя нет. Почему бы не провести их с пользой?

Лицо Блэр приобрело такой оттенок красного, который отлично гармонировал с ее платьем и помадой.

- Ты просто мудак! Несносный, невыносимый, не имеющий оправдания...

- Оправдания для чего? - спросил Чак пока она набирала воздуха в легкие - Быть мужчиной? - он застегнул штаны и рывком запахнул рубашку - Потому, что я не думаю, что этот секс сеанс, который ты сейчас получила, требует оправданий.

- О, как же ты меня бесишь - прошипела Блэр пройдя к зеркалу над камином, чтобы поправить платье - Поверить не могу, что позволила тебе ко мне прикоснуться.

- Позволила мне прикоснуться? - теперь начал злиться Чак - Не льсти себе! Ты не позволяла мне. Я делаю, что я хочу.

Он не ненавидел эту часть. Стычки. Крики. Причем с ней всегда повторялось одно и то же.

- Я так не думаю, Басс. И этого - Блэр махнула рукой между ними - Не было! Понял?

Блэр сверкнула на него глазами и начала приглаживать волосы и поправлять лямки на платье.

- Конечно. - издевательски подтвердил Чак, налив себе еще один стакан виски и сев на диван - И то, что ты сейчас такая мокрая не дает даже намека, о том, что сейчас здесь произошло. И кстати, не смей притворяться, что пришла не за этим. Иначе зачем бы тебе понадобилось преследовала меня? Ты прекрасно знаешь к чему приводит, когда ты и я находимся в непосредственной близости друг от друга.

- Ты отвратителен и мерзок. - ответила Блэр с негодованием - Я пришла сюда не для того чтобы быть облапанной тобой.

Да на планете полно других мужиков, если Нейт не делает с ней такого, она просто примет это. Ну или найдет кого-то еще. Только вот похоже единственный кто может это, это Чак, не так ли, Блэр?

Этот глупый голос у нее в голове! Эти реплики ее подсознания были еще хуже чем Чак.

- Конечно - подтвердил Чак небрежно - Значит ты и правда вернешься на вечеринку, зная что я могу пройти с тобой еще пару раундов? - Чак допил скотч одним глотком и улыбнулся через стекло стакана.

Блэр вздрогнула и проклинала про себя все те несчастья которые обрушились на нее сегодня. Боже, ну я ведь не шлюха. По-крайней мере не сейчас. Почему же, Бога ради, мне не держаться от этого человека подальше. Он ведь плохой. Он же ужасно на меня влияет.

- Конечно я ухожу отсюда - сказала Блэр решительно, но ноги отказывались двигаться.

Мягкий смех Чака конечно унижал ее, но она ничего не могла с собой поделать, кроме, как стоять и смотреть, как он встал и небрежной походкой подошел к ней. Она видела, что он снова возбужден и ее тело тут же отреагировало на это. Да кого ты обманываешь Уолдорф? Ты все еще шлюха. Когда дело касается Чака Басса, ты потаскушка, каких еще поискать!

Она почувствовала что-то вроде позора, когда осознала, что ее тело вновь готово для секса.

- Я думал, ты сказала, что уходишь - пробормотал Чак тихо, прижимаясь к ней сзади, нежно касаясь пальцами ее плеча. Она спиной чувствовала пульсацию его тела. Ее тело пульсировало в ответ.

- Я ухожу ... - шепот Блэр был неубедителен.

- Хорошо. - легко согласился Чак, пока его рука расстегивала ее платье сзади, открывая ее шелковистую кожу для прохладного воздуха комнаты. Видя, как на ее коже появляются мурашки от его прикосновений, он наклонился, что бы оставить теплые поцелуи вниз по ее спине.

Блэр блаженно вздохнула, повернувшись в его объятиях, когда его губы достигли края распахнутого платья. Сейчас он стоял перед ней на коленях, глядя на нее голодными, горящими глазами и ей хотелось упасть рядом с ним.

- Возьми меня. Сейчас. И не смей говорить не слова.

Чак засмеялся над ее командным тоном.

- Ммм... Конечно, любовь моя. Твое желание для меня закон.

Ум Блэр был занят ее неудовлетворенной страстью, - она и не заметила нежное обращение.

Чака же слишком переполняло желание - он и не заметил, как это сказал.

Он умело стянул ее платье, небрежно кинул на пол, и потянул Блэр в сторону дивана.

- Мы не будем торопиться в этот раз. Я хочу наслаждаться каждой секундой. - прошептал Чак осторожно укладывая ее на диван. Он снимал оставшуюся на ней одежду между поцелуями, лаская языком и дразня нежными укусами. Блэр отвечала тем, что поспешно стягивала с него одежду, целуя каждый обнажаемый кусочек на своем пути. Боже, это было так хорошо. Ее не волновало, что он подумает о том, что она сдалась так легко. Ей было плевать, что она пропускает репетицию своей свадьбы. Все, что ее волновало, это огонь, который вспыхнул в ней вновь, в тот момент, когда она заметила Чака входящего в двери дома Арчибальдов. Почти уже ее дома.

- Ты такая вкусная - застонал Чак у ее шеи, проводя языком по коже.

- Чак ... пожалуйста ...- стонала Блэр под ним. Даже его слова ласкали ее. Его прикосновения распаляли. Он был нужен ей. Сейчас.

- Легче, Би. Медленно и красиво, помнишь? - Его руки двинулись дальше, вниз по ее телу. Провел пальцами по ее шелковистым складкам и почти зарычал от удовольствия, ощущая ее расплавленный жар на пальцах.

- Черт... - пробормотал он, прежде чем отчаянно напасть на ее рот и начать беспощадное движение своих пальцев внутри ее тела.

Блэр отреагировала мгновенно, ее крики были заглушены его губами и языком.

- Ты не... - пытался говорить Чак между поцелуями - Ты не представляешь, что делаешь со мной, Уолдорф. - простонал он ей в ухо, пока его пальцы совершали ритмичные движения, приводившие ее на грань сознания. Она чувствовала головокружение, она задыхалась, и она знала, что если она не получит освобождение сейчас, то она умрет.

Но пальцы Чака вдруг остановились и покинули ее, заставляя ее вскрикнуть:

- Чак! Нет!

- Шшшш - прошептал Чак, входя в нее.

Глаза Блер непроизвольно закрылись, когда она почувствовала, что сейчас она получит то, что ей так нужно.

- Нет, нет Блэр. Открой глаза. Я хочу, чтобы ты смотрела на меня. Я хочу видеть тебя, - сказал Чак, запуская пальцы в ее шелковистые локоны, притягивая ее лицо к себе.

Блер открыла глаза и смущенно посмотрела на него, нервно закусив губу.

- Вот это моя девочка. Теперь просто смотри на меня, детка.

Чак снова вошел в нее, на секунду потеряв дыхание, от удовольствия.

Их движения были медленными и глубокими. Он двигался вперед, она встречала его. Он отстранялся, она откидывалась назад. Это было нежно. Это было сладко.

Это была любовь.

Она видела это в его глазах.

Он смотрел на нее так, как смотрел много лет назад. Он был нежным, он был щедрым к ее потребностям. Он был полон эмоций и едва сдерживаемой страсти.

Он видел это в ее глазах.

Она смотрела на него так, как смотрела много лет назад. Она двигалась медленно и сексуально. Она полностью отдавала ему себя. Ее чувства отражались в ее глазах, которые блестели от едва сдерживаемых слез.

Он поцеловал ее.

Она поцеловала его в ответ.

Их тела синхронизировались и начали двигаться в отчаянном темпе.

Он схватил ее волосы. Она схватила его волосы.

Все было на своих местах. Ничего, что казалось бы неправильным. Все было идеально. Все было, как должно быть.

- О Боже ... Блэр ... Я. .. Я. .. - застонал Чак.

–О Боже… Чак…- прошептала Блэр с отчаянием, которое напугало ее – Чак, пожалуйста. - ее тело дрожало, готовое присоединиться к нему.

Чак на секунду отстранился, и глядя глубоко в ее глаза, прошептал:

- Я люблю тебя.

Сердце Блер словно разлетелось на кусочки. Ее тело откликнулось тем, что сжалось вокруг него.

- Я тоже тебя люблю. - простонала она, вонзая ногти в его спину, от чего он взорвался где-то глубоко в ее теле - Боже, я люблю тебя ...

Они были на небесах.

Ни замечая человека, стоящего в дверном проеме.

Скоро они будут в аду.
 
mio-mioДата: Суббота, 19.01.2013, 14:24 | Сообщение # 24
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline
-3-



This is the way you left me,
I'm not pretending.
No hope, no love, no glory,
No Happy Ending.
This is the way that we love,
Like it's forever.
Then live the rest of our life,
But not together.


- Это правда? -спросила Блэр сквозь тяжелое дыхание, когда ее сердце немного успокоилось и начало входить в нормальный ритм. Он сказал, что любит ее. Она сказала, что любит его. Она наконец признала эмоции которые скрывала в себе так долго.

Чак слышал слова Блэр будто они доносились издалека. С ним никогда не было такого прежде. Он никогда не был в таком состоянии, как в этот момент, словно окунаешься в долбанное розовое, пушистое облако. Эта женщина для него словно токсичный, разъедающий мозг, наркотик! Проникновение в нее всегда приводит его все ближе и ближе к неминуемой смерти. Сладкой, восхитительной смерти, которую он бы с радостью принял, если бы знал, что это позволит ему переживать это чувство снова и снова. Он бы умер тысячу раз, только чтобы попадать на небеса, которые она дарила ему.

- Гмм - все, что он смог пробормотать в шелковистые кудри, в которые в данный момент было зарыто его лицо.

- Чак ...? - снова спросила Блэр, легко чертя небольшие круги ногтями по его спине.

- Мммм - откликнулся Чак, на этот раз приподнявшись на локтях и глядя на нее сверху вниз. Она была словно прекрасный ангел. Порозовевшая и светящиеся. Горячая и мягкая. Улыбаясь ему, своими красивыми глазам, в которых казалось собралась вся красота этого мира. Она была словно неземной богиней, созданной чтобы дразнить его, мучить, сводить его с ума, каждый раз, когда она рядом.

- Это правда? То, что ты сказал? - спросила она нежно, глядя ему прямо в глаза.

Ааа ... она оказывается спрашивает о трех словах которые он сказал прежде чем окончательно выпасть из реальности.

Аплодисменты.


Чак посмотрел на звук идущий от двери.

- Прекрасное выступление. Жаль, что я застал только финал - Нейт почти рычал от ярости стоя в дверях - На будущие, знаете, есть такая полезная штука, как замок. Вам бы ребята неплохо использовать его в дальнейшем.

Блэр взвизгнула при звуке голоса ее жениха и попытался сесть.

- Чак, слезь с меня! - зашипела она отчаянно, пытаясь прикрыть грудь - Слезай!

- Не волнуйся Блэр. Вы оба можете остаться здесь. - сказал Нейт развернувшись чтобы выйти - Я уверен, Чак может продолжать и дальше.

- Нейт, постой! - вскрикнула Блэр, и схватив свое платье кинулась к двери. Она пыталась одновременно прикрыться клочком ткани и остановить уходящего Арчибальда.

Но за ним уже громко захлопнулась дверь, оставляя двоих любовников в пугающим молчании.

- Пусть идет, Уолдорф - нарушил молчание Чак тихим голосом.

Он встал и медленно начал одеваться.

Блэр повернулась к нему. По ее щекам текли слезы. Казалось беспокойное отчаянье было в каждой ее клеточке.

- Я не хотела чтобы он вот так все обнаружил. - плакала она, вновь сев на диван - Только не так.

Чак сел рядом с ней и взяв ее за руку осторожно сжал ладонь.

- Приведи себя в порядок. Ты сможешь поговорить с ним позже. Я уверен, ты что-нибудь придумаешь.

Чак говорил все это, а его сердце болело. Она была так расстроена. Ей было так больно, от того, что Нейт обнаружил ее такой. И он был готов отпустить ее, если это сотрет боль в ее глазах.

Блэр резко взглянула на него.

- Ты хочешь чтобы я вышла за него замуж? - холодно спросила она, вырывая ладонь из его рук.

Чак посмотрел на нее совершенно ничего не понимая.

- Разве это не то, что ты хочешь?

Блэр покачала головой и рассмеялась без намека на юмор.

- Ты что пропустил, то, что было здесь в последние тридцать минут? - спросила она сухо, встав с дивана и отойдя на некоторое расстояние от него - Я вот например, была здесь. А ты где был?

- Конечно здесь! Это нелепое обвинение! - Чака оскорбили ее слова и он повысил голос - Но ты бросила меня, забыла? И убежала к старине Натаниэлю, так что я понял, что... что ты хочешь все то, что... Ну, что вы там двое делаете - закончил он уже более спокойно.

- Мы ничего не делаем! Ничего! Ничего такого, что мы сейчас делали. Ничего даже близко к этому! - Блэр перешла на крик - И я не хочу выходить замуж за Натаниэля! - она ходила вдоль дивана перед ним - Да я только что призналась, что люблю тебя, чертов идиот! Ты думаешь я всем это говорю? Ты думаешь я могу сказать такое, а потом развернуться и выйти замуж за кого-то другого?!

- Вау, да это прямо признание в любви которого я всегда ждал - заметил Чак с сарказмом. Наслаждаясь гневными выкриками извергаемыми этим маленьким ртом.

К такому виду ссоры ему еще нужно привыкнуть. Когда "Я люблю тебя" проскакивает между грязными словечками и ее криками. Хотя... Ему нравилось это. Его маленькая вспыльчивая сучка.

- О, заткнись, Чак! - Блэр топнула ногой и подняла свои туфли и нижнее белье - Это абсолютно не смешно!

- Так ... Ты меня любишь? - спросил Чак, когда она присела на диван чтобы надеть туфли - Ну то есть ты сказала это дважды, но один раз в пылу нашего потрясающего секса, а в второй раз за признанием последовали слова "чертов идиот". Так что я немного запутался - нежно дразнил Чак придвинувшись к ней, и обняв за талию.

Он притянул ее к себе, наклонившись над так, что она была вынуждена откинуться назад, чтобы посмотреть ему в глаза.

- А ты как думаешь? - прошептала она. Слезы высохли, а глаза теперь блестели выдавая ее эмоции.

- Я думаю, что ты просто обожаешь меня. Что ты любишь меня каждой частичкой себя. Что ты, провела последние несколько месяцев, тоскуя по мне, желая снова быть со мной, признаться мне, насколько сильны и мучительны твои чувства ко мне. Что ты не только любишь меня, но и не можешь представить свою жизнь без меня. - прошептал Чак нежно поцеловав ее в правую щеку.

- Я думаю, что ты полностью увлечена, зачарована, и все другие слова, которые означают любовь, мной. Я думаю, я свожу тебя с ума, и делаю дикой, что я бешу тебя и это заставляет ненавидеть меня иногда. Но я знаю, что ты любишь меня ненавидеть, точно так же, как я. И знаю я все это потому, что тоже люблю тебя. Люблю тебя, точно так же, как ты любишь меня, а может даже и больше. И это не потому, что ты трахаешь меня так, как никто не может, не потому, что берешь меня с собой на небеса, а потом вновь сбрасываешь в наш собственный маленький ад. А потому, что, когда все сказано и сделано, ты единственная женщина о которой я всегда думаю прежде чем закрыть глаза, и единственная, о ком я думаю открывая глаза утром. - он оставил нежный поцелуй на левой щеке.

Блэр улыбалась глядя на него, а ее сердце таяло. Она забыла о Нейте, Арчибальдах, ее матери, да и обо всех гостях снаружи. Ей было плевать, что Нейт им о ней скажет. Чак Басс только что сказал, что любит ее! Снова. И не, как-нибудь там обычно. Он рассказал о причинах его любви, о том как любит ее.

Шесть месяцев назад она думала, что все, что она всегда хотела сбылось, когда Нейт Арчибальд, ее возлюбленный, еще со времен средней школы, сделал ей предложение. Она думала, что ее мечта это быть замужем, иметь двух детей и жить в шикарном пригороде, в доме с белым забором. Сейчас же , в этот самый момент, она поняла, что ее мечта была все это время прямо здесь. Оказалось, все что ей было нужно, это, чтобы Чак Басс сказал ей, что любит ее, именно так, как он сказал об этом.

Ни один из них не был идеальным, и она знала это. Но он любил ее, несмотря на ее недостатки. Нет, он любил ее как раз из-за них. И она любила его так же. Она любила все в нем. Каким-то образом он умудрялся сделать неправильные вещи, правильными. Все то, что было так неправильно, каким-то образом было единственно правильным для нее. Она любила его именно так, как он сказал: сильно, мучительно, отчаянно, безумно...

- Ну ... Вот признание, которое я всегда ждала. Хотя, теперь мое "Да я люблю тебя", которое я заготовила в качестве ответа, выглядит как-то блекло - пошутила она.

Чак улыбнулся, впиваясь в ее губы поцелуем.

- Не важно - пробормотал он в ее губы - Все равно скажи это.

Блэр отстранилась от него и улыбнулась.

- Я люблю тебя. Именно так, как ты сейчас сказал. Ты знаешь меня очень хорошо.

Чак засмеялся, толкая ее на диван и целуя снова.
 
mio-mioДата: Понедельник, 21.01.2013, 11:18 | Сообщение # 25
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline
- Ну как прошло? - спросил Чак. Он сидел отклонившись на спинку своей кровати, в распахнутой рубашке и белых шелковых боксерах.

Блэр прошлась по нему взглядом, прежде чем устало опуститься рядом.

- Прошло. Это все, что можно сказать.

- Так плохо, да? - вздохнул Чак, придвигаясь к ней ближе. Он начал массаж ее шеи, плечей . Мягко. Ласково. Нежно.

- Мммм. Так хорошо - Блэр застонала от удовольствия, когда руки Чак нашли напряженные узлы на ее шее. - Мне нужно это.

- Ну мне что, силой это из тебя вытаскивать? - пошутил Чак, целуя ее затылок. Спускаясь губами чуть ниже.

- Ооо - простонала Блэр - Если это твоя идея, как меня пытать, то я отказываюсь от дачи показаний, пятая поправка, знаешь ли.

Чак хрипло рассмеялся у ее шеи, посылая дразнящие вибрации по ее коже.

- Ну же, Уолдорф, просто расскажи мне все быстро, и я дам тебе, то, что ты хочешь.

- Что я хочу? То есть это не твой член прижат сейчас к моей спине? Думаю ты хочешь этого, так же сильно...

Чак перевернул ее на спину и прижался к ней всем телом, как только слова сорвались с ее губ. Она чувствовала его возбуждение даже через одежду, которой очень быстро на ней стало гораздо меньше.

Ее руки знакомым жестом обняли его за шею, отчего губы стали еще ближе.

- Не волнуйся, Басс, мы получим благословение, если захотим его получить. Нейт был зол, но... не важно. Мне все равно. А Серена вообще-то даже аплодировала и смеялась, когда я ей рассказала.

Чак улыбнулся, его фирменной "Я Чак Басс" улыбкой, прежде чем начать целовать ее.

- Ммм ... - пробормотал он, пробуя на вкус ее сладкий блеск для губ, чувствуя бархатистое тепло ее языка - Тебя так долго не было. Я скучал по тебе.

Они были порознь всего несколько часов, а он уже чувствовал отчаянье и мучился. Он не мог насытиться. Не шесть месяцев назад, не сейчас. Он не только скачал по ее телу, он скучал по ее голосу, ее прикосновениям, ее острому языку, тому, как она постоянно спорит. Это и есть любовь? Тогда какого хрена я так боялся этого?

- Ну если ты такой ласковый когда я возвращаюсь, то мне наверное стоит начать задерживаться подольше - пошутила Блэр, стянув с него рубашку и протянув руки к резинке боксеров.

- Если ты на такое осмелишься, я буду выслеживать тебя, и трахать, где бы ты не находилась - сделал вид, что угрожает Чак. Хотя сама по себе эта идея была ему по душе. Да. Можно позволить ей пропадать. И он сможет трахать ее в туалетах ресторанов, в темных клубах, салонах, и любых, скрытых от глаз, уголках города. Да. Ему стоит позволять ей исчезать время от времени.

- Предполагается, что это должно разубедить меня? - усмехнулась Блэр в ответ, легко прочитав ее мысли. Ее мысли всегда были такими же развратными, как и его собственные.

Чак засмеялся.

- Вот почему я люблю тебя. Ты такая же, как я.

- Да. И поэтому мы сейчас не будем трахаться - она стаскивая его белье - Мы займемся любовью - добавила Блэр, беря его член в руку.

Он собирался что-нибудь ответить, но ощущение ее небольшого, но крепкого захвата, обернутого вокруг него, стерло все мысли из его головы. Простонав от удовольствия, он откинулся на подушки, оставляя Блэр право делать что захочет.

И его маленькая развратница воспользовалась властью, которую она знала, что имеет над ним. Она подвела его так близко к бездне удовольствия, а затем замедлила движения, хитро улыбнувшись. Чак чувствовал будто каждое его нервное окончание находиться на грани. Это было так удивительно, но и в то же время раздражало. Ему нужна она. Нет времени для игр.

- Иди сюда - прорычал Чак - Сейчас!

Блэр завизжала, когда он попытался схватить ее бедра.

- Терпение. Не сейчас - Ее маленькая рука снова потянулась к нему, но Чак оказался быстрее захватив ее запястья.

Быстро притянув ее к себе, Он поцеловал ее, пока она не перестала сопротивляться. Тело Блэр таяло и Чак воспользовался ее полубессознательным состоянием уложив на спину. Его руки ласкали ее тело, находя самые чувствительные места, но и заводя его самого еще больше. Она в его руках было так совершенно. Так правильно. Он чувствовал себя дома. Теперь он знал, что именно ему всегда не хватало.

- Хочешь замедлить? - спросил он, добравшись до ее влажных складок. Нежные прикосновения. Он чувствовал, как она расплавляется еще больше под его пальцами. Он нашел путь к ее входу и дразнил ее, входя всего на немного, а затем снова отступая.

- Нет .. Нее .... - застонала Блэр , приподнимая бедра в попытке получить его чуть глубже.

- Терпение. Не сейчас, - дразнил Чак, повторяя слова, которые сказала она минутой раньше.

- Ты невыносим, теперь я даже не хочу этого - Блэр надулась, опустив бедра и повернула голову чтобы не смотреть на него.

Она почувствовала, как он отодвинулся и была разочарована, что он уходит.

- Не хочешь, да? - спросил Чак. И его фирменная улыбка слышалась в его голосе.

Она раздраженно помотала головой, пытаясь успокоить дыхание и начать симулировать сон.

Дыши Блэр. Вот так. Один. Два. Три...

Он вошел в нее. Яростно. Жестко. Божественно.

Оба ахнули и затаили дыхание.

Она была невероятно плотно вокруг него. Он был невероятно глубоко внутри нее. И это казалось таким правильным - когда их тела вот так объединены. Это был уже не секс. Это было что-то гораздо большее.

О, Боже. Боже. Стучало в голове у Блэр, когда она почувствовала, как он достиг того расстояния, где они оба теряли контроль.

- О, Боже. - вскрикнула она. Царапаясь. Выгибаясь. Пытаясь получить освобождение - Боже... Чак.

Чак чувствовал, что ему тоже стоит начать молиться. Ему нужно терпение. Ему нужен контроль. Боже, ну что такого в этой женщине? Почему во мне не остается и капли рассудка? Откуда это отчаянная необходимость претендовать на нее, преследовать ее, никогда не быть в состоянии насытиться ее телом?

- Чак! Да! - продолжала Блэр между попытками захватить побольше воздуха - Сильнее... Пожалуйста...

Он был не из тех, кто заставляет женщину ждать. Особенно, когда эта женщина Блэр Уолдорф. И уж тем более не тогда, когда Блэр Уолдорф издает все эти эротические звуки в его ухо. Да полжизни уйдет, чтобы забыть ее хриплые вздохи и стоны. Эта женщина оставляла свои отпечатки прямо в сердце и душе.

Поэтому он ускорил темп. Потому что этого хотела она. Потому что он этого хотел. Быстрее и сильнее. Ее хриплое сбитое дыхание. Его рука проникла между их телами. Пара движений подушечками пальцев и вот уже ее тело сжимается вокруг него, заставляя ее пронзительно вскрикнуть.

Пульсирующий ощущение вокруг него, влажность ее оргазма, все это было слишком, чтобы и дальше сдерживать себя. Он нашел свой ритм. Медленно но сильно. И только тогда он упал на нее.

- Это ... было ... Невероятно ... - дышала в его ухо Блэр.

Чак просто кивнул, слишком усталый, чтобы говорить.

- Басс ... Я люблю тебя и все такое, но мне нечем дышать, - улыбнулась Блэр отпихнув его немного.

Чак рассмеялся и выйдя из нее откинулся на кровать рядом.

- Знаешь я думаю... - начал Чак, после нескольких минут молчания, во время которых они оба пытались вернуться в реальность.

- Ум? - Блэр прижалась к нему ближе положив голову ему на грудь. Его сердце колотилось у нее под ухом. Завораживая.

- Я хочу чтобы у нас был ребенок.

Блэр замерла.

- И жениться на тебе.

Блэр ахнула, и села в постели.

- Я хочу все это и многое другое. С тобой.

 
mio-mioДата: Вторник, 29.01.2013, 21:31 | Сообщение # 26
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline


One Night Stand


Оригинал

Автор: maryl

Примечание переводчика:
миник из серии IWillShowYouLove

бета Julia77 ,за оперативность которой мое мерси)



Чак собирался подняться наверх, в свой номер. Это был длинный день в Empire. Сегодня утром зажигала пара из Огайо. Мало того, что они разбили две лампы, зеркало в ванной и немного спинку кровати в их номере, так Мэри, скорее всего, сломала Бобу тазовую кость. Чака, конечно, в некоторой степени восхищала пара, которая решила отпраздновать 23 годовщину свадьбы поездкой в Нью-Йорк, но он мог совершенно точно обойтись без машины скорой возле входных дверей, парамедиков, которые везут стонущего Боба перемазанного в шоколаде через лобби, и взволнованной Мэри, спешащей за ними в сорочке, которая вряд ли может сойти за платье. И уж конечно, было бы лучше, если бы на ней было надето белье. Во второй половине дня гость из Луизианы подавился куском тофу на обед, и его лучшая хостес Лиз, исполнившая приём Геймлиха и спасшая гостя, теперь брала отгул на две недели. И наконец, какая-то женщина встретила сегодня Нейта в парке, последовала за ним до отеля, и попыталась проникнуть в его номер. Причем из одежды на ней был только плащ. После чего, этой Эллен, был воспрещен вход в Empire в будущем. Единственной благодатью были канадцы. Они были прекрасны, как всегда. Никаких хлопот. Он просто научился не приподнимать брови, когда видел астрономические суммы заказов порно из их номеров.

Кивнув своему ночному консьержу, Чак потер переносицу и пошел в сторону бара. Ему нужно выпить.

Было уже поздно, они скоро закрывались, оставалось всего несколько человек, бар был почти пуст. Он сел у стойки, и бармен поставил перед ним стакан еще до того, как Чак успел хоть что-то сказать. Сделав глоток, он решил, что бармен получит бонус в конце этого месяца.

И вот тогда он увидел ее.

Она сидела в конце бара. Одна. Он мог с первого взгляда сказать, что это точно не проститутка. И она не бывает в городе по делам постоянно. В ее возмутительно розовом мини платье на бретельках, с черными туфлями на высоких каблуках, украшенными розовыми бантами, и пластиковыми черно-розовыми украшениями... Совершенно точно она была приезжей.

То есть ничего такого, что обычно, привлекало его внимание. Даже наличие копны рыжих кудрей, которые казалось она любит накручивать на пальцы с розовыми ногтями, вероятно, оставило б его равнодушным, но…

То, что зацепило Чака Басса, было ее тело. Он не мог оторвать от нее глаз. Это была, должно быть, самая эротичная вещь, которую он видел. Стройная, но не плоская. Причем не плоская именно так, как ему нравилось больше всего. Ноги, к которым он хотел прикоснуться. Маленькие руки, которые он хотел, чтобы прикасались к нему.

Она, должно быть, почувствовала его взгляд, потому что оглянулась через плечо и посмотрела на него. Ее завораживающие голубые глаза шокировали его.

Идеально.

Настолько, что он покинул свое место, и сел рядом с ней. Возможно, сегодня ему нужен не только алкоголь.

- Привет.

- Привет.

- Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе.

- Пожалуйста. Я нервничаю, когда пью одна.

Что-то в ее голосе подсказывало, что она не здешняя. И это было еще более идеально.

- Тогда позволь составить тебе компанию.

Она покраснела и опустила голову, кивнув. Очевидно, она не привыкла к вниманию от богатых, влиятельных бизнесменов.

- Ты не здешняя - предположил он с полуулыбкой.

- Это так очевидно? - смутилась она - Я видела этот образ на шоу на прошлой неделе и хотела слиться с толпой.

Весь "образ" выглядел так, как будто обошелся ей в общей сложности долларов сорок.

- Тебе бы никогда это не удалось - флиртовал он, заглядывая ей в глаза - Разве не слишком поздно для тебя, чтобы быть где-то, на Манхеттене... одной?

- Я приехала в город с моей лучшей подругой. Но она подцепила какого-то бруклинца из Нью-Йоркского университета. Они сейчас в нашем номере, а я... здесь... Мне некуда идти - вздохнула она и посмотрела на него этими огромными голубыми глазами, которые казались еще экзотичней из-за длинных накладных ресниц.

- Думаю, я могу помочь с этой проблемой.

- А я не думаю, что можно уходить с каким-то незнакомцем и идти в его квартиру, я смотрю «Закон и порядок», и не настолько наивна - сказала она авторитетно, что делало ее действительно наивной.

- Это тоже не проблема. Ты получишь место, где переночевать и для этого даже не придется покидать отель.

- Ты остановился здесь? - подняла она брови с волнением.

- Я живу здесь.

Она огляделась вокруг, а затем посмотрела на него с чем-то новым во взгляде.

- Ты здесь живешь? Я слышала про такое. Жить в отеле. Так ты большая шишка в Нью-Йорке? Как в Реальных домохозяйках?

- Ничего подобного - он сделал вид, что содрогнулся при этой мысли, в попытке рассмешить ее, и это сработало. Звук ее смеха посылал мурашки по коже, и поэтому он хотел услышать этот смех снова.

Он встал и протянул ей руку.

- Я могу показать тебе.

Ее глаза выдавали то, что она занервничала.

- Я не могу просто ... уйти с тобой. Что люди подумают?

- Люди? Я думал единственный кого ты знаешь в Нью-Йорке это твоя лучшая подруга... та, которая захватила вашу общую комнату для ночи неудовлетворительного бруклинского секса. Так что не ей судить.

- Не ей - покачала головой она, всколыхнув рыжие кудри, а потом кивнула в сторону бармена - А как на счет него?

- Он получает достаточно, чтобы не иметь моральных принципов.

Она огляделась вокруг, потом снова посмотрела на него. Ее взгляд опустился на его ноги, потом начал подниматься вверх по его телу. По ощущениям это было, как горячие ласки и тело Чака среагировало соответственно. Их взгляды встретились и хотя по ее глазам было сложно что-то прочесть, он мог видеть желание горящее в них.

Ее рука скользнула в его ладонь, и они прошли через лобби к частному лифту.

- Куда мы идем? - подозрительно спросила она - Лифты там.

Он ухмыльнулся.

- У меня свой собственный лифт.

- О! - немного взвизгнула она - Такое я тоже видела! В том шоу про богатых подростков, там такой лифт во всех домах.

- Никогда его не видел - прокомментировал Чак.

Двери лифта открылись, и он пропустил ее вперед, положив руку на ее поясницу. Именно здесь он обычно начинал их целовать, но она оглядывалась вокруг, так что ее вниманием было тяжело завладеть. Они вышли в гостиной люкса.

- Это... - она сглотнула, оглядывая все. Гостиная, бар, бильярд, окна, двери в спальню. Его спальню. - Это же не просто номер в отеле.

- Это пентхаус. - сообщил Чак - Выпьешь?

Она просто кивнула, продолжая оглядывать все вокруг. Дотронулась до бронзовой статуи. Провела пальцами по сукну бильярдного стола, так, что его воображение легко нарисовало картинку этих пальчиков на себе. Она подошла к бару и встала рядом с ним, принимая бокал который он приготовил для нее.

Их пальцы не встретились на поверхности стекла. Оба замерли. Ощущая ток, проходящий через них.

Она немного отступила, но он последовал за ней. Они не соприкасались, но могли почувствовать тепло друг друга.

- У тебя есть девушка? - спросила она, глядя на него снизу вверх.

- Нет.

- У меня есть парень - призналась она.

- Меня это не волнует - Чак приподнял бровь - А тебя?

- Нет.

Чтобы перевести дыхание она сделала глоток и вздрогнула. Когда он увидел это, он знал, что хочет быть сегодня тем, кто заставляет ее дрожать.

- Крепко.

- Я делаю только так - ответил он уверенно.

- Ты хочешь меня напоить? - она сделала к нему шаг. Теперь они стояли друг против друга, оба затаили дыхание.

- А нужно? - пробормотал он, проводя пальцами по ее руке.

Она была поражена насколько горячее его прикосновение. Покачав головой, она отставила бокал в сторону.

- Нет - был ее ответ, а потом схватила его за галстук, притягивая его губы к своим.

Поцелуй был словно разряд электричества. Через несколько секунд они буквально срывали друг с друга одежду. Чак усадил ее на бильярдный стол. А она обернула свои ноги вокруг его талии, когда его губы оставили ее, чтобы начать спускаться, влажными, будоражащими поцелуями вниз по ее шее.

- Как тебя зовут? – задыхаясь, спросила она, когда руки Чака заскользили по ее телу.

Он остановился и посмотрел ей в глаза.

- Я Чак Басс.

Он был почти уверен, что видел ее ухмылку в ответ, но когда он снова прижал ее тело к себе, мысли перестали существовать. Вообще.

- Подожди! - Она отчаянно пыталась продолжить диалог - Разве ты не хочешь узнать мое имя?

- Мне все равно - пробормотал он, опускаясь губами к ее груди.

Тогда и ей стало все равно. И он знал это.

Три часа спустя они рухнули без сил на его кровати. Задыхающиеся и потные, чувствуя, как каждая клеточка тела дрожит и будто звенит, без сил двигаться, пытаясь отчаянно поймать сбившийся ритм дыхания.

Именно она была первой, кто пошевелился, ткнув его в плечо, чтобы поменяться с ней местами.

- Подвинься. Ты на моей стороне.

Он застонал. Ему было не плохо, и там где он был, не хотелось двигаться до тех пор, пока не сможет снова заняться с ней сексом.

- Вот почему у меня правило никогда не оставлять кого-то на ночь. Все эти запросы...

Она ущипнула его, он вздрогнул, и сдвинулся чуть в лево. Тогда она перекинула ногу через его тело, чтобы перелезть. Это было именно то, что ему нужно. Он поймал ее бедра и уложил на себя. Израсходовав всю энергию на короткую, бесполезную борьбу, она просто лежала на нем, тая от ощущения его горячей кожи под собой. Запустив пальцы в ее рыжие локоны, он дернул за них. Блестящие волны шоколадного цвета покрыли его влажную кожу. Он бросил парик на пол. Наслаждаясь ощущением шелковистых волос под пальцами, снова нашел ее губы.

Когда обоим стал необходим воздух, он сказал:

- Ненавижу эти линзы.

- Правда? - она забавно нахмурилась - Я думала, они будут хорошим дополнением.

Он покачал головой.

- Мы можем быть, кем захотим... Но я хочу всегда смотреть в твои красивые карие глаза, когда мы это делаем.

Она улыбнулась его словам, и любви, что была за ними. Она любила Чака Басса, но быть любимой Чаком Бассом, она любила еще больше. Не желая сдаваться легко, ибо она действительно думала, что цветные линзы будут отличной частью образа, она сказала:

- Хорошо, никаких линз. Но если мы будем снова играть в "Любовников на одну ночь" ты должен спрашивать мое имя.

- Прошу прощения - прошептал он, потянувшись чтобы поцеловать ее плечо. Ему стоило знать, что нужно придерживаться сюжета. К его восторгу, она усердно работала над легендой. Все их фантазии были костюмированы и точно обставлены, настолько, насколько это было возможно.

- И как же тебя звали?

Она сдвинулась так, чтобы можно было сложить руки у него на груди и положить подбородок на них.

- Сиерра. - ответила она с самодовольной улыбкой.

- Конечно, как же еще - улыбнулся он в ответ.

Чак провел пальцем по ее лбу, носу, полным губам, восхищаясь, насколько она была идеальной для него во всех смыслах.

- Я люблю тебя, Блэр - искренне сказал он.

Она ответила взглядом, в котором были видны все ее эмоции.

- Я тоже тебя люблю, Чак.

Он прижал ее к себе. Она положила голову и уткнулась носом в его подбородок. Они заснули. Идеальные друг для друга.

 
mio-mioДата: Воскресенье, 17.02.2013, 20:55 | Сообщение # 27
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline
Примечание переводчика:



Примечания переводчика №2:

Миник от автора Paisley and Peonies и Sweet Fire , фик написан автором после финала.

Рейтинг за язык и тему.

Идеальный саунд Make Me Wanna Die от Тейлор. Серьезно - вау!

Что касается названия, сноска будет в конце текста.

Теперь точно - Приятного чтения.





Succubus




He would like to suck her dry


Он был единственным, кто видел ее реальную, вышедшую в темноту ночи. Ее волосы, обычно темные, как ночь, были оттенены синими огнями. Черная ткань льнула к ее хрупкому телу. Нацеленный взгляд ее темных, демонических глаз мог бы превратить любого в камень.

Кроме него.

Ему хотелось высосать из нее все соки.

Ей лучше не показываться снова.

Вообще-то я надеюсь, что она покажется.


Обычно, он был тем, кто забирает жизни у безымянных и безликих. Ему ли не знать, что это темное существо перед ним не похоже на остальных. Его черная богиня, перед которой он преклонялся, и которая никогда не была действительно его. Не он высасывал из нее все соки.

Он не мог.

Она поглотила его первой. Она застала его врасплох, и впервые за его одинокое существование, он позволил.

Принцесса демонов.

А они ничего не знали. Она была в белом, сочетаясь с его бабочкой, и все думали, что она принцесса с Парк-авеню. Невинная, целомудренная.

Я более чем рад, сыграть даже маленькую роль в лишении тебя девственности.


Тела валялись у ее ног, а она расхаживал между ними на шпильках. И на подошвах ее Louboutins была кровь.

Но никто даже не замечал разницы.

Ты отвратителен.

Она улыбалась, показывая ее хищные клыки, которыми разрывала плоть на части.

С него было достаточно, его достало до самых костей. Он мог сразить больше тел, чем она, лишь одним ударом. Но он чувствовал ее эмоциональные шрамы, и это заставляло его кровоточить изнутри, пока он не начинал захлебываться собственной кровью.

А она понятия не имела.

Она даже не видела - не видела, что делает с ним.

Королева ведьм танцевала и мягко скользила вокруг него. Того, кто должен был быть повелителем потустороннего мира. Его глаза светились золотом в лунном свете, но она не видела, как дневной свет делал его ее рабом.

И именно она была повелителем.

Ничего кроме жемчужного шелка, и его сексуальная доблесть, рассеялась, как листья по ветру. Она лишила его всей его власти, и внезапно он стал тем, кто на коленях, хотя все другие женщины, которые у него были, могли подтвердить - обычно все было наоборот.

Кто эта девушка?


На коленях и истекая слюной, как собака, он не мог ответить. Он мог только лаять и выть.

Понятия не имею.

Она прочла заклинание, и он был полностью в ее власти.

И опять же - она понятия не имела!

Ты была потрясающая там.

И заклинание было скреплено поцелуем.

Ее глаза светились синим и она вытягивала из него, все, что он когда либо знал о себе.

Ты уверена?

Черное и синее, синее и черное.

Она оставляла на нем раны так нежно, так эротично, сцарапывая слой за слоем, оплавляя лучами света. Она высасывала из него соки, будто не было других жертв. И, как и все остальные, он наслаждался этим. Он хотел больше. Пока от него ничего не останется.

Не вечеринки. Не женщины. Только эта дикая кошка, которая исцарапала своими когтями его спину.

У меня есть шрамы на спине, чтобы доказать это.


Ее огонь должен был сжечь его дотла, но, как феникс из пепла, это дало рождение бабочкам и красоте. Ей стоило было быть хотя бы наполовину смертной.

Он управлял их королевством со слугами и поверженными врагами. Она высасывала из него соки, пока не осталось ничего кроме страха. Она была единственным существом, которое смогло его напугать. Его обычная апатия исчезла оставив огонь. И кровь. И страх.

В свете дня она была светлой и чистой, хотя ее слова были резки, как никогда. Ее одежда льнула к ее телу так же, как в прошлом году, и он забыл все, что узнал, а затем еще раз забыл.

Не вечеринки. Не женщины. Только королева проклятых, которая ела его сердце прямо из груди, чтобы сделать себя сильнее.

Три слова, восемь букв.

Эти слезы были оружием, как будто кто-то бил его в живот. Никогда еще его не убивали так легко. Никогда до этого, он не находил в темноте кого-то настолько похожего на него. Презрение в усмешке, острые клыки, и такой холодный, но эффективный способ ломать кости.

Восемь букв, три слога.

Вместе они горели ярким красным пламенем. Это угрожало сжечь все королевство, пока он не нашел способ остановить это. Он был не какой-то там смертный, или один из ее игрушек. Он не наслаждался ее слезами, просто это сладкое, мучительное удовольствие, которое было у них, нелегко отпустить.

Двум исчадиям ада не стоило становиться такой хорошей парой. Никогда. Они никогда не должны были встречались друг с другом. Не должны были создавать вместе что-то настолько близкое к совершенству. Внезапно он больше не был пуст. В одночасье он стал кем-то другим.

Когда они будут в вечности молодыми бессмертными, может быть в будущем, это не так уж и плохо.

Но это было даже хуже, чем смертный приговор.

Он стал королем холодных рептилий, он не будет кем-то, кто так легко становится одержимым. Он крал и манипулировал. Он не наслаждался ее слезами. Но когда они у нее были, ее сердце хотя бы не было таким холодным.

Его же сердце, если оно когда-то и было, заморожено сейчас, оно в стране мертвых. Теперь он император королевства. Он был рожден для величия, так же, как она была рождена для опустошения.

Ее слезы замерзали на ее щеках, но неожиданно все было кончено. Она позволила им соблазнить друг друга совершенно беспрецедентно. Настолько беспрецедентно, будто у нее была связь с собственным братом. Она поглощала их суть, пока не стала сильней и опасней, чем он когда-либо мог представить.

Он воровал, воровал, и воровал пока у каждого завоевания не стали ее иссеня-черные волосы и глаза демона, которые, он помнил это, сверкали как алмазы, такие же, как те, что украшали ее шею.

Алмазы на ее шее и алмаз на пальце.

Это не канареечный блеск ужасно предсказуемых смертных. Ее глаза потускнели и стали как камень. Она больше не была его принцессой демонов. Ее кожа отбелилась и стала как фарфор, и она заплатила за место, где можно презирать всех.

Ее глаза больше не были демонически черными, и она больше не вонзала когти в его горло. Она боялась себя, а это включало в себя то, что он всегда чувствовал к ней.

Любовь была для невозможно скучных жителей Земли. Они же двое, были высшими существами. Словно эфир. С темнотой в их крови. Они могли проникать в мысли друг друга и находить там себя. Но когда он смотрел на нее, он больше не видел ее.

Когда она открывала рот, она не была сама собой.

Она больше не могла высосать из него ничего .

Она была тенью прежней себя, и красота, которую она получала из сумрака, исчезла. В ней уже не было той пугающей красоты, которая светилась вместе с ощущением власти.

Он топил себя в чем-то немного похожем на любовь, и гораздо больше на боль. Любовь для слабых. То, что он чувствовал к ней, было чем-то большим. Между ними было что-то вечное, что-то, к чему могли подобрать слова только древние греки и первые люди.

Они умерли и возродились вновь. Они будут перевоплощаться в фараонов, императоров и войнов короля, пока Армагеддон не настигнет их.

Она всегда будет его темно-красной королевой, слизывающей кровь с его лица и вонзающей ее заточенные ногти в его плоть.

А он будет хоронить себя в ней, пока оба не будут кричать и дрожать от восторга.

Только когда она настигла его снова, сверкающие, кроваво-оранжевое платье и безжалостный рот, его темный, извращенный близнец вернулся к нему. Из пепла возродилась королева, темная и величественная. Наконец-то. Снова. Она заставила его забыть обо всем, что было.

Тот алмаз на ее пальце не был желтым, но крепким и острым как нож.

Просто верь в меня. Это последний раз.


Третья попытка сделала короля рептилий живым. Больше не нужно было возрождаться из пепла. Он стал бессмертным, как и его вечный сообщник. Ее глаза вернулись, и он наконец-то мог наслаждаться ее слезами.

Ее губы были сладкими, и она припала к нему, как не припадала не к одной живой душе. Они запутывали себя друг в друге навечно, создавая идеальную смесь, настолько совершенную, что мир съеживался от страха перед ними.

Никогда раньше, что-то настолько беспощадное и пугающе красивое, не собиралось вместе. Они были существа из черно-синего мира и острого фарфора. Но жизнь сейчас была чем-то другим. Им больше не нужно было воровать друг друга. Он не мог перевести дыхание, но уже не потому, что она забирала его у него. Они давали, давали, и давали, пока не насытили друг друга.

Она по-прежнему сверкала клыками, хищными и черными, как темная луна.

Он по-прежнему дышал огнем. И они поглощали друг друга, так, как только двое неумолимо переплетенных и повязанных душами могут.

Ты выйдешь за меня?






 
mio-mioДата: Понедельник, 29.04.2013, 08:45 | Сообщение # 28
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline
I Will Show You Love

Оригинал


Примечания переводчика:


Оооой... ну я сделала это. Снова facepalm lol
Это перевод маленького, сладкого миника из серии I Will Show You Love, от Мерил.
Ни то чтобы я вернулась к переводчиской деятельности - нет. И за мной все еще "бонус", как я и обещала. Просто он мне очень понравился.
#ЕслиВыПонимаетеОчемЯ :p lol

Приятного чтения.


Телефон все звонил и звонил, но паре в постели было все равно, они не останавливались. Все, что имело сейчас значение, это они. Их тела. Его тело. Ее. Сейчас. Полностью. Никогда не угасая. Никогда не останавливаясь.

Она кричала будто распадаясь на части, а ее имя эхом отражалось от стен, срываясь с его губ. Она упала ему на грудь, и они стали массой конечностей, кожи, пота. Она не могла пошевелиться, собственно как и он, но телефон был настойчив. Он попытался дотянуться до трубки, но ее язык коснулся его соленой от пота кожи. Трубка была отброшена в сторону.

Телефон, одержимой друг другом паре, было довольно легко игнорировать, но настойчивый стук в дверь его спальни гораздо сложнее. Но губы Блер вцепились в него, удерживая его в кровати. Откинувшись снова на подушку, он почти увидел звезды.

- Мистер Басс ... - послышался голос из-за двери.

Рот Блэр выпустил его, чтобы издать недовольный вздох.

- Избавься от них - приказала она хрипло, перед тем как оставить влажный поцелуй возле его пупка.

Еще не совсем в состоянии думать о чем-то, Чак заставил себя подняться с кровати. Он одевал халат, когда случайно посмотрел на нее. Она растянулась на его кровати словно богиня. Он не мог сопротивляться этому зовущему виду, и встав на колени на матрас, уперся руками по обе стороны от нее чтобы поцеловать ее распухшие губы. Ее руки тут же заскользили по его шеи и плечам.

- Мистер Басс ... Это Эллен, администратор.

Чак разорвал поцелуй и бросил взгляд через плечо чтобы посмотреть на закрытую дверь за которой скрывалась Эллен. Блер озвучила их общие мысли, когда пробормотала:

- Я ненавижу Эллен.

- Я бы ее уволил, но у Нейта есть кое что с ней - прокомментировал Чак вставая с кровати.

- Разве она не замужем?

- Как будто его это когда-то останавливало....

Чак слегка завязал пояс халата, прежде чем открыть дверь. Эллен немного подпрыгнула от неожиданности, когда дверь резко распахнулась, а затем ей пришлось резко вдохнуть, при виде ее работодателя. Сколько она его знала, мистер Басс всегда выглядел безупречно, профессионально (даже в неожиданно ярких костюмах) и идеально. Мужчина перед ней...

Примерно так ей представлялись сексоголики после затянувшихся выходных.

- Элен. - поприветствовал ее Чак, встав в дверях так, чтобы загородить от нее вид Блер.

Теперь Эллен точно знала как пахнет в зоопарке во время брачного сезона. Сексом. На мгновенье она потеряла ход мыслей, и чуть было не ляпнула, что только что украла пару боксеров из спальни второго обитателя этого пентхауса. "Сосредоточься!", приказала она себе.

- Эмм ... Мистер Басс ... Мы дозванивались до вас по телефону, потому что вы просили предупредить Вас за час до того, как немецкие инвесторы приземляться в аэропорту Кеннеди.

Чак выглядел озадаченным.

- Они же должны были прилететь в четверг. Почему мой помощник не сообщил мне, что они прибывают на два дня раньше?

- Сэр.... сегодня четверг ... - неуверенно сказала Эллен, пытаясь смотреть ему в глаза, хотя вид его распахнутого на груди халата просто умолял ее посмотреть вниз. Боже, какой он волосатый.

Он выглядел, так, будто быстро пытался что-то сообразить, и так оно и было. Чак был настолько погружен в Блэр что выпал из жизни на два дня. Он внезапно осознал, что не помнит, когда последний раз ел, держал стакан воды... или виски.

- Эллен закажи машину, чтобы была готова, и пожалуйста, пришли завтрак на одного.

- Сейчас два часа.

- Тогда обед - скулы Чака напряглись - И какой-нибудь энергетик.

- Хорошо, мистер Басс.

- Спасибо, Эллен. - кивнул он запуская пальцы в растрепанные волосы.

Эллен заколебалась на мгновение прежде чем уйти:

- Пожалуйста скажите мистеру Арчибальду, что я передавала привет...

Он посмотрел на нее многозначительно.

- Конечно. А вы передавайте мои самые теплые пожелания вашему мужу...

Чак закрыл дверь и повернувшись прислонился к ней. Его глаза были закрыты.

- Чаааак ... - послышалось мурлыканье из его постели.

Он сделал глубокий вдох, а затем открыл глаза. Подойдя к кровати, но был достаточно осторожен, и сосредоточил свой взгляд у нее на лбу.

- Блер, ко мне приехали важные инвесторы из Германии.

- Замечательно - отреагировала она, блеснув глазами.

- Спасибо. Ты же знаешь, что дела с Империей идут хорошо, и я хочу расширить сеть.

- И ты сделаешь это - сказала она с такой убежденностью, что ему захотелось поцеловать ей руку.

- Эти новые инвесторы являются важной частью этого процесса. Мне нужно сосредоточится... Плюс это будет всего лишь скучный ужин...

Он улыбнулся ей, как он думал умиротворяющей улыбкой. Но ее глаза все равно сузились.

- Машина ждет тебя внизу ... Я позвоню вечером.

И он позвонил. Он позвонил, чтобы сказать, что в течение следующих нескольких дней, он будет с немцами а не с ней. Вообще никак. Он использовал термин, который не один из них не думал, что он когда либо произнесет. Он назвал это "секс-пост". Он знал, что она ему не поверила. Он знал, что она думала, что он преувеличивает. Но он был серьезен.

Сейчас, спустя несколько дней, он мог признать... Не все пошло хорошо. Чак одиннадцать раз видел по камерам слежения, как она пытается проникнуть в Empire. В первый раз она пыталась задобрить его швейцара. Потом она предприняла попытку его подкупить. Настойчивость не стала неожиданностью для персонала. Затем она вернулась посреди ночи, чтобы попытать удачу с другой сменой. Он почти сдался, когда она решила подключить костюмы. Это была девочка из доставки воздушных шаров, и это почти сломало его решимость. Потому, что он точно знал, что на ней в этот момент ничего кроме тренча и дюжины красных воздушных шаров в руках.

Еще она пробралась в его лимузин, и единственное, что его спасло это то, что Альфред доехал очень быстро. После этого он старался менять машины каждый день. Когда он взял его инвесторов в оперу, ему пришлось подкупить обслугу, чтобы убедится, что определенная брюнетка не ждет его в партере. В случае непредвиденных обстоятельств должна была появится охрана и сопроводить ее к выходу.

И вот теперь, Чак сидел за столом приват зала, одного из лучших ресторанов в его городе, и с трудом подавил желание ущипнуть пальцами переносицу. Это был последний из четырех дней с немецкими инвесторами, и это их последняя ночь здесь. Сегодня днем были подписаныконтракты и переведены деньги. Завтра они будут на самолёте в Берлин, а он будет на Блер. Он расчистил свой график на остаток недели. Чак откашлялся и заерзал на стуле. Он не мог позволить себе думать о ней в данный момент, потому что даже мысль о ней застовляла его возбуждаться.

Зал был небольшой, но роскошной. Здесь было две двери, одна во главе стола, одна напротив. Первая была прямым ходом на кухню, вторая служила входом в основную часть ресторана. Чак сидел во главе стола, и в основном просто слушал разговоры вокруг. Он демонстрировал все свое очарование все эти дни, и сейчас был просто исчерпан. Если бы все это не окупилось, он бы разозлился, но поскольку это сработало, он мог расслабиться в эту последнюю ночь. Он как раз собирался прокомментировать то, что было сказано, когда услышал как открылась дверь позади него. Он почувствовал как волосы на затылке встали дыбом и замер.

Перед ним явилось меню в кожаном переплете.

- Ваше меню, сэр. – произнес знойный голос. - Но пожалуйста, дайте знать, если мы можем сделать что-то помимо меню, чтобы удовлетворить ваши желания.
Он чувствовал запах ее духов, доносящийся от запястья. С трудом сглотнул. Прошелся взглядом по миниатюрной руке, плечу, чтобы посмотреть в лицо, которое преследовало его в течение многих лет, лицо, которое он любил больше всех остальных.

- Блэр ...- Прошептал он.

Она посмотрела на него широко раскрытыми, смущенными глазами:

- Мне очень жаль, Вы должно быть приняли меня за кого-то другого. Меня зовут Холли.

Глаза Чака прошлись по ее телу, снизу вверх. Она была одета в стандартную униформу здешних официанток. Облегающее черное платье. Обнаженные ноги. Черные туфли на пятнадцати сантиметровых каблуках. Но это тело ... было далеко от стандарта. Без тени сомнения, он знал, тело, заключенная в этом платье, было захватывающим.

Он приказал себе, сосредоточиться на ее лице, надеясь, что это поможет ему мыслить четко. Но это не сработало. Ее макияж состоял из искусно подведенных глаз и глянцевой красной помады. Волосы Блер были убраны от лица и закреплены сзади в прическу чуть выше ее затылка.

Ее шея.

А потом он увидел его.

Его Erickson Beamon ожерелье вокруг ее шеи.

Она сверкнула лукавой улыбкой, на секунду наклонившись чуть ближе к нему. Он затаил дыхание. А она уже повернулась к первому из немцев. Спиной к нему, так, что ему открылся отличный вид на ее зад. Когда она чуть наклонилась к гостю, он едва не протянул руку чтобы сжать его, он уже почти это сделал, когда она двинулась дальше вокруг стола. Заставляя его наблюдать, как она раздает меню и записывает заказы на напитки.

Чак откинулся на спинку стула, и расстегнул ворот рубашки, нуждаясь в притоке воздуха. В течение следующих двух часов он едва мог функционировать. В первый раз она склонилась над ним, чтобы поставить напиток. И все, о чем он мог думать, это то, что на ней надет лифчик пуш-ап. Затем он потерял счет, сколько раз она наклонялась к нему, или немного задевала его проходя мимо. Когда она «случайно» проливали воду ему на колени, а потом попыталась вытереть ее, он почти сломался.

Наконец кофе был убран и немцы пожелали вернуться в Empire чтобы подготовиться к их раннему рейсу домой. Чак пожал им руки, но сказал, что задержится. Последний, надевая пальто улыбнулся Чаку:

- Мистер Басс, я думаю официантка положила глаз на вас.

Чак улыбнулся.

- У меня есть девушка.

- Должно быть она нечто особенное.

- О, она совершенно уникальная.

Когда они ушли, он сел за пустой стол, зная, что ему не придется долго ждать. И он был прав. Слыша, как открылась дверь, он ухмыльнулся и откинулся в кресле.

- Я так понимаю они заняли всю вашу неделю мистер Басс - произнесла Блер голосом изобилующим намеками и положила перед ним кожаный конверт со счетом.

Он приподнял брови и повернулся, чтобы посмотреть на нее. Потом открыл счет, поставил сумму и сунул его обратно в конверт.

- Удовлетворены ли вы нашим обслуживанием? - спросила она, еще раз наклонившись к нему, чтобы взять счет, давая ему почувствовать тепло ее тела.

- Даже близко нет - хрипло ответил он. Его ровный голос был обманчив, потому что секундой позже он резко отодвинул свой стул и встал.

У нее перехватило дыхание, когда его руки обхватили ее тело чтобы усадить на прохладную деревянную поверхность стола. А его руки уже задирали ее юбку и отодвигали клочок кружева скрывающий ее от него. Ее же руки были заняты тем, что вытягивали рубашку из его штанов одновременно пытаясь расстегнуть ремень. Как только они справились с его брюками и боксерами, он был в ней, и ее зубы впились в его плечо, в попытках не кричать. Это было горячо. Быстро. Жестко. И прежде чем они даже осознали это, их накрыл оргазм.

Это было быстро, но они еще не закончили. Чуть придя в себя, первой мыслью Чака было оказаться с Блер дома как можно быстрее... или по крайней мере в их лимузине. Немедленно. У Блер похоже были другие идеи.

Он потянулся к ней, как только вернул на место одежду, не в состоянии устоять и не касаться ее, целовать, после такой долгой разлуки. Блер тоже поправила свою одежду и сейчас оглядывалась по сторонам в поисках своих трусиков. Обнаружив их возле счета она протянула руку но была остановлена Чаком. Он притянул ее ближе.

- Я злюсь на тебя. - сказала она ему.

- В самом деле? - спросил он мягко проведя рукой по ее бедру - Кажется у меня есть доказательства обратного ...

- Эй - подняла она руку - Ты выгнал меня из Empire!

- Это было необходимо. - заявил он нежно, поймав ее за руку чтобы поцеловать ладонь - Если бы я не держал тебя на расстоянии я бы не смог сопротивляться тебе.

-Секс-пост всегда должен быть взаимно согласован. - надулась она. - И ты знаешь это. Это прописано в договоре.
Он наклонил голову, глядя своим самым покорным взглядом.

- Я был плохим и готов принять любое наказание, которые ты сочтешь нужным.

- Это было бы приемлемо для меня ...- кивнула она, и, схватив его за галстук, потянула к двери.

Блэр была уже почти у двери, когда вспомнила что забыла белье. Она подняла трусики вместе с чеком и из любопытства открыла папку.

- Без чаевых?! - приподняла она брови.

- С каких это пор ты хочешь только чаевых?

 
mio-mioДата: Вторник, 14.05.2013, 18:55 | Сообщение # 29
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline


Famous Thanksgiving Pie

Оригинал
Автор: Disco Shop Girl
Рейтинг: NC-17



- А теперь иди, и выбери один из этих восхитительных десертов - приказала Эллеонор дочери.

Блэр сердито посмотрела на мать, потом отправилась к столику с десертами, и решила назло родительнице сделать именно это. Выбрать десерт. А когда она разочарованно вернулась обратно с пустыми руками, то почти подпрыгнула от неожиданности.

Ленивой походкой, со своей фирменной ухмылкой, в как всегда безупречном костюме, через комнату шел, Чак Басс.

- Блэр, - приветствовал он, буднично наклонился к ее щеке, проведя по ней носом, а затем нежно поцеловав. Для всех остальных это был дружеский жест, но Блэр он показался вопиющей прелюдией. Ее сердце теперь трепетало, хотя, она, конечно же, никогда бы не призналась в этом.

- Я думала, ты собирался в Чикаго - она заворожено смотрела на идеальный оранжевый цвет начинки на поверхности пирога, который он нес.

- У меня возникла тяга к твоему пирогу - самодовольно улыбнулся он своему двусмысленному заявлению, опустив взгляд на фирменный тыквенный пирог Гарольда Уолдорфа в руках - Швейцар подумал, что возможно твоя мать отдала его по ошибке.

Он понимающе улыбнулся Блэр.

- Добрый вечер, миссис Уолдорф - поприветствовал он немного слишком бодро, готовый поддержать Блэр в ее войне с матерью.

Элеонор посмотрела на самодовольного подростка и Блэр.

- Чарльз, - ее голос был таким же холодным, как выражение лица. - Мы не ожидали увидеть тебя сегодня.

Недовольство миссис Уолдорф не особо расстроило темноволосую пару.

- Но это такой приятный сюрприз. И этот пирог выглядит так аппетитно - триумфально улыбнулась матери Блэр - Мы пойдем и поговорим на кухне - ей нравилась идея исчезнуть сейчас с Чаком, которого мать более чем не одобряла, сделав тем самым, укол чуть больнее.

Чак последовал за ней, принимая главенство королевы. Она одарила Дороту взглядом, и горничная быстро начала выпроваживать обслуживающий персонал.

Чак поставил пирог на мраморную столешницу, уселся на барный стул, дожидаясь когда вся прислуга и Дорота покинут кухню. Он придвинул блюдо к Блер, мрачно разглядывая девушку.

- Что происходит? - потребовал ответа он, как только они остались одни. Маска ложного самодовольства полностью исчезла, и на ее месте был, на удивление, реальный гнев - Я думал, твой папа должен был приехать, и почему это - он у казал на блюдо - было отправлено вниз, прислуге?

Она открыла ящик стола, достала две вилки и вручила ему одну с легкой улыбкой, которая отказалась прятаться, и расплывалась на ее губах.

- Я не могу поверить, что ты спас его, - Блэр проткнула корочку и поднесла вкусную начинку к губам.

- А я не могу поверить, что ты в этом платье. Твоя мать его выбрала?

Она закатила глаза, в утвердительном ответе на его вопрос. Конечно. Он оглядел ее одежду с отвращением, но потом вспомнил, когда она последний раз носила что-то настолько уравновешенное. Двумя ночами ранее ее дня рождения, на его вечеринки в Victrola. И то, что было надето под тем ужасным платьем, привело к лучшему сексу в его гребанной, полной самых разных опытов, жизни.

На ней неверное надето что-то такое же тонкое и шелковистое сейчас. Он подцепил начинку и поднеся ко рту, лизнул мягкую массу заполняя свое воображение образами.

Он хотел бы этого еще раз, того, что было между ними в его лимузине. Именно поэтому он предпринял немалые усилия, чтобы избежать общения с отцом, и приехать сюда. Гостиная Эллеонор полная представителей модного бизнеса не создавала иллюзию семейного праздника и Чак не почувствовал себя здесь лишним.

В его памяти промелькнули образы Блэр на вечеринке по случаю ее дня рождения, когда предательство Нейта сделало ее потрясающе напористой и бездумно толкнуло ее в его объятья.

Даже после того, как он периодически думал об этом в течении прошедших двух недель, он до сих пор не мог определить что тогда произошло. Чак был уверен, что надев ожерелье на ее шею, изменил что-то. И дело было не в том, что в этот момент ее день рожденье официально началось. Долгое время они просто смотрели друг на друга в зеркале, и что-то происходило в этот момент, что-то, чему он не мог найти название.

Все, что он знал, - бабочки вернулись. Еще более живые, чем до этого. А Нейт Арчибальт окончательно покинул это уравнение.

Он никогда не чувствовал такого желания, как той ночью в пентхаусе брата Коти. Интересно, это будет слишком предложить Блэр проскользнуть наверх, в то время как гости ее матери все еще здесь? В то время, как ее мать здесь?

- Серена видела нас.

Он замер только на долю секунды, затем продолжил медленно жевать. Он был уверен, что все, что происходило между ними, будет рассматриваться как нежелательное. И он знал только один способ, как можно отреагировать на это- издевкой.

- Я надеюсь, она делала заметки? Хамфри понадобятся четкие указания.

Блэр фыркнула от смеха и быстро подняла руку, чтобы прикрыть рот. Это было так красиво, то, как она сделала это, ее длинные тонкие пальцы на блестящих пухлых губах. Он посмотрел на дверь и понял, что последний ушедший официант закрыл ее за собой. Как только Чак убедился, что они одни, он приподнялся на стуле и потянувшись вперед прижался губами к ее губам.

Мягкие, с привкусом сладкой начинки, губы Блэр, ответили мгновенно, и он снова попробовал на вкус удивительное. Она поцеловала его в ответ со сбившимся дыханием, оборачивая руки вокруг его шеи, жадно притягивая к себе. Через несколько секунд он не мог думать ни о чем кроме Блэр, ее языка и теплых, влажных губ с легким привкусом сладкого блеска.

- Понравился ли тебе пирог? - Блэр отстранилась и игриво улыбнулась.

- Очень. - искренне улыбнулся он, глядя на ее разрумянившиеся щеки.

Чак схватил ее за руку и потянул вокруг стола, чтобы между ними больше не было преграды. Ее не нужно было уговаривать. Теперь она стояла вплотную к нему, их бедра соприкасались.

- За что-нибудь благодарен в этом году? - спросила Блэр.

После того, как он запустил руку ей под юбку, он получил первую подсказку относительно того, что надето у нее под платьем. Шелковые чулки для начала. Гладкие и роскошные, они держались на подвязках и заканчивались где-то посередине чертовски горячих бедер. Чак закрыл глаза, когда его рука опустилась на дразнящую, совершенную и сочную плоть.

- За шелк - он наклонился ближе и провел пальцами вдоль подвязки, ухмыляясь, когда она ахнула.

Он знал, что это! Она была одета в комбинацию. Тонкую, декадентскую, шелковую. Она была скрыта под этим целомудренным платьем, но он чувствовал ее. Шелк ласкал его ладони пока он скользил ими по ее бедрам.

- За жемчуг - он наклонился и поцеловал ее манящую шею. Пройдясь языком по линии, где были бусы, он почувствовал, как она нервно сглотнула. Он прижался носом к ложбинке на шее, глубоко вдохнул, и с удовольствием выдохнул

- За аромат Dior - он распознал его еще неделю назад. И теперь его тело примитивно и не двусмысленно реагировало на ее запах, такого с ним еще никогда не было.

Он мог трахнуть любую женщину в любом настроении, но еще никогда его член не управлял им полностью, и уж тем более не заставлял о чем-то думать.

- А ты за что благодарна? - спросил Чак, отстраняясь, чтобы заглянуть в ее темные, почти обжигающие глаза, и пытаясь держать себя в руках.

- Не быть единственной девственницей в старших классах - ухмыльнулась она, и его сердце подпрыгнуло с триумфом и радостью. Он фыркнул, а потом и вовсе рассмеялся, снова обняв ее. Она была потрясающая!

- За вечер полный лучших оргазмов в моей жизни, который явно меня ждет - Он посмотрел на нее с недоверием, и улыбнулся еще шире, О, он собирался удостовериться в этом лично.

- И конечно за Dior, я думаю, что пора сделать его своим фирменным ароматом - буднично добавила она под конец.
Он уткнулся носом в ее шею и от души одобрил выбор.

- Я собираюсь тебя съесть - пригрозил он, притягивая ее за талию ближе, чтобы она почувствовала, что это не пустая угроза.

- Еще посмотрим, кто кого съест - усмехнулась она.

Блэр смотрела ему прямо в глаза, погладив костяшками пальцев по щеке. Они были поглощены друг другом, целиком и полностью, и любой, кто бы взглянул на них в этот момент, увидел бы это/ Хотя никто бы не посмел помешать им, это должна была проконтролировать Дорота.

Блэр чуть отклонилась и обмакнула палец в сладкую начинку пирога, зачерпнув немного.

- Еще теплый, - поддразнила она, поднеся свои липкие пальцы к его губам.

Чак тут же обхватил их, проведя языком по нежной коже, слизнул начинку и проглотил.

Блэр смотрела на него, горящими от возбуждения глазами. Когда он слизал начинку, она медленно вытащила пальцы из его соблазнительного рта.

- Еще?, - она провела пальцем по его пухлой нижней губе, искушая его, и делая это чертовски хорошо. Он решил поймать ее пальцы зубами, тихо зарычав, когда это удалось сделать.

Блэр выдернула руку, прижавшись к его губам своими. По ощущениям это было словно взрыв внутри, он отчаянно хотел получить ее вкус. Руки Чака вцепились сзади в ее платье, гладя, прижимая, стараясь получить ее как можно ближе. Она прижала ладони к его, недавно побритым, мягким щекам, наклоняя голову, в попытках полностью захватить его губы своими.

Черт бы его побрал! Как он вообще умудрился сделать с ней такое?

Здесь и сейчас, она уже все решила - он никуда не идет сегодня вечером, кроме как наверх в ее постель.

- Почему ты здесь? - решила уточнить она немного смущенно.

- Имел горячий сон, с тобой в главной роли, сегодня утром - заявил он, нежно поймав ее нижнюю губу зубами и медленно потянув. Как будто этого была достаточная причина, чтобы заставить его отказаться от одного из немногих дней в году, когда Барт соизволил обращать на него внимания.

Блэр замурлыкала одобрительно, потому, что еще никто никогда настолько не ценил ее общество, чтобы отказаться от чего-то настолько важного для себя.

Чак не смог сдержать триумфальной улыбки.

- Да? - спросила она, желая услышать подробности. Ее сердце уже стучало быстрее обычного, почему бы не заставить его грохотать?

- Должно быть очень горячий сон, разве ты не был в Чикаго?

- Был - он снова прикусил ее губу - И собирался уже дрочить, но потом вспомнил, что я Чак Басс - Он отстранился и посмотрел ей прямо в глаза. - Зачем фантазировать о том какая ты, когда можно просто вызвать самолет и получить тебя.

- Получить меня? - усмехнувшись, повторила формулировку Блэр - Что заставляет тебя думать, что ты можешь просто взять и получить меня?

Он положил руки по обеим сторонам ее талии и властно притянул к себе. Потому что, то, как они тесно прижимались друг к другу, как близко были их лица, как смешивалось дыхание, была лишь игра. И ее результат уже был известен. Сделка была уже заключена.

- Я принес пирог, - напомнил он, игриво надув губы.

- Что-нибудь еще? - Она провела подушечкой пальца по его нижней губе, делая вид, что взвешивает все за и против.

- Я обещаю, что сделаю с тобой то, что я делал в моем сне.

Блэр замерла, с трудом продолжая дышать.

- И что же это? - спросила она.

Он помедлил, заставляя ее понервничать, обдумывая все возможные варианты.

И, наконец, наклонился вперед, и коснулся губами ее уха. Это было только три слова:

- Использую мой рот.

Глаза Блэр расширились от волнения. В их первую ночь она была невинной, но не наивной. У нее было богатое воображение, которое ей рисовало все возможные вещи, которые может сделать Чак Басс!

И теперь она фантазировала практически нон-стоп, с тех пор как они впервые были вместе.

Слова, сказанные этим соблазнительным ртом, тут же пронеслись картинкой у нее в голове. Его запах вокруг, его вкус на губах и воображение сделали ее полностью готовой к тому, что бы его развратный и зловещий язык приступил к исполнению обещания.

Конкретного этого он с ней еще не делал, но он был Чак Басс, в конце концов, и даже то, что он делал сейчас с ее ухом, было невероятно.

Поэтому она могла догадаться, что этот грязный рот мог сделать между ее ног, если она позволит ему. Вообще-то она представляла себе это вчера вечером, когда он был в Чикаго, а она одна в своей постели. И она не подозревала насколько стала мокрой, после того как думала о нем всего минут десять, пока не коснулась себя чтобы облегчить напряжение.

Чак отслеживал малейшие ее реакции пока его язык исследовал ее ухо, заставляя ее почти задыхаться.

- Тебе нравиться это? - он прикусил ее мочку – Идея, что я попробую тебя так?

Она быстро кивнула, переключив его в режим планирования, он был готов отказаться от дальнейшей прелюдии, оставив ее на потом. Они могли бы попробовать прямо тут, с ней сидящей на барном стуле и ним на коленях на полу. С другими женщинами ему было все равно, но с Блэр он испытывал голод, желая получить ее как можно быстрее. Он гладил ее покрытые шелком бедра, представляя, как ее ноги будут уложены ему на плечи, а его язык, наконец то, глубоко проникнет в нее.

- Ты тоже этого хочешь - заметила Блэр. Ее рука прошлась по его груди и опустилась в низ, найдя этому неопровержимое доказательство.

- Настолько, что бы прилететь из Чикаго - согласился он, понюхав ее волосы и снова спустившись языком на ее шею.

- В Чикаго не было шлюшки чтобы помочь тебе? - решила подразнить она. Но ранимость проскользнула в ее тоне, и не один из них не мог это игнорировать.

Блэр знала, как быть чьей-то девушкой, верной, на которую можно рассчитывать.

Чак знал, как быть с кем-то на одну ночь, чтобы получить и доставить удовольствие, без каких-либо обязательств.

Ни один из них не знал, как стать другим, но они уже встретились на полпути.

Он накрыл ее руку и прижал к своему члену. Ему потребовалась вся сила воли, чтобы прижаться к этой изящной маленькой ручке и не кончить прямо здесь и сейчас, одетым, в ее кухне.

- Мне снилось, что я ласкаю ртом королеву высшего общества в ее постели, пока она не захотела кончить так сильно, что удерживала силой меня между своих ног- он встал, их глаза стали на одном уровне, и он мог чувствовать ее дыхание на своих губах – Всех шлюх Чикаго не хватило бы.

Блэр схватила его за шею и жадно поцеловала, прижавшись к нему всем телом, чувствуя его возбуждение.
Она начала развязывать его галстук.

- У твоей матери гости - напомнил он рассеянно, прижимая ее к себе еще сильнее.

- И что? – похоже, ее это не волновало.

Она снова провела языком по его губам, и ему стало почти все равно.

Но, как бы он не желал трахнуть ее прямо сейчас, Чаку не хотелось, чтобы ему отказали в доступе в пентхаус Уолдорф, после того, как он сделает это.

- Я впечатлен. Здесь, внизу, где кто-нибудь может нас увидеть? - он отстранился и приподнял бровь.

Блэр посмотрела на лестницу для прислуги, по которой можно было попасть на второй этаж. Потом на его помятую рубашку, взлохмаченные волосы, и его, такие соблазнительные, губы сложенные сейчас в форме сердечка. Чак делал все слишком ярким. То, как он ласкал ее бедра, проникая под платье, под которое она не потрудилась надеть лифчик, а лишь только шёлковую комбинацию. То, как он целовал ее. Слишком ярким! Слишком реальным!

Она хотела, снять остатки нижнего белья и ощутить его глубоко внутри себя. Она хотела утопать в мускусном аромате, который она уже начинала чувствовать, запахе Чака и секса, секса и пота, который можно будет почувствовать на своем языке.

- Наверх - согласилась она, взяв его руку.

Он прижался к ней сзади и поцеловал ее шею.

- Тебе понравиться - хрипло прошептал он - Я гарантирую.

- Ты так отчаянно нуждался в этом, что пролетел пол страны - напомнила Блэр сладко.

- Потому, что я догадываюсь, насколько ты хороша на вкус - он развернул ее и жадно впился в ее розовые губы – Мне нужны доказательства.

Он подтолкнул ее вперед. Ему казалось, что если он не получит хоть какую-то часть себя внутри нее как можно скорее, желание может победить благоразумие, и тогда он просто войдет в нее немедленно и не важно где они при этом будут находиться. А ей казалось что если она сейчас же не избавится от трусиков, то кончит только от того как кружево трётся о ее готовую к ласкам кожу.

Боже, она нуждалась в нем внутри себя немедленно!

Позже, когда вечеринка внизу набрала обороты и гости Эллеонор шумели достаточно громко, чтобы заглушить звук, Чак, наконец, позволил ей кончить. Она рухнула в изнеможении, каждый мускул в ее теле обмяк и на несколько секунд она даже прекратила дышать. Потом она повернулась на бок и нерешительно положила ладонь на его влажную грудь.

- Стоило того! - самодовольно улыбнулся он.

- Что стоило чего? – устало удивилась она. Она старалась прийти в себя, поскольку была уверенна, что ее мать скоро будет пытаться взять комнату штурмом.

Он положил свою руку поверх ее ладони и прижал ближе к себе. У него была до нелепого счастливая и искренняя улыбка, которую она видела за последний месяц гораздо чаще, чем за все годы их общения.

- Стоило перелета через весь северо-восток – уточнил он, и мягко потерся своей щекой об ее, целуя в ушко. Снова.

У Блэр зазвонил телефон, и она лениво потянулась к тумбочке, чтобы посмотреть, кто звонит. Может быть, Серена, чтобы извиниться, или Коти и Из чтобы позвать ее гулять сегодня вечером.

Но вместо имени была длинная строка номера, указывающая на международный звонок.

- Папа! – поздоровалась Блер с искренней радостью.

- Привет медвежонок! – голос отца был таким знакомым, но таким далеким – Как прошел твой день?

Во Франции сейчас была глубокая ночь и Блэр чувствовала себя особенной, зная, что отец ждал, что бы позвонить ей. Они начали оживленно болтать. Когда стало ясно, что Блер полностью поглощена разговором с отцом, Чак, драматично вздохнул, и потянулся к ее ноутбуку.

Они лежали бок-о-бок в постели, Чак лениво листал Facebook . Раз или два он толкал ее, когда натыкался на фотографии их одноклассников в компрометирующие моменты, но большую часть времени это было странно приятное спокойствие. Умиротворение.

Через несколько минут он наткнулся на фото, которое заставило его фыркнуть от смеха. На фото приятель Нейта по лакроссу был запечатлен в момент, когда колено девушки из публичной школы встретилось с его пахом на обеде в честь Дня Благодарения. Это привлекло внимание Блер и она тоже тихо засмеялась, а Чак уже открывал следующее фото, где «звезда лакросса» лапал уродливую новенькую из младших классов.

- Отчаянье – резюмировал он тихо. Блэр кивнула в знак полного согласия.

- Кто это? Нейт с тобой? – поинтересовался отец.

Ее глаза распахнулись, потому что Чак тоже слышал вопрос. Он с издевкой приподнял бровь, явно забавляясь ситуацией, ожидая, как она выкрутится, оставшись при этом папиным милым медвежонком Блэр.

- Чак здесь, - приняла вызов Блэр – Ты же знаешь, что я и Нейт расстались.

- Чак – повторил Гарольд после паузы, с таким недоверием, что его дочь и ее «никогда такого не будет» парень, усмехнулись.

Чак лукаво глянул на нее и, перегнувшись через плечо Блэр, сказал в трубку:

- Привет, мистер Уолдорф – ему хотелось тоже поиграть в эту игру.

- Ты дома? – осторожно поинтересовался Гарольд.

- Да- Блэр решила не врать – Мы просто - она прикусила губу –Подводим итоги – подобрала, наконец, подходящую фразу – Ужин с мамой прошел не так уж хорошо.

Неожиданно, Чак прижался губами к ее плечу. Мимолетный, совершенно естественный, жест в искренней попытке успокоить ее. Блэр, благодарно наклонила голову и прижалась к его макушке, закрыла глаза, вспоминая спор в которой она была втянута до того как он появился здесь.

Он скользнул по ее комбинации и обернув руку вокруг ее живота, крепко обняв. Это был умилительно нежный жест, но потом Чак опустил голову в ложбинку между ее грудей, покрытых тонким шелком, явно не с невинными намереньями, что заставило Блэр рассмеяться. Он этого и добивался. Блер попыталась освободиться, но Чак притягивал ее ближе. Они почти полностью были поглощены своей борьбой, когда заинтересованный голос Гарольда прервал их:

- Блэр?

- Прости – продолжила разговор она, решительно отпихнув голову Чака – Он дразнит меня.

И это так и было. Как только он добрался до ее шеи, он прицепился и не отпускал. Ей стало не до смеха, когда он втянул губами чувствительную кожу, посасывая, вызывая потрясающие ощущения по всему телу.

Блэр потребовалось некоторое время, чтобы понять, что он собирается оставить свой след на ней, вообще-то это ему кажется уже удалось. Она закрыла глаза и закусила губу:

- Чааак! – выдохнула она. Это было так хорошо. Очень, очень хорошо.

- Что ж, я рад, что рядом с тобой есть друг - раздался голос Гарольда. - Но где Серена?

- Мы поссорились – Блэр старалась дышать ровно, что было несколько затруднительно, поскольку Чак все еще не отпускал ее шею.

- Я уверен, что вы очень скоро помиритесь – утешил ее отец.

На что Блэр никак не отреагировала, и Гарольд стал подозрительным:

- Хочешь поговорить позже, медвежонок Блэр?

Она кивнула затаив дыхание, потому что теперь Чак ласкал ее бедра через сорочку, и было совершенно очевидно, что он готов для следующего раунда.

- Это было бы хорошо,- пробормотала она.

Телефон выпал из ее руки на покрывало и Чак потянулся за ним, оторвавшись от шеи лишь для того чтобы нажать на кнопку отбоя. Он с гордостью посмотрел на темно красный отпечаток его губ на бледном горле и усмехнулся, прежде чем окончательно подмять ее под себя.

- Тебе стоит дать Нейту пару уроков «быстрого старта»- пробормотала она, запуская пальцы в его волосы и притягивая его лицо к своему.

Он медленно потерся бедрами о ее, туда сюда, позволяя почувствовать, степень его возбуждения. Их губы прижались друг другу, и он вздрогнул, потому Блер потянула его за волосы. Она тянула и направляла его, так чтобы он целовал там где ей хотелось, хотя он вовсе не нуждался в гиде.

- Если он видел тебя такую и у него немедленно не встал, то его член сломан - пробормотал он отвлекшись, и она немедленно поменяла позицию, оседлав его.

- Не для Серены – буркнула Блэр.

Он закатил глаза, глядя на нее с досадой. В течение нескольких секунд они просто смотрели друг на друга. Чак хотел быть уверен, что получил все ее внимание.

Затем он дернулся вперед, мощным толчком, прекрасно зная, что она почувствует каждый его дюйм бедрами и животом. Дальнейшие слова были не нужны. Этот член был достаточным доказательством ее привлекательности. И ей понадобилось очень мало усилий, чтобы получить их.

- Неважно – Чак притянул Блер к себе и провел языком по ее губам – Некоторые парни предпочитают Венеру Ботичелли, а не чудовище Франкенштейна.

Конец игры. Она посмотрела на него с недоверием, но поскольку внутри нее бушевали эндорфины от лестного сравнения, они оба знали, что он должен быть за это вознагражден. Она сразу же приступила к делу, запуская пальцы в его волосы, целуя его с отчаяньем, скользя мягкими ладонями по его скулам, плечам, так, что их страстные поцелуи заставили биться его сердце, как никогда раньше в жизни.

Позже той ночью, когда они исчерпали запас презервативов, Чак решил, что пора вызвать его круглосуточного водителя.

Он наслаждался своим предыдущим выступлением и мог бы еще раз дать ей почувствовать свой язык на ее, суперчувствтельной сейчас коже, но ему слишком нравилась ее спонтанность, то, как она прижималась к нему, как отдавалась без остатка его рукам и губам, и ему нужно было держаться подальше от ее тела, когда она так готова.

Даже в праздник, когда отдыхает один водитель, можно вызвать второго или третьего.

Хотя они определенно не будут в восторге от этого, в этом он мог быть уверен.

- Чак? - пробормотала она сонно.

- Ум? - он погладил ее по руке, все еще не до конца проснувшись сам. До утра оставалось еще пару часов.

- Спасибо что спас папин пирог.

Чак мог бы сделать грубоватый намек, но почему-то не стал. Вместо этого он поднес ее руку к губам и поцеловал пальцы.

- Знаменитый пирог, - поправил он тихим шепотом. - И в любое время, Уолдорф.

 
mio-mioДата: Воскресенье, 01.09.2013, 21:20 | Сообщение # 30
High Society
Группа: Модераторы
Сообщений: 4130
Награды: 1567
Статус: Offline
The Beach (The Idea of You)

Автор: Maribells



Июнь 2006.


- Уверена, что не хочешь, Блер? - спросила Серена, предлагая косяк, зажатый между ее большим и указательным пальцем одновременно уворачиваясь от Чака, который попытался придвинуть ее руку к себе поближе.

- Спасибо, мне и так хорошо - ответила Блэр мельком глянув на блондинку и снова уставившись в свой Blackberry.

Порыв ветра задул песок на ее полотенце, и она стряхнул его с гораздо большей силой, чем было необходимо. Блэр была более чем против, того, чтобы поздно ночью совершать экскурсию на берег, и она не предпринимала никаких усилий, чтобы скрыть свое раздражение от того, что оказалась в меньшинстве и они все равно сюда пришли.

- Ну же, Би, попробуй - уговаривала Серена - Кто знает, может тебе даже понравится.

- Ты же знаешь, что меня тошнит даже от запаха - отрезала Блер – Кроме того есть еще и неврологические последствия.

Она закатила глаза и кивнула в сторону своего парня, который стоял оперевшись о стойку станции спасателей. Его светлые волосы переливались в свете полной луны, красивые черты лица были расслаблены, а голубые глаза остекленели и затуманились.

Раздраженно вздохнув, Блэр вернулась к своему телефону.

Чак фыркнул, забрав у Серены косяк.

- Сдавайся, Эс, она никогда не станет курить с нами, или делать что-то подобное - заметил он сухо – Ничто не сможет заставить намокнуть эти трусики.

Блэр подняла глаза и устремила на него ледяной взгляд, который Чак вернул с совершенно равнодушной, самодовольной ухмылкой.

- Какие бы больные фантазии у тебя не были обо мне и моих трусиках, Басс, держи их при себе - ответила она.

Затянувшись, Чак выпустил кольцо дыма в ее сторону, усмехнувшись, когда она поморщилась от отвращения и замахала руками, отгоняя дым.

Он поймал себя на мысли, что наслаждается, выводя Блэр из себя. Большинство людей в ее жизни, были вообще-то в ужасе от нее, в том числе его лучший друг, поэтому он всегда старался показать, что не входит в число запуганных. Кроме того его забовляло, когда она возмущалась и обижалась.

- Я просто думаю, что тебе было бы гораздо веселее, если бы ты не пыталась все время так отчаянно не веселится - вернулся к покровительственному тону он.

Блэр вздохнула, закатив глаза.

- Если ты намекаешь на то, что мне больше понравится ваша компания, если я опущусь до вашего уровня - она сделала паузу, кинув презрительный взгляд на Серену и Нейта, которые решили развлечься тем, что строили друг другу рожицы – Спасибо, не надо - закончила она с усмешкой.

Чак взглянул на своих друзей, с таким же скептическим выражением. Сейчас Нейту удалось скрутить язык в идеальный кружек, и Серена пыталась повторить этот его трюк в промежутках между взрывами смеха.

- Сдавайся, Ван дер Вудсен, ты не сможешь этого сделать - смеялся Нейт, наблюдая за тщетными попытками Серены.

- Нет. Я тоже могу! - настаивала она.

- Это генетическое, Серена - вздохнула Блэр.

- Ты просто не веришь в меня, Би – упрекнула подругу Серена.

Она сделала еще одну упорную попытку, отчего ее лицо смешно исказилось от усилий.

- Я тебя уверяю, законы биологии ничто по сравнению с Сереной Ван дер Вудсен - язвительно добавил Чак.

С существенной помощью пальцев Серене наконец удалось скрутить язык в кружек. Триумфально улыбаясь на свое достижение, она забрала у Чака косяк и сделала еще одну затяжку.

- О, знаете, что было бы весело? - спросила она взволнованно, выпустив облачко дыма. - Мы должны пойти купаться!

- В океане? - спросила Блэр, в ужасе глядя на волны в темноте -Серена, сейчас середина ночи!

- Ну же, Би, не будь такой занудой!

- Там холодная вода и у нас нет купальников - продолжала Блер, глядя с растущей тревогой на блондинку, которая встала явно собираясь выполнить задуманное.

- Ну и что? - пожала плечами Серена - Без них даже веселее - добавила она лукаво приподняв брови и отдав косяк Нейту.

- Ты этого не сделаешь - сказал он, недоверчиво глядя как блондинка стянула топ и начала расстегивать шорты.

- Звучит как вызов, - нараспев ответила та, потянувшись чтобы расстегнуть лифчик после того как скинула шорты.
Нейт уставился на нее забыв что вообще-то хотел затянуться.

Чак же смотрел на этот маленький стриптиз оценивающе и саркастически одновременно. В этом зрелище не было ничего, чего бы он не видел раньше. Большинство людей, которые пили на пару с Сереной хотя бы раз, да видели такое. Хотя, надо отдать ей должное, - она устраивала чертовски хорошее шоу каждый раз.

Он взглянул на Блэр, ожидая, что она скажет что-нибудь язвительное подруге , но она просто сидела и наблюдала за блондинкой с ужасом в глазах. Поджав колени и обняв их, словно пытаясь экранировать себя от неуместности происходящего.

Нейт сначала ошарашено смотрел, как обнаженная Серена бежит к воде и звонко зовет его оглядываясь через плечо, а затем, погасив окурок в песке, встал и держась за опору площадки спасателей другой рукой начал снимать сандалии
.
- Ты издеваешься?! - простонала Блер.

- Да ладно, Блер, расслабься - ответил он, снимая рубашку в клетку - И потом, мы же не можем оставить ее там одну.

- И как именно я должна буду спасать вас двоих, когда вы начнете тонуть? - резко спросила она сузив глаза.

- Я думаю тебе просто стоит пойти с нами - сказал он с мальчишеской улыбкой, сняв шорты, и, оставшись в трусах, он побежал к воде.

- Боже мой, меня окружают идиоты - вздохнула Блэр, снова взяв свой телефон и начав делать вид, что она поглощена игрой в Snake.

Серена закричала, когда неожиданная волна швырнула ее в сторону. Вновь встав на ноги она развернулась и прыгнула в следующую набегавшую волну, плывя туда где поглубже. Нейт задыхаясь от смеха, убрал волосы со лба прежде чем последовать за ней.

- Даже ты не пошел, а они… - проворчала Блер.

Но вдруг заметила, что Чак поднялся на ноги и начал расстегивать его слаксы.

- Серьезно? - спросила она в недоумении - Ты собираешься оставить меня здесь совсем одну?

Чак бросил на нее скептический взгляд. Она едва говорила с ним весь вечер, признавая его присутствие, только тогда, когда хотела отпустить язвительный комментарий в его сторону.

- Как бы я не наслаждался радостью ,будучи в твоей компании - ответил он сухо - Я хочу быть там где хоть что-нибудь происходит.

Затем он снял рубашку поло, и накинув ее на перекладину башни спасателей, одетый только в черные боксеры побрел в сторону берега.

Какое-то время Чак смотрел на спокойный ритм чернильно-синих волн, которые разбивались о песок. Было что-то успокаивающее в их движении, том как они набегали и удалялись от берега. Океан был максимум "дикой природы" с которой сталкивался Чак, и хоть он не был поклонником такого отдыха, он признавал его очарование.

Заметив, двоих блондинов освещенных лунным светом он медленно стал заходить в воду, чтобы присоединиться к ним. Когда вода дошла до пояса, он уже вовсю дрожал, и Чак решил, что в будущем будет купаться ночью только в бассейнах с подогревом.

-Чувак - крикнул Нейт - Пожалуйста, скажи мне, что ты оставил при себе нижнее белье.

Чак ухмыльнулся.

- Конечно, - ответил он. - Я же не хочу чтобы ты чувствовал себя... неполноценным.

 
Форум сайта gossipgirlonline.ru » Фанфики » Библиотека » Мини в переводах mio-mio (Переводы)
Страница 2 из 3«123»
Поиск: